Я влюбилась в друга

Суа уже который час кружила вокруг сестры, то подправляя стрелки, то растушёвывая тени, а Каыль в этот момент лишь покорно пыхтела, изредка ворча себе под нос. Возражать было бесполезно — старшая сестра, словно одержимая, не собиралась выпускать косметику из рук, пока не будет довольна результатом. Но вот, наконец, Суа откинулась назад, с удовлетворением разглядывая свою работу. — Вроде бы готово! — объявила она, откладывая палетку с тенями в сторону. Глаза её неожиданно затуманились влажным блеском, но она даже не заметила, как слёзы подступили к самым ресницам. В последнее время это случалось всё чаще — сердце вдруг переполнялось чем-то тёплым и щемящим. Дурацкая сентиментальность... — Господи, Суа, ну ты чего? — фыркнула Каыль, заметив её странное выражение лица. — Какая же ты всё-таки у меня взрослая уже, рыжик! — голос Суа дрогнул, а губы растянулись в улыбке, которую она не могла сдержать. — А красавица какая! Если Юнги не оценит и вмиг не влюбится в тебя, то знай, я приду и лично его придушу! Каыль рассмеялась, звонко и беззаботно, и лёгким щелчком ткнула сестру в нос. — Ой, да ты начала говорить прям как наша мама! Девушка поднялась с кровати и, словно магнитом притянутая, подошла к зеркалу во весь рост — нужно было оценить финальный результат. И она не была разочарована! Вчерашние покупки сошлись в идеальном ансамбле: юбка, чуть короче обычного, открывала стройные ноги; чёрная толстовка с озорным принтом будто специально была создана для неё. Кудри, рассыпавшиеся по плечам, добавляли образу лёгкой небрежности. А макияж — сочные вишнёвые губы; румянец, будто от морозного ветерка, и чёрные, как смоль, стрелки — делал её взгляд ещё более хищным, ещё более «лисиным». Глаза блестели, отражая внутренний восторг. Но вдруг она вспомнила о главной детали! Словно сорвавшись с цепи, Каыль рванула к шкафу, с азартом швыряя в сторону всё лишнее, пока не наткнулась на заветный трофей. И вот они — кислотно-розовые носки — торжественно взлетали в воздух перед ошарашенным лицом сестры. — Бинго! — рассмеялась она, помахивая добычей, как победным флагом. — Ты с ума сошла?! — Суа громко щёлкнула языком, с ужасом разглядывая это нечто в руках сестры. — Ещё скажи, что конверсы обуешь и так пойдёшь. Я тебе каблуки на блюдечке преподнесла, а ты... — Су, да какие нафиг каблуки? — Каыль лишь пожала плечами, уже выскальзывая за дверь. — Я же не на королевский бал собралась. Её шаги весело застучали по лестнице. Внизу она достала свои любимые кеды, тщательно протерев их салфеткой. В этот момент на шее неожиданно похолодело — Суа, подкравшись сзади, щедро обдала её облаком дорогого парфюма. — Так, хватит! — засмеялась Каыль, но сестра уже танцевала вокруг неё, распыляя аромат с маниакальным усердием. — Чтобы он с ума сходил от твоего запаха! — Суа звонко хлопнула в ладоши. — Ну всё, готова покорять сердца? — Ага, как Мадлен в «Эйфелевой башне», — фыркнула рыжая, хватая сумку. — Ой, да ладно тебе! — Суа вдруг замерла, прислушиваясь. На улице зазвучал грохот двигателя. — Такси приехало! Слава богу, теперь у меня будет тишина... и Джин с попкорном. — Кстати, о Джине, — Каыль задержалась в дверях, — когда ты перестанешь прятать его от родителей? Парень-то серьёзный, у него... — Потом-потом! — Суа махнула рукой, закатывая глаза. — Вали уже, твой принц ждёт! Во дворе уже во всю поджидало ярко-жёлтое такси. Каыль рванула к машине, озорно подпрыгивая на ходу. — Эй, рыжая! — донеслось с порога. — Пусть он умрёт от твоей улыбки! — Убью-прикончу! — крикнула в ответ Каыль, ныряя в салон. Машина тронулась с места, оставляя за собой смеющуюся Суа и шлейф всё того же дорогого парфюма, который ещё долго висел в воздухе, не в силах так быстро рассеяться.

***

Такси замерло на парковке, забитой машинами до отказа. Каыль расплатилась с водителем и вышла, тут же застыв от изумления. Особняк, который снял Тэхён, оказался не просто большим — он был огромным! Даже ночная тьма не смогла скрыть его масштабы: десятки фонарей заливали светом фасад, парковку, деревья — всё! Словно искусственное солнце разлилось по округе. Она ожидала тихую вечеринку — их компанию, пару знакомых с потока, не больше. Но реальность превзошла все ожидания. Казалось, сюда съехался весь город. Море машин, толпы людей, гул голосов — и это только снаружи. Что же творилось внутри? Сердце учащенно забилось: похоже, этот вечер обещал быть куда безумнее, чем она предполагала. — Вау! Каыль, здорово! — поприветствовал девушку Хосок, выходя из рядом стоящей машины, — ты чего здесь одна? Почему не проходишь? — Привет, Хо! Да я во только приехала. — Мы с Ёнхо тоже только что добрались. Я думал, что его развалюха сломается на полпути, и мы не доедем, — со смехом произнёс Хосок, хватая друга за шею и трепля его по чёрным отросшим волосам. — Никого из наших не видел? — поинтересовалась Каыль, нервно теребя пайетки на своей юбке. — Говорю же, мы только приехали. Пойдёмте же скорее внутрь, а то я ужасно хочу выпить! — воскликнул Чон, хватая друзей за руки и увлекая их в самую гущу событий. Вечеринка ворвалась в сознание оглушительным рокотом басов, от которых дрожали стены. Голубоватый свет неоновых ламп струился по потолку, создавая такую атмосферу, словно друзья оказались на дне океана, где вместо воды было море людей, смеха и громких разговоров. Кухня была последним оплотом относительного спокойствия. Здесь, среди разбросанных бутылок и липких от коктейлей столешниц, друзья наконец отыскали спасение — полупустую склянку виски. Но в этой комнате они наткнулись не только на заветную выпивку. Юнги вдруг появился внезапно, как будто материализовался точно из воздуха, и его лицо озарила знакомая всем улыбка до самых ушей. — О-о-о! — раздался сзади раскатистый голос, перекрывающий даже музыку. Юнги вынырнул из толпы, как призрак из дыма сигарет — мятные пряди волос растрёпаны, рубашка расстёгнута на одну пуговицу больше, чем нужно. — Мои-то вы люди! Где пропадали!? — засмеялся он, шатаясь, и вдруг обрушил всю тяжесть рук на плечи Каыль, притягивая к себе. — Лисёнок… — прошептал прямо в ухо, и от его дыхания, горячего и пахнущего текилой, по спине побежали мурашки. — Ты… Огонь! Безумно классно выглядишь! Он отстранился, ловя её взгляд, и вдруг ухмыльнулся: — Хотя стой… Ты всегда такая. А вокруг — грохот музыки, крики, хохот... Но в этот момент все звуки будто приглушились. Каыль смущённо отвела взгляд, стараясь скрыть, насколько ей приятно было услышать эти слова. — Эй, а как я выгляжу, не хочешь оценить? — спросил Хосок, приподняв бровь. — Только лисёнок может от меня комплименты получать, так что обойдёшься! — ответил Юнги, показывая язык Чону и строя ему смешную рожицу. Хосок шутливо надул губы и обиженно посмотрел на друга, легонько ударив его по плечу. — Слушайте! Мы же вообще хотели выпить. Показывай, Мин, где тут что, — вмешалась Каыль в их дурачество. Юнги пробрался сквозь толпу, увлекая за собой друзей. Он подошёл к огромному столу, на котором стояло разнообразие алкогольных и безалкогольных напитков. В углу Каыль увидела несколько банок пива, не раздумывая, взяла одну, открыла и залпом осушила половину. Юнги удовлетворённо хмыкнул, хватая кусок пиццы с курицей с ближайшего столика, забитого закусками. — Веселитесь, друзья! — с улыбкой произнёс он, уходя в сторону входа, намериваясь встречать новых гостей. Каыль проводила взглядом удаляющуюся спину друга, и в груди тяжело осела уже хорошо знакомая горечь. Она сделала глубокий вдох, пытаясь избавиться от накопившегося внутри разочарования. Но оно, казалось, намертво застряло где-то под рёбрами. Пустая банка со звоном покатилась по полу, а её пальцы уже сжимали следующую. Хмельная жидкость обжигала горло, но не приносила забытья — лишь пустоту, острее прежней. Тогда она схватила бутылку коньяка, потом — бумажную тарелку, машинально швырнув на неё два куска пиццы. Тесто уже остыло, потеряв упругость, но она всё равно отломила кусок и засунула в рот, даже не почувствовав вкуса. Из шума — на кухню — и снова в шум. Гул голосов, смех, мелькающие лица. Каыль вглядывалась в толпу, ища хоть один знакомый силуэт, но вокруг были лишь чужие улыбки, чужие взгляды. И где-то между ними — она, с коньяком в одной руке и холодной пиццей в другой. Совсем одна. — О! Рыжая! — вдруг раздалось где-то сбоку. — Приветик! — Намджун широко улыбнулся, протискиваясь через толпу с полным бокалом в руке. Свободная же рука автоматически потянулась для фирменного приветствия — шлепка ладонь в ладонь. — Здорово, здорово! — Каыль звонко хлопнула в ответ по его ладони, оглядываясь вокруг. — А Оливия где? Намджун закатил глаза и мотнул головой в сторону дивана: — Вон же, в своём репертуаре! Оливия, вся в блёстках и с растрёпанными платиновыми волосами, царствовала на импровизированном подиуме из подушек. Она зажигательно выкручивала бедра под какой-то трек, который, кажется, пела сама — потому что музыку её вопли явно не напоминали. Бюстгальтер, уже снятый, размахивался в её руке, как флаг на параде. Каыль фыркнула, чуть не поперхнувшись глотком из бутылки от этого зрелища. — Ну всё, теперь я официально не могу отставать, — пробормотала она, залпом допивая остатки. Алкоголь обжёг горло, но нужный эффект был достигнут — мир сразу стал веселее градусов на двадцать. Намджун тем временем уже втиснулся к Оливии, сунув ей в рот кусок пиццы — возможно, в попытке заткнуть хотя бы на секунду. Та, не переставая дёргаться в такт несуществующему биту, радостно укусила его за палец. Каыль слишком быстро надоело стоять в углу одной и лишь наблюдать, как все вокруг веселятся. Девушка поставила недопитую бутылку коньяка и пустую тарелку на ближайшую тумбочку. Оттряхнув руки от крошек, она отправилась на поиски веселья. Громкие биты отдавались гулким эхом где-то глубоко в груди. Толпа двигалась в едином ритме, покачивая бёдрами в такт музыке. Одни растворялись в танце, другие теснились в собственных небольших компашках, что-то оживленно обсуждая. За массивными раздвижными столами собирались студенты, увлечённые настольными играми. Их голоса сливались в шёпот, который порой прерывался смехом. Наконец, заметив своих друзей, девушка облегченно выдохнула. Она направилась к массивному красному дивану, где уже собралась почти вся их компания. Обменявшись со всеми привычными ударами кулаков в знак приветствия, Каыль взяла стаканчик с каким-то алкоголем и заняла место, удобно утонув в мягких объятиях дорогой кожаной обивки. Грохот басов сотрясал стены, заглушая любые попытки нормального разговора. Юнги, смеясь, наклонился к самому уху подруги, перекрикивая пульсирующий бит: — Эй, лисёнок, ну ты и скучная сегодня! А ну-ка быстро танцевать! — Его слова, скорее, были вызовом, едва прорвавшимся сквозь плотную стену оглушающей музыки, что вибрировала в каждой клеточке воздуха. Не дожидаясь ни единого слова в ответ, он резко перехватил её тонкую руку, почти выдернув из тени, и повел сквозь плотную, извивающуюся толпу. В мгновение они оказались в самом сердце танцпола, и Юнги, не отступая, тут же приобнял её за талию, притягивая ближе к себе. Он вдруг неожиданно начал подпевать играющей песне, его горячее дыхание щекотало кожу девушки, заставляя её сердце биться чаще... Каыль, растворяясь в этой атмосфере, расслабилась в компании друга. Она начала плавно покачиваться в такт музыке, чувствуя, как напряжение дня отступает. Вдохнув полной грудью, она уловила пьянящий аромат, исходивший от Мина, стоявшего опасно близко. Запах сигарет, смешанный с алкоголем и элитным мускатным парфюмом, который Юнги всегда подбирал с особой тщательностью, сводил с ума, затуманивая разум. Каыль прикрыла глаза, отдаваясь этому опьяняющему чувству. Голубой свет, разливающийся по комнате, создавал чарующую, почти мистическую атмосферу. Веселье вокруг, казалось, не касалось их. Все заботы, все тревоги — всё отошло на второй план. Сейчас они с Юнги были в своем собственном мире, оторванном от реальности. И это, о чёрт, было нереально круто! Ребята, позабыв обо всём, прыгали в такт музыке, выкрикивая слова знакомого трека. Алкоголь, словно волшебный эликсир, кружил головы, даря ощущение беззаботности. На мгновение Каыль остановилась, не переставая улыбаться, и заглянула в темные глаза своего мятноволосого друга. Этот момент, когда они, забыв обо всём, пели и танцевали в толпе таких же, как они, беззаботных студентов, навсегда запечатлелся в её памяти. Внутри девушки бушевал ураган эмоций, чувство эйфории и первой влюбленности захватило её целиком... Сейчас было хорошо. Сейчас было беззаботно. В такие моменты и ощущалось всё великолепие молодости! Каыль, с любовью смотря в расширенные зрачки Юнги, приближаясь к нему. Она прикрыла глаза, сложила губы в трубочку и, встав на носочки, резко поддалась этому пугающему, но такому желанному порыву... — О! Чимин и Гёнэ! — громко воскликнул Юнги, всматриваясь в лица в толпе. — Пойдём встретим! Каыль поспешно отпрянула от друга, стараясь сохранить невозмутимый вид. Парень схватил её за руку и повёл сквозь толпу в нужном направлении. Преодолев людской поток, они наконец достигли новоприбывших приятелей. — Чим-Чим! Малышка Гён! — радостно приветствовал мятноволосый, с энтузиазмом хлопая ребят по спине. — Вау! Чимин, ты выглядишь потрясающе! — восхитилась Каыль, глядя на неизменно смущающегося друга. — Гёнэ, а ты просто великолепна! — продолжила она, с ног до головы осматривая подругу. Чёрная юбка, которую Тэхён настоятельно советовал купить, сидела на Гёнэ безупречно, изящно подчёркивая её аппетитные бёдра. Бордовая кофта, накинутая сверху, создавала стильный контраст, а идеально подобранные берцы завершали образ. — Ты меня смущаешь, Со! — рассмеялась Гёнэ. — Но и ты, лиса, выглядишь замечательно! — Ребята, пойдёмте к остальным, — предложил Юнги, увлекая друзей за собой. — Хоть это и банально, но у нас запланирована игра в «правду или действие», — добавил он, направляясь к знакомому Каыль красному диванчику. Каыль уже было хотела пойти вслед за Юнги, но она резко замерла на месте, будто врезавшись в невидимую стену. Её пальцы впились в рукав Гёнэ, резко оттягивая подругу назад. — Гён... — голос сорвался на шёпот, —ты объяснишь, почему она здесь? Её ноготь, бледный от напряжения, указывал на миниатюрную фигурку в розовом платье. Тонкие бретельки, игриво соскользнувшие с плеч, золотистый загар, томный взгляд — Ю Джин выглядела так, будто сошла со страниц какого-нибудь популярного журнала. Гёнэ беззаботно махнула рукой: — Я не говорила о своём намерении? Я хочу свести их снова! Вот и позвала. Ну правда, Со, они же ну так по-идиотски расстались. Чёртовы придурки... Ты же ничего не имеешь против? — подруга прищурилась. — Ведь ты и Юнги просто друзья, верно? Последние слова повисли в воздухе тяжёлым туманом. Каыль почувствовала, как пол уходит из-под ног... Предательство? Да это был настоящий нож в спину! — К-конечно... — она выдавила из себя. Взгляд прилип к узору на паркете. Когда они подошли к компании, Каыль машинально опустилась между Хосоком и Намджуном. Её пальцы бессознательно вцепились в край дивана, когда прямо напротив вспыхнула улыбка Юнги... Его смех, теплый и раскатистый, обжёг её изнутри. В груди что-то дико заныло — так сильно, что перехватило дыхание. «Хочу закричать. Хочу схватить его за воротник и прижать к себе так сильно, чтобы он почувствовал, как бьётся моё сердце. Хочу стереть эту дурацкую улыбку с лица Ю Джин...» Но вместо этого она лишь стиснула кулаки до боли, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. — Каыль? Ты в порядке? — прозвучал голос Хосока. Но она ничего не ответила. Не могла... — Ну что, детишки! Начнём? — Тэхён с грохотом водрузил коробку с алкоголем на стол, заставив бокалы звенеть. Его глаза весело сверкали, когда он развалился на диване, непринуждённо закинув ногу на ногу. — Кто готов побегать по дому голым или рассказать, где был первый раз? Игра обещает быть весёлой! Бутылка виски в его руках открылась с характерным хлопком. Взгляд скользнул по компании, выбирая первую жертву, но в этот момент... Неловкая, гулкая тишина разлилась по комнате, как пролитое вино. Ю Джин стояла в дверях, улыбаясь той неестественной, слишком сладкой улыбкой, от которой у Каыль свело желудок. — Всем приветик! — её голос прозвенел, как фальшивая нота. Юнги замер, глаза его стали круглыми, будто он увидел страшного призрака. Каыль громко цокнула языком, схватила первую попавшуюся бутылку и опрокинула её в себя, не чувствуя ни вкуса, ни жжения. — А мы набираем обороты, друзья! — Тэхён фальшиво засмеялся, пытаясь разрядить обстановку. — Что ж, Ю Джин... правда или действие? Каыль больше не могла это терпеть. Сердце колотилось так, что, казалось, его слышно через всю комнату. Взгляд её метнулся по сторонам, отчаянно ища выход — и нашёл... В углу, почти незаметная, лежала какая-то девушка, возможно, уже отключившаяся от переизбытка алкоголя. — Ребят, я отойду, — Каыль вскочила так резко, что кресло откатилось назад. Она даже не дождалась ответа, просто шагнула прочь — подальше от этих глаз, от этой улыбки, от этого... предательства, которое ещё даже не случилось, но уже витало в воздухе, густое, как запах виски и духов. В голове крутились назойливые мысли, как стаи ос. Выходит, всё это время, Юнги и впрямь просто ждал возвращения своей бывшей девушки?.. Каыль хотела поскорее добраться до той бедолаги в углу. Хоть что-то, хоть кто-то, чтобы отвлечься. Но когда она наклонилась, чтобы проверить её самочувствие, в ушах всё ещё стоял тот ненавистный голос: — Ой, давайте... — смеялась Ю Джин. — Я выбираю... действие! В полумраке комнаты Каыль с трудом разглядела знакомые черты безжизненно распластанной на полу фигуры — это была Исыль, её однокурсница. Пальцы автоматически нашли тонкую нить пульса на запястье — жива, просто перебрала. Выдох облегчения вырвался сам собой. — Я отведу её, — резко бросила Каыль в сторону шумной компании, уже подхватывая Исыль под мышки. От помощи друзей отказалась наотрез — сама справится. Тело однокурсницы оказалось удивительно тяжёлым для таких хрупких плеч. Но постепенно Исыль начала приходить в себя, её руки беспомощно ухватились за плечи Каыль, ноги неуверенно зашагали. Получив с трудом выговоренный адрес, Со одной рукой придерживала знакомую, другой — вызывала такси. Уличный воздух ударил в лицо, заставив обеих вздрогнуть. Они молча стояли под фонарём, пока чёрные точки перед глазами не перестали мельтешить. Жёлтый огонёк такси наконец появился вдали. — Довезёшь до двери, — не просила, а констатировала Каыль, усаживая Исыль на заднее сиденье. Дверь захлопнулась с глухим стуком. Она стояла, пока огни машины не растворились в ночи. Затем резко развернулась, направившись обратно. Губы сами собой запевали какой-то бессвязный мотивчик — автоматизм, попытка заглушить нарастающую тревогу. Комната встретила её неприятной пустотой. Половины гостей — нет. Нет Чимина. Нет Ю Джин. И... нет Юнги. Пальцы непроизвольно сжали банку пива так, что алюминий прогнулся. Ледяная жидкость обожгла горло, но ком в нём всё не собирался исчезать. — Всё нормально, — прошептала она себе, делая намеренно глубокий вдох. — Совершенно нормально. Туалет. Надо просто умыться. Острым движением она распахнула дверь — и мир... рухнул. Пол ушёл из-под ног. Время остановилось. Где-то далеко разбилось стекло — или это треснуло её сердце?.. Перед глазами поплыли кровавые пятна, хотя она точно знала — никакой крови там не было. Только Юнги. И... — Чёрт... — вырвалось шёпотом. Это действительно было худшее решение в её жизни.