Танец одиноких бабочек

      Долгая дорога по заснеженному лесу всегда казалось Юнги огромным источником вдохновения. На самом деле, на ютубе у него даже была отдельная папка с невероятными видами гор, морей, океанов, пляжей, песчаных пустынь и зеленых лесов. Для мужчины природа всегда была чем-то свыше. Будто подарок людям от Вселенной. И он ценил каждое мгновение единения с этим даром. Только сейчас, смотря за окно машины, на заснеженные верхушки деревьев, Юнги не видел их. Его взгляду открывалось лишь едва заметное отражение человека, который сидел рядом с ним и улыбался рассказам Тэхёна. Они ехали уже несколько часов, и в какой-то момент Мин понял, что устал от постоянной болтовни, извинился и достал свои наушники, включая любимый альбом с инструментальной музыкой. Сначала он закрыл глаза и решил, что сможет подремать, ведь им оставалось еще около часа в дороге. О, как наивно было с его стороны полагать, что он сможет уснуть, когда его сердце совсем не разделяло его внешнего спокойствия. Когда стало уже невыносимо держать глаза закрытыми, Мин просто решил уставиться в окно, надеясь, что природа сможет его отвлечь. Жаль, но он вновь проиграл сердцу свою наивность. Поэтому в какой-то момент Юнги просто развернулся, всем телом поворачиваясь в сторону Чимина, и бездумно уставился на его лицо. Пак, заметивший это краем глаза, не подал виду, но его рука подвинулась чуть ближе к бедру мужчины, оставляя между ними пару жалких сантиметров. И, конечно, это крохотное движение не ускользнуло от зоркого взора Мина. Он задержал дыхание, стараясь успокоиться, и сделал вид, что ему неудобно, двигая ногой и коленом накрывая чужую руку сверху. Не надавливая, а лишь удерживая ее, чтобы просто чувствовать чужое тепло. Юнги абсолютно не понимал, что происходило в голове у мужчины, с которым они познакомились буквально пару часов назад, но точно знал, что сегодня он сам согласен послать все свои запреты и страхи к чертовой матери. Хотя бы на один вечер и возможно…ночь? Он точно не думал о будущем, даже не мечтал о том, что у них может что-то получиться, да и куда там, когда они едва были знакомы. Но знал, что в этот вечер он ни за что не потеряет Чимина из виду и обязательно будет рядом. – Что слушаешь? – спрашивает внезапно Пак, но Мин не слышит, лишь видит чужое шевеление губ и взгляд, направленный на него. – Прости? – уточняет Юнги, снимая наушники. – Я спрашивал, что ты слушаешь, – улыбается Чимин, аккуратно разворачивая руку под ногой Юнги, и удерживая теперь чужую коленку в своей ладони. – О, инструментал, тебе интересно такое? – Танцору интересно всё, что может дать ему вдохновение. Думаю, как и звукорежиссеру? – подмигивает Пак, давая понять, что он прекрасно знает о должности собеседника. – Несомненно, видимо, поэтому я не могу отвести от тебя взгляд, – выпаливает Юнги. Ему везет, что в машине приглушенный передний свет, и его стремительно краснеющие щеки незаметны для Чимина. Правда в том, что Мин тоже упускает это явление у мужчины рядом. – Мы флиртуем? – Не буду отрицать очевидное, – усмехается Юнги. – Дашь послушать? Мин утвердительно кивает и тянется к Чимину, чтобы надеть наушники ему на голову. Волосы мужчины очень мягкие, и Юнги едва сдерживается, чтобы не задержать свою руку около них дольше, чем положено. Он включает первый же трек и чуть прибавляет громкость, а Пак прикрывает глаза и садится удобнее, расслабляясь всем телом. Юнги выпадает удивительная возможность разглядывать профиль мужчины, изучая каждый изгиб, который только можно заметить в полумраке. – Ты слишком палишься, – замечает Тэхён, оглядывая их в зеркало заднего вида. – Даже я это чувствую, хоть и не вижу вас. Юнги, ты только не забывай, что сердце его разбито, и ему сейчас как никогда хочется почувствовать чужое тепло, – тихо говорит Чонгук, как бы между делом. – Я далеко не пятнадцатилетний наивный мальчишка. – А вот мне кажется, что в делах любовных ты именно такой, – усмехается Ким, – но это только между вами. Я просто советую не надеяться на что-то большее. Ночь? Вероятно. Неделя, месяцы и годы? Не уверен. – Ваше мнение очень важно для нас, – фыркает Мин, возвращая свое внимание к Чимину. Тот улыбается и показывает большой палец левой руки вверх. Ему нравится. Еще бы! Юнги собирает этот альбом уже больше трех лет, оставляя там только треки, которые способны затронуть струны его души. – Мы подъезжаем, – радостно заявляет Чонгук. Ветви леса будто раскрываются перед ними, и Мин видит знакомый дом, который сейчас сиял яркими огнями по меньшей мере миллиона фонариков. Захватывающе. Чимин даже выпрямляется и вытягивает шею, пытаясь разглядеть получше. Намджун удивлял каждый год, выбирая лучшие украшения и визуальные составляющие. Он обожал новогодние праздники, поэтому старался свою любовь изо всех сил передать и своим подчиненным. – В этот раз он особенно расстарался, – усмехается Тэхён, – в прошлом году пафоса было поменьше. – Говорит человек в брендовой дорогущей блузке, – закатывает глаза Чонгук, получая подзатыльник от любимого. – Ты ничего не понимаешь! – Точно, это другое, – заканчивает фразу Чон. Юнги улыбается, отмечая, как эти двое гармонично дополняют друг друга, будто созданы Вселенной и связаны невидимой красной нитью. Рука Чимина под коленкой Юнги, внезапно исчезает, и мужчина чувствует в том месте мгновенный холод. Он смотрит на Пака, а тот передает ему наушники, благодарно кивая. – Действительно вдохновляет, не поделишься потом этим альбомом? – Всё будет зависеть от исхода этого вечера, – отшучивается Мин. – Или ночи, – между делом отмечает Чимин и выходит из остановившейся машины, впуская в салон морозный воздух. – Ставлю сотню, что сегодня они переспят, – хихикает Тэхён, когда оба пассажира покидают свои места. – Лучше бы ставил ее на нас, – фыркает Чонгук. – Зачем ставить на очевидное? Юнги в этот момент забирает свою сумку и бездумно прихватывает еще и сумку Чимина из багажника, замечая удивленный и благодарный взгляд мужчины. Для Мина это было естественным движением, в которое он даже не вкладывал особый смысл. Ему просто хотелось позаботиться, только и всего. – Собираешься взять мои вещи в заложники? – хихикает Пак, сверяясь с сообщениями в общем чате, чтобы понять, куда им идти. – Разумеется, чтобы точно знать, что еще увижу тебя этим вечером. – Ну, ты уже покорил мое сердце своим музыкальным вкусом, поэтому я обязательно буду где-то неподалеку. Юнги улыбается и поудобнее перехватывает сумки. Такое ощущение, что Чимин наложил с собой кирпичей, иначе невозможно объяснить, зачем столько вещей брать всего на одни выходные. – Я положил с собой несколько книг. Имею привычку брать их в любые поездки, наивно полагая, что найду время для уединения, – будто читая чужие мысли, откликается мужчина. Они идут рядом, почти касаясь плечами друг друга, и Юнги с удивлением отмечает, что они примерно одного роста и комплекции. Такая ерунда почему-то греет сердце, потому что с людьми, которые выше его, Мин всегда чувствует себя не очень уверенно, возможно, это детские комплексы о том, что у него некрасивая макушка. Один мальчик в младших классах заявил ему об этом очень громко, и все рассмеялись. А Юнги тогда стало очень обидно за свою макушку, потому что как вообще она может быть некрасивой? Глупости какие-то. Поэтому, например, стоя рядом с Намджуном, Мину всегда хотелось как-то прикрыться. Друга, конечно, это очень забавляло, и он очень любил подшучивать, нарочно внимательно всматриваясь в чужую голову. – Они там на первом этаже уже открывают шампанское, поэтому предлагаю свериться с расселением, и отправиться праздновать выходные! – появляется рядом Чонгук, на плече которого виснет Тэхён, что-то нашептывая на ухо. – Для меня в этом доме выделена отдельная комната на третьем этаже, поэтому я сразу туда, – скромно замечает Юнги, внезапно смущаясь своей близкой дружбы с начальством. – Смотрите-ка, рядом с нами привилегированная персона! – Ты где будешь ночевать? – спрашивает Мин у Чимина, пропуская восклицание Чонгука мимо ушей. – У тебя? – отшучивается Чимин. – А? Да? – Расслабься, я на втором этаже вместе с преподавателем по хип-хопу, Чон Хосоком. Мы с ним сто лет дружим, поэтому Намджун всегда селит нас вместе. – Хорошо, тогда мы пойдем, встретимся в столовой, – прощается Юнги с Чонгуком и Тэхёном, которые уже высматривают шампанское и здороваются с коллегами. – Будем ждать вас с бокалами! Они разделяются, и Чимин идет вперед, уже зная дорогу. Мин лишь следует за ним, отмечая, что мужчина периодически поглядывает на экран телефона, будто ожидает уведомление. Вероятно, он совсем не отпустил прошлые отношения. Юнги видит это по сжатому кулаку свободной руки. Он прекрасно знает это поведение и узнает в нем себя. Потерянность, напряжение и постоянное ожидание, что всё еще можно исправить и вернуть. Юнги каждую влюбленность вел себя так же: дергался от любого уведомления, не расставался с телефоном, бездумно листал социальные сети, проверяя последнюю активность своих потенциальных партнеров. Омерзительное чувство. Ты будто забываешь, как жить, будто застываешь в ледяном ожидании, направляя все свои мысли и энергию лишь в это. Это лишает любых сил. Ты просто существуешь, растворяясь в другом человеке, абсолютно забывая про себя. Психолог как-то сказал, что Юнги не хватает уверенности в себе и собственной жизни. Он будто теряет свою ценность каждый раз, утопая в чувствах. – Всё в порядке? – спрашивает Мин, останавливаясь вместе с Чимином возле их комнаты с Хосоком. – Думаю, ты уже наслышан о моей драме, – смеется Пак, и его наигранность становится очевидна. – Не хочу лезть тебе в душу. – Спасибо, всё не совсем в порядке, но я справляюсь лучше, чем ожидал. – Тогда я рад слышать это. Дашь мне свой номер? – Будешь писать мне, если потеряешь из виду? – Нет, буду присылать тебе смешные мемы с попугаями, – искренне отвечает Юнги. – Мои любимые, – улыбается Чимин и диктует свой номер телефона, – увидимся через полчаса. – Надеюсь, ты не найдешь себе другого спутника на вечер. – После твоего обещания про мемы, я просто не имею на это право. Юнги улыбается и оставляет мужчину, бережно передавая ему сумку. Ему хочется сказать напоследок, что тот прекрасно выглядит, но он решает оставить это на потом, потому что уверен, что возможность еще предоставится. Мин поднимается к знакомой комнате и открывает дверь, чувствуя, как холодный воздух сгоняет с него дымку нахлынувших нежных чувств. Намджун знает, как Юнги любит проветренные помещения, поэтому последний оценивает этот заботливый жест. Открытое окно впускает в комнату медленно падающие снежинки, и мужчина подходит к нему, глубоко вдыхая свежий воздух. Как же все-таки природа наполняет желанием жить. Юнги осматривает двор перед домом: люди всё прибывают, о чем-то весело переговариваются и торопятся зайти в помещение погреться. Атмосфера пропитана легкостью и праздником. Мин любит быть частью этого, но при этом находиться чуть поодаль, чтобы оставаться лишь наблюдателем. Поэтому он оставляет сумку возле кровати и садится в кресло возле окна прямо в пальто, позволяя мыслями вернуться к недавнему разговору с Чимином. С одной стороны, Юнги нестерпимо хочется включить в себе спасателя, объяснить, что расставание не является концом света, и в конечном итоге всё обязательно наладится. Но он пообещал себе в первую очередь, что никогда не будет лезть в чужую душу. Если человек захочет, он обязательно попросит о помощи. А если нет, значит способен справиться с этим сам. Юнги лишь хочет хотя бы на выходные позволить себе быть искренним с собой и собственными чувствами. И, возможно, это позволит и Чимину ощутить некую легкость и свободу от тяжелых мыслей. Телефон в кармане пальто вибрирует, и мужчина принимает входящий вызов. – Ты оценил ледник в твоей комнате? – Я тебе за него безумно благодарен. – Хватит там строить из себя мечтателя возле окна, я тебя прекрасно вижу, посмотри чуть левее, – просит Намджун, и Юнги видит, как мужчина машет ему рукой возле беседки, украшенной еловыми ветками. – Кого-то ждешь? – Должен приехать мой…старый знакомый. – У тебя есть друзья, кроме меня и работы? – не удерживается Мин от язвительного комментария. – Иногда ты такая заноза в заднице! – Так кого мы ожидаем? Курьера с кучей бумажек на подпись? – не унимается Юнги. – Его зовут Сокджин, – почти шепотом произносит чужое имя Намджун. – Подожди, у тебя появилось время на личную жизнь? Мужчина так удивляется, что встает с кресла и сразу направляется к выходу из комнаты. – Смотрите-ка, полетел – волосы назад. Нет, это просто мой старый знакомый, я же сказал. – Которого ты вышел лично встретить? Ты даже мне просто скинул сообщение, что моя комната меня ждет. Ты что-то не договариваешь, Ким Намджун. – Мы встретились с ним в ночном клубе. И это было мимолетное увлечение на одну ночь. Я тогда подписал важный контракт и урвал пару часов, чтобы праздно выпить виски в гордом одиночестве. Юнги вспоминает сегодняшний разговор с Чонгуком и сопоставляет в голове факты, делая вывод, что это человек, с которым Намджун отчаянно целовался в переулке. – Мимолетные увлечения не зовут на выходные, да еще и корпоративные, – говорит Юнги уже лично, отключая вызов и убирая телефон в карман. – У меня нет времени на любовь, ты же знаешь. – Именно поэтому я так удивлен! – Он удивительный, совсем не из моего мира вечных контрактов, сделок и бизнеса. – Да ты влюблен! – Возможно, но отчаянно нуждаюсь в том, чтобы делать вид, что это вовсе не так. – Почему? – А почему ты нес сумку Чимина и так искренне улыбался ему? – 1:1. Намджун смотрит на экран телефона, читая пришедшее уведомление, и круто разворачиваясь на ногах, смотря куда-то за спину Юнги. Мин следует его примеру и замечает фигуру, которая быстро приближается к ним. Вскоре его взору открывается высокий мужчина в черной длинной парке, на шее его такой же длинный серый шарф, а в руках горшок с каким-то высоким кустом. Сокджин, как вспоминает Юнги, улыбается и приветствует их кивком головы. У мужчины мягкие черты лица, идеальные пропорции, а когда он встает рядом с Намджуном, видно, как гармонично они смотрятся вместе. Юнги вообще подозрительно часто стали окружать пары, которые подходят друг другу. И, с одной стороны, очень приятно наблюдать за красивыми людьми, за симфонией двух душ, которые встречаются, и будто подсвечиваются внутренним мерцанием, чтобы даже из космоса было видно их единение. А с другой стороны, Юнги чувствовал себя невыносимо одиноко в этом кругу счастливых пар. Несомненно, он желал счастья каждому своему другу и коллеге, особенно он желал счастья Намджуну. Поэтому сейчас, когда он увидел, как взгляд друга задерживается на Сокджине, ему стало ясно одно – в чужом огне Намджун уже сам горел. Тот, кто так старался сберечь чужое сердце, нараспашку раскрыл свое, даже не задумываясь об этом. И Юнги искренне хотел верить, что вечная работа не помешает построить ему добрые, теплые и здоровые отношения. – Ким Сокджин, – представляется мужчина. – Мин Юнги, очень рад знакомству. Я оставлю вас, а то мне надо поймать одну золотую рыбку, – улыбается мужчина и подмигивает другу, оставляя пару наедине. Мобильный телефон вибрирует, и сообщение от Чонгука сообщает, что они с Тэхёном поймали Чимина и собираются напиться в хлам возле бассейна. Юнги смеется и спешит к ним. Изначально он даже не собирался ехать, а в итоге буквально за полдня всё перевернулось с ног на голову. Теперь у него была компания, в которой его ждали. Теперь там был человек, с которым Юнги надеялся провести все выходные. Теперь его сердце билось чаще от ощущения, что чувства становятся сильнее, чем его разум. А сердце бьется сильно, как никогда, будто теперь оно никогда не остановится. И дело было не только в Чимине. Стоит повторить, что Юнги никогда не был затворником или социопатом, но он старался не особо привязываться к людям, не влипать в компании, и первый редко шел на контакт. Юнги просто был наблюдателем, участником второго плана, а становиться главным героем истории…оказалось, что это весьма волнительно. Он спустился к бассейну, глазами выискивая веселую компанию, и увидел, как те держат в руках бокалы и растерянно оглядываются по сторонам. – Кого-то потеряли? – О! Ты не видел Хосока? Мы хотим поспорить с ним, что он не сможет выпить бутылку шампанского залпом, – смеется Тэхён. – Идея мне не по вкусу, – честно кривится Юнги, пугаясь за чужое состояние. – Я пытался им объяснить, но кто остановит этих бешеных алкоголиков? – улыбается Чимин и касается своим плечом плеча Юнги. – Ты заставил меня ждать. – Ты сам заставил себя быть в ожидании. – Это была приятная истома. – Мы вновь флиртуем. – Сегодня можно всё-ё-ё-о, – тянет Чимин, и Юнги замечает на его щеках пьяный румянец. – Да уж, не сомневаюсь, – Мин улыбается и аккуратно подхватывает мужчину под поясницу. Они пьют, не прекращая, в течение нескольких часов, а потом кто-то из отдела кадров (вроде бы) просто толкает своего коллегу в бассейн. И толпа взрослых людей не может придумать ничего лучше, чем рухнуть туда прямо в официальной одежде. Юнги правда пытался отказаться от этой идеи, но Чимин просил помочь выбраться из бассейна, а в итоге нагло обманул его, утягивая на глубину. Где вдали от чужих глаз он подарил Юнги их первый поцелуй.