Белые розы кровавого заката

      К удивлению директора Незу, Айзавы, Всемогущего, Сущего Мика и Полночи, Миола Ван Арт появилась у ворот Академии ровно за десять минут до начала урока на следующий день.        — Не вижу остальных героев Великой восьмёрки, — фыркнула девушка, поправляя лямку сумки с тетрадями и придерживая короткую юбку, которая так и норовила задраться из-за дующего на улице ветра.        — Я рад, что ты всё же пришла, юная Ван Арт! — громко сказал Символ Мира. — Ты должна знать присутствующих тут героев, но я считаю, что вам нужно познакомиться лично, а не через телевидение или мои описания тебя. К тому же…        — Миола Ван Арт, — раздражённо перебила девушка героя. — Да, «Ван Арт» — лишь фамилия из игры. Нет, я не собираюсь называть настоящую фамилию. Да, я ненавижу отца, который герой, но настоящий ублюдок… Господин Айзава, урок должен начаться через восемь минут. Я, конечно, мразь, но пунктуальная. Пожалуйста, пойдёмте.       Не желая слушать ответа от героев, девушка тряхнула волосами, собранными в высокий хвост, и направилась ко входу в Академию.        — Не знаю, что я должен делать и говорить в такой ситуации… — спустя некоторое время молчания, пока они шли к нужному третьему «А» классу, всё же вздохнул Айзава, останавливаясь у нужной двери.        — Я не собираюсь находить общий язык с вашими учениками, дружить с ними или вообще разговаривать. Последнее — если только по делу, — сразу же отозвалась Миола. В Лиге Злодеев почти никогда не было тишины, поэтому сейчас девушка тоже чувствовала себя не уютно. — Учитель, я… я не буду вредить моим одноклассникам, потому что сейчас они мои одноклассники, — на удивление неуверенно добавила она и толкнула дверь.       Урок должен был начаться через минуту ровно, поэтому в классе сейчас были все. И все они замолчали, когда увидели на пороге незнакомую девушку в их школьной форме.        — Я буду здесь месяц, — сразу громко сказала Ван Арт. — И я не собираюсь находить с вами общий язык. Сейчас я должна быть дома и вместе с братьями придумывать новый план, но из-за вашего ебанувшегося Всемогущего я сейчас торчу здесь. Поэтому введу одно правило: вы не трогаете меня, а я, в свою очередь, не трогаю вас. Все счастливы и довольны, — Миола услышала позади себя тяжёлый вздох про-героя, а затем прошла к указанному ей месту под громовой тишиной и двадцатью шокированными взглядами.        — Итак, это — Миола Ван Арт и, как она и сказала, благодаря Всемогущему она должна продержаться в вашем классе месяц, — сказал Айзава. По его виду сразу становилось понятно, что такого решения он не одобряет, но подчиняется за неимением другого выбора.        — А после месяца чё будет? — недовольно фыркнул Кацуки. Он совершенно не любил, когда на него смотрели с пренебрежением. — Сбежишь? — он хмыкнул, повернувшись к новой однокласснице.        — После месяца я вернусь в Лигу Злодеев и наконец-то обвенчаю брата и лучшую подругу, так что не ебите мне мозги, если не хотите, чтобы потом вас ебали Даби или Томура, — скривилась девушка. — Мне похуй, как вы ко мне относитесь. Если бы не ваш Символ Мира, то меня бы тут уже не было.        — Чего, блять? — Бакуго вскочил на ноги, а его ладони заискрились взрывами, когда он начал подходить к девушке.        — Успокойся, пожалуйста, — вдруг попросил его Тодороки, который сидел буквально перед Ван Арт. — Если бы Всемогущий решил, что это опасно, то её бы сейчас не было тут, — разноцветные глаза безэмоционально смотрели на одноклассника.       К удивлению всех остальных, Тодороки сейчас выглядел так, словно готов использовать причуду на Бакуго, если он не успокоится. Позади него с усмешкой сидела их новая одноклассница и выглядела так, словно знает что-то, чего не знают все остальные.        — Прекратите оба, — строго сказал Сотриголова, стирая причуду Бакуго. — Последствия этого решения будут разбирать Всемогущий и директор Незу. Бакуго, сядь на место.       Некоторое время сверля Тодороки взглядом, Бакуго раздражённо цыкнул и скривился, но на место всё же вернулся. Остальные тоже начали слушать учителя, хотя изредка и кидали заинтересованные взгляды на новую одноклассницу из Лиги Злодеев.       Ближе к концу урока Шото незаметно протянул руку на заднюю парту, оставляя там небольшую записку. Вопросительно выгнув бровь, Миола развернула её и быстро пробежалась глазами по содержимому:

Рад снова тебя видеть, Мия. Просто знай, что наши одноклассники с большей вероятностью поступят наоборот твоим словам и на перемене сбегутся знакомиться. Изуку Мидория (парень с зелёными волосами, сидящий за тем, кто подходил к тебе) иногда странный, но довольно сообразительный. Если бы ты меня хоть иногда слушала, то я бы сказал тебе остерегаться его. В любом случае, я всегда на твоей стороне (не Лиги, а именно твоей).

      Под сообщением была приписка в виде нынешнего номера телефона и, на удивление, подмигивающий смайлик.       Миола убрала записку в блокнот и прикрыла рот ладонью, не прекращая улыбаться до конца урока.       Как оказалось, Тодороки был прав, и на перемене около её парты столпились чуть ли не все одноклассники.        — Ты и правда из Лиги Злодеев и знакома с Даби и Шигараки? — спросил Мидория.        — Ага, — Ван Арт поёжилась, глядя на него, и прикусила изнутри щёку.       Изуку Мидория не показался ей опасным: сильным преемником Всемогущего — да, но не опасным. Проблема для неё заключалась в том, что Изуку был слишком похож на него, а его Миола ненавидела чуть ли не больше собственного отца.       Поэтому, даже не отвечая на множество остальных вопросов, девушка, к их удивлению, извинилась перед ними и быстро сбежала из класса.        — Курить в стенах Академии запрещено, но ты можешь это сделать на крыше, — раздался тихий и спокойный голос со спины, но Ван Арт всё равно вздрогнула, сильнее сжимая ладонями предплечья.        — Я хочу обратно, — тихо сказала она. — Мне нужен Даби.        — Быть может, хоть на месяц я смогу заменить его тебе? — в чужом голосе звучала надежда.       Подняв голову, Ван Арт внимательно посмотрела на склонившегося к ней Тодороки, а затем протянула свою руку в ответ, переплетая их ладони.        — Вы совершенно разные люди, Шото, — прикрыв глаза, улыбнулась девушка. — Но вы оба мне очень дороги, и тебе не нужно заменять его. Достаточно того, что именно ты будешь рядом…

***

      После уроков Миола получила в своё распоряжение одну из комнат общежития в женском крыле, но время до отбоя предпочла провести на крыше.        — Ты слишком часто куришь, тебе так не кажется? — спросил парень, облокачиваясь на перила рядом.        — Посмотрим, может ли влияние героев на меня сказаться благотворно хоть в каком-то аспекте моей личности, — фыркнула Ван Арт, кинув насмешливый взгляд на Тодороки. — Как тебе в ЮЭЙ?        — Тут здорово, — признался Шото. — Я ещё ни разу не пожалел, что пришёл сюда.        — У тебя не было выбора, — фыркнула девушка. — Уёбок Старатель его никому не оставляет, кто хоть раз с ним общался.        — Я не могу с этим поспорить, — вздохнул парень, подняв голову к небу и рассматривая звёзды. — Напоминает наше прошлое.        — Оно не может напоминать наше прошлое, Шото, — нахмурилась Миола и затушила сигарету о перила, а затем, проверив, что она не горячая, убрала в небольшой пакетик и в карман. — Потому что наше прошлое пересекается лишь на особо важных моментах нашей биографии.       Резко обернувшись, Ван Арт ушла с крыши, оставляя Тодороки почти что наедине смотреть на звёзды.       Недалеко от выхода с крыши, скрывшись в тени, сидел Бакуго, пришедший сюда даже до новой одноклассницы и хорошо слышавший весь разговор. Вопросы, касающиеся Миолы Ван Арт теперь волновали и его, в особенности — её общее с Шото Тодороки прошлое…