Никаких спонтанностей, есть лишь план

Каждый человек когда-нибудь задумывался о том, в чём же всё-таки отличие между «любовью» и «привязанностью», или же даже «влюбленностью». Как отличить эти такие похожие между собой чувства, что ненароком вспыхивают где-то внутри, становится то ли радостно, то ли грустно. От чего же это чувство так сжимает грудную клетку… Может дело во невзаимности, или же в страхе перед неизведанным. На какие подвиги человек готов пойти ради того, к кому испытывает такие сильные чувства? Пожалеет ли о содеянном? А если все-таки невзаимно? Значит всё было зря? Как можно сомневаться и жалеть, когда готов сделать всё, чтобы любимый никогда не испытал страха или тревоги, чтобы просто радовался каждому дню, вне зависимости от того, любит в ответ, или же нет. Достаточно лишь увидеть мимолетную улыбку и тогда весь мир станет не таким уж и блеклым, как был раньше. Маша, по своей натуре достаточно влюбчивая особа, никогда не испытывала на себе любовь, в её светлой головке не укладывалось это понятие, что при этом чувствует человек, какие эмоции у него возникают. Все, в кого она влюблялась, сразу же вылетали из её головы, как только девушка находила занятие по интереснее, ведь эти люди не обращали на неё никакого внимания, что уж было говорить о заботе или времяпровождении. Но как-то она всё-таки задумалась, очередной раз прибираясь в доме женщины, почему та решила вернуться? Из-за денег, ну скорее всего, а что еще? Может девушку привлекла отдача, которую она получала от Лукиной, хоть и незначительную, но она была. Эти мимолетные и скоротечные знаки внимания, такая теплая улыбка в адрес девушки, что заставляла сердце оттаивать с небывалой скоростью. Вдруг она задумалась, могла ли она относиться так не только к Маше? И вообще, с чего бы взрослой женщине со статусом заводить отношения со студенткой? Не туда мысли идут, какие отношения. — пробубнила себе под нос Мария, расчесывая ногтями тыльную сторону лодни. Опять влюбилась. Резко захотелось увидеть женщину и упасть со стула, чтобы та, своими нежными бархатными руками обвила её талию и прижала к себе. Ох, как ей этого сейчас не хватало. Мечтая, Маша стояла посредине кухни с тряпкой в руке, мечтательно глядя на пустую стенку.

***

Дни летели один за другим, а университет не оставлял в покое ни одного из студентов. Вот, очередной дождливый денёк, Маша вбегает в учебное заведение и, стряхивая с пальто капельки воды, направляется на пару, которая идёт уже минут как двадцать. Семестр подходил к концу (а значит на тот момент был декабрь), а снега всё еще было не видать, лишь дождило переодически, чистая осень, так вот, конец семестра, а значит экзамены. Сессия начиналась на следующей неделе, а у Маши была проблема с одним предметом, в особенности с одним приподавателем, на чью пару девушка так сильно спешила. Мужчина заваливал девушек, как будто специально, какой-то женоненавистник, ей богу. Ходили разного рода слуги о нём, но Третьяковой было всё ни по чем, она готовилась, а значит сдаст этот чёртов экзамен, чего бы ей этого ни стоило. И так, постучавшись в дверь аудитории девушка вошла, стояло гробовое молчание, уже было известно что произойдет дальше. — Неужели Машенька пожаловала, вот уж не ожидали, чтож, присаживайтесь, вам это учтется, — надменно проговорил преподаватель, осматривая насквозь промокшую девушку с ног до головы приспустив очки. — Из-за ливня были пробки, — резко вставила свои пять копеек девушка. — Не волнует, нужно было раньше выходить, — отрезал тот и Маша прошла в самый конец кабинета, усаживаясь рядом с подругой. Александр Сергеевич (так звали преподавателя), по слухам, частенько валил студенток ради собственного превосходства, но, каким-то образом, почти все сдавали экзамены, видимо хорошо готовились на пересдачу, так думала наша Маша. На правой руке мужчины красовалось обручальное кольцо, поэтому девушка была уверена, что ничего запрещенного в стенах кабинета не происходило, видимо человеку просто по жизни были скучно и тот решал пораздражать бедных и без того на пределе студенток.

Спустя неделю

Двадцатое декабря. Выпал долгожданный снег. Мария, взволнованная до невозможности, вышла из общежития. Точно знала, что это не просто так, ей даже небеса подали знак, что день пройдет как нельзя удачно. В сумке девушка тащила несколько тетрадок с конспектами, за которыми сидела чуть ли не всю ночь, готовясь к предстоящему аду. За ней поскакала соседка Нина, останавливая ту за плечо. — Что, Машка, боишься? — издала смешок та. — Немножко волнуюсь, все-таки валит всех. — по ней было видно, что волнения было не «немножко», девушка на самом деле очень сильно переживала по этому поводу, ведь сейчас денег на сдачу экзамена не было, так что придется полагаться на свой ум и сообразительность. В аудитории стояла гробовая тишина, лишь изредка слышались перелистывания конспектов и тихое перешептывание. Александр Сергеевич поднял голову и предупредил, что сейчас начнет вызывать студентов по очереди. Как можно было догадаться, все решили, что будем идти по списку, но не тут то было, у преподавателя был свой список, чёрный. От тех, кто быстро сдаст, до тех, кто точно завалит. Обвёл даже красной чертой, чтобы уж точно не забыться. Из кабинета стремительно уходили люди, оставалось лишь несколько студенток (именно студенток), включая саму Машу. Она оглядела аудиторию и в голову стукнула мысль, что она точно будет последней. Так и случилось. — Мария, кажется вы последняя, ну чтож, посмотрим на ваши великие познания. Вы ведь постоянно у нас опаздывали, — он указал на стул, стоящий перед его столом и девушка села, нервно подергивая ногой. Вопросы была с заковыркой, Маша отвечала невпопад из-за переизбытка стресса, на что учитель лишь устало покачивал головой и цокал ручкой. — Ну и что мы будем с вами делать, м, Мария? Какую оценку вы заслуживаете? Тут даже тройку жаль поставить, — с этими словами он встал из-за стола и обошел его, встал около стула девушки с бумажкой в руке. — Вы ведь не хотите на пересдачу? — белокурое создание подняло голову, смотря в лицо преподавателя и покачала головой. Тот присел на корточки. — Можем упростить его, — с этими словами он провел своей огромной ладонью по бедру девушки, намекая, что всё не так уж и просто. — Что вы.. делаете? — тут уже и ладони стали потеть как никогда, в горле появился ком и Маша просто желала провалиться куда-нибудь сквозь землю, лишь бы не быть там, в тот момент. — Помогаю сдать экзамен, дорогая, или неут? — с этими словами мужчина получил звонкую пощечину и чуть ли не упал на пол. Третьякова вскочила с места, хватая сумку за ремешок и выбежала из кабинета сверкая пятками. Что этот человек из себя возомнил? Это ведь незаконно, нужно кому-нибудь пожаловаться. Нет, не поверят. Еще и засмеют перед всеми, тогда точно никакого зачёта. Проносилось в голове Марии, пока та быстрым шагом выходила из здания университета. Зацепившись за косяк, девушка свалилась на ступеньки, защищая руками драгоценное лицо. На штанине красовалось дыра, снег был испачкан светло красными пятнами. — Твою ж мать, да какого черта сегодня такой ублюдский день.? — из глаз начали сочиться слезы и девушка просто не знала куда себя деть. Начало дня было таким прекрасным и беззаботным, шёл снег, и тут, ни зачёта, упала, да еще и домогались. Чисто красный день календаря, никак больше не описать. Хотелось прийти домой и забыться, увидеть родного сердцу человека и ни о чем больше не думать. Лауре она просто так позвонить не могла, все-таки они не подружки. В планах было позвонить матери, так что, присев на ступеньки и приложив салфетку к раздертой коленке, Маша набрала номер и стала ждать, как тут послышался такой родной голос мамы. Не часто появлялась драгоценная минута, которую можно было уделить дочери, поэтому девушка надеялась, что разговор все-таки состоится. — Мам, привет, — шмыгнув носом, произнесла Маша. — Привет, Маш, как ты? — второпях задала вопрос мать. По голосу было сразу же заметно, что спросили девушку лишь из вежливости. — Та нормально. Вот, снег пошел, — сжав немного снега в руке, промямлила она, стиснув зубы от боли. — Как учеба? Всё сдала? Знаешь я тут работаю, давай быстренько поболтаем и я пойду, — произнесла Татьяна, громко вздыхая. — Отлично всё мам, — скинула трубку. Это было началом конца. Нет ни одного человека на всём белом свете, кому бы она могла открыться в данную минуту и рассказать всё что её так тревожит, выплакаться, выплеснуть из себя всё что так долго таится внутри и грызет. Но к сожалению, оставалось лишь проглотить и жить дальше. Никому нет до неё дела, а она парится. Парится по любому поводу, волнуется за других, за ту же маму, она бы хотела расспросить её обо всём на свете, рассказать что у самой на уме, но женщину волнует успеваемость дочери и собственные дела, так что смысла выяснять отношений не было никакого. На следующий день у Маши был официальный рабочий день, начинающийся в семь часов вечера, что было очень поздно, как ни странно, так что девушка, тепло одевшись и выйдя из дома по раньше, чтобы успеть, поехала к Лукиной (жаль что не погостить) на работу. Звонок в дверь. Второй. Третий. Никто не открывал. Ладони покраснели и потрескались от ледяного ветра, даже в подъезде было морозно, терпеть жгучую боль было невыносимо, как тут, дверь распахнулась и взору предстала женщина в банном халате с полотенцем на голове, тепло улыбавшаяся. — Извини что заставила ждать, входи. Да ты промерзла вся, давай раздевайся и на кухню, я сделаю тебе чай, — с этими словами Лаура понеслась заваривать горячий напиток с лимоном. — Не стоит, всё в порядке. — тихо произнесла девушка, слегка смущаясь и снимая с себя слои верхней одежды. — Не начинай, не хватало чтобы еще простудилась. Кто мне тут деньки будет скрашивать, а? — издала смешок женщина и поставила чашку на стол, из которой исходил густой пар. — Пей только по тихоньку, может перекусишь? Я сегодня кекс купила, — не дожидаясь ответа, брюнетка стала нарезать ароматную выпечку и так же поставила ее перед носом Маши, так по-домашнему и по-доброму поглаживая её плечо. — Спасибо большое вам, но право не стоило, все в порядке. — Да я вижу, не виделись всего неделю, а выглядишь как приведение, давай ешь, а я сейчас, — кинув взгляд на руки девушки, Лаура удалилась в ванную комнату и вернулась с баночкой крема в руке. Присела на соседний стул и рукой попросила руку Маши. Та протянула покрасневшую и сухую ручку и дотронувшись до руки Лауры, Маша почувствовала себя на секунду по-настоящему счастливой. Такое незначительное действие, а сердце начало биться в миллион раз чаще прежнего. Лаура начала покрывать ароматным кремом руки девушки, аккуратно их массируя, как бы разогревая, но не переусердствуя. — Совсем замерзла, милая, — вырвалось у той, хотя она даже этого не заметила, а у Маши вся жизнь будто перед глазами пронеслась, она то ли покраснела, то ли начала сама по себе нагреваться с необычайной скоростью, чай уже вовсе не пригодится. — Сегодня работы будет немного, только убраться в спальне и поменять постельное белье, прости что так поздно назначила, я вызову тебе такси. — Все в порядке, не переживайте, — грустно улыбнулась девушка, сама непроизвольно поглаживающая руки женщины, такие нежные и бархатные, захотелось прислонить их к своим щекам и уснуть, всем телом прижимаясь к ней. Спустя некоторое время, слегка перекусив, Мария отправилась в спальню, начиная её преображать. В комнате пахло… нет, не духами, а Лаурой, за такое столь малосущественное время, в течении которого она проводила время с женщиной, девушка смогла запомнить её запах, и теперь она ощущала его везде, не могла надышаться им, хотелось ощущать его всегда, заполнить им лёгкие, забрать домой и вспоминая, погружаться в теплые воспоминания, но пришлось работать, что было на тот момент невыносимо трудно. Примерно через час в дверь настойчиво начали стучать. Послышалось быстрое шарканье домашних тапочек по полу и открывающуюся дверь. Мужской голос, речь трудно разобрать, но голос знакомый. Затем ругань, резко закрывающаяся дверь. Маша вышла из спальни и увидела его. Её преподаватель, с краснющим лицом стоял над Лукиной с поднятой ладонью, вот-вот готовый ударить на тот момент беззащитную женщину в желтых тапочках. — Стойте! — вырвалось у девушки, и тут всё внимание перенеслось именно на неё. Выражение лица Александра изменилось на удивление и непонимание, но в секунду он вновь стал прежним, по видимому, чтобы не выдавать себя в первую очередь. — Маша. всё в порядке, иди в комнату. — будто мама, проговорила Лаура, грустно глядя на девушку и приподнимая уголок губ, — Мы просто разговариваем, — боясь еще больше напугать и без этого обеспокоенную девушку, произнесла женщина. Третьякова сердито посмотрела на мужчину будто мысленно передавая ему послание, что если не отойдёт, то она всё расскажет. И тут взгляд Маши опустился, он крепко сжимал запястье женщины, не давая той нормально восстановить дыхание, было видно что до ладони кровь еле еле доходила, но Лаура сохраняла непринужденность, будто держа ситуацию под контролем. Не зная всей ситуации, можно было подумать, что все в полном порядке, Лаура может дать отпор, но Маша понимала, что в порядке все будет лишь тогда, когда этот негодяй уберется из квартиры. — Я к тебе подойду, иди, — еще раз произнесла Лаура и девушка послушалась, прикрыв за собой дверь. Послышался резкий шепот, резкий вздох и Третьякова, подглядывая в щель, заметила, как тот, держит женщину за подбородок и шипит что-то невнятное ей в лицо. Лукина держится как может, кажется, она сейчас сорвется, но все-таки держится. Через минут пять входная дверь снова открылась и с хлопком закрылась. Еще секунд двадцать в квартире стояла абсолютная тишина и затем послышались быстрые шаги в сторону спальни, на секунду женщина остановилась у двери, один раз шмыгнув носом, и все-таки вошла, обводя взглядом комнату и останавливаясь на девушке, стоящей у кровати с подушкой в руке. — Извини что я тебя напугала, — подойдя ближе, произнесла Лукина. Зачем она просит прощения у девушки? Она ведь ей всего лишь домработница. Какое ей дело до чувств Третьяковой? — С вами всё в порядке? — рискнула дотронуться до тонкого запястья, слегка поглаживая красную линию отпечатка мужской руки. — Да-да, конечно, милая, — интересовал вопрос, с каких пор Машу называют «милой»? И с какой еще стати? Нет, она конечно далеко не против, но всё же… Хотелось бы узнать причину. — Это мой бывший муж, он. мы разводимся, вот и получилась ссора, — издала смешок и смотрела на лицо Маши, убирая светлую прядку за ухо. Она очередной раз обвела взглядом комнату. — Ты хорошо постаралась, спасибо тебе. Я тебя так задержала, сейчас вызову такси, подожди минутку, — с этими словами Лаура отошла к окну и стала набирать номер. За окном в этот момент была самая настоящая пурга, был страшнющий снегопад, что покрывал собой всё и всех на своем пути. Еще и ни одно такси не ходит. — Ничего страшного, я пешком дойду, — уже стала собираться идти в коридор Маша, как её окликнули. — Стой! Кхм, подожди. Ну и как ты, скажи мне на милость, доберешься до дома? Ты можешь переночевать у меня, я тебе постелю на диване, что думаешь? — Маша смущенно отвела взгляд и пожала плечами. — Вот и славно, пойдём тебе еще и на диване постелим, — спохватилась Лаура, от визита бывшего мужа даже мыслей не осталось. Подготовив диван ко сну, Лукина добыла девушке полотенце для душа и футболку в которой та сможет спать. Женщина предложила ей так же поужинать перед сном, но та отказалась, ссылаясь на сильную усталость. Принимая душ, человек невольно задумывается о каком-то важном для себя вопросе, стоя под горячим напором воды и перебирая всевозможные мысли в голове. Так же было и у Маши, она снова и снова прокручивала в голове сцену, которая произошла совсем недавно и просто-напросто не могла понять, как такое вообще возможно? Александр, её преподаватель и по совместительству бывший муж Лауры, это просто уму непостежимо, так он еще и домогался до бедной девушки, видимо злобу в себе держит катастрофическую, ни менее. Накинув после душа на себя футболку, оказалось что вещь вдвое больше самой девушки, так что теперь это не футболка, а туника по коленки. Выйдя из ванной комнаты, Мария лицезрела такую картину: Лаура кладет на диван мягкие подушки и аккуратно их взбивает, делая мягче. На кофейном столике рядом стоит горячий чай и несколько печенек. Подняв голову, Лаура заметила Машу и встала ровно, поправляя свой халат. Она осмотрела девушку с ног до головы и остановилась на коленке. — Ты где уже успела так колено разодрать? — обходя столик, спросила та, обеспокоенно глядя на девушку. — Та пустяки, просто споткнулась, — махнула рукой Третьякова, закрывая колено второй ногой. Лаура погладила ту по плечу, несильно сжимая. — Лежбище готово, — улыбнулась. Эта улыбка могла растопить весь северный полюс, что уж было говорить о сердцах. Мария искренне поблагодарила женщину и присела на диван, съев одну печеньку. — А говорила что не голодная, — ухмыльнулась та. — Может все-таки поешь? — Нет-нет, все в полном порядке, идите отдыхайте, — второпях произнесла Маша, скрещивая ноги и опираясь о них локтями. Лаура ушла в свою комнату, не в спальню, в кабинет, видимо работа никак не может оставить женщину в покое. Так что девушка приняла решение по быстрее уснуть, так как вставать придется еще раньше (вернуться в общежитие и поскакать затем на следующий экзамен). Для Лауры такие вечера были обыденными, она приходила с модельного агенства (являясь его директором), перекусывала, пока проходила через кухню, соединенную с гостиной, скидывала с себя верхнюю одежду и бежала в кабинет доделывать накопленную работу. Привычка настолько въелась в её жизнь, что выходные дни являлись чем-то очень странным и не необходимым, женщина понятия не имела чем себя занять в такие дни, когда нет работы, ведь провести время не с кем (друзей, по вышеизложенным причинам не было (2 глава)), так что Лукина или отсыпалась, или делала работу наперёд. Заканчивая очередной проект, взглянула на часы, половина первого ночи. Время пролетело совершенно незаметно, и как ей удается так надолго засиживаться? Из мыслей её вывели звуки из гостиной, сопровождающиеся ворочаньем и хныканьем. Лаура медленно привстала с кресла, вслушиваясь, будто таким образом будет лучше слышно то, что происходит совершенно в другой комнате, так что женщина тихо вышла из кабинета и буквально на цыпочках прошла в гостиную, где спала Маша. Подушка валялась под кофейным столиком, одеяло подпёрто под спинку дивана, а сама девушка лежала на спине, часто дыша и при этом хныкая. Лукина присела на краешек дивана и аккуратно провела тыльной стороной ладони по щеке девушки. Что-то её успокаивало в её компании, может быть эта детская любознательность, или излишняя эмоциональность, искренняя улыбка, хмурые брови, появляющиеся чуть не каждые десять минут — все это давало Лауре чувство полного умиротворения. — Машенька, просыпайся, — провела теплой ладонью по волосам и глаза Маши резко распахнулись, бегая из угла в угол, в конце концов концентрируясь на темном силуэте. — Твою ж мать, — воскликнула девушка, вздрогнув. — Это я, я, — Лаура издала смешок и взяла её за руку. Маша в свою очередь приподняла руку немного выше, проведя тоненькими пальчиками по щеке женщины, будто удостоверившись, что это и вправду она. — Тебе приснилось что-то? — Я уже и не помню. А вы что тут делаете? — лица её не было видно, так как в комнате кромешная тьма, но Лаура все равно представила это выражение лица. Слегка приподнятая левая бровь, сощуренные глазки и сжатые губы, еще не хватает скрещенных на груди рук, тогда картина будет целой. — Услышала как ты тут спишь. Ладно спи дальше, завтра не выходной все-таки. Ну тоесть уже сегодня, — встав с дивана, женщина глянула на девушку и тепло улыбнулась, прекрасно зная, что та не заметит её выражения лица. Она поправила одеяло девушки. — А на ночь поцеловать? — в шутку спросила Маша, надеясь что шуточка зайдёт старшей. И та наклонилась к лицу девушки, белокурая сразу же почувствовала теплое дыхание на своей щеке, а затем и такой долгожданный мягкий поцелуй, прожигающий щеку насквозь, оставляющий вечный отпечаток на блеклой коже. — Спокойной ночи, — Лаура встала и спокойно прошла в свою спальню, оставляя девушку в смятении и скорее всего с жутко красным лицом, которая еще долго не сможет уснуть.

***

Солнечные лучи пробирались сквозь темные занавески и бились о закрытые веки, заставляя уже не спящего ангела открыть глаза, прищуриваясь от неприятного света. Запах стоял восхитительный, кажется это выпечка и крепкий кофе. Вот и желудок подал сигнал, что точно пора вставать, так девушка и сделала. Быстренько проделав водные процедуры и почистив зубы, Мария пошагала прямиком на кухню. — Доброе. ой, забыла переодеться, минуту, — протараторила девчушка и уже собиралась идти обратно. — Все в порядке, садись завтракать, пока ты спала, забежала в булочную, любишь круассаны? — женщина повернулась лицом к своей «гостье» и тепло улыбнулась. На долю секунды Маша даже сама поверила в то, что она лишь гостит у Лукиной, а не работает. Каждый раз, приходя домой к женщине, Маша не чувствовала что будет работать, это всё доставляло ей большое удовольствие, ведь каждый раз проходил в компании Лауры. — Как ты? Выспалась? — Даа, спала как убитая, — хихикнула девушка. — Круассаны я оочень люблю, — сразу же уселась за стол и облизнув губы, отпила кофе, приготовленный специально для неё. — Что делаете сегодня? — Да так, работа, работа и еще раз работа. Ничего заурядного, а ты? Университет? — Да, в одинадцать будет второй экзамен, нужно будет забежать в общежитие и забрать конспекты. Но я уверена что сдам, — довольная собой, откусила кусочек круассана и удовлетворенно простонала (не в том смысле, не подумайте). — А первый уже сдала? — Лаура тоже села за стол и отпила свой кофе. — Завалила, — отрезала младшая и стиснула зубы. Живот ненароком скрутило и мысли перемешались, стало нервно. — Как же так? Не выучила? — женщина опустила подбородок на свою руку и с жалобным взглядом слушала девушку. — Та препод завалил, отбитый наглухо, — у девушки не было ни малейшего желания рассказывать Лукиной кем именно был этот самый преподаватель, возможно днём ранее рассказала бы, но в данной ситуации это было бы лишним. — Может я смогу как-нибудь помочь? — Нее, я сама справлюсь, всё в порядке, — минуту помолчав, девушке вдруг захотелось немного открыться женщине, возможно обстановка к этому распологала. Ранее декабрьское утро, вкусный завтрак, внимательный слушатель, что может быть лучше? — Так странно, я ведь у вас работаю, а ощущение будто просто в гости пришла. Вы не поймите, я не стану злоупотреблять вашим отношением ко мне, — осторожно объяснила Маша. — Просто в последнее время очень странно видеть такое отношение к себе, когда дают, а не лишь берут и берут, — Лаура слушала её и мысли бегали от одной к другой со скоростью света. Она помнила как раньше люди очень злоупотребляли её добротой, поэтому прекратила вести себя как Дева Мария, но в данную минуту ей очень хотелось отдавать этой девушке всё своё время, силы и энергию, ей было приятно слышать, что кто-то искренне благодарен ей за то, что та делает. — Мы очень долго не общались с мамой, её интересует лишь моя успеваемость, и знаете, так приятно, когда интересуются твоей жизнью и моральным состоянием, просто не описать, — с грустной улыбкой произнесла девушка, переводя взгляд на женщину, которая грустнела на глазах. — Я понимаю что ты имеешь в виду, Маш. Я очень рада что тебе комфортно со мной и в этой обстановке, я и сама не представляла что ты станешь мне кем-то больше, чем просто домработницей, — протянула та, и вдруг осознала, что сказала, но решила проследить за реакцией девушки на эти слова. Маша в это время залилась краской и отвела смущенный взгляд. — Кем-то больше.? — Ну. подругой? Можно так сказать, я рада тебя видеть когда ты приходишь, ты очень интересная и разносторонняя личность, — отвертелась та и томно вздохнула. Наверное девушка ожидала услышать немного не те слова в свой адрес, она надеялась что Лукина тоже что-то почувствовала, что-то что между ними происходило, хоть и незначительное для самой брюнетки. Может быть Лаура относилась к ней как к дочери, как к ребенку которому просто в данную минуту нужно немного подменить мать, чтобы та совсем не увязла в своем внутреннем мирке, но Маша ни в какую не хотела этого признавать, слишком больно для и так израненной души. — Я тебя чем-то обидела, милая? Извини если сказала что-то не то, я иногда говорю глупости, — Маша сильнее сжала ручку чашки и сверлила взглядом недоеденный круассан, — Знаешь я тут подумала, может ты хотела бы прогуляться со мной, допустим в пятницу, мы с тобой похожи тем, что вовсе не отдыхаем, — издала смешок старшая. — Я могу встретить тебя у твоего университета, как думаешь, хорошая идея? — она искренне надеялась что белокурая согласится, наверное поэтому сердце так учащенно билось. — Да! — резко и довольно-таки громко произнесла Маша. — Тоесть, кхм, да, хорошая идея. Может тогда в два? — Лаура довольно кивнула и девушка назвала университет, в котором учится. Видимо не всё еще потеряно, подумалось Марии, отчего на душе снова стало спокойно.

***

Дни сливались в один, пока не настала долгожданная пятница. Этот день икс разделялся на две абсолютно разные состовляющие: первая — пересдача у Александра Сергеевича, вторая — «свидание» с Лаурой. Так званое свидание затмило всё остальное, поэтому подойдя к шкафу с вещами, Мария долго и нудно думала что сегодня надеть. Выбор пал на коротенькую джинсовую юбку с черными колготками и темно-зеленую водолазку, сверху, как обычно зимой, девушка накинула огромное шерстяное пальто цвета измороси, теплый шарф, закрывающий почти что всё её лицо, лишь некоторые карамельные прядки выбивались из него, делая вид более небрежным. Оглядев себя со всех сторон, она довольно улыбнулась, подмигнув самой себе в отражении, схватила сумку, перекинув ее через голову и уже собиралась выходить из комнаты общежития. — Куда такая нарядная.? — сонно спросила Нина, по-видимому, только проснувшись. — На пересдачу к извергу, а ты чего кстати не идешь, ты же тоже завалила, — вопросительно посмотрев на подругу спросила та. — А я уже сдала, — прикусив внутреннюю сторону щеки протараторила та, скрывая своё смущение. — Как? Почему не сказала? Какие вопросы он задавал? Может я тоже успею их выучить, — засуетилась Маша, доставая из сумки ручку и конспект. — Да стой ты, стой, — все-таки присела на кровать соседка и сложила руки на коленях. — Там была другого вида пересдача, — она отвела взгляд и прокрутила между пальцев прядку кудрявых волос. У Маши кажется волосы встали дыбом, глаза округлились и дыхание участилось в сотню раз. — Как так.? А другим способом.? — Не парьсяя, я верю что ты сдашь, не прибегнув к этому варианту, ты ведь у нас самая умная в группе, эх Машка, нервная наша, все будет хорошо. А вырядилась для него чтоли? — усмехнулась та. — Нет. Гулять потом иду, — сглотнув, пробубнила под нос белокурая и покинула комнату, вскоре выходя из общежития. Дорогая до учебного заведения не заняла много времени, ведь начались каникул, лишь студенты да взрослые, никакой малышни, толпящейся в маршрутках, ехать было намного легче. И вот, переступив порог адского места, Мария на секунду задержала дыхание, развязывая пояс пальто, только войдя туда, она начала с немыслимой скоростью согреваться, даже перегреваться. Тут она уже на пороге аудитории пытается войти, набравшись смелости все-таки постучала дважды и спросив разрешения, вошла. Встретившись с непонятным для неё взглядом, девушка быстрым шагом прошла к парте и села за нее, предварительно достав пару конспектов, которые, по её мнению, могут быть учтены в подсчёте будущего балла. — Чтож. Мария, пришли на пересдачу. Имеете хоть малейшее понятие как будете пересдавать? — пробежавшись глазами по телу девушки, спросил тот. — Я подготовилась, и еще у меня есть все конспекты, — она подвинула ближе две толстые тетрадки и решилась посмотреть в лицо мужчине. Тот встал, как и в прошлый раз, обойдя стол, встал около Маши. — Неудобная получилась ситуация у Лауры. Знаешь мы разводимся, ей нелегко приходится, у меня очень хорошие адвокаты, — решившись надавить на девушку, произнес тот. Сделал ставку, так скажем, мол, возможно Лаура ей дорога, и на что она готова ради её благополучия. — Ты ведь не желаешь ей зла, Маш? — получив в ответ отрицательный кивок, Александр издал смешок и опустил ладонь на плечо студентки, ведя её ниже к грудной клетке. — Значит я поставлю условие, оно пойдет в плюс каждому, я получу то, что нужно мне, а ты, что нужно тебе. Сейчас ты сдашь у меня экзамен, а взамен я оставлю свою бывшую жену в покое, пойдет? С каких пор девушка настолько сильно боялась за чью-то жизнь? И нет, она имеет в виду не свою собственную, она и представить себе не может чего хочет мужчина от Лауры, что смогут сделать его адвоты в зале суда? А если он оставит её ни с чем? Уж лучше пусть девушка потеряет честь, но пусть женщине ничего больше не угрожает. Она видела её тогда вечером, когда та, прижавшись всем телом к стене, с неким страхом в глазах смотрела на Александра, а если это повторится? И тогда виновата будет Маша, потому что поставила себя на первое место, свою гордость. Как читателю известно, девушка частенько чувствует свою вину, даже когда ею и не пахнет, но сейчас это чувство возросло в разы, что дало некий толчок, она обязана была наплевать на гордость, чтобы хоть один человек в этом мире был счастлив вследствии её действий.