Белые розы кровавого заката

      Когда утром прозвенел будильник, Миола поморщилась, отключила его и перевернулась на другой бок, снова засыпая и не понимая, почему он вообще прозвонил в такую рань.       Но уже спустя полчаса в комнату вошёл Тодороки и, закрыв за собой дверь, только после этого постучал в неё, затем облокачиваясь на неё же и скрещивая руки на груди.        — Ты забыла, что месяц ты учишься у нас, — спокойно сказал парень, когда девушка приоткрыла один глаз и с удивлением посмотрела на него.        — А… Бля, точно, — вздохнула она и села. — Подъёмы в шесть утра придумал точно изверг…       Встав с закрытыми глазами, девушка скрылась в небольшой ванной, искренне радуясь, что, хотя в общежитиях и были общие душевые, в каждой комнате были свои. Уже через двадцать минут Ван Арт вышла обратно в одном полотенце, но Шото на это ничего не сказал, лишь закатив глаза.       Встав за ширму, девушка быстро переоделась и подошла к небольшому столику с зеркалом, начиная продирать все узлы в волосах, спутавшихся во время сна.        — Знаешь, я не планировала ничего раскрывать о нас, так что тебе бы поменьше светиться рядом со мной, — всё ещё сонно сказала Миола, когда парень усадил её на пуфик и сам стал сначала расчёсывать, а затем заплетать.        — Ты не планировала учиться тут вообще, так что планы могут поменяться в любой момент, — спокойно ответил ей Шото и завязал косу резинкой с вишенками, которую сам и принёс. — Я был бы рад, останься ты на стороне добра.        — А я была бы рада, если бы Даби не убедил меня отговорить тебя вступать к нам, — фыркнула Ван Арт и встала. — Хотя это всё же спорный вопрос, но в костюме от Лиги Злодеев ты смотрелся, чего уж там скрывать, сексуальней, чем в своём теперешнем супергеройском, — она хитро прищурилась, поймав взгляд парня за спиной через зеркало.        — Кстати о костюмах, — вдруг вспомнил Тодороки. — У нас сегодня по плану идёт тренировка с учителем Айзавой. И она, кстати говоря, первая. У тебя костюм от Лиги или есть эскиз для геройского?        — Я никогда не собиралась становиться героем, так с какого мне иметь эскиз геройского костюма! — Ван Арт вскочила со стула и резко обернулась, явно давая понять, что такое предположение её невероятно злит. — И вообще, нахера я одевала школьную форму?        — Не знаю, — Шото развёл руками, и только после этого девушка поняла, что он одет был в свой геройский костюм.        — Падла, — фыркнула она и, взяв небольшой чемодан с подоконника, снова скрылась в ванной комнате.       Тодороки проводил её насмешливой улыбкой и весёлым фырканьем, когда девушка, закрывая дверь, сначала показала ему фак и только после этого окончательно закрыла за собой дверь…

***

      Выслушивая указания сначала Сотриголовы, а затем и Всемогущего насчёт их тренировок, Миола не могла не чувствовать на себе удивлённо-заинтересованных или смущённых взглядов. Стоит заметить, что все эти взгляды можно было объяснить довольно просто: вторые — потому что её костюм оказался довольно открытым, хотя и с плащом, а первые — из-за Шото, но тут стоит остановиться отдельно.       За пять минут до прихода учителей Тодороки и Ван Арт вместе появились на тренировочной площадке, чем уже привлекли внимание всего класса хотя бы тем, что девушка — из Лиги Злодеев, а сам Шото — герой, которым не стоит с безмятежным выражением лица находиться рядом друг с другом (Тодороки был слишком спокоен как для парня, идущего рядом со злодейкой, даже если та просто попросила его показать место проведения тренировок). А из-за костюма девушки никто и не удивился, что Минета полез к ней с вполне понятным предложением. Все удивились, когда Тодороки заморозил ему рот, приморозил к земле и посмотрел так, словно мысленно раздражающего одноклассника разорвал на части (признаться честно, от такого взгляда мурашки побежали даже по спине Бакуго).        — Так как Минета на сегодня выведен из строя, — Айзава кинул недовольный взгляд на Шото, который, на самом деле, даже не выглядел виноватым, — то вместо него вместе с Каминари в команде будет Ван Арт. Сражаться вы будете против команды из Бакуго и Мидории.        — Учитель, вы реально хотите, чтобы мы победили так легко? — Миола вопросительно выгнула бровь. — Ну, типа, эти двое (она указала на своих соперников) скорее друг друга выведут из строя.        — Тебе не кажется, что даже для суки из Лиги ты слишком, блять, охуела? — сразу же вспылил Бакуго, начисто игнорируя возмущения Символа Мира его матами.        — Если бы меня волновало мнение других людей, то я бы уже давно покрасила волосы в другой цвет, — фыркнула девушка, насмешливо глядя на бесящегося блондина, который, однако, не мог к ней подойти из-за удерживающего его Киришимы.        — Кто бы сомневался, — насмешливо фыркнул Тодороки, сцепив руки в замок за спиной и всем этим заставляя Мидорию с удивлением на него покоситься.        — Ой, блять, Шото, ты вообще не лезь, — сразу же ответила Ван Арт. — Иначе я тоже вспомню все твои прегрешения, и, да, я буквально могу перечислить все места твоих проколов, — посмотрела она на него раздражённо.       Все переводили с одной на другого удивлённые взгляды (ещё бы — девушка из Лиги Злодеев назвала героя по имени!), но искренне решили, что «прегрешениями» и «проколами» Миола назвала ошибки Тодороки.       Сам парень же пристально на неё глядел, но уже ничего не сказал, а лишь сглотнул, из-за чего шарик от штанги на языке уже привычно потёрся о верхнее нёбо.        — Так, всё это вы все будете обсуждать на перемене. Бакуго, Мидория, Каминари, Ван Арт, вы сразитесь первыми. Займите свои позиции! — распорядился Айзава.       Бой пришлось остановить на середине означенного времени и записать им всем «ничью», но для пояснения мы отмотаем время на пять минут назад.        — Знаешь, эээ, как к тебе лучше обращаться? «Миола» или «Ван Арт»? — спросил Мидория.       Они вчетвером сейчас сражались недалеко друг от друга, но решили разбиться на пары, и Миола была вынуждена сражаться с Изуку, одновременно с этим следя за самочувствием Денки и местоположением Кацуки.        — Миола, — выдохнула она, посылая в парня с веснушками струю пламени и очень надеясь его этим не сильно задеть — у неё был принцип в жизни, и принцип этот означал: «Не вреди тем, на чьей ты стороне. Даже если это временно, а бой — тренировка».        — О, хорошо. Так вот, Миола, ты никогда не замечала, что очень похожа на Старателя?       Спрашивая это, Мидория даже прекратил атаковать.        — Ох, блять… — выдохнул Шото Тодороки в комнате наблюдения и, не обращая внимания на всеобщий шок, резко повернулся к Всемогущему. — Остановите сражение!       Но пока герои шокировано смотрели на него, Ван Арт буквально зарычала и резко стартовала вперёд, на этот раз не сдерживая пламя и опаляя им даже замерших Каминари с Бакуго.        — Не смей, блять, сравнивать меня со Старателем! — прижав неожидавшего такого Мидорию к стене, девушка под его вскрик вонзила небольшой нож рядом с его головой. — Никогда, сука, даже не упоминай при мне имя этого уёбка! Старатель, блять! Герой номер один?! Да что вы все, блять, знаете о нём?!       Не глядя на все свои крики, голос Айзавы, оповещающего о конце их боя, девушка услышала и сразу же отошла от Мидории на три больших шага, вцепляясь в собственные предплечья.        — Ты нихуя не знаешь ни о Старателе, ни вообще о семье Тодороки, — обратилась она к удивлённому парню. — Да что там, блять, Тодороки… Ты ведь даже о себе ничего особо не знаешь, Изуку Мидория, — сделав глубокий вдох, Миола посмотрела на прибежавших Айзаву и Всемогущего, а затем перевела взгляд на удивлённых Денки и Кацуки и, тихо чертыхнувшись, впилась ногтями в предплечья ещё сильнее, направившись к выходу из здания. — Хочешь совет, Мидория? — спросила она уже у выхода, но не обернулась и, даже не зная, кивнул парень или нет, продолжила: — Общайся только с матерью. Узнай ты, кем является твой отец, то возненавидишь и его и себя, а твоя сестра… Она, конечно, шикарна, и я её обожаю, но вы разного поля ягоды.       Не глядя ни на чьё удивление, Миола Ван Арт покинула тренировочное поле и до конца дня не показывалась на глаза никому из временных одноклассников. Ночью она снова встретилась с Тодороки на крыше.        — И что это была сегодня за выходка? — устало спросил парень, как и вчера облокачиваясь на перила.        — Я вспылила, — виновато ответила девушка. — Прости.       Глядя на неё, Шото вдруг вздохнул и притянул её к себе, обнимая, а выпавшую из её рук сигарету сжигая в полёте.        — Знаешь, я сам никогда не прощу отца за всё, что он сделал, — тихо, но на пустой крыше всё равно достаточно громко, сказал парень. — Но тебе стоит научиться реагировать на него менее бурно.        — Зай, во мне пламя Старателя, — вздохнула Миола, отвечая на объятия.        — А ещё лёд, — возразил ей Шото.        — А ещё лёд, — согласилась с ним девушка, разрывая объятия. — Я… постараюсь сдерживаться в следующий раз… Ты ещё постоишь со мной?        — Извини, я обещал Сэро помочь, — вздохнул Тодороки. — Увидимся, может, позже?        — Обязательно, — девушка кивнула и проводила его взглядом. — Тебе стоит прекратить узнавать информацию, подслушивая чужие разговоры, — выждав пару секунд после закрытия двери, Ван Арт посмотрела в тёмный угол крыши.        — Я не виноват, что вы постоянно приходите сюда после меня и делитесь личным, — недовольно фыркнул парень, сунув руки в карманы штанов.        — Хочешь узнать больше? — прищурилась девушка. — Если да, то можешь прийти ко мне в комнату где-то через час-полтора. Моя комната находится правее, если прямо смотреть на комнату Шото.       Махнув рукой на прощание, Миола сошла с крыши, оставляя Бакуго в одиночестве размышлять над уже услышанным и тем, что он только услышит…