Двадцать четыре часа счастья. Часть вторая. Прощай...

      Через неделю после Нового года я решил прогуляться по заснеженному городу. Несмотря на мороз, светило солнце и, казалось, будто было даже теплее от него. Затишье на работе после праздников было только на руку. Мы с Сашкой славно поработали и могли спокойно вздохнуть после предновогодней суеты, проектов, договоров, закупке подарков. Декабрь и январь радовали снегом – заметая всё и днём и ночью, радуя глаз своей необыкновенной красотой. Обычно, снег у нас был до праздников, а потом либо дождило, либо приходилось довольствоваться плюсовой температурой и голым асфальтом.       Я любил смотреть на падающий снег. В такие моменты казалось, что душа очищается от всей грязи и налёта. А ещё, с замиранием в сердце, ждал своего Дня рождения – и дело было не в подарках, а именно в самом снеге. Он всегда шел в этот день, оставляя после себя огромные сугробы, и деревья были словно из сказки.       За мыслями я не заметил, как забрел на детскую площадку. Было очень много малышни с родителями, бабушками. Последние же, создав клуб по интересам, кучковались по всей территории площадки.       Оглянувшись, я заметил Ирину, гуляющую с детьми. Карина носилась с мальчишками, Егор же восседал в коляске и с любопытством смотрел на людей.       Из-за того, что я долго и пристально смотрел, чем занимаются родные мне люди, бабки, стоявшие недалеко от меня, начали наблюдать за мной. Внутренне смеясь, я понял, что попал в нелепую ситуацию и, стоит мне рыпнуться к дитю, поднимется вой. Наконец, пробегая мимо меня, Карина остановилась и с радостным воплем рванула ко мне:       – Даня! Мама, Даня пришёл! – глядя на то, как ребёнок бросился ко мне со всех ног, и я схватил и закружил девчушку, бабки выдохнули. Заржав во весь голос, мысленно поблагодарил их за бдительность и хорошее настроение на весь оставшийся день. Ирина обернулась на крик и помахала мне рукой. Подойдя ближе, поцеловав её и Егорку, я заметил красный нос у девушки.       – И давно гуляете? Ирина, закатила глаза:       – Как ты заметил по моему носу, да. Никак не могу домой загнать! Карина в этот момент спряталась за меня и тихонько выглядывая, смотрела на мать.       – А Сашка где? – не увидев друга с семейством, я удивился.       – Поехал на СТО, скоро будет, – говоря это, Ирина ловко поймала дочь за капюшон, – не убегай далеко, скоро домой пойдём.       – Ир, у меня есть предложение, – девушка с удивлением уставилась на меня, – предлагаю пойти в кафе. Посидим, поговорим, отогреетесь. Сейчас, только Сашку наберу и скажу, где нас искать.       По пути в кафе Ирина как-то странно смотрела на меня, понять было не трудно – у неё ко мне накопилась куча вопросов. Я ждал и не торопил. Наконец, она не выдержала.       – Дань, а почему Таня не приехала? Не захотела или не смогла? Ты говорил, что она вроде собиралась, – осторожно спросила девушка. Я вздохнул. Холера! Ну, вот как ей это всё объяснить?!       – Ириш, понимаешь, Таня больше не приедет.       В ноябре мне позвонил Гошка и сбивчиво рассказал, что какое-то хренило на трассе, подрезало Татьяну – дорога была мокрая и, местами, обледеневшая. Татьяна, не справившись с управлением, вылетела в кювет. Вылетела так, что две недели пролежала в коме, но так и не пришла в себя. Я приехал туда, как только смог. Пока Татьяна ещё была в коме. Хотел быть рядом, когда она придёт в себя или… Получилось второе. Шефа не стало через два дня. После такой новости, у него просто не выдержало сердце.       – А почему я об этом не знаю? – девушка смотрела на меня недоверчиво, – даже Саша молчал!       – Скажу тебе по большому секрету – он до сих пор не знает. Почему не сказал? Да потому, что после одних похорон, были вторые и меня бы друзья просто затетёшкали и зажалели до икоты!       – Ну, ты и… – выдохнула Ирина.       – Козёл. Я знаю, – подмигнув ей, помогая затащить коляску в помещение кафе. Пока разделись, пока уселись. Ирина ёрзала на стуле.       – Давай, трави дальше, я же вижу, как тебе ещё что-то покоя не даёт.       – У меня не совсем скромный вопрос, – потупив взгляд, Ирина покраснела.       – Валяй, сегодня можно всё.       – А Он тебе снится? – вопрос прозвучал так тихо, что я сначала не разобрал, кто именно.       – За всё это время - один раз, – мне было тяжело об этом говорить.       Я не мог понять, почему ты мне не снишься? Ложась спать и мысленно обращаясь к тебе просил, чтобы, хотя бы во сне, ты ко мне пришел. Один раз. Один единственный раз дать мне возможность увидеть тебя, прикоснуться к тебе и отпустить. Мне было бы легче, но облегчение не приходило. Единственный сон, который мне приснился, был таким странным, что очень долго не мог понять его суть.       Мне снилась келья – просторная, светлая. С окнами, которые были украшены разноцветной мозаикой. Казалось, что она была высечена внутри мрамора. Оглядевшись, я увидел на полу спящих вповалку четырёх человек. Все они лежали рядом, плотно друг к другу, на матрасах, укрытые одеялами. Как-то сразу понял, что это ты и твоя группа. Правда, лиц я не видел – все вы были укрыты одеялами по самые глаза.       Стараясь никого не разбудить, я тихонько подошёл к тебе и, осторожно тряся за плечо, позвал по имени. Никакой реакции не последовало. Я всё тряс тебя и звал, но ты не отзывался. Отозвался только шеф, взявшийся из ниоткуда.       – Сынок, не буди его, пусть спит, – он говорил, не разжимая губ. Уходи отсюда. Я начал сопротивляться, спорить и доказывать, что пришёл к тебе и мне нужно с тобой поговорить.       Шеф только улыбался и твердил, что мне здесь не место. Рано ещё. Я бесился, кричал, плакал, но это не помогало. Чем больше я психовал, тем больше увеличивалось расстояние между тобой и мной. Шеф был непреклонен, хоть и улыбался грустно так, с пониманием.       Я уговаривал шефа дать мне минуту. Одну единственную минуту, но передо мной выросли ступеньки. Огромное количество, которое я пытался преодолеть, но ничего не получалось. С каждым отказом, меня относило всё дальше и дальше от тебя. Закончился сон тем, что я стоял на улице и смотрел на окно в огромной и высокой скале. Окно той кельи, в которой находился ты. Я стоял и просто смотрел, в надежде, увидеть там тебя. Смотрел, пока не проснулся. Шеф, даже будучи ещё живым, опекал меня и тебя.       Пока мы болтали с Ириной, приехал Сашка. Мы долго ещё сидели, спорили, смеялись, но пустота внутри меня не хотела затягиваться. Я понимал, что когда-то мне не будет так больно – раны зарубцуются, я их залатаю, заклею, забинтую. Да так тщательно, чтобы никто больше не смог мне сделать больно за этой бронёй. Так, чтобы я сам себе не навредил, но знал одно – они всё равно будут сочиться и кровоточить. Но у меня были ещё кое-какие планы на будущее...

***

      В новогоднюю ночь я открыл твою коробку, которую мне передала Аня. В ней лежало очень много писем, которые ты писал мне, но так и не отдал, стихи, наши с тобой фотографии и флешка. С ней мне пришлось повозиться – никак не мог подобрать пароль. Но то, что там было, меня очень сильно поразило и заставило понервничать. На флешке было куча досье и личных дел на каждого из вас. Фото прилагались. Расписано было всё до малейших подробностей!       До сих пор не могу понять, как ты мог быть таким неосторожным?! Я ехал с этой информацией через две границы! Да, это бы считалось моей личной вещью! Но… Помимо всего этого, были документы на дом в Величке. На моё имя. Когда ты всё это успел сделать, я не знал. Но, самое главное, я точно знал, куда отправлюсь весной в путешествие – в твою родную страну! В город, где ты родился и на улицу, на которой ты вырос и где прошла твоя юность. Я увижу твой дом, где ты когда-то жил, пока с тобой не приключилась эта страшная история, но которая смогла дать нам возможность узнать друг друга. Теперь, вся информация был у меня на руках…