Тьма в его глазах

Первая их встреча произошла во время собрания орденов в Цишане. Вень Сюй шёл по знакомым коридорам Безночного Города не глядя на дорогу. Он бы зол. Сегодня была годовщина смерти матушки, а отец с братом даже не притворились, что скучают по ней. А ведь госпожа Вень была самой доброй и заботливой в этом дворце. Но теперь даже слуги не вспоминали об этом. К тому же отец устроил в этот день Соревнование Лучников с Советом Кланов. Вдруг в Наследника Вень врезается белоснежное нечто, прерывая его размышления. Вень Сюй уже хотел отчитать нарушителя, ведь на его месте мог оказаться отец или младший брат и тогда без кровопролития слуги дело бы не завершилось, но, заметив форму ордена Гусу Лань, передумал. Юноша, тем временем напуганно отскочил и поспешно поклонился, скороговоркой бормоча извинения — Прошу прошения, я задумался и не следил за дорогой… Вень Лей поднял руку призывая к молчанию. Юноша, нет ещё совсем мальчик, перед ним был бледен, с опухшими глазами и тощим телом. Оценив плачевность состояния невольного собеседника, Вень Сюй, наплевав на правила приличия, схватил несчастного Ланя за кисть и быстрым шагом направился к себе в покои. По дороге они встретили слугу, который был мгновенно отправлен на кухню за едой. Войдя в комнату, Наследник усадил своего гостя за стол и сел напротив. Лань изумлённо оглядывался подмечая богатую, но не лишённую вкуса, обстановку в традиционных цветах Цишаня. Резная мебель из красного и тёмного дерева, тёмно-багровый ковёр, более светлые и расшитые тёмной нитью полог кровати с покрывалом, белая скатерть и бронзовый сервиз в котором мирно плавал чай. От разглядывания комнаты отвлёк мягкий голос — Нравится? — Да, но я так и не понял зачем Вы меня сюда привели? — честно сказал Лань. Вень на это спокойно ответил — Если Вы не против, то могли бы мы перейти на «ты»? — дождавшись кивка, Наследник Вень продолжил Ты был очень бледен и худ, если кратко, то выглядело так, будто ты неделю не ел. Вот я и решил тебя накормить. А так как любой нормальный человек старается ограничить своё общение с членами ордена Вень до приветствия, поэтому я не спрашивая разрешения затащил тебя в свои покои. Да и ты, если честно, особо не сопротивлялся. А если бы я имел плохие намерения? — Лань виновато понурил голову, а Вень Лей всё продолжал — Надо сопротивляться так, словно от этого зависит твоя жизнь, ведь это, не дай Бог, может оказаться правдой. Иди только с тем человеком, кому доверяешь. Кстати, — оживился Наследник — пока нам готовят еду, может познакомимся? Я начну. Меня зовут Вень Лей, в быту Сюй, мне двенадцать лет. Я являюсь Наследником ордена и клана Вень. У меня есть отец и младший брат, к сожалению моя матушка погибла год назад… — подняв глаза на своего собеседника, Вень Сюй увидел грустный, сочувствующий взгляд, за которым скрывалась ужасающая боль. Плохое предчувствие заскреблось на задворках сознания. В это время Лань начал рассказывать о себе — Меня зовут Лань Хуань, имя в быту Сичень, я наследник Лань, мне не так давно исполнилось десять. Меня и моего младшего брата воспитывает дядя, так как отец в уединении, а матушка… — из горла предательски вырвался всхлип, а уголки глаз наполнялись слезами. Вдруг Лань Сичень почувствовал на своих плечах горячие руки, а через мгновение он оказался на коленках Веня, прижатый к его груди. — Поплачь, не держи в себе это, — тихие слова подействовали, как спусковой крючок и напряжённый, подобно тетиве, Хуань потихоньку расслаблялся плача и рассказывая о всех тревогах. Как больно видеть сидящего младшего брата напротив дома их покойной матушки; как страшно не оправдать ожидания, которые на него возлагают как на первенца и наследника; как ненависть на отца чёрной мглой заполняет сердце, ведь он мог утешить Ванцзи, подарить ему столь необходимое тепло, дядя не мог утешить и поддержать, он лишь тупо следовал трём тысячам правил, что находятся на Стене, а сам Сичень просто не успевал, он был занят на своих уроках, уходил в шесть утра, а возвращался за 15 минут до отбоя, но когда он узнал, что Лань Цижень сказал Ванцзи о том, что, если он разучит весь сборник нот и сможет в совершенстве их играть, то встретится со своей матушкой, теперь Хуань каждый день видел брата с окровавленными пальцами за гуцынем, жёсткие струны, предназначенные для духовной энергии, не щадили детскую кожу… Вень Лей мягко поглаживал мальчика по спине и удивлялся, как много он волнуется о своём шестилетнем брате. Сам Вень никогда не чувствовал таких тёплых чувств к своему кровнику. Было раздражение, была злость. Да, это вс были, но… любовь…. Нет, такое чувство он испытывал только раз, к своей матери, что была очень спокойными крайне неконфликтным человеком. Возможно Сюй пошёл в неё, а потому не мог понять своего отца и брата, которые являлись жестокими и, даже, кровожадными людьми.Вспомнить только знаменитый Кровавый Дворец, что предназначен для пыток задержанных. За всю жизнь Вень Лей побывал там дважды и этого ему хватило, больше ходить туда он не желал, но, если отцу понадобиться его присутствие, то он конечно пойдёт, ведь после отказа слетит маска послушного сына и его могут лишить наследства, а тогда дорога ему одна — могила. Вень Чжао же постоянно в этот пресловутый дворец просится, хотя прекрасно всё уже видел и знал что там происходит. Наследник Лань, тем временем, уже успокоился и был добровольно-принудительным путём отправлен в ванную, ведь «не пристало благородному Наследнику самого прилежного ордена расхаживать на людях в мокром и потрепанном виде». Поэтому подобрав нижние одежды, Сиченя отправили в царство воды, мыла и чистоты, если кратко, то купальню. Спустя 15 минут Лань Хуань вернулся в комнату, где его ожидал Вень Лей и целый поднос еды. В основном это были овощи с фруктами, а также мясо, но в небольших количествах, рядом же стояли баночки с различными специями. На недоуменный взгляд мгновенно прозвучал ответ — Я слышал, что в ордене Гусу Лань запрещены специи и мясо, поэтому попросил приготовить что-нибудь пресное, с небольшим количеством мяса. Но, если хочешь, то можешь добавить любые специи. Они все подписаны. Наследник Лань в шоке смотрел на Вень Лея. Он сам был наследником, а потому знал, что каждый ребёнок из главной ветви, или же с большим шансом наследования, должен знать краткое описание, законы, а также некоторые традиции других орденов. Если Наследник Великого ордена, то это должны быть остальные четыре и ещё Главные Вассальные ордена. Но в ордене Гусу Лань более трёх тысяч правил, и даже те, кто воспитывается там с рождения не всегда могут назвать все. А ещё помнить постоянно и в случае необходимости мгновенно рассказать, так вообще единицы. Вень Сюй, тем временем, просто на автомате попросил такую еду, словно его каждый день пытается сбить с ног измождённый адепт Лань. Ладно, мысли мыслями, а вот еда стынет. Аккуратно сев, Лань взял палочки и приступил к трапезе. Еда была настолько вкусной, что портить её какими-то специями казалось кощунством. Вень с лёгкой улыбкой наблюдал за, чуть ли не причмокивающим от удовольствия, Хуанем и радовался здоровым аппетитом (читайте голодом) нового знакомого. Позже, когда вся еда была съедена, в темы обсуждены, начиная о погоде, заканчивая программой обучения адептов в разных орденах. Последнее, кстати, переросли в жаркий спор. Но никто не вышел из него победителем, так как их прерват слуга, сообщивший об окончании турнира стрелков. Расстались два новых друга, сердечно пообещав друг другу снова встретиться. На следующий день, пока взрослые были на Собрании, дети вновь были вместе и проболтали весь день. Третий день был последним. Днём Весь Жохань со своими сыновьями вышел провожать гостей. Стоя напротив друг друга друзья понимали, что не должен показывать свою дружбу. И пусть сначала Сичень очень удивился холодной речи Сюя, ноздре он вспомнил их вчерашний разговор…

***

Лань Хуань, в быту Сичень, Наследник самого благовоспитанного ордена, без зазрения совести игрался с рукой наследника вражеского ордена, лёжа у него на коленях. Вень Сюй в ответ свободной рукой задумчиво гладил его по волосам. — Ты же никому не рассказывал о нашем знакомстве? — шёпот осторожно, чтобы не снять уютную пелёнку спокойствия, разрезал тишину. — Нет, я сказал, что весь день гулял в одном из садов резиденции, — скопировав тон старшего, мурлыкнул Хуань. — И правильно. Из-за моего отца отношения между нашими, да и остальными, Орденами довольно наряжённые, нам могут просто запретить общаться. Кстати про общение, я обещаю придумать способ общаться на дальних расстояниях.

***

После прощания Лани отправились в свои родные Облачные Глубины. По прибытию Сичень целую неделю ожидал какую-нибудь весточку от своего первого и единственного друга. Но по истечению декады он проснулся не от привычного колокола, вот странного звука похожего на скрежет когтей и хлопанье крыльев. Открыв глаза, Лань понял, что не ошибся — на его тумбочке гордо восседал чёрный ворон, который в свою очередь внимательно рассматривал Хуаня. Но особого внимания Наследника удостоилось письмо, что было аккуратно прикреплено к лапе птицы. Когда мальчик хотел забрать пергамент, то птица больно клюнула его в палец, оставив маленькую ранку.

«Доброго времени суток! Как у тебя дела? Чем занимаешься? Как твой брат? Мой вот устроил истерику из-за того, что его заставили выучить стих. Учителя уволили, а Чао хоть бы хны. Как твой дядя? Я слышал, что он хороший учитель, надеюсь, что я когда-нибудь смогу хотя бы немного отучиться у него. Раз ты читаешь это письмо, значит ты уже увидел Фен-фена. Это мой тебе подарок. Он происходит из рода Воронов смерти. Они очень умные и безгранично преданы хозяевам. Письмо они отдадут либо получателя в руки, либо выклюют глаза вору. Привязка происходит кровью, так что не волнуйся, если тебя клюнули.

Обязательно напиши мне о своём питании и самочувствии.

Наследник Весь, Вень Сюй»