Десять минут

       У Сонхва перехватывает дыхание, когда он чувствует зубы Хонджуна на своём плече. Они посреди фанмитинга, с дурацкими кошачьими ушами на голове, а у него в штанах тяжелеет из-за абсолютно блядского поведения лидера. Тот отрывается от Хва с милой улыбочкой и как ни в чём не бывало продолжает общаться с эйтини.       Сонхва кажется, что он сойдёт с ума за оставшееся время. Каким-то чудом он отвлекается, забывая об инциденте и наслаждаясь общением. Однако эрекция возвращается в тот же момент, как он видит задницу Джуна, что наклонился поправить ботинок после ухода со сцены. Не тратя времени, он хватает рэпера за руку и тащит по коридору в их гримёрную, пока остальные копошатся позади. Десять минут. Ему нужно всего десять минут.       Он заводит лидера в пустую гримёрку и запирает дверь на ключ. Хонджун открывает было рот, чтобы спросить, что происходит, но Сонхва жестом останавливает его и не глядя пишет в групповой чат: «10 минут. Пожалуйста.» После он откладывает телефон на ближайший стол и приближается к Джуну. — Ты не можешь держать свои зубы при себе? — спрашивает он, подходя так близко, что рэпер оказывается зажат между ним и стеной. Удивлённое выражение на его лице сменяется игривым, ухмылка растягивает губы. — Я просто не могу удержаться, — просто отвечает Хонджун и льнёт ближе, вжимаясь бедром в крепнущий член Сонхва. — Такой хороший, но непослушный котёнок, — шепчет ему в губы Хва и накрывает своими, целуя мягко, обхватывая его лицо ладонями. Джун буквально мяукает, плавясь от ощущений, и это вкупе с кошачьим ободком сворачивает нутро вокалиста в тугой узел от желания. Он больше не теряет драгоценные минуты — разворачивает лидера лицом к ближайшему зеркалу, заставляя того упереться ладонями в стол, и опускается позади него на колени.       Из-за плотного расписания промоушена нового альбома не было сил даже передёрнуть в душе на чей-нибудь светлый образ, поэтому происходящее заводит в несколько раз сильнее обычного. Рэпер тихо стонет, когда чувствует, как длинные пальцы спускают с него штаны вместе с бельём и запрокидывает голову, прикрывая глаза.       Сонхва покрывает лёгкими поцелуями его ягодицы, пальцами поглаживая бёдра, и наслаждается тихими всхлипами, доносящимися сверху. После он открывает рот и проходится языком по задней поверхности бедра Хонджуна, позволяя слюне свободно стекать на разгорячённую кожу. Тот скулит и дёргается, когда чувствует укусы, перемежающиеся с дразнящими движениями языка. Он затыкает себе рот ладонью в попытке заглушить жалобные стоны. Язык Хва движется выше, кружит вокруг порозовевшего отверстия, а ладони крепко держат Хонджуна за ляжки, не давая двигаться.       Хва вдыхает тонкий аромат клубничного геля для душа, на мгновение прикрывая глаза. Он мог бы провести целую вечность вылизывая Хонджуна, доводя до исступления одним своим языком. Но у них всего десять минут, три из которых уже прошли.       Пару мгновений он водит губами вокруг рефлекторно сокращающегося колечка мышц, а после проталкивает язык внутрь и не сдерживает тихий стон от того, как плотно обхватывают его гладкие стенки.       Рэпер роняет голову между своих плеч, хныкая в мокрую от слюней ладонь, ощущая накатывающие волны наслаждения от языка внутри себя. Вокалист следом проталкивает внутрь палец и чуть сгибает, не переставая вылизывать вход, и поглаживает простату точными, умелыми движениями. Хонджун вцепляется свободной рукой в стол под собой, а лбом упирается в зеркало, стараясь сдержать рвущиеся наружу крики. Сонхва наслаждается тем, как напрягается тело лидера, ускоряясь, и перемещает другую руку на его истекающий предэякулятом член. Он привычно оглаживает головку пальцами, распределяя выступившую смазку, и после обхватывает всю длину, подстраивая поглаживания под собственные толчки.       Джун запрокидывает голову в немом крике от сворачивающегося в животе горячего узла острого удовольствия и на ощупь находит запястье Сонхва. У него кружится голова от переполняющих ощущений. — Блядь, — стонет он уже громче, его звонкий голос гулко разносится по гримёрной. — Хва, я сейчас кончу! — успевает он всё же выстонать в промежутках между ритмичными движениями вокалиста. Тот одобрительно мычит и ускоряется, надрачивая его член, чувствуя, как тот дёргается. Губами он накрывает припухший анус Хонджуна и легонько посасывает, отчего того тут же бросает в оргазм. Он изливается в кулак Сонхва, тихо поскуливая от сотрясающей тело кульминации. Обессилев, рэпер валится грудью на стол и прижимается щекой к запотевшей поверхности зеркала. Сонхва хватает лишь пары рваных поглаживаний по собственной эрекции, чтобы с задушенным всхлипом испачкать семенем штаны. Он прижимается лбом к бедру Хонджуна, пытаясь восстановить дыхание. — Теперь котёнок будет лучше себя вести? — спрашивает он во влажную кожу, ощущая мурашки, бегущие по ногам лидера. Хонджун слабо усмехается и с заметным усилием отрывается от стола. — Только если ему позволят отсосать хозяину, — ухмыляется он, подтягивая штаны, и встречается в зеркале с диким взглядом вокалиста, поднимающегося с колен. — Дома, — кратко обещает Хва, и у Хонджуна сводит живот в предвкушении. Тут телефон Сонхва начинает нервно подскакивать от вибрации входящих сообщений, и двое нехотя распрямляются окончательно, начиная приводить себя в порядок. В коридоре уже слышатся громкие голоса приближающихся мемберов, и вокалист наскоро вытирает испачканную ладонь ближайшими салфетками для снятия макияжа.       Он поворачивается и открывает замок двери. Хонджун же кратко целует его в покрасневшие губы, поймав пальцами за подбородок. Сонхва улыбается и поправляет на голове Джуна съехавшие на затылок кошачьи уши. — Хёны, если вы там не закончили, я не виноват! Я совершенно точно присоединюсь, — слышится за дверью весёлый голос Сана, и двое не могут сдержать смешок. В голове Хонджуна мелькает мысль, что неплохо было бы раздобыть где-то хвост. Для комплекта.