Кофе и салют

16 ноября. Среда. Небольшое количество снега, который лежал на листьях и траве, быстро таял, словно и не середина последнего осеннего месяца на улице, а самый что ни на есть апрель! Высокий русый парень шагал, засунув одну руку в карман, а другой придерживая сигарету у рта. Пройдя ещё пару метров он, как порядочный гражданин, выкинул окурок в мусорку и пошлепал по лужам дальше, словно не чувствуя, что кросовки не пригодны для таких условий. Мысли Антона были заняты голубоглазым мужчиной. Он внезапно осознал, что цвет глаз Иры он не знает. Возможно карие, или зелёные? Это у голубоглазых людей взгляд такой выразительный, а цвет контрастом выделяется на лице. Глаза таких людей словно и правда заглядывали в душу, и если бы Антона разбудили в ночи с вопросом «какого цвета глаза у Попова Арсения?» То он наверное дольше бы вспоминал кто это такой, а затем моментально ответил бы на вопрос правильно. Антрацитовые, ультрмариновые, небесные. Он бы не поленился даже будучи в полусонном состоянии проговорить эти длинные слова, вместо простого «голубые». Ведь они вовсе такими не являлись. Мысли Антона были заняты мужчиной, который приютил его у себя на ночь, в совершенно обдолбанном состоянии, и не важно по какой причине это произошло. Мысли Антона были заняты Арсением. Шастун шёл ещё около минуты. Наконец дойдя до парка, он продолжал размышлять над их взаимоотношениями, над ситуацией в воскресенье у друга и над внезапно всплывшим в памяти эпизодом. Эпизодом откровенности со стороны холодного, как глаза его самого, Арсения. Зайдя в кофейню, которая была открыта, в связи с уже сидящей в ней Ириной, парень прошёл оставить одежду и вскоре вышел. Девушка улыбнулась, открыла рот чтобы поздороваться, и уже этой своей радостью успела ещё больше ухудшить настроение Антона. — доброе утро! Чего такой хмурый? — девушка склонила голову, оглядывая Антона. — привет. — буркнул в ответ. — нормальный я! Он отмахнулся от подруги и, водрузив своё тело на стул, включил телефон. — ну чего ты? Я вижу, что — то случилось. — она подошла ближе и с заботой посмотрела на юношу, а затем прищурилась и, ехидно улыбаясь, протянула. — ааа, так ты расстроился что не у Арсения Сергеевича ночевал? Ну ясно, ясно. Ира улыбнулась и начала смеяться со своей же шутки, видимо не чувствуя, что Антон вот-вот взорвётся от такого юмора. Внезапная ярость и злость на легкомысленную, всегда весёлую и радостную девушку словно поглотила парня целиком. Он стиснул зубы, попытался сдержаться, но затем всë таки ударил ладонью по столу, заставив её вздрогнуть, и метнул такой взгляд, что она мгновенно замолчала. — хватит! Заткнись! Перестань нести эту чушь! Я ненавижу этого долбанного Арсения с головы до ног, а ты что — то про нас ещё говоришь? Ты только и можешь, что трепать языком, зачем ты вообще сюда приходишь? Какая от тебя польза, мило улыбаться посетителям? Я делаю кофе, его всегда и берут, а ты? Шла бы лучше в мак работать и не портила мне здесь настроение! Он выговорил это на одном дыхании, в ярости крича прямо в лицо опешившей девушке. Пока Шастун истерил, она пыталась что — то сказать, оправдаться или просто остановить его, но выходило лишь немое открывание рта в бессмысленных и безрезультатных попытках. В глазах постепенно собирались слезы и стоило Антону закрыть рот, как девушка моргнула, а слеза, покатившись вниз по щеке, оставила чуть тёмную линию потёкшей туши, а затем, отвесив слабую пощёчину, молча развернулась и ушла в туалет. Антон вздрогнул. Дура. Неужели она думала, что всегда будет счастливой, и поэтому он тоже? Это же смешно! Пусть обижается, это не его проблеммы. Шастун не чувствовал своей вины, может только чуть-чуть. Через 5 минут всхлипов из-за двери, он всë же начал чувствовать, что не прав. Ну ладно, прав, но всë же погорячился. Всë это можно было сказать спокойно. И ведь она вообще не виновата в его плохом настроении, он просто хочет подумать сейчас, а не веселиться. Вот и всё. Наконец, девушка вышла из комнаты со спокойным лицом, но от взгляда Антона не укрылись слегка потемневшие от потёкшей туши глаза. Он лишь отвернулся. Не будет он извиняться. Весь день людей почти не было и всë время Антон поглядывал в окно. Он старательно вглядывался в лица, разглядывал фигуры и часто ходил курить, косясь на тёмное соседнее помещение. Но увы, «Еда белка» Оставалась пуста. В конце концов, обнаружив, что он выкурил уже три сигареты, Антон решил, что хоть какой то внутренний стержень у него есть и пора с этим заканчивать. Нужно прекращать волноваться за человека, которому чтобы перевести их отношения из положения «ненависть» В положение «друзья и забота» потребовалось сил ровно столько же, сколько кнопку выключателя щёлкнуть. Всего один добрый поступок и Антон свято верит в его доброту, чуть ли не боготворит. С этим. Пора. За-кан-чи-вать! Вернувшись в кофейню в очередной раз, он поймал на себе взгляд девушки, который стал гораздо теплее, но продолжал кричать о своей обиде. — ты обряд призыва клиентов проводишь? Или решил коврик ногами истереть? — она не подняла голову ни на секунду, продолжая читать книгу, а Антон чуть не подпрыгнул от её внезапного вопроса и холодного тона. Сегодня у них даже музыка не играла, только тишина, и тут на тебе! Как кирпичом по голове из — за угла. — что? — знаю я где твой Арсений. Парня переебывает. Нет, вздрогом или удивлением это назвать никак нельзя. Он хочет снова что — то гаркнуть или проигнорировать девушку, но почему — то останавливается перед туалетом и смотрит на неё, ожидая продолжения. В голове встаёт вопрос «а зачем? Зачем я стою?» Но мысль не долетает до конца. В любом случае будет глупо, если он сейчас продолжит идти. — скажу только если извинишься. — я и сам уже хотел. Ир, прости меня. — он кивает, вздыхает и отводит глаза. — я не знаю что на меня нашло, само как — то вырвалось и. — ладно. Прощаю. — она немного улыбается и кивает в ответ. — Арсений заболел. И видимо сильно, раз сидит дома. Антон задумался, пару раз быстро моргнув. Почему — то вариант болезни он не рассматривал вообще. Но разве мог он заболеть так внезапно? Возможно Арсений уже болел, а Антон просто не заметил этого из-за своих проблем. Что-ж… Вышло неловко. Арс вроде как помог ему, а он в свою очередь даже не заметил, что тот болеет. Внезапно в голове словно лампочка засветилась! Он сходит, купит фруктов, приедет к Арсу, и если ему уж так плохо, что он не пришёл на работу, то поможет с делами по дому. Идея просто прекрасная. — а тебе он зачем? — девушка вновь поднимает взгляд от книги, на этот раз вкладывая закладку и отодвигая её в сторону, явно настраиваясь на долгий разговор. — «так ведь я такой привереда… мне парня подавай, так ещё чтобы трахал меня всю ночь, ещё и голубоглазого, и с именем на букву «А»!» — отшучивается парень закатывая глаза. Ира лишь ухмыляется и кивает вновь открывая книгу. — ну не хочешь говорить — как хочешь! После работы Антон идёт в магазин. Покупает мандарины, которые так восхитительно пахнут и добавляют +1 к новогоднему настроению, бананы, которые будет легко есть если вдруг у Арса болит горло. И ещё множество всего по мелочи. Яблоки, чай, печенье, завариваемые каши. Всë это он на протяжении 3 минут пытается запихнуть в небольшой пакет в итоге вздыхая, чтобы не заорать матом на весь продуктовый, и, наконец, выходит. До дома Арсения ему ехать минут 10-15. Поэтому, сев в почти пустой вагон метро, он ставит пакет рядом с собой и засыпает, не слишком крепко, слушая, что вокруг, но давая отдохнуть как голове, так и телу. Шум колёс успокаивает, голос, оповещающий об открытии дверей, вытягивает из сладких снов, а все лишние мысли из головы вышли уже давно. Поэтому, заслышав название своей станции, он мигом открывает глаза, втягивает воздух и чувствует себя бодрым, словно спал несколько часов. Парень выходит из метро. Он, словно ребёнок, удивляется тому, как быстро стемнело на улице, но восклицать об этом некому, поэтому он лишь удивлённо оглядывается по сторонам и идёт дальше. Он переходит дорогу, щурясь от яркого света фар. «Интересно, пустит ли он меня вообще? Может зря я туда иду.» Антон пытается не думать о плохом, но ведь и такой вариант развития событий тоже имеет место быть. Наконец, он видит знакомый дом. Он не помнит как он ехал, как его тащили по ступенькам, как раздевали. Помнит этот дом лишь потому, что уезжая из него был уже в рассудке. Шастун тянет руку к домофону и внезапно замирает, осознавая что квартиру он не знает. Да и позвонить Арсению он не может… — блять. И вот нахуя я сюда ехал?! — он сплевывает, раздражённо пиная какую- то гальку на крыльце, а затем, через пару секунд выдыхает. «Окей, уезжать вот так я не буду, нужно просто позвонить в другую квартиру. всë просто.» Парень набирает рандомный номер квартиры, раздаётся звук домофона, а затем мягкий женский голос слегка недоуменно звучит из динамика. — кто? Антон бесшумно кашляет перед фразой, а затем проговаривает — извините, я из другой квартиры, забыл ключи. Откройте пожалуйста. — хорошо. Дверь открывается, и парень с лёгкой улыбкой, считая себя героем, в несколько прыжков преодолевает лестничный пролёт. Затем ещё один, потом ещё, и, наконец, на последнем этаже видит ту самую дверь. «30-я квартира, последняя. Надо запомнить» Он в очередной раз делает глубокий вдох-выдох, чувствуя, что в шарфе уже невыносимо жарко, и нажимает на кнопку звонка. Через мгновение слышится размеренный гулкий звук, похожий на колокол, а спустя пару секунд — спешные тяжёлые шаги. Проворачивается замок и Антон вздрагивает. В дверях стоит Арсений. Безумно уставший, с красными глазами и носом, в большой домашней футболке и тапочках. — Антон? — привет, Арсений. — зачем ты пришёл? — он не торопится впускать незванного гостя в дом. После ухмыляется. — я думал мне показалось, а это и правда ты — я тут принёс тебе немного. — Он приподнимает пакет, слегка шурша им, а Арсений вдруг заходится сильным кашлем. Он кашляет отвернувшись и прикрывшись локтем секунды 3-4, а Антон стоит в подъезде, слушая громкое эхо, и мысленно хваля себя, что взял малиновый джем по акции, чай, мёд и лимон. Наконец Арсений, отдышавшись, поворачивается обратно. — прости. Кхм — ничего. — ладно, проходи. — ещё секунда колебаний, и Арс сдаётся. Антон заходит, раздевается и вешает одежду. Далее окидывает взглядом больного и интересуется, в состоянии ли он поставить чайник. Парни уходят на кухню, Арсений ставит чайник, Антон кидает два пакетика по кружкам, в один положив ложку мёда и джема, а когда отворачивается чтобы нарезать лимон, краем глаза замечает как мужчина, слегка вытянув шею через стол, заглядывает в кружку, макает в сладкое месиво палец и облизывает, заставляя Антона прыснуть от смеха. Когда и кусочек лимона оказывается в кружке, электрический чайник выключается. Парень заваривает чай, садится напротив и, наконец, говорит: — пей. — Арсений берёт в руки кружку, сразу расплываясь в улыбке и грея ладони, а затем вдыхает аромат трав, ягод и мёда. — Осторожно, горячий. Он кивает, делает первый глоток и немного держит во рту, прикрывая глаза. Такой вкусный чай он никогда не пробовал. Казалось бы, что сложного? Залить пакетик кипятком… Но этот чай был не со вкусом подкрашенной воды, а трав, ягод, мёда, лимона и огромного опыта в заваривании чая. Серьёзно. Люди, пьющие кофе, не умеют заваривать вкусный чай. Уж Арсений — то знает. — нужно тебе температуру измерить. Где градусник? — Антон не торопится допивать свой чай, он решил сначала закончить с больным. — на столе у дивана должен лежать. Я утром мерил, была 36.9, я в норме. — ты это мне сказал, чтобы я отвзялася? — есть такое. — то есть? — не хочу, чтобы ты волновался. Езжай домой, Тох. — Антон моргает, а Арсений опускает глаза. Сначала парню показалось, что Арс в очередной раз издевается, но затем понимает. Такому человеку как Арсений просто не хочется признавать свою слабость, и уж тем более зависимость от кого — то. Антон игнорирует этот «указ» и идёт в соседнюю комнату. На столике у дивана и правда лежит электронный градусник. Он нажимает кнопку и идёт обратно, а когда на дисплее высвечивается готовность к использованию, он бесцеремонно оттягивает край футболки что — то бормочущего Арсения и сует градусник в подмышку. — ни слова больше! Цыц! Вскоре чай оказывается допитым, Арсений — разморенным и сонным ещё больше, и градусник, громко пища, извлекается из-под руки Арса. — нормально у него всë. Ага, как же. — Антон разворачивает градусник и показывает мужчине. — 38! — да че ты начинаешь… — Спаааать, быстро!!! — он начинает приподнимать мычащего Арсения, а через минуту он уже в кровати, укрывшись вместо одеяла одним пододеяльником («— Арс, так надо.») и выпивший жаропонижающее. — ты тут останешься? — конечно. Ты же не против? — Антон присаживается на край кровати, вернувшись после мытья посуды. — спасибо. — Арсений закрывает глаза, и почти сразу Антон слышит тихое посапывание, говорящее о том, что он уже спит. Парень раздевается до трусов и футболки, залезает под тот же пододеяльник и ложится на самом краю, дабы не тревожить Арса. Утром, уже без будильника, по режиму Антон просыпается. Первое что он видит — солнце, светящее из окна, и его голова на чужой руке. Он встаёт и направляется на кухню. Первая мысль — приготовить завтрак из того, что есть в холодильнике. Вторая, дабы не натворить делов — заварить купленные пакетики овсянки. Парень решает отдать предпочтение второму варианту и ставит чайник. Снова заваривает чай с мёдом, лимоном и джемом. Заваривает в тарелках каши. А затем глянув на время решает, что будить Арсения вовсе не обязательно, пусть спит. Антон завтракает, моет посуду, одевается и решает выходить, удивляясь своей скрытности, потому что Арсений продолжат сладко спать. «Так, а чем он обедать будет?» Антон заглядывает в холодильник, но не обнаруживает в нём ничего примечательного и, уж тем более, готового. Но время уже поджимает, поэтому он открывает чат с Ирой, попутно выбегая из подъезда. Шастунец 8:30 Доброе утро. Я немного опаздаю. Он заходит в гугл карты и, как и догадывался обнаруживает ларёк с шаурмой в паре минут ходьбы. Пулей добегает, берёт ту, что подешевле, понятия не имея любит Арс больше свинину или курицу, и, вернувшись обратно, оставляет на столе. Он с трудом заставляет себя не сожрать эту шаурму самому, поэтому чтобы отвлечься от разглядывания вкуснятины разглаживает салфетку, а затем вспоминает, что видел ручку на столике у дивана и тихо заходит в комнату. Антон подходит ближе, тянется к ручке, а глаза Арсения резко распахиваются. — Антон? — спи, рано ещё. — ты куда? — он сонно хлопает глазами не понимая, что Антон пытается найти на столе, а тот в свою очередь решает, что ручка ему уже не нужна — на работу, Арс. Там на столе завтрак, на обед шаурму тебе купил. — спасибо… Антон кивает и, глянув на часы над диваном, пулей вылетает из дома. Он несётся по скользкому асфальту, на котором за ночь образовался тоненький слой льда. Пару раз чуть не кувырком спускаясь со ступенек в метро, затем едет в полностью забитом вагоне и, выйдя, наконец вдыхает полной грудью. Он идёт широкими шагами, так как сил бежать уже нет. Постепенно сходятся тучи, закрывающие ярко светившее пару минут назад солнце. Падает несколько снежинок, а как только начинает дуть порывистый ветер, парень заходит в кофейню. — привет. — он достаёт нос из шарфа, в который он был уткнут всю дорогу. Ира, читающая книгу, отрывает взгляд при звоне колокольчиков над дверью и мельком кидает взгляд на экран лежащего на стойке телефона. — доброе утро. Ты, кстати, вовремя. — да? Ну, считай я перестраховался. — парень уходит вешать одежду. Весь день проходит как обычно, Антон болтает с Ирой, они обсуждают абсолютно всё что можно, а вечером Антон приезжает на метро обратно к Арсу. Зайдя в квартиру, первое что он чувствует — это непривычную тишину и темноту. Нет, он ещё не привык к этой квартире, он вряд ли назовёт её своим временным домом, но что — то тут явно было не так. Антон, сняв верхнюю одежду, прошёл чуть дальше по коридору. — Арсений.? — БУ!!! — ААА, БЛЯТЬ, АРС! Антон схватился за сердце, прижимаясь к стене. Этот взрослый, адекватный, ещё и болеющий, (видимо теперь уже больной) мужчина просто блин взял и… Выпрыгнул на него из-за двери! — Хахахаха, жесть, ты реально испугался! — Арсений катился со смеху, согнувшись пополам и держась за живот. — дебила кусок. Я чуть инфаркт не словил! Вот так и помогай людям… — да ну, не дуйся ты, ладно, прости. — немного успокоившись, но через пару секунд, вновь прыснув от смеха, Арс прошёл на кухню. — кстати да, спасибо, что оставил мне поесть. Без этой восхитительной шаурмы я бы с голодухи помер. — Восхитительной шаурмы… — передразнил Антон скривившись. — я есть хочу, между прочим, а ты тут мне про шаурму втираешь. — я нам ужин приготовил, без тебя не ел, между прочим. — снова начиная хохотать изобразил в ответ Арсений, через секунду жмурясь от резко включённого света. — ай, бля! — так, я вижу ты в прекрасном состоянии, так что поухаживай за гостем. Я будто три смены отпахал. Арсений улыбнулся, чувствуя, что щеки уже начинают болеть от смеха и направился к плите. Открыв крышку сковороды, Антон моментально почувствовал запах еды и, давясь слюной, расположился на диване. Попов положил ему спагетти с каким — то странным соусом и кусочками бекона на тарелку, поставил на стол, а через секунду, когда голова Антона уже была над блюдом, с упоением вдыхая аромат, вручил ему вилку. Антон, накрутив побольше спагетти на вилку, приподнял её и отправил в рот, тут же прикрывая глаза и что — то промычал, а проглотив, поднял глаза на ухмыляющегося, и, судя по всему, гордого собой мужчину. — это божественно! — само собой, это же готовил Попов Арсений Сергеевич! — ну да, ну да… — Антон наигранно закатил глаза, кивая головой, а Попов сел рядом, начиная ужинать сам. Антон, расслабившись, уплетал за обе щеки, слегка причмокивал губами, когда нужно было проглотить длинную макаронину, облизывал край вилки почти у пальца от обилия соуса и не переставал нахваливать блюдо. Арсений же, казалось, почти не ел. Он просто долго смотрел на этого голодного, худого мальчишку, который казалось сейчас или подавится от болтовни и скоростного поедания столь большой порции, или лопнет. — мне ещё никто не говорил, что им так нравится моя еда. — наконец выдохнул Арс, когда Антон начал мыть за собой посуду. — реально? А девушка? Или кто там у тебя? — Антон не очень — то и шарил в отношениях с девушками, но наверное если человек любит кого — то, он будет делать ему комплименты и указывать сильные стороны. Вне зависимости от пола. — а. Да не было у меня девушки. — Арс смущённо ухмыльнулся опустив глаза и помешивая вилкой пасту. — как не было? — Антон вытер руки и посуду, продолжая недоумевающе рассматривать хозяина квартиры, гадая, шутит он или говорит всерьёз. — вот так. Я свободен был, есть и буду! — ага, ага, найдешь ты себе еще девушку. Красивую, стройную, умную, и будет она твою стрепню нахваливать 24/7! — Антон поднял вверх палец, чувствуя как зарядился энергией Арсения. — хах, конечно, прям очередь таких девушек за дверью. — ой, фу, пессимист какой! Давай тащи градусник, уж больно весёлый ты какой — то. — Шастун сел на диван, а Арсений, улыбнувшись, вышел из кухни, отправляясь под собственное бормотание на поиски градусника.