Мне нигде не скрыться от гнетущего ожидания

Сегодня был обычный день. Такой, как всегда. Даниил отправился в обычную школу, затем занятия в музыкальной, уроки и, собственно, сон. Как обычно, парень больше всего вымотался на музыке. Он не помнит ни дня, когда, приходя домой, не чувствовал дикую усталость. Так что юноша чувствовал себя уставшим почти к концу каждого дня. Сейчас Даниил собирается спать, подготавливая все нужные вещи. Их было немного, поэтому юноша быстро улёгся. «Раз, два, три, четыре, пять. Раз, два, три, четыре, пять...» А это повторял парень, словно мантру. Каждый день перед сном. В конечном итоге это стало привычкой. Без неё юноше теперь непривычно засыпать. Впрочем, тот не пробовал. Наверное, многим покажется обычным, но любимая поза сна для парня — просто лёжа на спине. И это тоже стало привычкой. Насколько помнил Даниил, ещё с детства отец приучал так спать. Он был доктором и обуславливал такую позу тем, что она самая безвредная для здоровья. Что ж, ему виднее. И с тех пор юноша не мог спать по-другому. Всё казалось ему не тем, к чему привык. И изменять этому парень не собирался. Но стоило задремать Даниилу, как его разбудили. Это, как всегда, был отец. Сколько себя помнит, он почти постоянно ходил туда-сюда, стоит только заснуть. То забудет взять книгу, то забудет её вернуть обратно, то телефон оставит и многое другое, что мешало парню около получаса. Затем наступала долгожданная тишина. Казалось, почему бы не взять всё сразу, чтобы не бегать туда и обратно по сто раз? Отец Даниила в этом плане был очень забывчивым. Поэтому неудивительно. Парень давно к этому привык и уже никак не реагирует. — Ох, ты ещё не спишь, Даня? — спросил отец парня — Иван. — Ещё нет, подсказать что-то? — произнёс юноша, приподнимаясь с кровати, чтобы посмотреть, что делает отец. — Эту, как её... Не могу найти одну книгу, которую ты мне советовал. Она ведь у тебя? — поинтересовался Иван, глядя на это уставшее лицо Даниила. — Так, наверное, здесь. Сейчас посмотрю, — произнёс парень, уже собираясь встать с кровати, как ему преградил путь отец. — Оно не стоит того, спи, дашь эту книгу завтра, — начал уверять Иван своего сына, но наткнулся лишь на недоумённое лицо. Тогда мужчина решил пояснить. — Я надеялся тихонько найти, не тревожа тебя, но получилось как всегда, — объясняя, проговорил доктор. — Вот как, тогда я спать, спокойной ночи, — смирившись с таким поведением отца, произнёс юноша. «Как всегда» отец старался бесшумно взять какую-то книгу почитать, но всё же будил парня. Затем извинялся, но никогда не брал то, ради чего шёл. — Ладно, спокойной ночи, — ответил мужчина, удаляясь из комнаты.

***

Ещё немного и, казалось, парень сможет пошевелиться. Ещё чуть-чуть — и юноша вновь сможет владеть своим телом. Но этого не происходит. Контроль над телом не возвращается. Взамен Даниил начинает ощущать чьё-то присутствие. Комната, в которой он находится, стала ужасно пугающей. Теперь, во тьме, предметы стали приобретать жуткие очертания. Вон, кажется, что вместо обычной одежды на стуле кто-то сидит. Предметы на тумбочке напоминают чьё-то лицо. Кажется, будто в шкафу кто-то есть и смотрит на него. Ужасное ощущение. На парня накатывалась сильная тревога. Понимание, что юноша абсолютно обездвижен и, в случае чего, не сможет ничего предпринять, а останется лишь наблюдать, приводило в страх. Искажённое восприятие доказывало парню, что он не один. Будто кто-то находится с ним в комнате. Кто-то настолько пугающий, что юноша ужасно боится, ещё ничего не видя. Тогда каков же будет страх, когда Даниил увидит нечто? Вероятно, таков, что мозг парня откажется соображать. Естественно, что юноша накручивал себя и пугался звуков, которых было настолько много, что тот перестал считать. Но не переставал каждый раз пугаться, будто в первый раз. Казалось, что кто-то постепенно приближается, роняя абсолютно всё своём на пути. Чтобы тот, кто находится в комнате, точно услышал приближение «чего-то». Сразу почувствовав чьё-то присутствие, парень хотел обернуться, но так и остался неподвижен. Будто его что-то сковывало и не давало ничем пошевелиться. Жутко осознавать, что юноша не может ничего сделать, а кто-то стоит в проёме двери и смотрит на него. Так не по себе становится. Не то что не по себе: парень готов был закричать, но не произносил ни звука. Абсолютно ничего. Как бы ни пытался повернуть голову, издать какой-то звук — ничего не давало результата. Он хотел верить, что если у него получится издать хоть какой-то звук, то отец услышит. Тогда всё закончится. Это окажется лишь игрой воображения. Юноша так хотел в это верить, что начал выжидать. Ведь не может быть так, что это никто не услышал? Отец парня, как и он сам, настолько чутко спит, что не услышать такое было попросту невозможно. Но нечто только готовилось к предстоящему. Будто убедившись, что юноша достаточно испугался, оно принялось тяжёлыми шагами идти в центр комнаты. Став напротив кровати, нечто перевело свой взгляд на ошеломлённого парня. Не описать словами то, как изумился и одновременно испугался Даниил. Хотя, конечно, последнее преобладало. На него взирало нечто, отдалённо похожее на человека. Тело будто было чернее самой тьмы. Ужасно тонкие руки и длинные пальцы. Оно было невероятно высокое, чуть ли не доходящее до потолка. И взгляд — о ужас — был точно не человеческим. Словно одни зрачки. И смотрели они настолько пугающе, что парень чувствовал, нет, был уверен, что кричит. Он ощущал, как его голос разносится по всей комнате. Но на самом деле юноша не произнёс ни звука. Это всё происходило в голове парня, в «реальности» же ничего не поменялось. Он оставался неподвижен. Притворяться было бесполезно. Казалось, оно обладало разумом. И как только юноша попытался перевести взгляд на что-то позади нечта и расфокусировать его, то оно будто поняло всё это. Поэтому решило приблизиться к юноше. Каждый шаг отдавался ужасающим эхом в голове у парня. Нечто, словно специально, шло медленно, не отрывая взгляда от парня. А когда оно встало прям возле кровати, то на чём-то, похожем на лицо, можно было заметить кровавую улыбку. До этого она сливалась с цветом тела, но сейчас, когда нечто стояло буквально перед ним, улыбка настолько выделялась, что становилось жутко. Если всё это время оно улыбалось? Жуть какая. Ритм, который отбивало сердце, стал настолько быстрым, что превышал девяноста ударов в минуту. Парень, казалось, должен был разодрать себе глотку столь истошным криком, но в «реальности» всё было так, как прежде. Способность двигаться не вернулась. Это нечто стоит и улыбается, упиваясь такой реакцией. Питается ли оно страхом? Что вообще ему нужно? А когда нечто уже было схватило парня за шею, всё резко прекратилось. Легко. Стало неимоверно легко дышать. Хоть что-то ещё давило на грудь юноши, но всё пропало. То пугающее существо, то ощущение, тот панический страх. И сейчас, конечно, парень ещё ощущает остатки всего этого. Но он осознаёт, что вырвался из чего-то ужасающего, что затягивает петлю на шее юноши. И теперь он может спокойно дышать. Невероятное облегчение. Часы. Даниил слышит тиканье часов, поэтому решает встать и посмотреть время. Но не тут-то было. Он снова не может пошевелиться. Невероятный страх окатил парня. Осознание, что он может испытать всё это снова, вгоняло в такую панику, что дыхание юноши сбилось. Но ведь парень был уверен, что всё прекратилось, что всё закончено. Так почему же он вновь не может ни шевельнуться, ни издать звука? Чертовщина какая-то, не правда ли? И парень запаниковал. Теперь, конечно, знает, что его ждёт, но разве это делает ситуацию менее страшной? Вовсе нет. Теперь на юношу обрушилось гнетущее ожидание. Он со страхом прислушивался ко всему, но в этот раз была абсолютная тишина. Такая мёртвая, что единственное, что слышал парень — собственное дыхание. Никаких тяжёлых шагов, ничего падающего на пол с таким грохотом, что хочется закрыть уши. Ти-ши-на. Но от этого не становилось легче. Если то существо лишь выжидает? Ждёт, когда юноша расслабится, и напугает так, что в жизни Даниил этого не забудет. Хотя уже очевидно, что это останется в его памяти навсегда. Как бы парень ни пытался морально приготовиться, ничего не получалось. Мысли путались, не собираясь во что-то цельное. Разум в каждой тени видел силуэт. Сердце билось, казалось, настолько сильно, что ещё немного — и выпрыгнет из груди. Юноша замер в ожидании, естественно, в гнетущем. Оно, это нечто, пришло. Вот, стоит за шторкой, не выглядывая. Парень был абсолютно уверен, что этот «демон» пришёл. Конечно, из-за переизбытка отрицательных эмоций в прошлый раз, все чувства — и те, которые были до этого, и сейчас — будто слились в одно единственное — страх. И не то чтобы юноша помнил все свои чувства, но, находясь снова рядом с этим чудовищем, парень вспоминает это. Вспоминает то, как боялся в первый раз, то, какое оно было. От этого ещё страшней. Мало того, что сейчас всё повторяется, кто-то стоит за шторкой, так и ещё старые воспоминания нахлынули. Казалось, ещё немного и юноша не выдержит. Грохот. Это чудовище что-то уронило, выходя из-за шторки. Что там было? Пожалуй, это не то, на что обратил внимание парень. Даниил точно не сможет забыть эти глаза. Эти белые глаза, в которых ничего нет — лишь пустота. И когда на них смотришь, то накатывает такой ужас, что становится невозможно дышать от страха. Хочется отвернуться, убежать куда угодно, только бы не видеть эти пугающие глаза. Парень всё бы отдал, чтобы это прекратилось. Чтобы он проснулся и понял — это всего лишь сон. Юноша находится в комнате со своим отцом, который защитит его. А этот «демон», тихо ступая, направлялся к парню. Даниил не мог отвести от него взгляда: казалось, что если отведёт, то «демон» набросится на парня и не оставит абсолютно ничего. Сделает так, будто его и не было в этом мире. Ночной кошмар улыбается. Его кровавая улыбка теперь была настолько чётко видна, что, казалось, достаёт до ушей. Она. Подрагивает. Ещё немного и, наверное, «демон» начнёт хохотать в голос. Вероятно, он сорвал куш. Два раза подряд, ему смешно от этого? Если нечто ещё начнёт смеяться, то парень сорвётся и попытается нафиг уйти отсюда. Он будет рыпаться, кричать во весь голос, хотя слышен будет только в голове парня; делать всё, чтобы нечто ушло. Спокойный «демон» направлялся к юноше, когда тот уже не выдерживал. Во взгляде читались безвыходность и смиренность. Он уже готов был плыть по течению. Больше никаких попыток препятствовать. Только гнетущее ожидание своей судьбы. Теперь нечто перестало улыбаться и застыло на месте. Прошло пару секунд. Оно всё ещё на месте. Юноша не понимает причину таких действий со стороны этого существа. Казалось, зачем останавливаться? Жертва лежит на блюдечке, стоит только подойти. К чему этот спектакль? А прикосновение «демона» отдавало диким жаром так, что, казалось, вся кожа Даниила сгорит. За одно мгновение «нечто» оказалось около парня. На того накатил с новой силой страх. Сейчас Даниил не готов смириться с этим, теперь всё, чего он хочет — чтобы этот кошмар побыстрее закончился. Парень не может терпеть это игру «демона». Он невероятно медленно приближается к его шее, давая ощутить всю «прелесть» таких прикосновений, чтобы потом с большим усердием перекрыть ему воздух. Заставить юношу «умереть» от нехватки этого самого воздуха. Лежавший парень задыхался. Ему ничего не оставалось, как смотреть на «демона». Нет, умереть! Никогда не рождаться бы лучше, [1] чем эти пылающие огнём прикосновения, которые с каждой секундой всё больше сдавливают горло юноши. Как себя ощущал Даниил? Если кратко, то невероятно паршиво. Если обратное, то парень больше ничего не ощущал. Единственное, чего ему хотелось — или умереть (быть задушенным этим существом — не такая уж и плохая смерть [2]), или прекращения всего этого. Абсолютно что угодно юноша отдал бы, сделал, лишь вновь задышать настоящим воздухом. И его желание было исполнено.

***

Всё тело. Теперь Даниил ощущал всё своё тело, мог управлять каждой конечностью. Наконец юноша мог дышать обычным воздухом — не тем, что был в его кошмарах, а самым настоящим воздухом. А сам парень не ощущал того панического страха, что окутывал, словно паутиной, тогда. Все остатки этого проклятого сна были сброшены. Юноша испытывал невероятное наслаждение, хотя всё же одно напоминало. Его грудная клетка настолько сильно выла, что сначала парень был уверен, что всё повторится. Луна освещала комнату Даниила, что давало убедиться в том, что сейчас никого, кроме него, тут нет. Парень потихоньку приводил свои мысли в порядок, как вдруг услышал будто беспокойные шаги. А это заставило напрячься. Сердцебиение вновь стало учащённым. Юноша замер, прислушиваясь к этим быстрым шагам. — С тобой всё в порядке, Даня? — нервным голосом спросил отец парня, стоя за дверью. — Со мной не сказал бы, что всё нормально. Зайди, пожалуйста, — переходя на полушёпот, попросил юноша. Понимая по голосу своего сына всю серьёзность ситуации, доктор заходит в комнату и подходит к кровати. — Ох, что же с тобой приключилось? — пытаясь унять возникшее волнение, произнёс Иван. — Даже не знаю, как это описать. Я точно ощущал, что нахожусь реальности, но не мог ни пошевельнуться, ни издать какого-либо звука. А позже... — Даниил прервался, вспоминая тот ужас, что испытал. — Позже я начал чувствовать чьё-то присутствие. Затем это нечто появилось. А я ничего не мог поделать... — О боже, Даня, иди сюда. Теперь всё хорошо, — проговорил доктор, принимая в объятия своего сына. Быть может, что юноша был слишком истощён морально, чтобы заметить это. Но на лице у Ивана расплывалась ужасающая улыбка, которая, казалось, была ещё страшнее. Ведь эта улыбка настоящего человека, не существа, который живёт лишь во снах. Маньяка. Вот чья это была улыбка. _________ [1] - Отсылка к стихотворению М. И. Цветаевой "Белое солнце и низкие, низкие тучи". [2] - Отсылка к аниме и манге "Великий из бродячих псов". Слова Дазая при поимке тигра (Ацуши).