Дорогие 2

Снег падал белыми хлопьями на большие сугробы, и даже не думал таять. Со стороны это было больше похоже на град, но мягкий, пушистый, нападавший по самое колено и забивающийся во все щели ботинка, мгновенно тающий и бесящий. Последний раз такой снег шел много лет назад — когда ещё мороженое было по 5 копеек и в школьных тетрадях чертили поля. Но глобальное потепление, кризисы на бирже, веганы, массоны и старушки, скупающие сахар, делали своё дело. Сначала очень жаркое лето, потом холодная зима, и вот уже к весне растают мамонты и велоцерапторы и будут править миром. Именно так и говорил исторический канал в три часа ночи. Ещё утром бабушка-уборщица из 2го подъезда убирала всю территорию, но уже к четырём часам дня её труды пошли по пизде, поэтому она забила на часть территории и убирала только дорожки и тротуар. Маленькая серая машина стояла увязшая в снегу и покрытая большим белым одеялом уже не первый день под окнами, и её владелец из 15й квартиры явно не спешил чистить свою «ласточку». Хотя, а какой смысл в ней был, если по дорогам проехать по такой погоде нереально? Вот и владелец машины так думал. Неприятный и вредный тип, который заезжал на клумбу старушек-кошатниц и давил их георгины и ромашки. А потом они протыкали ему колёса. Но сейчас не о них.

***

Маша шла со школы с большой, черной и неудобной сумкой и таким же большим розовым рюкзаком, который, казалось, проехал от бабушки, и тихо материла вес своих вещей и снег, от которого её ботинки промокли насквозь и который летел комками прямо в лицо, не давая увидеть дорогу. Сёстры девушки уже успели добежать домой без приключений — в отличии от Маши их не задерживала историчка своими очередными вопросами о всякой фигне. А если бы она не пристала к ней тогда, прямо после уроков, то Маша бы вышла на пол часа раньше и пошла бы по меньшим сугробам, с более лёгкой сумкой и по хорошей погоде. Но ей последнее время катастрофически не везло: то ручку потеряет, то еда в столовке пересоленая попадется, то контрольная внеплановая по математике нагрянет, а то и вообще математичка прицепится и будет выжимать из неё непонятные цифры, термины, их значение и формулы до самого конца урока, пока смерть не разлучит их. Ну или звонок. Хотя он особо никого не останавливал, он же «для учителя». После переезда Маше, как и Аням, пришлось сменить очень многое, включая школу. Старая и полуразваленная школа на окраине города уже никого не впечатляла, а даже наоборот, отпугивала первоклашек, которые то и дело ныли и не хотели туда идти в парадной форме с надувными шариками, которые вечно улетали раньше времени из-за криворукости, и, ещё не исписанными ручкой, букварями. Новая школа представляла из себя огромное здание с большим количеством корпусов, этажей, кабинетов и комнат. Да, комнат. Обычных жилых комнат, в которых живут ученики. По 3-4, а иногда и 5 человек с общим санузлом и прочими прелестями общажной жизни. Из-за постоянной нехватки денег Ира и Соня отправили своих потомков доучиваться в школу с проживанием, ведь это стоило всего 400 денег в месяц, а значит не нужно тратится на еду, воду, свет, и прочие земные блага. К тому же жизнь там была очень веселой и насыщенной, по крайней мере так говорили учителя, которым надо было пиарить школу на дне открытых дверей. На деле же школьная жизнь была наполнена домашними заданиями от математички-полторашки и эмоциональными выгораниями. С одной стороны, Барсику тут нравилось — новый коллектив, друзья, учителя и в общем много нового. А вот с другой стороны — не очень — проживание в школе не давало ей полноценно подрабатывать репетитором, к тому же из-за количества домашки эту затею пришлось гнать прочь. Та и в принципе в любой школе есть свои минусы, и эта не исключение.

***

Уже подходя к дому Маша мечтала о тёплой ванне, кроватке, пледике и горячем чае, как тут её мысли прервало незапланированное падение жопой в сугроб — хитрый лёд затаился прямо под снегом и нагло попался ей под ноги. Девушка пару раз попыталась подняться, но всё было тщетно — рюкзак не давал встать и даже повернутся, а снять его было нереально без посторонней помощи. Ещё и большая сумка, которая грохнулась на правую ногу, но Маша её убрала. С каждой минутой вещи становились всё мокрее и мокрее, а прямо в лицо агрессивно летел снег, не давая даже разглядеть собственные ноги, не то что двор. Тут из-за пурги Барсик увидела руку в чёрной, вязаной перчатке, которая протянулась ей на помощь. Сзади кто-то резко подхватил её рюкзак и приподнял его вверх, помогая девушке встать. Она лишь успела взять человека за руку, как тут же он (или она, не видно же нифига) дёрнул её на себя, помогая тем самым подняться. Не исключено что людей было несколько, но пурга не давала разглядеть хоть кого-то. Первая мысль Маши была типа: «Мать увидела, как я тут сижу на жопе ровно и пришла меня вытаскивать», но ту она вспомнила что у матери сегодня смена и что домой она так рано никак не попадет. Это ещё могли быть сёстры, но они 150% сидели дома и пили чай в тепле. На отца надежды вообще не было — он на неделю в командировке на севере. Тогда кто же это? — Спасибо, — чуть ли не кашляя сказала Маша и отряхнувшись от снега потянулась за сумкой. — Не за что, тебе помочь? — Проговорил мягкий, и к сожалению незнакомый мужской голос. От неожиданности девушка даже впала в ступор: — Дддаа. — Какой подъезд? — Спросил молодой (а может и не молодой, но по голосу вроде всё-таки молодой) человек и взял из её рук сумку. — Третий. — Пошли.

***

Здание само по себе было маленькое и кривое: 4 подъезда, 5 этажей, дырявая крыша и разного размера балконы начиная от маленького полуметрового незастекленного нечто на последнем этаже и заканчивая царь-балконом который простирается аж до клумбы, выпирая на 3 метра от всего дома, на который бабки с лавок писали целую кучу доносов, но правительство умело забило на него болт за взятку. Маша всё ещё не могла привыкнуть к новой обстановке в небольшой квартире. Теперь у неё не было своей собственной комнаты — в одной жили родители, во второй она с сёстрами, а в третьей было так мало места, что там ели-ели влез шкаф с вещами, не говоря уже о кровати. Остальные комнаты кстати тоже не отличались особой просторностью, ибо шкафов и даже тумбочек там не было. Ну, не суть. Незнакомый хлопчик довел Барсика до подъезда, она поблагодарила его, и они попрощались. В гости заходить он не стал, та и вести незнакомого человека в дом как-то не комельфо было. К тому же Маша так и не разглядела его — метель рушила все шипперские планы и не давала увидеть его лицо, поэтому девушка запомнила только его голос, который раньше никогда не слышала, и всё. Ввалившись в квартиру, Маша первым делом скинула с себя рюкзак, поставила сумку и грохнулась на жопу (точнее на обувную тумбу) в прихожей. До комнаты оставались считаные шаги, но ей так было лень, и она так устала, что собиралась уже ночевать тут. Снег продолжал падать хлопьями за окном, а чайник противно орал на кухне. Йода выскочил из комнаты и побежал на кухню, предварительно пройдясь по ногам Маши. День не удался.