Глицин, кипяток и слезы - ты стираешь собственные грезы

Я даже поверить не могу, что это произошло. Мне совсем не верится, кажется, будто это сон. Я и Витя, две такие противоположности, как говорила Ника… Мы вместе, мы в отношениях. Витя готов пожертвовать всем ради нас, собственным личным делом и репутацией. А я не понимаю, за что я достоин такого прекрасного парня. Утро следующего дня было самым чудесным за всю смену в лагере. Витя пришел еще до завтрака, когда улицы пустовали, и мы смогли мило пообщаться. Я безумно хотел поцеловать его, но понимал, что это слишком опасно. За завтраком мы устроили переглядки, весь остальной день мы пытались выкрасть хотя бы минутку, чтобы встретиться. Я пораньше свалил с тренировки, тайно сбежал из корпуса во время тихого часа, Витя задержался со мной и опоздал на общественные работы. Каждая встреча приносила уйму эмоций, только положительных, я даже не думал, что это может закончиться. Мы встречались всего сутки, а казалось, что целую вечность. Перед ужином по радио один из старшекурсников объявил, что прибыли родители с передачками для детей. Радостная малышня рванула к воротам. Я совсем забыл про этот родительский день, да и мне он ничего не приносил. Мать никогда не приезжала, чтобы увидеться со мной или привезти что-нибудь вкусное. В этом году могла приехать Лерка, и она предлагала это сделать, но я оставил ее дома у подруги и сказал, что деньги тратить смысла нет. Марк со мной был согласен, поэтому Лера осталась в городе. Я остался в спальне один, все парни рванули к своим родителям. Что я чувствовал, слыша шум с улицы? Было обидно, конечно. Но за столько лет я уже привык к одиночеству и безразличию родителей, что не обращал на это внимание. Но в этом году все обернулось по-другому. Я скучно подкидывал к потолку теннисный мяч и нервно бросал взгляд на телефон, отчего постоянно пропускал мяч. Я судорожно ждал, когда вернется Ника или Витя от встречи с родителями, и мы сможем пообщаться. К Марку сейчас идти точно нет смысла, он скрывается где-нибудь на спортивной площадке. Он всегда очень плохо переносит приезды родителей, в первые смены устраивал истерики, почему к нему не приехала мама. А когда матери звонили, она даже трубку не брала. В окно постучали. Я вздрогнул. Мячик отскочил от стены и покатился по полу, спрятавшись под кроватью Васьки. Я тихо выругался и недовольно повернулся к окну. Кого там притащило в такое время? На улице стоял Витя. Широко улыбался мне и нервно постукивал ногой, приминая траву. Я вытаращил глаза. Я подумал, что это галлюцинация, но, поняв, что Витя настоящий, рванул на улицу. Насколько я знал, к вожатым родители обычно не приезжали, но у молодых ребят, кто бывал на первых сменах в своей жизни, старшее поколение приглашали для поддержки. Мой парень (обалдеть, я Витю теперь так могу называть!) рассказывал, что его отец приехать не сможет, а вот мама решила навестить сына. Что же Витя тогда делал под окном моего корпуса, если должен стоять у ворот и разговаривать с мамой? Витя выглядел сегодня совсем не как вожатый. Обычно собранный с иголочки Витя, стоял передо мной в шортах и мятой черной толстовке. Пушистые волосы, которые он старался укладывать, впервые небрежно развалились по голове. Круглые очки сползли на кончик носа. Сердце затрепетало, когда я приблизился к парню. Витя вытащил руки из карманов и наспех обнял меня. Я попытался задержать объятия на долю секунды подольше, но затем отстранился, понимая, что вокруг очень много детей и вожатых. - Пошли быстрее, моя мама уже приехала. - Я же говорил, Вить, к Орловым никто не приезжает. - Ну и плевать на твою отбитую мать. Пойдем, я тебя со своей мамой познакомлю, я предупреждал, что к одному моему близкому другу родители не приезжают, она и тебе гостинцев прихватила. Я опешил. Витя хохотнул, подхватил меня под руку и потащил в сторону ворот. Я сопротивлялся до самого конца. Я, конечно, люблю Витю всем сердцем, но к знакомству с его родителями пока не готов. Витя не сдавался, и я сам не понял, в какой момент мы оказались у высоких железных ворот. Детей было тьма. Я даже растерялся, не поверив, что лагерь вмещает в себя столько малышни. Многие родители передавали передачки через забор, кто-то прокрался внутрь, а особенно прозорливая малышня выбралась наружу через щели в заборе. Витя напролом тащил меня дальше, к выходу, видимо надеясь прорваться через детей и родителей и выйти на улицу. Преодолев забор и даже пройдя мимо остальных родителей, мы подошли к черной БМВ, припаркованной у самой шоссе. Дверь резко открылась и появилась высокая статная женщина, которая с визгом бросилась на шею Вити. Я даже рот открыл от увиденного. Нет, меня даже не удивила любовь матери к сыну, я знал, что во всех нормальных семьях родители любят детей, меня шокировала внешность матери Вити. Я представлял ее совершенно по-другому. Длинные русые волосы густыми волнами распластались по плечам. Голубые глаза искрились. Черты лица нежные и аккуратные. На женщине широкие джинсы светло-голубого оттенка, толстовка оверсайз, на лице тонна профессиональной косметики, но при этом макияж выглядит не вульгарно, как обычно у женщин этого возраста. Она широко улыбается, открывая строй белоснежных зубов. Не скажи Витя, что это его мама, я бы подумал, что девочка-подросток из старшего отряда. Наконец, женщина отлипла от сына, но напоследок поцеловала Витю в щеку, отчего тот рассмеялся и вытер поцелуй тыльной стороной ладони. Секунду спустя женщина разразилась тысячью вопросами, как здесь устроился Витя, нравится ли ему быть вожатым, нашел ли он друзей, а самое главное, как кормят в столовой. Я уверен, Витя много раз говорил об этом маме по телефону, но почему-то она спрашивала об этом еще раз. Витя отвечал односложно, улыбался и постоянно обнимал маму. Удивительно, какая у этих людей была связь. Я с восхищением засмотрелся на нежный момент Вити и его мамы. Грусть кольнула сердце. У меня такого никогда не было и не будет. Моя мать думает лишь об алкоголе и собственных развлечениях, винит своих детей во всех бедах жизни. Моя мать, даже когда я был маленьким, не целовала нежно меня лоб и не читала сказки по ночам. Она никогда не заботилась о моем благополучии, а документы в школу подавала и вовсе моя старшая сестра. Моя мать была полным контрастом матери Вити, столь заботливой и любящей женщины. Виктория Константиновна повернулась ко мне и широко улыбнулась, протянув руку. Я неуверенно пожал ее, и женщина залепетала теперь надо мной. - Ох, Ты ведь Рома, верно? Витя про тебя рассказывал! Ох, вчера весь вечер только о тебе и говорил, - Виктория Константиновна хихикнула. – Витя рассказал, что к тебе родители обычно не приезжают, ну я и подумала, мне чего, жалко, что ли, денег на ребенка? К тому же, я все равно приехала навестить своего сына, почему бы не навестить и его друзей? Я привезла вам небольшие подарочки, там еда только, но выбирала тщательно! Все утро сегодня в супермаркете провела. Вот, Витя, держи, - она протянула из машины небольшой пакет, через который просвечивались конфеты, мармелад, печенья и бутылки газировки, сыну. Тот ловко подхватил пакет и чмокнул мать в щеку в знак благодарности. Затем Виктория Константиновна вновь пропала в салоне авто, а вылезла уже с тремя такими же пакетами. – Витя сказал, что у тебя есть два брата, и мне показалось, что передать что-то только тебе будет неправильно, вот я и прикупила для вас всех. Я уставился на пакеты, не веря в происходящее. Виктория Константиновна видела меня впервые, а относилась, словно к родному сыну! Она привезла еды не только для меня, но и для Марка с Женей. Мама Вити самая добрая женщина, которую я только встречал. Я думал, все люди также ненавидят меня, как собственная мать, в то время как мама моего парня привезла мне в лагерь еду, которую мы обычно покупали по праздникам. Я поднял взгляд на женщину и постарался улыбнуться искренне и широко. Слова застряли где-то в горле, но я заставил себя говорить. - Виктория Константиновна, вы самая добрая женщина, которую я когда-либо встречал. Я очень благодарен вам, и не знаю, как выразить эту благодарность словами. - Ох, что ты, Рома! Мне приятно, когда я вижу детей счастливыми. Мой заработок позволяет сделать такой скромный сюрприз друзьям своего сына. Там для вас печенюшки всякие, газировка. Включите вечером фильмец вдвоем, хоть покушаете вкусно. Хотя, думаю, вам там и некогда будет кушать, - Виктория Константиновна многозначительно хихикнула, и я моментально понял. Она обо всем знает. Неужели Витя уже успел рассказать родителям о наших отношениях? Он говорил, что его родители, особенно отец довольно грубо отнесся к его заявлению о нетрадиционной ориентации, а мама лишь отмахнулась, что это пройдет. Тогда почему сейчас эта женщина дает нам прямо понять, что она знает о нашем романе и совершенно не злиться? И почему Витя не рассказал мне, что его родители в курсе нас с ним? А вдруг, его отец не приехал именно из-за того, что узнал о парне сына? Но, переведя взгляд на Витю, я догадался, что он сам не в курсе и не понимает, как мама догадалась обо всем слишком быстро. Он растеряно уставился на женщину, я растеряно уставился на него. Ситуация выходила патовая. - О чем ты говоришь, мам? – попытался сохранить спокойствие Витя, но я заметил, как напряжены его плечи. Получается, Виктория Константиновна догадалась обо всем сама? Мама Вити закатила глаза и с улыбкой ответила. - Сынок, твоя мать старая, но не глупая женщина, в конце-то концов! Помнишь, что ты мне заявил, когда в лагерь уезжал? А вчера весь вечер таким восхищенным голосом рассказывал про одного парня. Чтобы не забегать вперед, мол, вдруг вы еще не вместе, только на пути к этому… Я позвонила вчера Нике, устроила допрос, есть ли у тебя кто-то. Она на одном вопросе и прокололась, сдав вас с поличным. Ваша мать собиралась работать в полиции, у нее тут, - она постучала себя по виску. – Мозг есть. - Ника, вот же… - зашептал я недовольно, но Витя меня прервал. - И, мам, что ты можешь сказать по этому поводу? – осторожно спросил Витя. - Вы молодые, да и пожалуйста. Только, Вить, отцу пока не говори. Сам он не догадается, но ты же знаешь, как он к Светлане… - Светлане? – непроизвольно переспросил я, а затем спохватился. – Извините. - Витя, ты не рассказывал своему парню про свою чудесную тетю? – встрепенулась Виктория Константиновна. - Ма-ам, - закатил глаза Витя. – Мы так друг друга только между собой называем. - Ох, прошу прощения! В общем, Рома, Светлана это сестра моего мужа, она уже много лет состоит в отношениях с девушкой. Моего мужа это не совсем устраивает, и они с сестрой часто из-за этого ругаются. Поэтому я пока попрошу не рассказывать ему о вас двоих. Но не будем о плохом! Вы сами все знаете, чего я тут старая поучать вас буду? Я позвонил Марку и приказал ему немедленно тащить свой ленивый зад к воротам, к черной БМВ, и обязательно взять с собой Жеку. Пока парни шли, Виктория Константиновна вновь завела непринужденный диалог с сыном. Когда пришли мои братья, и я отдал им их передачки, Марк смотрел на нас как на сумасшедших, словно не верил, что такое могло произойти. Женька радостно визжал и уже разворотил пакеты со сладостями, даже обнял Викторию Константиновну. Женщина смеялась, словно мы правда ее сыновья. Марк не переставал благодарить ее и почему-то извиняться. Мне хотелось плакать и смеяться одновременно. Спустя пару минут на Викторию Константиновну налетела рыжая тень с громким визгом. Мама Вити расхохоталась, заметив племянницу. Виктория достала из машины еще один пакет для Ники, подруга беспрерывно болтала всякую чушь, а затем серьезно и довольно грустно спросила. - Они приедут? - Без отца, - скупо ответила женщина. Ника кивнула. Словно по волшебству, на подъездной дорожке показался еще один автомобиль, дороже черного БМВ раза в два. Я быстро перевел взгляд на Витю, тот кивнул в сторону Ники, и я догадался, что приехали ее родители. Похоже, только мама. Первой показалась высокая, худая, как спичка, женщина с презрительным выражением лица. Пухлые губы искривлены, словно у нее вызывают отвращение лагерь и все мы. Хотя, возможно, так оно и есть. Длинные темные волосы идеально уложены по спине. Фигура выглядит неестественно, судя по накаченным губам, наращенным ресницам и ногтям, грудь и талия тоже сделанные. На женщине изумрудное платье с треугольным вырезом и туфли на высоких каблуках. На лице такая тонна макияжа, что я с трудом вижу ее настоящее лицо. Она словно приехала в клуб, а не в детский лагерь. Ника неохотно подходит к женщине и скупо ее обнимает. Я начинаю догадываться, что не только у меня плохие отношения с родителями. Женщина окидывает оценивающим взором собственную дочь, и ее губы искривляются еще сильнее. Я с трудом заглушаю резкий порыв подойти и отодрать Нику от матери. Я думал, мать Ники приехала одна, но тут задняя дверь автомобиля открывается, и, судя по взору Ники, обращенного на этого парня, это тот самый бойфренд ее старшей сестры, с которым у подруги свободные отношения. Парня я представлял немного по-другому. Думал, если честно, что ростом он окажется выше, а волосы блонд. На деле он кареглазый брюнет, не слишком высокого роста, но худощавость придает ему вида. Меня довольно сильно удивили яркие татуировки на руках и одежда оверсайз, но я быстро прикинул, что именно такие парни и подходят моей подруге. Мне кажется, мы с этим молодым человеком чем-то похожи во внешности. - Изабелла просила передать, - раздается холодный бас матери Ники, от которого даже Виктория Константиновна вздрагивает. – Она не сможет приехать из-за съемок в журнал. Артем сильно рвался с тобой увидеться, похоже, ваши ссоры ему нужны, как кислород. Но Ника мать не слушает. Не знаю, что успело произойти за эти дни, но Ника с разбегу налетает на этого Артема, обнимает за шею и страстно целует в губы у всей родни на виду. У Вити срывается непечатное слово. Виктория Константиновна громко ахает, я нервно хватаю за плечо Марка, то ли, чтобы не упасть, то ли, боясь, что упадет он. Ника отстраняется от парня и поворачивается к нам. На ее губах ухмылка. Артем, похоже, не против спектакля, который устроила его девушка. Мы все вытаращили глаза на парочку, но проронить не можем ни слова. - Николь, как это понимать? – кипит от злости мать подруги. Я опять еле сдерживаю порыв забрать от них Нику и укрыть от лишних взоров. Судя по взгляду матери, она сейчас отдубасит младшую непослушную дочь, вечную занозу в заднице. - Я люблю Артема. А Артем любит меня, - спокойно отвечает Ника, но мы все замечаем, как напрягается Артем и притягивает к себе девушку, дабы защитить от родной матери. - Фаус Николь, - строго обращается к ней мать. – Что за чушь ты несешь? Артем и Изабелла, твоя сестра, - уточнила женщина, словно Ника этого не знала. – Практически помолвлены. Что за цирк ты здесь устроила перед незнакомыми людьми? – зыркает она в нашу сторону разъяренным взглядом. У меня начинает кружится голова, когда до сознания доходит, что натворила Ника. Наконец, подает голос Артем. - Это правда, я люблю Нику, а с Изой был из-за ее шантажа и скверных угроз, что меня убьют, если я брошу ее перед помолвкой и свадьбой. - Теперь тебя убьет мой муж, - фыркнула женщина и скрылась в салоне автомобиля. Как оказалось, ждать она Артема не намерена. Дорогая машина развернулась и на полной скорости скрылась за поворотом шоссе. Артем, судя по его выражению лица, ни капельники не расстроился. - Дети, ну и концерт вы устроили, - засмеялась Виктория Константиновна. – Еще хоть один из вас выкинет подобное шоу, я точно свихнусь. Я старая женщина, не издевайтесь надо мной! - Никакая вы не сталая, - отозвался Женя и подошел к маме Вити. – Вы очень класивая и молодая. А еще очень и очень доблая. - А ты очень хороший мальчик, - она потрепала Женьку по голове и широко заулыбалась. – Какие вы тут все милые, а. Только слишком много секретов храните, правда? – она поочередно поглядела на меня и на сына, подмигнула. Витя покраснел. Ника хихикнула и поспешила отвернуться. Я погрозил ей кулаком. Она прижалась к Артему. Я впервые почувствовал эту дружескую семейную атмосферу. С трудом поверил в счастье, но вот оно, было совсем близко. Когда родители разъехались, мы вернулись в лагерь. Ника долго и сопливо прощалась с Артемом, который, я думаю, теперь будет ходить по улицам, оглядываясь. Родители Ники и Изабеллы слишком серьезные люди, чтобы оставить эту ситуацию без внимания. Поэтому перед уходом я посоветовал Артему залечь пока на дно и пожить не в своей квартире. Ника только прогнала нас, но Артем, похоже, воспринял мой совет всерьез. Мы с Витей и братьями не стали дожидаться, пока они нацелуются, и разошлись по кампусам. Правда, вечер в одиночестве мне провести не дали. Будучи в хорошем настроении, Ника решила собрать нас в кинозале, который в это время пустовал. Я, Марк, Витя и Ника, взяв передачки от Виктории Константиновны, встретились у входа в кинозал ровно со звонком на отбой. Витя договорился с Татьяной Петровной, чтобы я и Ника посидели подольше, а Марк сбежал внаглую, ничего не сказав вожатым. Ника притащила с собой плед и кинула на пол. Витя взял у Алены ноутбук и поставил рядом с нашей новой ложей, включил какой-то новомодный сериал, который играл для нас фоном, и, судя по всему, Ника от него просто фанатела. Я сразу догадался, почему Ника так восторгается сериалом. Главный герой больно уж был похож на Артема. Похоже, подруга искала своего возлюбленного во всех парнях, даже в фильмах. Ника завалилась по центру нашей самодельной ложи и стянула кроссовки. Мы разулись заранее. Марк сел справа от нее, Витя – слева, а я расположился на спиной парня. Мы быстро растормошили пакеты со сладким, и первое время стояла тишина, не считая громкие звуки нашего приема пищи. Затем друзья решили завести разговоры, естественно, первый не мог умолчать Марк, поэтому он заговорил про щедрость Витиной мамы. Потом мы неожиданно перепрыгнули на тему образования, потому отношений, и от Ники то и дело слышались восклицания. - Бог мой, какие вы милые вместе! Витя в такие моменты почему-то уж очень хотел смотреть на меня. А раз я сидел прямо за его спиной, поворачиваться ко мне стало неудобно. Выход из данной ситуации он нашел довольно быстро, начал запрокидывать ко мне голову и при этом весело улыбался. Марк закатывал глаза и называл наше общение телячьими нежностями, на которые он не способен, а восторженная Ника постоянно нас фотографировала. Когда Витя с довольной ухмылкой на лице вновь запрокинул ко мне голову, я не сдержался и поцеловал его. Витина рука непроизвольно оказалась на моей шее, и я в очередной раз приметил, что парень постоянно пользуется знаниями о том, что прикосновения к шее заставляют мою кровь кипеть. Ника продолжила свою фотосессию, а я страстно прижимался к губам Вити. Даже Марк довольный улыбался. Кажется, был рад, что я счастлив. Меня вообще никто никогда не видел счастливым, а тут я удосужился улыбаться и адекватно себя вести. После наших внезапных страстных поцелуев Марк предложил позвонить Лере. Я нервно бросил взгляд на часы и кивнул, время было еще не позднее. А при том, что сестра жила с подругой и маленьким ребенком, ложилась она спать далеко за полночь. Но тут начал сопротивляться Витя и растерянным голосом спросил. - Ты рассказывал о нас с тобой? Моя мама догадалась слишком быстро сама. - Нет, не рассказывал, - честно признался я, но не упомянул мой намек при том единственном звонке Лере, что мне понравился парень. - Витек, не ссы, Лерка к вам нормально отнесется, - вступился за старшую сестру Марк. – Главное, Варьку не разбудить. Я предусмотрительно написал Лере и спросил разрешение позвонить. Сестра ничего не ответила, и я воспринял этот ответ, как отрицательный, но уже через несколько секунд раздался видеозвонок. Я ответил моментально и поставил телефон на ноутбук так, чтобы нас было видно всех. - Ого, как вас много! – рассмеялась Лерка. Сестра сидела в домашней пижаме на диване, скрестив ноги, и широко улыбалась. Она выглядела прямо-таки по-домашнему, отчего мне стало тепло на душе. Рядом с ней стоял манеж, в котором недовольно улюлюкала маленькая Варька. Рядом с Леркой плюхнулась худая рыжая девушка, я узнал в ней Василину, подругу Леры, у которой она сейчас жила. Варька захныкала после появления Васьки, и Лере пришлось вытащить малышку из манежа и положить себе на колени. - Так, я никого из ваших друзей не знаю, - обиженно заявила Лера. – Немедленно познакомьте меня и Василину с ними. Марк хохотнул от тона сестры и тыкнул пальцем на Нику. - Это Николь, наша старая подружка. - Самый ты старый, - фыркнула Ника и пихнула его локтем. Лера приблизилась поближе к камере и довольно кивнула. - Ага, Ника. А этот молодой человек, так страстно прижимающийся к моему любимому Роме? – прищурилась сестра. Вася заржала и откинулась на спинку дивана. Варька зашевелилась в руках матери, словно тоже захотела посмотреть, кого обнимает ее дядя. Витя от меня слегка отстранился, но я притянул его обратно за талию. - Это Витя, - представил его уже я. - Парень Ромы, - заявил Марк, и мы с Витей одновременно повернулись к моему брату. – Нет, ну а что? От кого скрывать, но не от Лерки же! Лерыч, слышала, они хотели свой бурный романчик от тебя скрыть? – обратился Марк уже к сестре. – Лерочка, сестренка, забери меня отсюда! Они со вчерашнего вечера друг с другом не расстаются. Мне уже противно на их обмен слюнями смотреть! Сестра с подругой громко расхохотались. Даже Варька на ее руках заулыбалась и тыкнула в нас пальчиком. Я улыбнулся действиям племянницы. - Ты еще подожди, потом Витя к нам гости придет! Ты из Новосибирска, Вить? - Да, - неловко ответил Витя. Я, дабы поддержать его, приобнял крепче. - Отношения это чудесно! Может, многие пойдут против вас, но вы помните, что самое главное ваши чувства! Я сто раз говорила, что плевать, какого люди пола, нужно ссылаться лишь на собственные чувства. Мы вон с Василиной сколько раз целовались и ничего. Да, Вась? - Иди-ка сюда! – Василина наклонилась и ласково чмокнула мою сестру в губы. - Марк, даже не косись на меня так, мы не встречаемся. - Не-ет, я с ней не выживу! – хохотнула Васька. – У меня просто мужик в армии… Я заметил, что к середине разговора Витя полностью расслабился и стал спокойно общаться с моей сестрой и ее подружкой. Восхищался маленькой племянницей. Ника постоянно травила шутки, отчего побеждала даже Марка, тот на нее наигранно обижался. Общались мы недолго, минут, наверное, тридцать. Потом Варька захотела есть, и мы распрощались друг с другом. Ника собрала свои вещи и сказала, что отправляется спать. Перед выходом бросила многозначительный взгляд на Марка, что означало, чтоб он тоже валил. Марк намек понял, они захотели оставить нас наедине, поэтому мой брат тоже собрался, у выхода многозначительно подмигнул нам и скрылся на улице. В тишине кинозала мы так и остались в том же положении. Я за спиной Вити. Под окном помаячила тень Марка, он скрылся на дороге, и мы окончательно остались одни. Оба молчали, вслушиваясь в тишину лагеря, погруженного в сон. За окном накрапывал мелкий дождик, но при этом продолжала стоять жара. Правда, ночь была уж больно темной, хрустальную луну закрыли тяжелые тучи. Я наклонился и провел языком по шее Вити. Парень вздрогнул. По его телу побежали мурашки, давая понять, что ему приятно. - Похоже, не только мне нравятся поцелуи в шею. - Это просто было слишком неожиданно. - Да ну, - фыркнул я. – Твое тело говорит по-другому, - поцеловал я еще раз. Витина ладонь уперлась мне в коленку, а затем он ловко повернулся и поцеловал меня в губы. Я повалил его вперед на плед, Витя не запрещал. С каждым поцелуем наше дыхание учащалось, а прикосновения друг к другу становились более жаркими и страстными. С губ Вити непроизвольно сорвался стон, когда я прикусил кожу на его шее, и это завело меня еще больше. Я не позволял себе многого, но Витя сам потянулся к моей толстовке и снял ее, растрепав мои волосы. Я еще раз поцеловал его, с напором, а Витя, перехватив инициативу, перенес поцелуи на мою столь чувствительную шею. Я сжал плед рядом с парнем и губы, дабы не выдать, насколько сильно Витя доставлял удовольствие мне своими прикосновениями. - Зачем ты сдерживаешься? – обжег меня шепотом Витя и потянулся к ремню моих джинс. Я накрыл его руку своей и сжал пальцы, но не оттолкнул. - Вить, еще вчера ты был не готов. - А сейчас я безумно хочу тебя, Ром. Меня словно с цепи сорвали. Я стянул с парня футболку и, пока тот обнимал меня, начал покрывать все его оголенное тело поцелуями. - Вдруг кто-то зайдет, - томно сказал я. Дыхание сбилось. Витя махнул рукой, наверное, на мои слова. Но я все-таки заставил себя подняться и проверить, чтобы дверь была заперта изнутри. Возвращаясь назад, я не мог не восхищаться лежащим на покрывале полуголым Витей, который с нетерпением ждал моего возвращения. Такой красивый, изящный, словно с картины какого-нибудь Ренуара сошел. И чего он такой красивый? Щеки раскраснелись, волосы растрепались, футболка валяется в стороне, взгляд янтарных глаз не отрывается от меня. Я возвращаюсь к парню с новой порцией сладких страстных поцелуев. Мы окончательно растворяемся друг в друге.