Записки

Убитый горем, мои крылья разорваны на клочья. Я заперт в золотой клетке, воздвигнутой монстром специально для меня. Мои волосы, мокрые и уже не такие мягкие, как когда-то, обрамляют моё круглое зарëванное бледное лицо, которому придётся напрягать мышцы и тянуть улыбку, чтобы не показывать слабость и боль, чтобы не тревожить других. Спасая других, я забыл о самом главном, о себе. Моё тело находится в ужасном состоянии, моё психическое здоровье уничтожено, а сердце моё растоптано множеством людей по моей же вине. Что же мне, такому ничтожно безнадёжно слабому плаксе, остаётся делать? Пытаться выжить в мире, который может отвернуться от меня в любой момент. Остаётся держать себя в руках, учится контролировать себя и всё так же оставаться в золотой клетке, что сотворил монстр для меня, возможно, чтобы уберечь от горечи и обид, а может быть, чтобы растоптать мои последние надежды на спокойную жизнь. Возможно, когда-то я был прекрасен, словно ангел. Наивен, мил, весел и добр. Тогда у меня были крылья, несущие меня по этому свету, и я ещё не знал, что такое солёные слезы и глубокое отчаяние на грани ревнивого мерзотного безумия. Я потерял многое. Слишком многое в этой жизни. Я терял людей, я терял самого себя из раза в раз, я терял веру и любовь. Едва ли обретал её, как вновь, всё разбивалось вновь и вновь, каждый чертов раз, и я думал, что же это такое, что я делаю не так, как же я опять провинился? Всё дело всегда было во мне. Я перестал быть милым ребёнком, я изменился, я стал другим. Какое-то время я этого не осознавал. Я просто не принимал такие перемены в себе. Я делал вид, что всё нормально. Что так было всегда. Но когда галлюцинации стали тревожнее, когда от меня стали отворачиваться многие, когда я едва не убил самого себя, я понял, что я изменился. Я стал безумным. Безумным идиотом, что желает привлечь внимание к своей личности, что мечтает быть в центре компании, что имеет потребность во всеобщей любви и уважении к моей персоне, хотя я ничего из этого не заслужил и всё ещё не заслуживаю. Я стал притворяться, чтобы меня любили. Людям нравятся милые, общительные персонажи, готовые уделить тебе всё своё время и бескорыстно поддержать в трудную минуту. Я стал таким, по крайней мере, для всех. Для самого себя я остался ненавистым ублюдком, что уничтожает других и мнёт под себя. Со временем я дошёл до состояния, когда уже запутался в том, кем я являюсь. Ангел-хранитель или ангел-бедоносец, едва ли не сравниваемый с дьяволом? Мои длинные белые пальцы зарывались в окрашенные волосы, тогда они были ещё ярко-красными, рвали мелкие клочки волос, а из моих зелёных глаз реками текли слезы и падали они на холодный деревянный пол. Потом я дошёл до состояния, в котором нахожусь сейчас. Я остро чувствую, что мне нужна помощь. Но обратиться за этой помощью я не могу. Мне страшно. Я не хочу, чтобы меня называли психопатом другие. У меня нет денег. И хороших специалистов в городе тоже едва найдешь. Не горюю о сердце, ещё скую другое. Дождусь совершеннолетия и наконец-то обращусь за помощью. Уничтожу себя старого, сменив имя и фамилию. Перееду далеко-далеко, чтобы не видеть его. Я даже не хочу говорить, кто он. Но, может быть, я не доживу. Может быть, я скончаюсь раньше, чем мне наступит хотя бы 18. Хотя, смешно это - осталось всего пару лет, чего тревожиться? А тревожиться того, что за эти пару лет может произойти много всего. Два года назад моя тётя, абсолютно здоровая женщина, стала инвалидом. На неё просто упало скопление снега зимой с крыши. Она лежала в коме несколько месяцев и едва не умерла. Я помню, как моя мать рыдала. Я помню, как сестра говорила мне об этом лишь через неделю после проишествия, так как они не хотели меня расстраивать, а я тогда сам был тяжело болен. Я помню, как рыдал всю ночь в подушку. Никто не знал, что это может произойти. Что, если со мной тоже случится что-то ужасное? Никогда не знаешь, что тебе приготовила жизнь. Израненный, пропахший солью слез, скрывающий всю боль в своём разваливающемся сердце, я создал монстра. Монстра, который меня запер в этой золотой клетке, и теперь я не смогу самостоятельно выбраться из неё, как бы мне не хотелось. Это словно болото. Я хочу чистого неба над головой. Я хочу взгляда доброго. Хочу падать замертво, перерождаться и снова бороться, чтобы быть счастливым. Хочу чувствовать себя живым. Хочу пережить огромное счастье, хочу, чтобы меня держали за руку и берегли меня, как зеницу ока. Хочу оберегать и других. Я беру на себя слишком много, - говорят мне. Наверное, они правы. Каждый прав, кроме меня, я уверен. Я пытаюсь сделать всё, чтобы осчастливить других, даже когда меня не просят об этом. Сейчас я только и делаю, что рыдаю от своей смешной ничтожности, пытаясь защитить своих любимых и близких. Смотрю снизу вверх на других, ощущая всю свою жалость. Я прошу не вредить мне, однако не соответствую. Я причиняю много боли своим друзьям, хотя иногда этого и не осознаю. Монстр, которого создал я - и есть я сам. Я сам запер себя в этой золотой клетке, из которой теперь не вижу выхода. Лишь я виноват во всех своих страданиях.