Попутчик

Не оглядываясь на свою группу и не слушая возгласов Мейсона, Дженсен шагнул внутрь зала. Было много народа, поэтому Дженсен надвинул кепку поглубже – не хотелось, чтоб его узнали. Фотографии по стенам зала висели по одной или группой по 3-4 штуки. Между фото были установлены небольшие перегородки-ширмы или стояли объёмные цветы в больших кадках, что мешало охватить взглядом все снимки. Он подождал, когда толпа немного поредеет и подошел к первому фото. Там был запечатлён он, стоящий недалеко от бара с яркой вывесеской и подмигивающей стрелкой куда-то вниз. Он опирался плечом о фонарный столб и пытался прикурить одной рукой, держа в другой кофр со своей гитарой. Перед глазами, как наяву, замелькали кадры жизни….       Дженсен стянул потную майку, обтер ею шею и пристроил свой зад на кофре колонки, облокотившись спиной о стену. Длинные волосы мокрыми прядями липли к лицу. Помахал рукой перед собой, и ему тут же сунули в руки бутылку минералки, которую выпил залпом. Смял пустую тару с противным хрустящим звуком и, закрутив крышкой, бросил ее на стол. Запрокинул голову, прикурил. Это было последнее выступление в рамках тура его музыкальной группы. С каждым выступлением армия поклонников и фанатов росла и множилась. Концертные площадки были забиты до отказа. Мог ли простой парень из многодетной семьи из Техаса знать, какого успеха он сможет добиться, когда начинал играть с друзьями на гитаре? Позже, увлечение переросло в гаражную группу, потом - в скитания по кабакам в поисках своего зрителя. Теперь же билеты на их выступления раскупаются сразу, как выходит график их гастролей. Дженсен был уверен, что их успех был вызван приятной «не долбежной» музыкой, понятными для всех слоев населения текстами и злободневными темами, которые они поднимали. Более того, на всех выступлениях, не только он, но и вся группа выкладывалась по полной, заряжая своей энергией, делясь настроением и верой в лучшее. Дженсен снимал с себя сценический атрибут: массивные кольца, которые ему всегда мешали (единственным кольцом, которое буду носить, будет обручальное – думал Эклз); браслеты-цепочки и кожаные напульсники с клепками и шипами (задевали за все и царапали кожу при неосторожном движении); цепочку с непонятным амулетом («зато смотрится загадочно» - передразнил он своего агента) и кучу разных кулонов (Дженсен, это смотрится эффектно и притягивает взгляд). Каждое выступление «отщипывало» от Эклза кусочек его «я» - распыляя над всеми. Каждый раз, покидая сцену, он едва ли не падал с ног от усталости и переутомления. Каждый раз он думал, что свалит куда-нибудь прочь от общественных радаров. Но каждый раз агент их группы технично собирал их всех в кучу и устраивал незапланированные, но очень важные для имиджа группы автограф-сессии. Благотворительные концерты. Или выматывающие интервью, фотосессии. Нет, Дженсен искренне любил отдачу своих фанатов на своих концертах. Любил, когда толпа пела вместе с ним и зажигала на концертах. Ему нравилось направлять микрофон в сторону зрителя и слышать, как они поют слова их песен и прыгают в такт музыке. Но хотелось… Хотелось, чтобы в нем видели его... Настоящего. А не его тщательно продуманный до мелочей образ и тот имидж, который создал для него агент. А так же рекламные компании… И раздутые из ничего скандалы… Вот и сейчас начнется… К Дженсену, который почесывал колено через прорезь художественно рваных джинс, подкатился невысокий пухлый мужчина. Он походил на яблочко: кругленький, наливной, со здоровым ярким румянцем на мясистых щеках. - Дженсен! Выступление прошло просто отлично! Вы все молодцы, - Мейсон Дрю обвел рукой отдыхающих музыкантов. – Я договорился на завтра об интервью… - Мейс, мы это уже обговаривали... Последний концерт с этим альбомом – и у нас отпуск. Месяц тишины: с силами собраться, отдохнуть. Накидать стиль нового альбома, над текстами подумать. А уже потом: интервью, автографы, репетиции, записи и прочее… - отбивался Эклз. - Нет, нет, нет, Дженсен! Ты не так понял, - Дрю сложил ручки на груди и его брови сошлись в умоляющем домике. – Это всего лишь на пол дня: небольшое интервью для канала, потом пресс-конференция для печатных изданий и всего лишь жалкий часок на автограф-сессию для желающих. Дженсен почувствовал, как к горлу подкатывает комок. Дрю – хитрый засранец. Заявленные им «пол дня» растянутся до ночи, и это в лучшем случае! Выматывающие часы под прицелом камер, вездесущих журналистов, жадных до внимания фанатов, которые до ночи будут ждать, когда их кумиры оставят свои «закорючки» на фотографиях и постерах. И эти извечные каверзные вопросы: о планах на будущее, о том, скоро ли будет новый альбом, о личной жизни. Ох, а особенно о личной жизни самого Дженсена! «Молодой, красивый, богатый, успешный и… Снова одинокий». После этой статьи рейтинг журналистки возрос до небес, как и самого Эклза, вот только Дженсен (в отличии от той же журналистки) был абсолютно не рад столько пристальному вниманию к этой стороне своей жизни. Конечно, уже давно не секрет, что он уделяет внимание обоим полам: череда сплетен про молоденьких актрис и актеров, подиумных моделей (и не только женщин), и даже про отношения внутри собственного коллектива сделали свое дело. Общественность считала его этаким повесой, охочего до свободных отношений: сегодня здесь, завтра там; сегодня самые красивые женщины по версии журнала «MAXIM», а на завтра красивейшие парни, побывавшие на обложке «GQ». Хотя, если бы все сплетни были хоть на половину правдивы, то сегодняшнее состояние Дженсена было бы не настолько угнетенным. Эти гастроли были особенно сложными: множество концертов, города сменяли друг друга с ужасающей скоростью; люди, протягивающие фотографии для автографа, сливались в пятно. А фото – как с попугайчиком – превратились в пытку: все хотели обнимашек, прикосновений. После такого Дженсен мог часами стоять под душем, смывая запахи духов и следы чужих, неуместных касаний. - Ну так что? Я даю «добро»? – воскликнул Мейсон, едва не потирая руки. Конечно, с каждого подобного мероприятия ему в карман оседал очень приятный процент. - Нет, Мейс. Мы договаривались о другом, - Дженсен решил быть помягче. Как никак, именно Дрю был с ними с самого начала, помогая пробраться новой, никому неизвестной группе через дебри шоу-бизнеса. – Давай после наших каникул… Мы все, не только я… Все мы вымотаны. И отдых планировали заранее. Вон, у Дани билет на сегодня… Стив и Крис уезжают завтра… А Шеппард… - Эклз, ты же понимаешь, что все можно переиграть… - Дрю изо всех сил старается уговорить. У него же и свой интерес был: маячевший на горизонте гонорар, можно внести как первоначальный взнос, и тогда же запланировать переезд в новый дом, который тот присмотрел. Дженсен обвел глазами вымотанных друзей. Даннил обмахивается стопочкой исчирканных и переправленных интервью (слава богам дали прочесть перед печатью и внести коррективы); Стив и Крис, уже переодетые, курили и переговаривались, попивая дряной кофе в картонных стаканчиках из автомата – и когда успели купить?; Шеппард говорил по телефону, поглядывая на Дженсена – чтоб в крайнем случае скорректировать свои планы. - Нет, Мейс. Не в этот раз. Давай не будем ругаться. Я устал. Ребята на грани. Нам всем необходим отдых. - Давай тогда сократим мероприятие: только интервью и крааааатенькая такая пресс конференция, м? Дженсен выпрямляется, хватает свою гитару и аккуратно упаковывает ее в жесткий кофр. Находит свой потрёпанный рюкзак: там пара смен одежды, теплая толстовка, деньги.. Наверняка зарядку где-то опять забыл: ну и хер с ней. Чем быстрее разрядится телефон, тем быстрее от него отъебутся все. Поворачивается к агенту, окидывает долгим холодным взглядом: - Нет, Мейс. Я за-е-бал-ся! У меня каникулы! Отпуск! Выходные! Всё… - Вздыхает. - Считайте, я потерялся. Найдусь через месяц, или около того… Дженсен оправляет лямки рюкзака на плечах, подхватывает жесткий кофр с любимой гитарой и идет к выходу. Замерев у дверей он поворачивается к группе, которая смотрит на него как на героя: - Ребят! Вы – лучшие! Я очень вас люблю! Хорошо отдохнуть…. – поворачивается и выходит, не слушая одобрительный гул голосов своих товарищей и возмущенных воплей обиженного агента. Дженсен вышел даже не с черного входа, где его поджидала толпа фанатов, а через неприметную дверь для персонала. Вдохнул полной грудью, сделал пару шагов и остановился. Вот она – свобода. И что с ней делать? Куда идти? Да так идти, чтоб в тебе не признали популярного исполнителя, любимица молодёжи от 15 до 115 лет… Эклз, надвинув кепку поглубже на лицо и для верности накинув сверху капюшон, уверенно пошел по незнакомым улочкам, уходя дальше и дальше от привычной жизни, проверенной и верной команды музыкантов и ушлого, но преданного агента. Он брел до тех пор, пока не стих шум улиц, а руки не заныли от тяжелого кофра. Яркая неоновая вывеска и горящая стрелка куда-то в подвал. Лааадно… Устроившись на высоком барном стуле и поставив рядом любимую гитару (про себя он называл ее Руби, но кто об этом знает?), он заказал текилу. Первый же шот, который ухнул на голодный желудок и разлился приятным теплом, поменял ход мыслей. Теперь все казалось не таким уж мрачным. Второй шот, фактически сразу за первым, раскрасил окружающих в яркие краски. Люди уже не казались шумными – просто позитивными. Окружающий гул отошел на задний план. По лицу расползлась широкая ухмылка, а рука уверенно схватила очередную налитую расторопным барменом стопку напитка. СВО-БО-ДА!!! Через полтора часа, накаченный под завязку, шатаясь и тихонько посмеиваясь, Дженсен брел по дороге отставив в сторону руку с поднятым большим пальцем. Во второй руке он крепко держал Руби, кофром которой он колотил себе по ногам с каждым неуверенным шагом. Притормаживает машина и едет вровень. Дженсен лишь раз глянул на нее, вздохнул и лишь сильнее отвел в сторону руку, привлекая потенциальных желающих подвезти его. Окошко на едущей машине опускается ниже и слышится звонкий и веселый голос: - Эй, парень! Чтоб тормознуть тачку, тебе надо выставить другую руку! А так ты показываешь большой палец стенам домов. Дженсен остановился, стянул капюшон и огляделся. В глазах немного двоилось и мысли путались… Но общий смысл слов, что до него пытались донести, все-таки дошёл до замутненного алкоголем сознания. - Вот чччччеооорт! – Эклз ставит кофр на асфальт, выпрямляется и, глядя мутными глазами на дорогу, отставляет нужную руку. Покачиваясь, ждет.. - Парень! Залезай, я отвезу куда скажешь! – все тот же настырный голос. Дженсен переводит взгляд, пытаясь сфокусироваться на одной точке. - Ох, да тебе совсем нехорошо, - слышит он. В это же время организм решает, что слишком много алкоголя – это вредно… Пока Дженсен выворачивает в ближайшую урну, водитель белого Шеви Ван g20 вылез из-за руля, обогнул машину. - Тебе совсем плохо? Куда тебя отвезти? - Нееее, красавчик! – пьяно улыбнулся Дженсен, утерев рот. – Мне очень хорошо. Я свободен, понимаешь! Сво-бо-ден! - Это же прекрасно! – обрадованной улыбнулся сердобольный водитель, являя миру ямочки на щеках. - А ты куда едешь? – едва совладав со своим непослушным языком, спросил Эклз. - Я в поиске. Просто еду, куда глаза глядят и ищу сюжеты для своих снимков и статей. - Возьми меня с собой! Я заплачу сколько скажешь! Буду тише мыши! Только увези меня подальше… – Эклз чуть ли не бухнулся на колени от переизбытка эмоций. - Воу, полегче! – новоявленный помогатор придержал Дженсена за руки. – Если тебя не смущает мой маршрут – поехали. - Поехали! – радостно воскликнул Эклз. – Только я не один… Со мной Руби…. РУБИ!! – проорал он. - Тише-тише, - улыбаясь во весь рот, шикает водитель. – Руби – это твоя собака? - Нет! – Дженсен, шатаясь, прижал к груди кофр. Погладил его ладонью и сказал гордо. – Это – моя Руби. - Хорошо, - протянул новый знакомый, удивленно моргнув. – Давай я придержу Руби, а ты садись. Руби будет рядом. Я ее даже ремнем пристегну, идет? Дженсен, привалился плечом к фургону. Одной рукой крепко прижимает Руби. Пальцем второй руки чуть оттягивает уголок глаза, чтоб почётче видеть. - Обидишь ее, яйца оторву! - Боже упаси! Я тебе просто помогу. После еще нескольких минут уговоров, Дженсен усаживается в машину. - Пристегнись, - говорит владелец авто. Сам он устанавливает Руби в массивном кофре на сиденье в салоне, открыв боковую дверь, пристегивает его и, улыбаясь, обходит машину и садится за руль. – Ты не пристегнулся, - обвиняющие говорит он. Видит, что его пассажир уже задремал, улыбается широко и сам натягивает ремень, перекинув его через плечо парня. – Ладно… Поехали… Дженсен, моргнув, переходит к следующему фото: небольшая заправка на трассе. Он, походкой от бедра, идет с бутылкой минералки. Те же художественно рваные на коленях джинсы, непослушные влажные волосы, зачесанные назад, растоптанные кеды. Немного растерянный взгляд и нерешительная улыбка на губах.       Голова болит нещадно: видимо, после концерта вечеринка удалась. Небольшое покачивание: вот так штормит с похмелья…Тихая музыка набатом отдает в черепушке, какой идиот включил радио, когда темень еще вокруг. Во рту суше, чем в пустыне в полдень и адово тошнит. Голова качнулась и ударилась о что-то твердое. Блядь, да где он? Дженсен открывает глаза. Пару раз осоловело моргнув, он уставился вперед: полоса дороги, освещенная фарами, убегает вперед. Магнитола, моргнув, переключила на следующую песню – тихая и спокойная музыка, которая слилась с дождем, барабанившим в лобовое стекло. Эклз расслабился и умиротворенно скользнул в спасительный сон. Когда он вынырнул в следующий раз, была тишина вокруг. Он чуть повернул голову, шипя от пронзившей мозг головной боли – не стоило так пить вчера. Под головой, на удивление, была мягкая подушка. Тело накрыто пушистым пледом. На коленях развернутый пакет – как будто подготовленный, чтоб туда сложить покупки. Эклз огляделся, выпрямляясь на сиденье, покрутил (очень аккуратно) головой. Кофр с Руби на заднем сиденье, как и рюкзак, перетянутые ремнем безопасности. Кто то пристегнул его гитару и вещи!... О! И его самого. Дженсен вгляделся, прищурившись от яркого света, в окошко: заправка. Уже через минуту в салон влез парень воистину гигантского роста. Тряхнул гривой и его мягкие каштановые локоны, доходящие до мочек ушей, блеснули на солнышке. Сунул ключ в замок зажигания и забормотал: - Давай малыш! Ты же не будешь капризничать! – легкий поворот ключа и машина завелась без колебаний. – Вот молодец, теперь поехали… - А я где? И кто ты? – подал голос Дженсен, лихорадочно пытаясь сложить из вчерашнего вечера паззл, но тщетно. - Проснулся? Отлить хочешь? – заботливо спросил его незнакомец. - Очень, - признался Дженсен и завозился, отстегивая ремень безопасности. - Иди, на заправке есть уборная. Я отъеду от колонки и подожду тебя. - А ты не уедешь? – спросил Эклз, боясь оставлять Руби и рюкзак со всеми документами и вещами. Парень молча сунул руку за пазуху, достал крупное портмоне – с деньгами и документами – и сунул ошарашенному попутчику: - Без документов и денег я далеко точно не уеду! Иди давай! – поторопил он. – И телефон проверь: пиликал пол ночи. Дженсен неловко вылез из машины и, чуть покачиваясь, побрел в магазинчик у небольшой пыльной заправки. Достал телефон: куча сообщений и пропущенных. Трубка возмущенно пиликнула, сообщив, что остался 1% зарядки – ну и черт с ней! Дженсен зажал кнопку вкл/выкл вырубая аппарат и убрал в карман. Каникулы, как-никак! Переживёт он и без телефонных переговоров, смс и интернета. Переживет же? Вздохнув, он зашел в мини-маркет и, пройдя его насквозь, направился к двери уборной. Справив нужду, наскоро умывшись и прополоскав рот, он взял бутылку минералки и встал в очередь на кассе. Не удержался от любопытства и залез в портмоне попутчика: Джаред Падалеки, 27 лет – значилось в правах. Несколько визиток, откуда Эклз узнал, что парень работает фотографом. Расплатившись и выйдя на улицу, Дженсен замотал головой, пытаясь отыскать ждавшую его машину. Увидев, как ему махнули рукой, он подошел и вернул портмоне. - Поехали? Или передумал? – весело спросил Джаред. Широкая улыбка оголила немного неровные белые зубы, на щеках появились очаровательные ямочки, которые притягивали взгляд. Чуть раскосые рысьи глаза орехового оттенка, в уголках которых прятались смешинки. Очаровательные родинки на щеках. Да и вообще парень выглядел потрясающе: высокий с гордым разворотом плеч и какими-то бесконечно длинными ногами. - Нет! Не передумал! Едем! - Тогда садись! Уселись в машину, которую Джаред так и не заглушил и поехали. - Меня зовут Дженсен… - Эклз замолчал. У него, наконец-таки, настоящие каникулы. Он не хотел всю дорогу рассказывать о своих концертных буднях, если вдруг парень окажется его фанатом и просто до сих пор чудом не узнал. Поэтому не спешил представляться полным именем. – Просто Дженсен. - Приятно познакомиться. Я – Джаред. Джаред Падалеки. Но все называют меня Джей. - Ага, я подсмотрел… - смущенно кивнул Эклз, возвращая кошелек. - Кофе хочешь? Или кушать? - Вот есть я пока точно не хочу, - Дженсен все еще ощущал похмельную тошноту, и еда была бы сейчас лишней. – А от кофе бы не отказался. Надо было взять за заправке… - Не, там дрянной кофе. Вот! – Джаред извлек откуда-то из-под сиденья термос и сунул Дженсену, стараясь не отвлекаться от дороги. - А как я вообще очутился у тебя в машине? Помню только, что вчера напивался в каком-то баре… Джаред в вкратце рассказал события вчерашнего вечера. - О, Боже! Стыд то какой…. – простонал Дженсен, откидываясь на сиденье. - Дженсен, не переживай. У всех бывают не очень хорошие дни… - А почему ты остановился? Пьяный мужик, с гитарой на окраине города… А если бы я буйным оказался? - Ну, тогда было бы еще сложнее, чем было, - усмехнулся Джаред и пояснил, ловя непонимающий взгляд. – Тебе было не очень хорошо. Остановиться и продышаться было сложно, потому что вытаскивать тебя из машины – не вариант. А сам ты был не в том состоянии. Тебя несколько раз стошнило, но, слава богу, я успевал дать тебе пакет. Поэтому я быстро утилизировал проблему, и мы ехали дальше. - Пиздец! – заключил Дженсен, заливаясь стыдливым румянцем. – Прости за это… Почему ты не выкинул меня где-нибудь на обочине после этого? - Потому же, почему и взял с собой. Молодой мужчина, с дорогим на вид гитарным кофром где-то на задворках большого города, немного не в форме, но так бывает. Просто побоялся, что тебя обкрадут. А если учесть, что ты хотел свалить хоть куда-нибудь, то я пригласил тебя в свое мини-путешествие. Почему бы и нет? - Спасибо, Джей! Ты просто мой спаситель! - Расскажешь, что тебя привело в тот бар? Джаред мягко вел машину, не превышая допустимую скорость и поглядывал иногда на спутника, пившего небольшими глотками горячий кофе из крышки термоса. Дженсен вздохнул, взъерошил волосы и поскреб пальцами подбородок, обрастающий колючей щетиной. Он рассказал, что работает в творческом коллективе и что последние полгода были весьма напряжены – постоянные командировки и почти полное отсутствие отдыха. Что начальство предложило незапланированно отложить долгожданный отпуск. После чего Эклз не выдержал, и ушел в «самоволку». Он пытался максимально обтекаемо описать суть, не вдаваясь в подробности, что сохранить свою личность и работу в секрете. - Вот видишь, как здорово, что я оказался рядом! А то отпуск твой мог начаться в полиции, где ты бы заявлял о краже имущества. Или, еще хуже, в больнице! А так - едешь навстречу приключениям! – радость заявил Джаред. Дженсен залип на его улыбке. Тот улыбался открыто и счастливо, делясь своим позитивом. - А я тут подумал: поеду в Колорадо. – продолжил Джей. - Хочу написать несколько статей… И набрать фото материал на выставку. А после этого поеду в Вайоминг – там будет ежегодный сбор! - Что за сбор? - О! Это целая история! Если кратенько – мы с друзьями – старыми и новыми – собираемся и устраиваем день настольных игр!))) А потом играем в ДНД. Если захочешь – присоединяйся! Там всегда очень дружелюбная атмосфера! Ты не пожалеешь! - Слушай, Джей, а мы где вообще сейчас? - В Индиане. - Знаешь, я живу в США всю жизнь, очень много ездил по работе по стране, но даже толком и не видел ничего, - поделился Дженсен и с тоской уставился в окно. Последние пару лет жизни он видел в основном репетиционные базы, концертные площадки или тот вид, который позволяли видеть окна очередного отеля или, на худой конец, трейлера. - Что хочешь посмотреть? Ну, природу, города, музеи? - Все! Джей, я хочу все! – Дженсен ненадолго задумался. - Но, наверное, где людей поменьше. Погулять по городу или сделать вылазки в музеи удавалось, а вот на природе не был давно…. - Ох! Тут же столько красивых мест, которые стоит, действительно стоит посмотреть! – Джаред тут же свернул на обочину и набил в навигаторе новый маршрут. - Поехали, тогда в Национальный лес Шони. Я там тоже не был! Навигатор пиликнул, проложив новый маршрут. Джаред радостно улыбнулся и посмотрел на спутника: - Вот видишь, даже разворачиваться не придется! - Слушай, Джей! А ты не боишься, что я на перекуре в каком-нибудь безлюдном местечке ударю тебе по голове, угоню твою машину и брошу тебя на съедение койотам? Может я маньяк, и у меня хитрый план по заманиванию симпатичных добрых парней в свои коварные ловушки. – Дженсен, придя в себя, не раз задавался вопросом, почему этот незнакомый человек так хорошо к нему отнесся. Вопросов лишних не задает, в душу не лезет. Кофе угощает. Взял с собой в путешествие. Он вообще с этой планеты? - Дженсен, а может быть это я маньяк? Увезу тебя в глухое место и разделаю на органы? – ответил ему в тон Джей. И хоть он постарался держаться серьёзно, широкая улыбка снова заиграла на его лице, явив взгляду ямочки на щеках. - Неее! – уверенно протянул Эклз, любуясь его улыбкой. – Ты слишком добрый! Ну какой маньяк будет подставлять мне пакеты, когда меня тошнило! И кофе делиться! Если бы ты хотел что-то сделать – сделал бы, пока я в бессознанке был. - Ай! Всю мою легенду разрушил! – рассмеялся Джей. Он ткнул пальцем в магнитолу. Салон машины тут же наполнила легкая приятная музыка. Колеса отсчитывали мили дороги. Парни разговаривали, делясь какими-то историями из жизни или обсуждали пейзажи. Дженсен был удивлен, что так легко нашел общий язык с этим парнем. Уже через пару часов они разговаривали так, будто знали друг друга пол жизни. Джаред не замыкался в себе, был веселым и добродушным. Когда он улыбался, казалось, что он улыбается не только губами, но всем собой.       Дженсен окончательно расслабился и начал наслаждаться своим путешествием. Неожиданным, но таким нужным.