"Идеальная" семья

Сириус стоял, облокотившись спиной о дверной косяк, и смотрел на друга взглядом, не предвещающим ничего хорошего. Джеймс сидел на кровати, опустив голову. — Долго ты молчать собираешься? — не выдержал Блэк. — Я не обязан перед тобой отчитываться, — слабо защищался мужчина. Сделав глубокий вдох, Сириус продолжил: — Кто она? — Её зовут Лучия. Мы вместе работаем. — Давно у вас отношения? — Несколько месяцев. — Джеймс, я из тебя клещами тащить должен! — взорвался Бродяга. — Рассказывай давай! — Полгода назад она устроилась в министерство. Она молодая, красивая, умная… Она понимает меня. — А Лили, значит, уже старая, страшная, глупая… — Сириус! Я этого не говорил, — перебил его Поттер, — Просто… — Что просто? — Блэк оторвался от косяка, подошёл к другу, сел перед ним на корточки. — Что просто? Как ты мог променять Лили на кого-то? Джеймс молчал. Волшебник поднял его голову, обхватив ладонями щеки. Поттер отвёл взгляд. — Объясни, как такое могло произойти? — Сириус вскочил, начал расхаживать по комнате. — Сохатый, ты же не мог… — Мог, — не дал договорить другу Джеймс. — Я не понимаю, не понимаю… Несколько минут, показавшиеся Поттеру-старшему вечностью, прошли в молчании. Наконец Блэк продолжил: — Я не могу поверить, что мой лучший друг способен на предательство! — Именно потому что я твой лучший друг, ты должен меня понять! — Джеймс встал с кровати. — Я не только ТВОЙ друг, — Сириус вплотную подошёл к мужчине, делая акцент на слове «твой». — Я друг Лили тоже, я не могу принять и понять тот факт, что ты изменил ей с кем-то! — Не тебе читать мне нотации, дружище, — криво улыбнулся Поттер. После вчерашнего алкоголя и удара Бродяги у него ужасно болела голова, он злился и не хотел продолжать этот бессмысленный разговор. — У тебя нет своей семьи и никогда не было! Много ли ты знаешь о семейных ценностях??! Так что ты точно не тот, кто может судить меня! — Какой же ты жалкий, — процедил Блэк сквозь зубы, удержавшись, чтобы не ударить его снова. Джеймс болезненно расхохотался. Уже уходя из номера Сириус обернулся: — Она замужем? — Нет. — Тогда почему ты не у нее? Ответом ему послужило молчание. После ухода крёстного Гарри вышел на улицу проветриться. В голове его была каша. Тонкс осталась завтракать с Лили, а Римус отправился на поиски мальчика. — Сегодня тепло, — мужчина подошёл к сыну друга со спины. — Да, — кивнул Поттер-младший, не оборачиваясь. — Как мама? — Дора покормит ее, — невпопад ответил Люпин, понимая, что подросток спрашивает не об этом. — Спасибо вам, — Гарри повернулся к нему лицом, — Спасибо, что сейчас рядом. Римус улыбнулся и протянул парню плитку шоколада: — Съешь, полегчает. Они обошли дом несколько раз прежде чем Гарри заговорил снова: — Я не понимаю… Не понимаю самого себя, — он вопросительно посмотрел на Римуса, тот лишь кивнул, давая понять, что готов выслушать. — Об изменах отца я начал догадываться сразу, как вернулся из Хогвартса. Об этом говорило многое. Я удивлялся, как мама не замечает… Было видно, что Поттеру-младшему трудно говорить, но он продолжал: — Я не понимал, как мама, умная женщина, не замечает изменения в отце. А потом стал даже радоваться этому. Я не хотел, чтобы она знала. Не хотел, потому что это нарушило бы привычный уклад жизни. Понимаете? — он снова посмотрел на Люпина, тот ничего не ответил. — Я адекватно воспринимал происходящее, прекрасно осознавал, что все уже не так, как было, но пока мама не знала, как будто бы ничего и не было… Подросток замолчал на несколько минут. Они прошли ещё немного. Гарри остановился и заговорил снова: — Я проклинал про себя отца, после каждого его позднего возвращения домой, а сам улыбался, всячески стараясь вести себя, как будто все нормально. И вчера, уходя к себе, я молился, как всегда молился, чтобы все опять прошло спокойно, чтобы не было никаких выяснений отношений… Но маме, наверное, надоело притворяться, что она ничего не замечает. И теперь плохо ей, плохо мне, а папе… Отцу, наверное, хорошо. — Нет ничего ужасного в том, что ты не хотел, чтобы правда вышла наружу, — Римус положил руки на плечи Поттера-младшего. — Это… защитная реакция. Ты человек, Гарри, просто человек. Я понимаю, что ты не хотел рушить привычную тебе картину. Но это случилось бы рано или поздно. Главное, не смей ни в чем себя винить. Хорошо? — Подросток кивнул. — Есть ещё кое-что, о чем я хотел бы вас спросить, — обратился он к другу отца, теребя в руках фантик от шоколадки, — Я ведь теперь должен плохо относиться к отцу? Он же предатель. Он предал маму, сделал ей больно, предал и меня… — Нет-нет, что ты! — перебил парня Люпин. — Отношения твоих родителей — это только их отношения. Джеймс всегда будет твоим отцом, а ты его сыном. Он не предавал тебя, хотя ты сейчас имеешь право думать по-другому. — Я… Мне было бы значительно легче, если бы я мог спокойно его ненавидеть. Но… Это же папа. Мой папа. Я люблю его на каком-то интуитивном уровне. Я не могу взять и разлюбить его. Я не могу спокойно проклинать его. Что с этим делать? — Ничего. Ты сейчас на него обижен, и это нормально. Он поступил плохо по отношению к Лили. Ты хочешь защитить маму, но не понимаешь, что делать если, так сказать, врагом оказался отец. Ты любишь его. Это правильно. Обида пройдет. Нужно только время. Ты можешь злиться на него, ругаться, но ты совсем не обязан его ненавидеть! — А мама? — Твоя мама очень мудрая женщина, — улыбнулся Римус, — Она поймёт. — Даже если я захочу с ним общаться? — Конечно. Римус и Гарри вернулись в дом сразу после того, как туда трансгрессировал Сириус. — Я нашёл его, — начал Блэк. — Давай поговорим вдвоём, — предложил Люпин. — Гарри, иди к себе. — Но я тоже хочу послушать, — возразил было подросток. — Римус прав, — неожиданно согласился с другом Сириус. У парня не было сил спорить с двумя взрослыми, и он поднялся в свою комнату. Стоя в дверях, он не знал, чем себя занять. Услышав шаги на лестнице, обернулся. Это поднимались Лили и Тонкс. Ветер игрался занавесками открытого окна. Огонь в камине не горел. Блэк и Люпин сидели в креслах друг напротив друга. - Ты поговорил с ним? - спросил Римус. - Да, - Сириус открыл бутылку огневиски, налил себе, кивнул другу, но тот покачал головой. - Видите ли, она "красивая, умная, добрая" и понимает его. - Кто она? - Какая-то Лучия. - Ты её видел? - Нет! Представь себе, этот чудик ночевал в маггловской гостинице! Когда мог спокойно отправится к своей возлюбленной, - на последнем слове Блэк скривился. - Она... - Не замужем. - Тогда действительно странно. Немного посидели в тишине. - Сириус, а ты уверен, что он её любит? - Да кто его, Мерлин, знает! Раз они вместе уже несколько месяцев... - С трудом вериться, что Джеймс мог предать Лили, - устало откинулся в кресле Люпин. - Однако ж, - Блэк осушил третий стакан.