Мир! Дружба! Любовь!

— Шашлык отменный! Молодец братик, — хвалишь ты повара сие пиршества. Красивое, заправленное специями и блестящее от сока, мяско поедается с изысканным удовольствием. Плевать на вилку — с пальцев есть вкуснее! А в конце с наслаждением облизывать остатки сока и понимать, что этого мало и хочется ещё. — Стоит тебя только накормить, ты сразу послушной становишься, — подмечает твою особенность Чимин. Он, в отличие от некоторых, не любит марать руки, поэтому использует вилку. Твой брат всегда был чистоплотный, отчего порой жутко бесил. — Конечно. Думаете, только у мужчин путь к сердцу лежит через желудок? — приподнимаешь вопросительно брови. — Если согласны с этим, то считайте меня своим собратом! Смеешься с собственной шутки, а парни закатывают глаза. Ляпнешь, так ляпнешь. Хоть стой, хоть падай. Но не одна ты такая. — Даже если ты будешь мужиком, я не против встречаться с тобой, — озвучивает свои мысли Тэхён неожиданно, ты аж замираешь на стадии открытого рта при жевании пищи. Странно — ничего не сказать, но ещё более странно и удивительно слышать такие слова от, вроде бы как, гетеросексуала. Нет, ты не презираешь сексуальное меньшинство, тебя скорее всего не заботит их существование. Они есть — и это глупо отрицать. Кто-то скрывается, кто-то говорит открыто и не стесняется себя, что очень вдохновляет. Однако, это не отменяет того факта, что слышать такое от сидячего напротив Тэхёна немного, но всё же удивительно. Хотя, с другой стороны, это доказывает, что парень реально влюблен в тебя. Влюблен не в телесную оболочку, а в личность. Его истинные чувства заставляют напрячься. — Не мели чепухи, — отмахиваешься ты, неловко отхлебываешь из баночки пива и пытаешься найти во что бы уткнуться взглядом, чтобы спастись от внимательных глаз парня. Почему-то ощущаешь себя некомфортно, непонятно и растерянно. Просто не знаешь, что ещё сказать, кроме как бесстыже намекнуть отстать от тебя. — Кто бы сомневался, — предсказуемо фыркает по левую руку от тебя Чонгук. — В смысле? — поворачиваешься корпусом к нему. — Имею в виду, что Тэхёну, видимо, так и придется убиваться неразделенной любовью к тебе. Ты слишком жестокая, Манё. — То есть ты считаешь меня жестокой лишь потому, что я не разделяю чувства влюбленного, когда сама их не имею? — резко и с вызовом спрашиваешь ты. Тебе не нравится фраза только что произнесенная. Какое право Чонгук имеет решать, как ты должна относиться к Тэхёну? Каким боком его это касается? — А ты уверенна, что их действительно нет? — он подозрительно ухмыляется. Вот это наглость, вот это он борзеет. У тебя аж язык немеет. Что несёт этот Чон Чонгук?! Он намекает на то, что ты ошибаешься в своих чувствах? Это не работает так. Кто лучше тебя будет знать о себе же? Разве не ты? Три пары глаз устремлены на тебя, они ждут ответа. Ответа, который должен дать замученному Тэхёну хоть малейший намёк на что-то. Но ты вместо того, чтобы быстро сказать первое попавшееся в голову, думаешь. Перебираешь дремучие мыслишки, выискивая эти самые подозрительно-реальные чувства, в которых так не сомневается Чонгук. Но наперекор твоему желанию доказать свою правду, вырисовывается нескромный вопрос: а зачем думать и рыскать в голове, когда влюбленность не объясняется разумом? — Так-с! Давайте лучше побыстрее съедим шашлык, пока тот горячий. А то вторую порцию я готовить не собираюсь. Ты отмираешь, стоит Чимину хлопнуть в ладоши. Озвученный вопрос Чонгука так и остается висеть воздухе. А ты просто благодарна брату, что тот вырвал ту гнетущую атмосферу вокруг вас, а если по-другому выразиться, спас тебя от неудобного вопроса. Чимин видел, как Тэхён смотрит на тебя, как старается угодить твоим порой капризным желаниям, как пристает по-детски, чтобы привлечь внимание. Твой брат видит, как Тэхён влюблён до сердечек в глазах. — Чокнемся за встречу рассвета! — предлагает веселый Тэхён, поднимая баночку пенного напитка немного вверх. — Да-да, скорее! — подзывает Чонгук. Именно этот жест до конца развевает дымку неловкости недавнего момента. И это прекрасно, поэтому спешно ударяете баночки и отпиваете глоток в ожидании грядущего восхода солнца. Ослепительно белая звезда поднимается из-за речного горизонта, медленно и благородно озаряя окружающую природу. Вы вчетвером молча сидите на краю пристани, щебет утренних птиц и шелест высоких сосен дарит загадочность моменту рождения нового дня. — Красиво, — тихо говоришь ты, заглядывая в дальний цветущий горизонт реки. — Ага, — хором отвечают парни. Вы кротко смеетесь, чтобы не нарушить момент созерцания прекрасного. Градус придает окрылённость телу, сознанию. От этого всё вокруг представляется доступным и простым. В голове появляются дикие мысли того, что можно добиться чего угодно. Стоит только сильно захотеть. Сейчас кажется, что всё в этом мире возможно. Даже та самая сложная и многогранная штука под названием «Любовь». После того как сердце Вселенной полностью овладевает небом, вы возвращаетесь на лужайку, прячась в одну палатку. Сон как бы есть и как бы нет. Вам хочется больше провести времени вместе, поэтому Чонгук предлагает простую игру в своеобразные карты, на которых цвет или цифра выброшенных карт должны совпасть с предыдущими. И название игры такое интересное — «Свинтус». Игра затягивает, вы смеетесь, когда Чимин несколько ходов забирает карты с колоды; хихикаете когда, пытаетесь сохранить полное молчание, во время выпадения «Тихохрюна», но Тэхён не выдерживает и сдается первым, громко смеясь и говоря, что не может видеть ваши серьезные лица. А кто-то втихаря умудряется избавиться от всех карт и выиграть, например, тот же Чимин или Чонгук, но ты эти попытки пресекаешь, специально ударяя по рукам. Заслужили. Но проходит время, игрушка становиться все менее и менее интересной, а тебя ужасно начинает клонить в сон. — Ребят, я сейчас усну, — зеваешь и не сдержавшись валишься набок, головой прямо на чьи-то ноги. Ты так устала, что нет сил думать и говорить. Глаза мертвецки слипаются, в них так же присутствует сухость, которая исчезает только при частом моргании, но даже и оно дается с трудом. Ты клянешься себе, что прикроешь веки всего на минуту, чтобы снять это напряжение в глазах. — Ещё бы тебе не хотелось спать. День на ногах и четыре банки пива, — зевая в ответ, Чимин утверждает логично, немного засмотревшись на то, как ты поудобней устраиваешься на бедрах удивленного Тэхёна. «Совсем не соображает девка», — думается твоему брату, когда ты окончательно закрыла глаза и приоткрыла рот. Парни втроём переглядываются. — Манё? — тихо озвучивает Чонгук, но не получив ничего в ответ, подозрительно кивает Чимину. Тот понимает моментально. — Чонгук, помоги мне костёр потушить и мусор убрать. — Окей-с, босс, — театрально прикладывает ладонь к виску тот, улыбаясь, и следом выходит из палатки. Теперь в ней остались двое.

«Song For Army — Jungkook»

Тэхён рад, безумно. Так счастлив, что не шевелится, боясь спугнуть твой сон. Разморенная ты используешь чужие ноги в виде подушки, совсем не подозревая, кем является их владелец. Виной этому алкоголь и потребность в отдыхе. Тэхён понимает, что в здравом уме ты бы никогда так не прикасалась к нему, но сейчас он полностью желает насладиться твоим присутствием. Парень старается очень аккуратно переместить твою голову со своих бедер на скомканный в виде подушки плед. Он почти не дышит, когда ты что-то буркаешь сквозь сон, а после улыбается умиленно. «Даже во сне ругается», — думает парень. Другим пледом Тэхён трепетно укрывает тебя, что успела повернуться набок, как назло лицом от парня. Мало, слишком мало парень смотрел на твое лицо так близко. Ему хочется ещё, намного ближе, намного дольше. Ему сейчас так волшебно рядом. Видеть тебя, которая будет фыркать на все его признания, которая привыкла говорить строгое «не дождешься» и которая не может просто мило улыбнуться Тэхёну, как ты делаешь Чонгуку или Чимину, — больно. Тэхёну мало тебя, поэтому он ложиться сзади. Находиться так близко — странно и невероятно приятно. Ты пахнешь смесью легкого дыма от костра и своими духами. Так необычно, но аромат не режет слизистую носа, наоборот, создает атмосферное чувство неповторимого уюта. Такого, которого хочется ощущать вечность и немного больше. Тэхён бы отдал всё, чтобы быть рядом с ним по чаще. Всё и чуточку больше. Парень не спеша умещает свою руку на твою талию, стараясь обнять, но получается как-то неловко и даже неудобно. Его вторая рука нарочито мешается, давит на свой же бок и категорично мешает полностью примкнуть к тебе. Тэхён не знает, что делать. Ему хочется обнять тебя так же, как в своих мыслях, но он глупо боится разбудить. Боится снова услышать твои жестокие слова о том, что ничего у вас не может быть. Мешает груду мыслей, что-то выискивая в ней, но так и не вытаскивая чего-то одно. Парень так долго думает о том, чего боится, и даже не замечает, как желание тесного соприкосновения с тобой отправляет страх в чистый нокаут. И та самая мешающаяся рука под ним с легкостью проталкивается уже под твою голову. Вскоре Тэхёна ничего не тревожит. Теперь он с уверенностью жмется ближе, умещая тебя на своем предплечье, а свободной рукой сгребает в охапку, упираясь подбородком в макушку волос. Тесно обвивает талию, сокращая и так мизерное расстояние между вами. А когда ты во сне ухватываешь его руку в свою, прижимая к груди ближе, парень поглощает ощущения мягкого нежного девичьего тела намного острее. Тэхёну так тепло и хорошо, что момент расставания кажется немыслимым. Для него сейчас не существует завтра, т.е. уже сегодня, не существует твоих «нет», не существует его безответной влюбленности. В эту минуту есть только ты, он и ваши прижатые друг к друг тела. В эту секунду ты только его, а он исключительно твой. И ничего другого между вами не присутствует. Вот только это «сейчас», «в эту секунду», «ваши» будет существовать до твоего пробуждения, но парень об этом не хочет даже и думать.