Посетитель нагло врёт

Порой есть моменты в жизни, когда ты наконец-то складываешь два плюс два и узнаешь ответ, но он тебя вовсе не радует, а скорее вводит в замешательство. И поэтому довольно часто бывает, что по итогу стоишь в ступоре, долго смотришь в одну точку. Арс понимает, что слишком много эмоционирует, и это доводит до повышенной потливости, вечной мясорубки в груди и противоречивых мыслей. Эта осень навсегда останется где-то глубоко внутри, как что-то болезненное, но заставляющее жить. Бариста запутывается в себе, ведь он ожидает, что узнавая всю правду, он будет наоборот спокоен, но это вовсе не так. Ощущение, когда загадка раскрывается, однако это не вызывает радости. Тут подойдет выражение: «меньше знаешь — крепче спишь», и именно так думает Арс, возвращаясь после тяжелого разговора домой. Бариста принимает решение взять отпуск, хоть и планировалось им воспользоваться чуть-чуть попозже, ближе к Новому году. И, тем не менее, слишком много всего навалилось, поэтому некоторое время контакт с людьми Арсений хочет пресечь, дабы прийти в себя. — Здравствуйте, Станислав, могу я сейчас взять отпуск? С завтрашнего дня, — спрашивает бариста, лёжа на постели. Потолок словно кружится перед глазами, притом приближаясь и отдаляясь одновременно. Начальник поначалу долго молчит, но потом, все же, отвечает: — Арс, по закону ты должен хотя бы три дня проработать, предупредил бы заранее, — в голосе Стаса читается недовольство, но Попову абсолютно наплевать, только бы добиться нужного результата. — У меня проблемы со здоровьем, я даже простуженный работал, поэтому у меня есть полное право отдохнуть, — нагловатым тоном сообщает Арсений, перекатываясь набок. В очках тут же становится неудобно, и Попов их снимает, кладя рядом. В голову врезается воспоминание о широкой, но при этом худой спине Антона, когда он здесь спал у стены. В груди тут же становится неприятно, отчего бариста меняет положение, поворачиваясь лицом к рабочему столу. — Хорошо, завтра не приходи, я сам решу все вопросы. Жди отпускные, — первая положительная эмоция за день накрывает Арса, отчего он даже расплывается в робкой улыбке. — Спасибо большое, до свидания, — тараторит Попов и отключает звонок. Так проходят несколько дней. Бариста спит по двенадцать часов, видя сны с Антоном, с его цепким взглядом болотных глаз. Моменты идут одни за другими, и в каждом зеленый оттенок играет свою роль. В первом сновидении Шастун сидит около водоёма, а на его коленях лежит бледная русалка, во втором же парень ходит по дремучему лесу, в третьем с головой погружается в пучину морскую, готовясь к погибели. Общим признаком становятся горящие радужки Антона. Источающие изумрудный оттенок, они влекут Арсения приблизиться и отдаться в чужое владение. К удивлению баристы, образ парня не кажется кошмаром, больше нечто приятное, по чему он безумно тоскует. — Арс! — Слышит выкрик Арсений и просыпается. В комнате никого кроме него самого. Попов поворачивает голову и смотрит на время: час дня. Первой мыслью возникает идея пойти в родительскую квартиру. Увидеть кухонный стол, картины на стенах, собственную комнату и прочие, до боли родные вещи. Кроме того, дабы осознать, что убийца сам наложил на себя руки, он наказан, и на том свете родители с сестрой будут спокойны. Арс подолгу ищет ключи, а затем крутит их на ладони, рассматривает форму. Внутри бушуют эмоции, живот начинает болеть, а нервы накаляться. «Нет, рано или поздно, нужно это сделать» — думает Попов и срывается с места, направляясь к выходу. Бариста действует быстро, безапелляционно, желая обмануть мозг. Приходится ехать на метро, где всё же случается сталкиваться с другими людьми. Арс успевает занять свободное место, поэтому, включая музыку в наушниках, он мгновенно погружается в легкую меланхолию. Мысли непослушно возвращаются к Антону, будто требуют проанализировать настолько ли плох парень, чтобы выгонять его из своей жизни. Если так поразмышлять, плох ли на самом деле Шастун? Да, он солгал в чем-то, умолчал где-то, но парень никогда не совершал чего-то плохого по отношению к Арсению. Антон даже не воспользовался им, когда была такая возможность. И следует учитывать факт, что он признался ему в любви, а также утвердил, что они с Арсом теперь пара. Конечно, бариста был не в том настроении, чтобы слышать что-то о чувствах, но тело не обманывало, когда Попов не выдержав, зарыдал, прям при парне. Так незаметно, углубившись в размышления, Арсений приезжает на нужную станцию и пешком идёт в некогда знакомый район, где каждый уголок был изучен ещё с детства. Двор тих и пуст. Ни одной живой души, словно все знали, что приедет сын погибшего прокурора. Попов медленно проходится по улице, рассматривая соседские окна. Все они серы, мрачны и безжизненны. Арс глубоко выдыхает и открывает дверь парадной. Ноги становятся ватными, непослушными. Синего оттенка подъезд громко отражает звуки неуверенных шагов баристы. Хочет того Арс или уже нет, он, наконец, доходит до родного дома. Попов зажмуривает глаза, считает до пяти, а потом вставляет ключ в замочную скважину. «Всё хорошо, всё хорошо, всё хорошо, не бойся» — словно молитву, повторяет слова Арсений, когда открывает входную дверь. Первое, что парень ощущает — это бесконечная тишина, будто жилплощадь скоро будет выставлена на продажу и в ней нет ни крупицы жизни. Бариста не спеша разглядывает коридор, а затем заходит в остальные комнаты. Всё по-прежнему, даже чисто, потому что двоюродная тётя приходит раз в месяц, чтобы пройтись тряпкой по пыльным полкам. С ней Арс особо не контактирует, чувствуя вину за собственную трусость. Попов проходит в собственную комнату и тут же падает на постель. В голову мгновенно приходят образы детства, подростковых и студенческих годов. Как мама будила в школу, как доставала младшая сестра, как ругал за двойки отец. И, тем не менее, мысли всё равно возвращаются к Антону, ведь именно он недавно окутывал своим жаром, вниманием, чувствами. Его серьёзные глаза, поджатые бледные губы, кудрявые волосы врезаются в голову мифическими силуэтами. Словно он стоит над Арсом, затем склоняется и просит простить его. Нежная улыбка Антона, блестящие расширенные зрачки, взгляд полный заботы и интереса. Так хочется взять парня за руку, погладить большим пальцем по тыльной стороне ладони. Сказать, что любишь, что скучаешь, что нравишься. Ощущать спокойствие рядом с ним, принимать его знаки внимания, наслаждаться проведенным временем. Хочется убрать кудрявую челку со лба, притянуть за шею к себе и слиться в трепетном поцелуе. Поначалу аккуратно, робко, стеснительно, перебирая губами, но затем, становясь жарче, горячее, дабы потом гореть, как пламя, вдвоем. Арс готов быть в этом огне, убить себя им, но насладиться моментом. Обнять, сжать до хруста ребер, вдохнуть его запах. Окружить себя тем, чего нельзя получить, будучи наедине. Теплом другого человека, готовым подарить его бесконечно много. Похоже, что бариста начинает перегибать, топясь в эмоциях, ибо в груди вновь тяжелый ком сдавливает легкие, не давая дышать. Живот начинает болеть, впрочем, и голова не сдаёт позиции, потому что Арсению хочется рыдать, что он и делает. Попов засыпает совершенно запутавшись.