Сладость

Первым признаком стал набор веса. Ку на самом деле никогда особенно не следил за тем, как выглядит, не беспокоился о режиме питания или чём-то подобном и всегда просто ел всё, что хотел. У него ни разу не было проблем с сильными колебаниями веса под действием гормонов, особенно учитывая, что в пятнадцать ему вживили пятилетний имплант для контроля течек. Это была обычная процедура, через которую проходило большинство омег, потому что не смягченные препаратами течки были настоящим мучением, которого в современном мире можно было с лёгкостью избежать. Так вот, у Ку никогда не было проблем с резко меняющимся телосложением, но как-то выходя из душа он отвлечённо отметил, что кажется его живот стал больше. Потом, пару дней спустя, он заметил, что то же произошло и с его ногами: бёдра будто раздались, и любимые джинсы сидели слишком уж вплотную. Ку издал недовольный звук и надул губы. Позже, когда он глянул в зеркало, то ему показалось, что щёки его были круглее обычного, и тогда он решил, что это наверное сказывается его несбалансированная диета и нежелание долго и нудно стоять у плиты, а также недостаток физической активности. Ку вздохнул, с сожалением глянул на уже открытую коробку печенья, что призывно лежала на кофейном столике, и решил, что просто будет есть чуть меньше сладкого. В конце концов, в нескольких лишних килограммах не было ничего плохого, и сам он не выглядел плохо, вовсе нет, просто иначе, чем привык. Наверняка всё это временно. Чонгук конечно заметил: как же иначе, он всегда уделял Ку своё самое безраздельное внимание, а Ку не то чтобы был фанатом ношения бесформенных балахонов, скрывающих фигуру. – Детка, если ты станешь ещё аппетитнее, то мне придётся тебя съесть, – вот что альфа сказал ему как-то вечером после того, как ухватил взвизгнувшего Ку за бедро и сжал его плотную мякоть в своей руке. Ку зарделся в ответ и закусил губу, а затем выпустил её и робко сказал: – Я… я кажется немного, эм, набрал вес. Н-надо лучше следить за питанием. Чонгук широко улыбнулся, демонстрируя резцы. Выглядел он невероятно довольным, будто Ку только что принёс ему самые лучшие новости. – Ты выглядишь чудесно, заюшка, и пахнешь совершенно здорово, так что не переживай. Кушай столько, сколько хочешь, мне очень нравится смотреть, как ты это делаешь, – мурчащим голосом отозвался Чонгук, чем ещё сильнее вогнал Ку в краску. После поощрения и похвалы альфы Ку уже меньше стал переживать за собственный выросший вес и постепенно даже забыл об этом, перед этим прикупив парочку новых, по фигуре вещей взамен некоторым, которые не очень хорошо на нём теперь сидели. Всё было хорошо, ничего не изменилось, и в любом случае это не доставляло Ку никаких проблем, у него не было никаких недомоганий, а значит всё было в порядке, правильно? (Один раз он намеренно не принял вечером таблетки без названия, которые продолжал приносить ему Чонгук, но буквально через полчаса у него так сильно заболел живот, что он расплакался и больше не пропускал ни дня приёма.) Вторым тревожным звоночком стал поход в клуб. Обычно Ку избегал подобных мест – шумных, полных альф и мешающихся, перебивающих друг друга запахов, но иногда ему хотелось побыть самым обычным студентом, который бы делал обычные для студентов и молодёжи вещи. Иногда ему хотелось присоединиться к Хосоку и Тэхёну, которые всегда собирались шумно, переговариваясь и перешучиваясь, надевали что-то особенное и красились – не для альф или кого-то ещё, а для себя. Они выглядели сногсшибательно и знали это, но подобные вылазки в клубы делали только для того, чтобы расслабиться и потанцевать. Никаких знакомств в клубах Тэхён с Хосоком, по их словам, не заводили, и это подходило Ку, так что в один из дней он просто – просто решил присоединиться к ним. В клубе оказалось совсем не так плохо, как Ку себе представлял. Они втроём держались вместе, немного неуклюже танцевали и смеялись, выпили у бара, затем танцевали ещё, и никто их не беспокоил. Ку много смеялся, почти весь вечер на лице его сияла широкая счастливая улыбка: он впервые за долгое время смог выбросить из головы ненужные переживания и просто насладиться музыкой и компанией своих друзей. В конце концов, уставшие и слегка нетрезвые, но невероятно счастливые, они вышли из клуба на полную ночных огней улицу. Втроём они медленно продвигались по пустынной улице, обсуждали что-то, Ку точно не мог понять что, но ему это было и не важно – важно было то, что он ощущал настоящее счастье, когда громко смеялся над чем-то совершенно не смешным, что говорил Хосок, и даже пытался шутить, несмотря на не вяжущиеся друг с другом из-за алкоголя мысли. Наверное потому, что он был так сосредоточен на друзьях, погружён в поселившуюся во всём теле лёгкость, Ку поздно заметил присутствие кого-то ещё. – Такие красивые, а совсем одни, – раздалось позади него. Ку едва не подскочил от неожиданности, обернулся и обнаружил, что за ними стояла парочка альф, задорно скалящихся и явно подвыпивших. Ку почувствовал, как его лёгкое настроение испаряется, будто воздух из проткнутого воздушного шарика, тревожный звоночек раздался в голове, а его омега прищурился во внимании. Ку отступил на шаг назад, ближе к своим друзьям. – Вообще-то мы не одни? – выгнул бровь Тэхён в ответ на слова незнакомого альфы. – Мы в компании. Друг с другом. И нам этого вполне хватает, так что можете идти и оставить нас в покое, окей? Он сложил руки на груди и окинул незваную парочку невпечатлённым взглядом. Тэхён излучал при этом такую уверенность в каждом слове и движении, что Ку неосознанно придвинулся ещё ближе, ища его защиты. – Смотри-ка, видимо нас не жалуют, – ухмыльнулся первый альфа, будто слова Тэхёна были какой-то шуткой, хотя это совершенно точно было не так. Ку увидел краем глаза, как нахмурился Хосок, как он открыл рот, собираясь что-то сказать, и тут альфа-грубиян вдруг взглянул прямо на Ку. – Как насчёт просто поиграть? – сказал он низким голосом, а затем вдруг сделал резкое хватающее движение в направлении Ку. Он даже не коснулся Ку, да и движение его не было настолько быстрым, но глубоко внутри Ку сидела мысль о том, что альфа, неважно какой, неважно что он делал, был опасен, нёс угрозу. Ку высоко вскрикнул, ощутив пробирающую нутро вспышку ужаса, и резко подался назад – дальше, дальше, от альфы нужно было быть как можно дальше, твердил ему тревожный голос в голове. Возможно он даже упал бы, если б Тэхён его не поддержал, и следующим осознанным движением Ку было потянуться к бете, обнять его, источника защиты, и уткнуться носом куда-то в основание его шеи. Запах Тэхёна всегда успокаивал Ку, а когда омега внутри него, испуганный и мечущийся, так и норовил приткнуться куда-нибудь, где угроза бы его не настигла, Ку не мог противиться зову. Он издал краткий жалобный звук, рука Тэхёна обвила его плечи, и одно её присутствие успокоило Ку вмиг, ему задышалось легче. Он был в порядке. С ним ничего не случится. Он был в порядке. В этот момент Ку услышал громкое и непререкаемое, сказанное незнакомым голосом: – Отошли от омеги. Он едва повернулся, оставаясь в объятиях Тэхёна, чтобы оценить ситуацию, и обнаружил ещё двоих – альфу и бету, непонятно откуда взявшихся и по ощущению совсем отличавшихся от тех альф, что приблизились к ним минутой ранее. Этим двоим не нужно было подкрадываться или делать резкие жесты, потому что опасность угадывалась в одном их присутствии. Они вызывали то же ощущение, какое возникло у Ку, когда он в первый раз оказался под прицелом хищного внимания Чонгука. По телу прошлись мурашки, и Ку непроизвольно сильнее вжался в Тэхёна. Двое же альф, один из которых испугал Ку, по всей видимости также прекрасно уловили тех, с кем не стоило связываться, потому что помялись, промямлили какие-то извинения и поспешили скрыться. Ку почти не обратил внимания на их уход – теперь его внимание занимала та пара, что продолжала стоять перед ним, Тэхёном и Хосоком так, будто – будто они чего-то ждали. Бета не отрывала от Ку пронизывающего оценивающего взгляда, а Ку в ответ на это сильнее вжался в Тэхёна, будто собираясь в ближайшее время с ним слиться. Это не приведёт ни к чему хорошему, нашёптывал ему инстинкт самосохранения и его омега вместе взятые. – Омега, – обратилась к нему бета спустя несколько казавшихся бесконечно долгими мгновений тишины, – ты в порядке? Ку моргнул, подозрительно прищурился и выдал краткое: – Да. Она кивнула так, будто это было единственной вещью, которую ей необходимо было узнать. Ку снова моргнул, сбитый с толку – он чувствовал, что ответ был близко, так близко, и всё-таки не мог ухватить мысль, до сих пор не пришедший в себя после внезапного всплеска адреналина. Пока Ку размышлял, бета перевела свой острый препарирующий взгляд на Тэхёна и какое-то время буравила его им. Тэхён наверняка бесстрашно глядел в ответ – его друга не так-то легко было запугать. Наконец, бета выдавила улыбку, больше походящую на угрожающую гримасу, и сказала, продолжая смотреть Тэхёну в глаза: – Не забывай, кому он принадлежит. Затем она развернулась и пошла прочь по улице, а молчаливый альфа последовал за ней. Они забрались в какую-то машину, которая была припаркована недалеко, и отъехали. Только тогда Ку вместе с Тэхёном и Хосоком издали коллективный вздох облегчения. – Она угрожает одним только тоном, нет, даже одним своим присутствием, – нервно хихикнул молчавший до того Хосок, и Тэхён вторил его нервному смеху: – И не говори. А ещё альф доминантными называют. Ку только тихо выдохнул, наконец отстраняясь от Тэхёна. Тот поспешил заглянуть ему в лицо и спросил: – Куки, ты как? Точно в порядке? Я бы этому альфе яйца оторвал, прежде чем позволил тебя тронуть, ты ведь знаешь, правда? Ку снова кивнул и тихо сказал: – Знаю. Давайте просто пойдём отсюда, ладно? Тэхён с Хосоком начали наперебой соглашаться, а потом подхватили Ку под руки по своей любимой привычке и повели прочь. Теперь разговор не клеился, расслабленное настроение, царившее в их компании до этого, исчезло без следа. Они шли молча, каждый в своих мыслях, будто страшась нарушить тишину, но в какой-то момент Тэхён тихо, неуверенно будто спросил: – И как ты с ними связался? Ку сразу понял, о чём речь. К этому моменту он успел осознать, кем были те двое и почему они беспокоились о состоянии Ку, вместе с тем чётко говоря о его «принадлежности». – Это ведь были люди Кимов, да? – продолжил Тэхён. Ку перевёл на него недоуменный взгляд. – Подожди, кого? – Кимов, – почти вопросительно повторил Тэхён. – Одной из самых влиятельных семей страны, о которой из каждого чайника слышно и которая по слухам держит под собой чуть ли не половину преступной деятельности в стране. Тех Кимов, чей камень у тебя в чокере. Мгновенье Ку пялился на него с приоткрытым в удивлении ртом, после чего выдохнул тихое: – О. Он поднял руку и осторожно, куда осторожнее, чем прежде, коснулся вделанного в чокер голубого камня. – Это их... их знак? Знак этой семьи? – уточнил он, пока не в силах поверить в сказанное, хотя оно имело смысл, так ведь? Чонгук не смог бы делать те вещи, которые делал, не будь у него власти, и денег, и влияния, вот только Ку не знал, насколько серьёзно всё на самом деле было. – Ну, вряд ли я ошибаюсь, хотя не ожидал от тебя подобной реакции. Ты что, ни разу даже не спросил, что носишь? – поинтересовался Тэхён сбитым с толку голосом, однако Ку его не слушал, занятый соединением точек в своей голове в единую картину. – И все – все это знают? Когда смотрят на чокер, все знают, что я – что это их вещь, их знак? – сказал он, больше даже не задавая вопросы, а подтверждая для себя очевидные вещи. Так вот почему многие так странно на него смотрели. Вот кто были эти двое – их приставил к нему Чонгук или кто-то из загадочных Кимов, вот только… – Я думал его фамилия Чон, – растерянно выдал Ку, и тут Тэхён остановился, твёрдо развернул его к себе и сказал: – Посмотри на меня, Ку. Ку глянул на него, губы у него вдруг дрогнули. – Он нич-ничего мне про это не говорил. Он не понимал, почему чувствовал себя так, почему так резко отреагировал – конечно Чонгук не рассказывал ему ничего, но Ку и сам не спрашивал, потому что не хотел знать, так? Только когда речь заходила о его жизни, когда Ку носил свидетельство принадлежности к известному преступному клану на собственной шее – тогда ситуация в корне менялась. И всё же… менялась ли она в действительности? Чонгук всё так же контролировал, Ку всё так же подчинялся. Разве не сам Ку желал знать как можно меньше, обезопасить себя от правды? Наверное, это было не слишком умно. В конце концов правда сама нашла его. – Эй, посмотри на меня, – позвал его Тэхён твёрдым голосом, в то время как Хосок на фоне выдал неуверенное: – Тэ, ты уверен, он выглядит... – Посмотри, – повторил Тэхён, и непререкаемая уверенность в его голосе отвлекла Ку от его разлетевшихся мыслей. Он подчинился, и тогда, глядя ему в глаза, Тэхён сказал: – Да, может он не сказал тебе. Может даже намеренно скрыл это от тебя. Но прямо сейчас ты в порядке, слышишь? Повтори за мной. – Я в порядке, – послушно сказал Ку и ощутил, как что-то внутри него ослабляет своё давление. – Что бы ни происходило, самое главное – он ведь не делает тебе больно? – спросил Тэхён, не отводя взгляда, а Ку не нашёлся с ответом. Делал ли Чонгук ему больно? Прямо сейчас – нет, он заботился о Ку, интересовался его мнением и согласием, но раньше... Ку не хотелось думать о том, что было раньше. Не услышав от него ответа, Тэхён дрогнул в лице и сказал полным сочувствия и какой-то невыносимой грусти голосом: – Куда же ты попал, Ку. В это же время Хосок выдохнул тихое, но полное боли: – Ох, Ку. Тогда Ку наконец спохватился и выдал: – Нет-нет, всё не так плохо… – и умолк, не зная, как объяснить, не уверенный даже в этих своих словах. Насколько плохо или хорошо всё на самом деле было между ним и Чонгуком? Это был не тот вопрос, на который существовал простой ответ, да к тому же это была та тема, о которой Ку старался не думать, потому что ещё раз – что бы это изменило? Ровным счётом ничего, ведь в их ситуации контроль у Ку был нулевой и возможность принимать решения – тоже. Так зачем было об этом думать, зачем Тэхён заставлял его об этом думать? – Давайте просто... притворимся, что ничего не случилось, и не будем больше об этом говорить, – робко предложил Ку и добавил: – Пожалуйста. Тогда Тэхён подарил ему осторожную, но полную тепла улыбку и сказал: – Да, ладно, если это то, чего ты хочешь. – Но знай, что мы всегда тут, если захочешь поговорить или – или просто поделиться – или знаешь, рассказать что-то из того, что с тобой произошло, – добавил Хосок. Ку несмело улыбнулся ему в ответ. Он был благодарен своим друзьям за поддержку, но в том-то и было дело, что нечего было рассказывать. Их с Чонгуком встреча произошла по несчастливой случайности, когда квартира, которую Ку договорился снять по приезде в город, в последний момент оказалась недоступна. Так как учебный год ещё не начался и возможности поехать сразу в общежитие у Ку не было, ему пришлось срочно искать другой вариант. Денег было не много, время – позднее, и Ку просто растерялся. Дом странника был рядом, и в моменте это показалось Ку отличным решением проблемы. Он мог переночевать там, а утром, со свежими силами, не уставший после долгого пути, обрисовать в своей голове план дальнейших действий. Вот только никакого плана на получилось, ничего не получилось – потому что той ночью к нему пришёл Чонгук. Рассказывать же друзьям о том, что происходило между ними сейчас, не было никакого желания. Выходило так, что Ку дал им пустое обещание что-то рассказать, прекрасно зная, что выполнять его не собирается. В этот вечер Чонгук обнюхивал его особенно активно, агрессивно почти, будто доказывал своё право. Только после того, как Ку оказался полностью укутанным его запахом, слегка потерявшийся, вручивший контроль альфе и отдавшийся инстинктам – только тогда Чонгук отстранился от него и спросил: – Ты в порядке? Ку осоловело моргнул, пытаясь сосредоточиться после активного погружения в чужой запах и демонстрации подчинения, а потом легко кивнул. Чонгук скопировал его движение, не отрывая от Ку ищущего взгляда. – С тобой ничего не случится. Я буду защищать тебя, Ку. Ты моя омега. До сих пор подчинённый инстинктам, Ку кивнул не раздумывая. Да, альфа защитит его, потому что альфа принадлежал ему так же, как Ку принадлежал альфе. – Вот и молодец, прелесть. И ещё одно. Я понимаю, что сегодня ты испугался и поэтому решил, что твой друг сможет тебя защитить. Но если я увижу, что он пытается стать к тебе ближе, чем нужно, или если он только попробует оставить на тебе свой запах, – голос Чонгука скатился в низкий, угрожающий регистр, – то я поставлю его на место, и это не понравится никому. Тебе ясно? Ку без промедления закивал, не отрывая глаз от альфы, чувствуя, как быстро бьётся в груди сердце, а омега внутри выставляет беззащитное горло, подчиняясь. Ку никогда не посмел бы противиться своему альфе, Ку был хорошей омегой – и альфа ведь сказал, что будет защищать его. Его делом было слушаться. Альфа позаботится о нём.