Мой омега

      Сокджин видел вожака соседней стаи лишь раз, когда альфа прибыл на их территорию по приглашению его брата Намджуна. Несмотря на дружескую атмосферу между их стаями, Джин не особо доверял кому-либо, кроме людей своей стаи, и появление чужого вожака говорило лишь одно - пришло время выполнять свой долг омеги. Они с Намджуном говорили на счет этого несколько раз, и Джин принял свою участь, как и подобает омеге его статуса, без истерик и лишних разбирательств. В конце концов, его готовили к этому с момента его презентации, и Джин морально был готов уйти на чужую территорию. Так он считал, пока не встретился взглядами с вожаком стаи Мин. Его припечатало на месте от тяжести чужих темных глаз, и Джин перестал дышать на мгновение, задержав воздух в легких. Намджун говорил, что в стае Мин очень мало омег и ценятся они буквально как драгоценность, и что к нему будут относиться с должным уважением и трепетом, но Джин, отводя свой взгляд к земле, начал в этом сомневаться. Ему показалось, что вожак Мин никак не был заинтересован в появлении нового омеги в их стае, но то, что он появился на их территории, говорит об обратном.       Джин вошел в свою комнату и выдохнул полной грудью. Формальности будут закончены через пару часов и он покинет свой дом уже навсегда. Хоть его брат дал ему выбор, Джин понимает, что он обязан облегчить жизнь своей стаи, отправившись в другую стаю в обмен на защиту со стороны стаи Мин. К счастью или к сожалению в их стае было больше омег, чем альф или бет, что делало их территорию легкой мишенью для тех, кто мечтал о расширении своих земель. Защита со стороны отряда сильных и молодых альф сделала бы жизнь его людей намного легче, и он согласился на этот договор.       Он оглядел свою комнату и посмотрел в зеркало, поджав губы в тонкую полоску. Сокджин был первым омегой стаи, красивым, стройным и умным. С малых лет он тренировался вместе с альфами, как и многие омеги в их стае, чтобы в случае необходимости защищать свои земли, стариков и маленьких щенков наравне с другими.       Собрав свои длинные волосы в конский хвост, он переодел свой ханбок на более удобный, годный для верховой езды, и присел на край своей кровати. Необходимая одежда и предметы ухода были заранее подготовлены и упакованы, и теперь омега не знал чем занять себя эти несколько часов. Он устремил свой взгляд в окно и принялся думать о том, что ждет его в новой стае. Джин знает, что вожак Мин дал согласие на то, что омега сам выберет себе пару без принуждений и насилия, и это не облегчало ему задание. Наверняка, альфы, которые голодны не только физически, но и ментально, попытаются неосознанно оказывать давление своими феромонами и аурой. Это пугало Джина. Он не знает, как поведет себя, когда будет атакован сильными феромонами, что может вызвать у него течку на инстинктах. Еще больше его страшила мысль о том, что кто-то из альф сможет применить на нем свой альфа-голос и заставить сделать то, что он не сделал бы по доброй воле.       Когда в дверь постучали трижды, он выплыл из своих раздумий и поправил одежду на себе.       – Входите, – сказал омега, встав со своего места. Намджун вошел в его комнату с улыбкой на лице, что успокоило тревожное сердце омеги. Он сразу же прильнул к брату, ища в его запахе утешение и поддержку. Они обменивались запахами какое-то время и Джин с грустью осознал, что он будет сильно тосковать по брату, и альфа, почувствовав тоскливые нотки, несколько раз поцеловал омегу в висок и отстранился.       – Я буду навещать тебя, милый, – сказал брат, погладив его по щеке. – Никогда не забывай, то, что ты делаешь для нашей стаи – бесценно, и мы навсегда останемся твоей семьей, – Джин кивнул пару раз, смотря прямо в теплые глаза своего брата и улыбнулся краешком губ. – Юнги человек слова, не беспокойся об этом. Он не станет принуждать тебя к тем действиям, которые будут противоречить твоим желаниям, как и все остальные в его стае.       – Я верю тебе, Намджун, – проговорил он, севшим от волнения голосом. – Я знаю, что ты не доверил бы меня человеку, который не был бы таким надежным, как ты сам. Поэтому не беспокойся обо мне. Я справлюсь, – заверил он альфу. – Но я все равно буду скучать по тебе и по всем остальным.       Намджун притянул его в свои объятия снова и они стояли так несколько минут. Джин почувствовал, как увлажнились его глаза, поэтому спешно отстранился от брата, чтобы привести себя в порядок перед тем, как выйти в свет. Никто из его стаи не должен чувствовать себя виноватым из-за его слез. –       Я буду ждать хороших новостей и буду надеяться на твое счастье, мой хён, – поклонившись ему, сказал Намджун. Альфа открыл дверь и он, кивнув брату, вышел первым, с улыбкой на лице, гордо шагая в сторону входной двери, чтобы навсегда покинуть свой дом.

***

      С того дня прошло два месяца и Джин обживался на новом месте. Он знакомился с новыми людьми, чаще всего с альфами, которые, несмотря на все опасения омеги, оказались учтивыми и оказывали ему должное уважение как к свободному омеге. Никто не пытался воздействовать на него силой, хотя он каждый раз чувствовал соблазнительные нотки альфьих феромонов, когда он появлялся перед альфами.       Омег в стае действительно было мало, как и щенков. Джин мог поголовно посчитать маленьких членов стаи, что вызывало в нем удивление. В его стае щенков было достаточно много и их громкий смех и голоса не раз будили омегу ранним утром. Здесь же по утрам было тихо, и все занимались своими делами.       – Доброе утро, омега, – альфа по имени Хосок, второй в стае после вожака, поклонился ему и мягко улыбнулся. Именно с этим альфой Джин проводил большое количество времени и привык к его присутствию в новой жизни.       – Доброе утро, альфа, – улыбнувшись, сказал он, что сделало улыбку альфы еще шире, а его запах более насыщенным. Джин знал, что альфа оказывает ему знаки внимания именно как альфа, и это волновало его. Хосок был сильным и умным, как в человеческом, так и в волчьем обличии. Омега несколько раз выходил с ним и с другими членами стаи на охоту и видел прекрасную грацию и силу альфы. – Сегодня очень тихо, – сказал он, пройдя вперед и чувствуя затылком взгляд альфы.       – Большинство из альф ушли на охоту, скоро у нас ночь Белой Луны, омега, – сказал ему Хосок. – В эту ночь, свободный омега стаи выбирает себе альфу для вязки, – пояснил альфа. – Хоть у нас и не так много омег, мы все равно соблюдаем эту традицию для того, чтобы наши омеги могли иметь право выбора и не чувствовали себя обделёнными.       – Это хорошая традиция, – проговорил омега, в глубине сознания понимая, к чему клонит альфа. Хоть Хосок и был достойным альфой, Джин не спешил обнадеживать его. Шестое чувство подсказывало ему о том, что рано принимать такие важные решения так скоро. Хоть вязка с альфой не обязывает его становиться для выбранного альфы парой, и в следующий раз он может выбрать другого альфу, Джин решил не спешить. Он понимал желание альф заиметь щенков, но он также ценил свои чувства.       – Юнги говорил, что ваша стая отличается от нашей, – проговорил после долгого молчания альфа. Они шли по широким улицам, наслаждаясь все еще чистым утренним воздухом. – Какая она, ваша стая, омега? – спросил Хосок, и Джин улыбнулся. Воспоминания о родном доме вызывали в нем теплые чувства.       – В нашей стае омега имеет столько же веса, сколько другой альфа или бета. Омеги не только занимаются домашним уютом и щенками, но и свободно владеют боевым искусством, умеют обращаться мечом и имеют право быть в числе приближенных к вожаку. Они также имеют право голоса в решении вопросов и проблем внутри стаи, особенно, когда это касается безопасности щенков. Так получилось, что у нас больше омег, но не это причина такого отношения к нам. Из покон веков альфы прислушиваются к омегам и принимают решение, обговорив со всеми членами стаи. Наши омеги растут в защите и в любви своих альф и бет, – заключил Джин, обернувшись к альфе. – Хоть наши стаи и отличаются, я чувствую хорошую динамику внутри, что, несомненно, радует меня, как омегу.       – Я счастлив это слышать от тебя, омега, – Хосок улыбнулся ему, восхищенно глядя на него. Джину нравится чувствовать себя желанным омегой в этой стае, и он понимает, что любой другой омега будет чувствовать это, несмотря на его статус и положение в обществе. – Как ты уже заметил, у нас очень мало омег, и этот вопрос остро стоит уже несколько лет. Мы решаем это посильными нам путями и я рад, что ты присоединился к нашей стае, как ее часть. Уверен, любой альфа, которого ты выберешь, будет рад провести с тобой течку и повязать тебя, омега, – с трепетом и нежностью проговорил альфа. – Но никто не станет возражать, если в этот праздник ты никого не выберешь, – заверил его Хосок, что сразу вызвало у омеги благодарную улыбку. Его уважение к альфе растет с каждым их разговором.       – Спасибо, – Джин душевно поблагодарил альфу, и его взгляд зацепился за домик вожака стаи. – А ваш вожак, наверняка, имеет пару, раз он так свободно дает другим альфам возможность спариваться со свободным омегой. Обычно в стае, выбор делает сначала вожак, а потом только остальные альфы, – пояснил он свою речь. Вожака стаи Мин он не видел с того самого момента, как они утром расстались у нового дома Джина. За весь путь, вожак не затронул тему о его истинном положении в стае, что хоть и успокаивало его, но вопрос оставлял открытым. Джин знает, что он привлекательный омега, у него чистый и приятный запах, и альфы сразу же обращают внимание на него, как только он появляется в поле зрения, но вожак ни разу не намекнул ему о заинтересованности, что навело омегу на мысли о возможной паре альфы.       – У нашего вожака нет пары, – заверил Хосок его, и Джин почувствовал волнение в груди. Говорит ли это о том, что Джин просто не привлек внимание главного альфы стаи. Это заметно омрачило его настроение. Заметивший это Хосок, напрягся и поравнялся с ним. – Что-то тревожит тебя, омега? Я что-то сделал или сказал не то? – обеспокоенно спросил альфа, заглядывая в его лицо.       – Нет, нет, – спешно заверил его Джин. Он не знал, можно ли говорить о такой деликатной теме с другим альфой, но Джин решил, что может облегчить душу. – Я не чувствую его заинтересованность, – сказал он правду, повернувшись к Хосоку. – Прости, что говорю тебе это и, наверное, с моей стороны это очень самонадеянно, быть объектом внимания вожака стаи.       – Поверь мне, омега, – Хосок заглянул в его глаза и удержал его взгляд. – Ты один из самых привлекательных омег, которые появлялись в нашей жизни. Твой восхитительный запах витает в воздухе с той самой минуты, как ты ступил на нашу территорию и каждый свободный, половозрелый альфа хочет твоего внимания и Юнги в том числе.       – А ты? – вырвалось у него. Глаза напротив вспыхнули, и Джин почувствовал соблазнительный запах сильного альфы. Его голова слегка закружилась от феромонов, и он протянул руку к Хосоку, который сразу же подхватил его за талию, прижимая к своему гоячему телу.       – Ты даже не представляешь, как сильно я хочу повязать тебя, омега, – дрожащим шепотом проговорил альфа, и склонился к его шее, вдыхая аромат. Джин прижался сильнее, проводя пальцами по сильной спине. – Даже если твой выбор падет на кого-то другого в ночь Белой Луны, я не перестану желать тебя.       – Альфа, – Джин почувствовал, как в горле пересохло от слов альфы. – Пока ты мой фаворит, – шепотом проговорил он и оставил легкий поцелуй на щеке Хосока, который тихо зарычал от его слов. ***       В ночь Белой Луны Джин вышел на площадь в бледно-розовом ханбоке, привлекая внимание всех собравшихся. Хосок ярко улыбнулся ему, и он отразил его улыбку, пробираясь сквозь толпу, которая расходилась перед ним, уступая ему дорогу. Он встал в ряд с омегами, которые поприветствовали его легким поклоном. Праздник начинался ровно в полночь и у них в запасе оставалось 20 минут. Джин оглядел толпу альф, которые принимали участие, и помимо Хосока, он увидел нескольких альф с которыми уже был знаком, но среди них не было вожака стаи. Юнги он нашел глазами поодаль наблюдающего за ними. В его глазах горел заинтересованный блеск и гордость, но встретившись с ним взглядами, альфа поспешил отвести взгляд в другую сторону, что вызвало досаду в душе Джина. Хоть Хосок и заверил его, что вожак также заинтересован в омегах, как и другие альфы стаи, Джин не почувствовал этого. Возможно, проблема была именно в Джине и он действительно не привлекал его в качестве омеги. В любом случае, он решил не заострять на этом внимание, когда перед ним больший выбор. Абстрагируясь от своих странных мыслей, Джин сосредоточился на альфах, которых приметил для себя. Среди них были Чонгук и Хосок. Последнему он отдавал большее предпочтение, но и Чонгук был хорош собой. Хоть альфа и младше него, но за время которое они провели вместе, альфа не раз доказал ему, что готов к большему. Джин еще раз бросил взгляд на то место, где стоял альфа стаи и не найдя его, разозлившись отвернулся. Почему-то именно отсутствие внимания от главного альфы задевало его омежью сущность.       Когда бета поднял флаг стаи, что было знаком о начале праздника, Джин вздрогнул. Он глазами отыскал Чонгука и Хосока, пару раз выдохнул. Музыканты заиграли романтичную мелодию и омеги начали свои движения. По правилам, омеги должны были сначала станцевать танец, а затем идти к своим избранникам. Джин плавно задвигался, подстраиваясь под ритм и отметил, с какой жадностью и ревностью наблюдают за ним выбранные им альфы. Это возбудило его сильнее. Его движения стали более плавными и соблазнительными, движения ног и рук синхронизировались, и он полностью чувствовал свое тело. Темные глаза альф пожирали его, что несомненно нравилось омеге. Джин довольно растянул свои пухлые губы в улыбке.       Он прикрыл глаза, отдаваясь музыке и перед его глазами всплыло лицо альфы стаи и он затрепетал. Этот альфа будто управлял им и его телом, поэтому он распахнул свои глаза и повернулся в другую сторону. Как только его взгляд встретился с главным альфой стаи, он почувствовал волну возбуждения и его тело начало излучать сексуальную энергию, что несомненно было опасно, но он не мог контролировать это. Глаза вожака вцепились в него и он с усилием воли отвел свой взгляд, разворачиваясь к участвующим альфам. Джин понимал, что он не может выбрать Мина, так как тот не участвует в празднике и не станет это делать, пока альфа не проявит свою заинтересованность. Он не может растоптать свою гордость из-за минутного наваждения.       Когда музыка закончилась, громкие аплодисменты оглушили его и он прерывисто задышал. Еще через пару минут ему нужно выбрать кого-то из альф, но он мешкал. Хосок и Чонгук с надеждой смотрели на него, но Джин не решался сделать в их сторону шаг. Ему кажется, что это неправильно, поэтому он решает воздержаться от выбора, как сказал ему Хосок днями ранее. Он понимал, что это происходит из-за главного альфы, и это снова начинало его злить. Наплевав на свое первое решение, он сделал шаг вперед, но встретился с глазами вожака и застыл, как и все окружающие их люди. Джин захлопал глазами и начал искать глазами Хосока, а найдя его, встретился с улыбающимися глазами альфы. Он не понимал, почему альфа улыбается, поэтому перевел взгляд на Чонгука, который удивленно приподнял брови, но не казался расстроенным. Джин перевел взгляд на главного альфу и потерялся в омуте темных глаз. Юнги смотрел только на него, упрямо ожидая, когда он сделает хоть что-то, и Джин моргнув, сделал шаг в сторону, чтобы обойти альфу, но ему снова загородили путь. Ошибки не было, альфа хотел, чтобы Джин выбрал его, но омега решил проучить альфу. Поэтому он предпринял попытку обойти его, но Юнги не сдавался.       – Вы не участвуете в празднике, – проговорил Джин, вкладывая в свой голос строгость. – Дайте мне пройти.       – Нет, – голос альфы был низким и хриплым, он впервые слышал его таким. Он не подал виду, но все его естество отозвалось на голос Юнги.       – Пожалуйста, дайте мне пройти, – сказал он, и это подействовало на вожака, который поиграв желваками, отошел в сторону. Джин встретился с удивленными глазами Хосока и Чонгука. – Спокойных снов, – прошептав, Джин прошёл мимо и исчез в толпе.

***

      Прошло еще два месяца и Джин был в замешательстве. Никто не поднимал тему Белой Луны, но у него было множество вопросов и самый главный: почему вожак передумал? В ту ночь он ушел к себе домой один, провожаемый на расстоянии Хосоком и Чонгуком. Он не понимал, почему Юнги не дал ему сделать выбор. Хосок на следующий день вел себя, как ни в чем не бывало, и продолжал осыпать его комплиментами, как и Чонгук. Приближающаяся течка меняла суть вопроса, поэтому он начал присматриваться к Хосоку и Чонгуку снова. Он хотел провести течку как положено с альфой, который повяжет его и подарит ему щенят. Эта мысль хоть и радовала его, но он не был уверен в том, что снова не замешкает, когда придет время.       – Твой запах усилился, хен, – сказал Чонгук, обнимая его за талию и потираясь носом о шею. Ему было хорошо в руках младшего альфы и Джин млел от его смелых и умелых касаний. – Когда у тебя течка, омега? – спросил альфа и оставил пару поцелуев на его щеке.       – Через два дня, – проговорил Джин, льня к альфе ближе. С Чонгуком было спокойно и хорошо, но это затрудняло выбор. С Хосоком ему также было уютно, он чувствовал себя защищенным и нужным.       – Хорошо, я обеспечу тебе хорошую охрану, – оторвавшись от него, сказал альфа, удобнее усаживая его у себя на коленях. Они сидели на берегу реки, Джин устроился на руках Чонгука и сонно прикрыл глаза.       – Может, я хочу выбрать тебя, – сказал он, и Чонгук счастливо заурчал, зарываясь носом в его распущенные волосы.       – Я буду очень рад, омега. Ты обязательно забеременеешь после, – томно прошептал на ухо Чонгук, и Джин задрожал от мыслей, что может носить щенков альфы. Его предтечное состояние давало о себе знать, поэтому он все смелее жался к альфе. – У тебя еще есть Хосок-хён и Юнги-хён, – вдруг сказал Чонгук и омега открыл глаза, фокусируясь на лице альфы.       – Ты выглядишь спокойным, – сказал он.       – Это твой выбор, омега, если даже в этот раз ты выберешь кого-то другого, в следующий раз можешь выбрать меня, – просто сказал Чонгук и оставил поцелуй на его лбу. – Я не имею права тебя ревновать, так как в любом случае ты мой омега, омега моей стаи и мне не обязательно иметь с тобой интимную связь, чтобы любить тебя сильнее. В любом случае я уже люблю тебя, омега.       – Правда? – затрепетав от слов альфы, Джин уткнулся носом в его шею.       – Конечно, омега.

***

      Джин почувствовал острую боль в животе и застонал. Течка началась рано утром, он соорудил себе гнездо наспех, и сейчас лежал в нем, извиваясь от боли. Он знает, что его запах разбудил всю стаю, так как к нему заходили старшие омеги, помогая ему и подготавливая дом к присутствию альфы. Говоря об альфах, Джин возбуждался еще больше. Он чувствовал за окном запах Хосока, острый и напряженный, и запах Чонгука, который был более спокойным, но не менее насыщенным. Омега также чувствовала несколько запахов, которые он не распознавал, так как они не были ему знакомы.       – Милый, мне кого-то позвать? – спросил один из старших омег, присев рядом с ним и погладив по голове.       – Нет, – выдавил он из себя, застонав. Омега гладил его по волосам еще какое-то время и ушел, предварительно напоив его водой. Джин понимал, что не выдержит так долго, но язык не поворачивался сделать окончательный выбор. Он смог проникнуться симпатией к Хосоку и Чонгуку, но, к его сожалению, как альфу он хотел того, кто ни разу так и не появился. От этого он захныкал и заплакал.

***

      Юнги метался в своем доме, как загнанный зверь. После той ночи Белой Луны, он чаще выходил на охоту и практически не появлялся дома. Ночами он патрулировал свою территорию с другими альфами, возвращаясь домой под утро. Виной тому был омега Ким. Этот омега завладел его мыслями и сознанием, околдовывая его своим взглядом и запахом. О как восхитительно он пах! Юнги от воспоминания о запахе омеги, чистом, пронзительном терял голову. Хосок посмеивался над ним, принося ему запах омеги на себе, что выводило вожака из себя. Он также хотел пахнуть Джином, но не мог. Он не мог забрать омегу себе. Стая нуждалась в нем. Это было бы несправедливо по отношению к другим, но от мысли, что Джин мог носить щенков от другого альфы било по сознанию и доставляло ему боль.       Джин был великолепным омегой. Юнги понял это, когда впервые увидел его пару лет назад на охоте. Грациозный омега охотился наравне с альфами стаи Ким и добывал еду для всех. Его белая шерсть переливалась при солнечном свете, делая его еще больше привлекательным. Тогда он остался в тени, не выдавая свое присутствие, но больше ни о ком не мог думать и, когда Намджун, вожак стаи Ким предложил ему договор, он не раздумывая согласился, подписав себе приговор. Омега был слишком желанен им, но он обещал стае, что приведет омегу для кого-то из альф и не мог нарушить своего слова.       В ту ночь Белой Луны, он возжелал омегу неистовой силой и не мог допустить, чтобы тот выбрал кого-то себе в партнеры. Он чуть не нарушил свое слово, когда хотел увести омегу перед глазами у всей стаи и сделать его своим. Но гордый омега не выбрал никого, что хоть немного, но успокоило его. После этой ночи все в стае поняли, что главный альфа сделал свой выбор, но никто не спешил его упрекнуть этим. Каждый из них понимал, что перед таким омегой, как Джин невозможно было устоять.       Чонгук сказал ему, что омега хоть и проявляет к ним знаки внимания, но все равно его сердце не принадлежит никому из них, и это поселило в нем надежду.       – Тебе нужно идти, – сказал Хосок, войдя в его дом без стука. Юнги замер, осматривая своего друга и принюхиваясь. – Джин тебе не откажет, – альфа подошел ближе к нему и обнял, потираясь своим носом о его волосы, тем самым поддерживая. – Мы можем найти других омег, хён, но этот омега твой. Как бы сильно мы его не хотели, он ждет тебя.       – Хоби, – прохрипел он, сильнее обнимая друга. – Я не смогу делиться им ни с кем, даже с тобой.       – Я знаю, Юнги. Я понимаю тебя, – проговорил Хосок, отрываясь от него. – Нам нужны щенки, Юнги. Твои щенки, щенки нашего Альфы.       – Я обидел его своей холодностью, – сказал Юнги, отходя от друга. – Он может оттолкнуть меня.       – Хён, тебе нужно идти сейчас же, – Чонгук забежал домой и строго посмотрел на него. – Джину плохо, он скулит от боли, но никого не зовет, это означает только одно, что он ждет тебя. Если он почувствует твой запах, он позовет тебя.       – Он не знает мой запах, – Юнги уже стремительно шел к выходу, сопровождаемый Хосоком и Чонгуком.       – Он узнает его, – заверил его Чонгук, прикоснувшись к его плечу, когда они подошли к домику омеги. – Дай ему время. Я проведаю его, – сказал младший альфа, и услышав рык Юнги, прыснул. – Правильно делаешь, альфа. Тебе стоит ревновать этого омегу, даже ко мне, потому что он восхитителен.       Юнги низко зарычал, когда Чонгук исчез в доме и вдохнул запах Джина сильнее. Он готов был потерять контроль в любую секунду.

***

      Чонгук вошел в дом и заскулил от вида омеги. Джин весь мокрый лежал в своем гнезде и тихонько стонал. Его длинные волосы были заплетены в косу старшими омегами, и в контрасте с алыми щеками и чёрными волосами, омега был божественен. Почуяв запах альфы, Джин судорожно распахнул глаза и захныкал, протягивая к нему руку.       – Гукки, – хриплым голосом позвал он альфу, и тот мигом оказался рядом с ним, ухватываясь за руку омеги. – Альфа…       – Омега, все будет хорошо, – заверил он, целуя руку омеги. – Я привел его.       – Кого? – но вместо ответа, Чонгук поднес свою ладонь к носу омеги и наблюдал, как с жадностью и вожделением Джин уткнулся в его руку, которой он прикасался к вожаку. Омега громко застонал, сильнее хватаясь за его руку и вдыхая запах снова и снова.       – Тебе нужно лишь позвать его. Он стоит за этой дверью, – головой указывает он и Джин протестующе мычит, не отрываясь носом от его ладоней. – Позови его, омега, иначе он не придет.       – Я не буду звать того, кто ни разу не обратил на меня своего внимания, – оттолкнув его руку, сказал Джин и прикрыл глаза, глубоко дыша. – Я лучше позову тебя или Хосока.       – Нет, тебе нужен Юнги, – запротестовал Чонгук, хмурясь. – Не упрямся.       – Я сказал нет, – Джин отвернулся от него и Чонгук вышел из дома.       – Заходи, альфа, – сказал он Юнги, который был на взводе. Вожак исчез в доме и Чонгук хмыкнул.       – Он не позвал его? – уточнил Хосок.       – Нет. ***       Юнги замер наблюдая за Джином, который терся всем телом о покрывало, и тихо зарычал. От звука его голоса омега замер и крупно вздрогнул, а затем медленно повернулся к нему лицом, осторожно присаживаясь на постели.       – Что Вы тут делаете? – выдохнул он, и Юнги задержал дыхание.       – Ты позвал меня, – проговорил он сквозь зубы.       – Нет. Мне не нужен альфа, который не хочет меня, – захныкав сказал Джин и его глаза увлажнились. Юнги сорвался с места и присел на кровати омеги, впервые прикасаясь к нему. Омега задрожал, его ноздри затрепетали улавливая запах сильного альфы и он начал течь еще сильнее. Вот именно этого альфу он хотел больше всего. Всем своим телом и сердцем. Он заплакал, когда вспомнил, что альфа не подарил ему даже короткого взгляда. Его сердце было разбито.       – Я захотел тебя с той самой секунды, как увидел в первый раз, – приближаясь к его лицу, сказал Юнги. – С той самой секунды, ты похитил мое сердце и разум, омега.       – Ты врешь, – пробормотал Джин, но вопреки своим словам продвинулся ближе к альфе, почти касаясь его своими губами. – Ты мне врешь.       – Нет, – уверенно заявил альфа и ему пришлось распахнуть свои залитые слезами глаза. Джин понял, как сильно он скучал по этим темным омутам и трепет прошелся по всему телом. – Позови меня, – попросил альфа, почти касаясь своими губами губ омеги и Джин заскулил. – Пожалуйста, омега.       – Юнги, – выдохнул Джин и застонал, когда чужие горячие губы накрыли его влажные, слегка соленые от слез губы.       Альфа целовал нетерпеливо и жадно, приближаясь все ближе и усаживая омегу себе на колени. Смазка, которая стекала по бедрам омеги оставила следы на его одежде, но Юнги был в восторге от этого. Он прижал омегу сильнее к себе, переплетая с ним языки, запуская руки в его волосы и оттягивая немного их. Они застонали в унисон, когда альфа толкнулся в него и Джин почувствовал член Юнги сквозь мешающую одежду.       – Сними, – потребовал он, отрываясь от губ альфы.       Юнги стянул через голову свою короткую рубашку и омега восхищенно облизнулся, прикасаясь к голой коже пальцами. Альфа снова поцеловал его, но встал с гнезда, чтобы снять нижнюю часть одежды. Джин восхищенно застонал, когда увидел вставший член альфы, откинулся назад, на спину и обнажил свою шею, показывая свою покорность. От этого жеста у Юнги отказали все тормоза и он буквально накинулся на омегу, зацеловывая нагое тело. Альфа упивался вкусом своего омеги, но Джин протестующе схватил его за голову и оторвал от своих сосков.       – Возьми меня, пожалуйста, альфа, – проговорил он глядя в его глаза и Юнги громко зарычал, раздвигая ноги омеги в сторону и усаживаясь между бедер. Альфа собрал пальцами природную смазку, дразняще прикасаясь к его дырочке и ввел первый палец. Внутри Джина было горячо и влажно, поэтому он под громкие стоны добавил еще один палец, двигая ими внутри.       – Мой омега, – похвалил он Джина, который заскулил еще сильнее. – Мой прекрасный, единственный омега, – Юнги наклонился чтобы потереться своим носом о живот омеги, чем вызвал громкий крик у Джина.       – Сделай так еще, – попросил громко омега и приподнял свои бедра, пока альфа добавил еще один палец, прижимаясь губами к животу Джина. – Я так хочу твоих щенков, альфа! Сделай мне их, прошу. Хочу выносить твоих щенков! – захныкал омега, когда он убрал свои пальцы и приставил свой член ко входу, слегка надавливая рукой на живот Джина, чтобы тот удобнее устроился на постели.       – Хочешь моих щенков? Хочешь стать папочкой? Ты будешь лучшим папочкой и подаришь мне наследников стаи, – заурчав от удовольствия, альфа вошел в него и зарычал. – Восхитительный! Только мой! Ты только мой омега!       – Да, я твой! Твой омега, альфа! – заплакал Джин от переизбытка чувств. – Пожалуйста, не останавливайся!       – Как пожелаешь, омега, – Юнги начал двигаться все быстрее и быстрее, чтобы наконец повязать своего омегу и наполнить его своим семенем. Он уверен, что омега понесет от него и это будоражило кровь, заставляя его чувствовать себя счастливым как никогда. От мысли, что этот омега только его и что у них будут общие щенки, альфа сходил с ума. Он не выпустит Джина из постели, пока не убедится в том, что он реален как никогда.

***

      Хосок уткнулся в волосы омеги и пропустил их сквозь пальцы, слушая тихое сопение. Главному альфе не особо нравился такой расклад, но омеге Хосок не в силах отказать, даже под угрозой смерти. Джин пришел к нему вечером и устроившись на его коленях, заснул, а Хосок ждал Юнги, который наверняка уже вернулся с патрулирования границ. Альфа должен заменить вожака, поэтому знал, что не найдя своего омегу дома, Юнги придет к нему и снова будет недовольно ворчать, забирая омегу в свои объятия.       – Как у него дела? – войдя в дом спросил Юнги и Хосок прыснул от смеха. Омега заерзал у него на руках, но не проснулся, что повеселило его еще больше. Юнги подошел ближе, осторожно обнял омегу и переложил в свои руки. – Почему ему не спится дома? – поцеловав Джина в щеку, спросил альфа.       – Потому что ему нужно чувствовать себя нужным, – ответил ему Хосок. – У беременных обостряются все чувства, ты же знаешь.       – Я не могу поверить, что он мой омега и носит моих щенков, – вдруг проговорил Юнги, чем вызвал у Хосока счастливую улыбку.       – Я не твой омега, – сонным голосом проворчал омега и открыл глаза. – Хоби, ты уже уходишь? – с грустью спросил Джин и поманил его рукой к себе. Хосок кинул на друга быстрый взгляд, прыснув, подошел к омеге, и потерся носом о его щеку. Это был своего рода ритуал, каждый раз, когда Юнги забирал от него омегу.       – Ты носишь моих щенков, значит ты мой омега, – сказал Юнги и направился в сторону выхода. – И не спорь, омега, – Хоби засмеялся в голос, когда услышал, как пара начала свой ежедневный спор о том, кем они приходятся друг другу, так как омега все еще не мог простить альфе то, что тот игнорировал его и пришел только тогда, когда у него началась течка. Юнги каждый раз пытался переубедить омегу, но Джин был непоколебим.       – Они опять за свое? – спросил Чонгук, который зашел за старшим, чтобы вместе отправиться на патруль.       – Им доставляет удовольствие доказывать друг другу свою любовь, – улыбнувшись младшему, сказал Хосок, и они вышли из дома, все еще слыша жаркий спор вожака и его омеги. – Интересно, сколько это будет продолжаться?       – Надеюсь, что всю оставшуюся жизнь, – ответил Чонгук.