Мама в детстве говорила..

— Сколько гемора от новых гостей, — начал было ныть Цзин И, пока его не прервали. — Цзин И! Ты что себе позволяешь?! Надо почтительно и с уважением относиться к гостям, — «тихо накричал» на него Сычжуй, мысленно стукнув себя по лбу. — Будь осторожен со словами. Процитировав одно из не менее важных, чем остальные больше трёх тысяч правил, число которых почти достигло уже четыре тысячи, Юань окинул взглядом тренировочную площадку, на которую они наконец вышли. В стороне можно было заметить глав двух орденов. Саньду Шеншоу беседовал с Цзэу-цзюнем, пока к ним не подбежал Цзинь Лин, вновь чем-то зля дядю... — Зачем ты собаку привёл, если знал, что нельзя? Цзян Чен был вне себя от злости, но Сичень убедил его, что всё в порядке и не стоит так изводиться из-за непослушного племянника. М-да уж, тут Цзинь Лин позавидовал адептам в Гусу, что у них такой спокойный глава, и поспешил ретироваться, пока Цзян Ваньинь не передумал отпускать его. — Что? С дядей поссорился? — тут же подскочил к нему Цзин И. — А я говорил, что собаке не место в Облачных Глубинах! Цзин И был явно доволен собой, а Цзинь Лину оставалось только зло пинать мелкий гравий, которым были усыпаны дорожки. Ученики вернулись к месту тренировки. Усевшись на скамьи по периметру территории, они стали дожидаться учителей. Кто-то погрузился в медитацию, кто-то делал разминку, а кто-то просто беседовал и дурачился с новыми друзьями, за что получали косые взгляды от проходящих мимо взрослых. — Учитель Лань! — Глава Ордена! Адепты мигом подскочили, приветствуя Лань Сиченя, и довольно скоро началась тренировка по совершенствованию боевых искусств. Ученикам было велено разбиться на пары для боя. Как назло, Цзинь Лину достался Цзин И. — ЧТО?! Почему именно ты? Ну, я тебе спуску не дам! Заранее сдашься или попытаешь удачу? — вспылил наследник Цзинь. — Ха! Да хоть сейчас начнём! — ухмыльнулся Цзин И, предвкушая веселье. Только Цзинь Лин потянулся, чтобы обнажить свой меч Суйхуа, как Сычжуй положил руку поверх его, останавливая. Не будь это первый ученик Хань Гуан Цзюня, он бы уже оказался повержен. Цзинь Лин не стал атаковать не только из здравого смысла, но и нежелания рушить некую дружбу с Юанем. Конечно, ученик Ван Цзи обладает отличными навыками боя (на которые, кстати, Цзинь Жулань желает посмотреть), но это не остановило бы его от драки. Колебаться лишь заставило бы имя наставника Сычжуя. Увидев давнего друга, А-Лин так и не вынул полностью меч, прикусив язык, чтобы сдержаться от едких комментариев. — Цзинь Лин, будь спокойнее. Дождись своей очереди в поединке. Успеете сразиться, — старался воззвать к благоразумию Сычжуй. Цзинь Лин смотрел в спокойные, как водная гладь, глаза напротив и, помедлив, ответил, с ухмылкой. — Вот за это я тебя и люблю, Лань Сычжуй. Вроде мягкий, но такой упрямый. Меч с лязгом вернулся в ножны и, пока Цзин И и Сычжуй были озадачены словами Цзинь Лина, тот быстро слинял в другую компанию. Все вокруг слегка галдели, пока не раздался голос Сиченя. Время на тренировку закончилось и пора начинать. Цзинь Лин скучающе сидел со всеми, не обращая должного внимания на бои адептов. Для него это было всё скучно. Пока не вышел Лань Юань с кем-то, кого Цзинь Жулань вовсе не запомнил. Всё равно он был незначительной фигурой, по сравнению с другом. Он понял это, когда они стали сражаться. Цзинь Лин буквально не мог оторвать глаз от Юаня. Движения Сычжуя настолько утончённые и плавные, что казалось, что он скорее танцует, но слишком смертоносным был этот танец, если бы тот действовал взаправду. Лёгкая поступь, быстрые и ловкие движения. Даже одеяния не растрепались от аккуратности манёвров. Юань невольно цеплял взгляды других людей, и теперь много кто с восторгом или завистью наблюдал за его мастерством. Ребята из других орденов стали шептаться, правда ли, что его учит Хань Гуан Цзюнь. Многим хотелось такого сильного покровителя. Это давало бы не только много полезных знаний и умений, но и непоколебимый авторитет, а также защиту Второго Нефрита. Некоторые слепо завидовали, не понимая, почему Ван Цзи обратил внимание на этого сироту и сделал своим учеником. Почему не взял кого-то из благородной семьи? Да и вообще, он раньше не брал учеников... Но от комментариев всё равно все воздерживались, боясь гнева господина Ланя. — Смотри, сколь искусны его навыки! Это же Поступь парящих облаков! Прославленный приём ордена Гусу Лань! Ученики и прибывшие с ними в качестве сопровождения заклинатели, которые не собирались оставаться здесь более суток, наблюдали за боем, восторгаясь… Как вдруг притихли, видя абсолютно странную технику, но отточенную столь же искусно, как и другие движения юноши. Это явно не могло быть ошибкой. — А это что? Лань Сычжуй настолько талантлив, что у него уже есть свой стиль?! —Да ну, не может быть... Такое ощущение, что я где-то видел эту технику. Но все быстро смолкли, увидев учителя Лань Юаня. Хань Гуан Цзюнь подошёл к брату Цзэу-цзюню и главе Саньду Шеншоу. Он молча сел рядом, наблюдая за учениками. Когда соперник А-Юаня был повержен, ученики вернулись к остальным, переводя дух и спокойно общаясь. — Сычжуй, а что это за приёмы были? Это какие-то секретные техники Гусу Лань? — интересовались ученики. -… П-простите. Мне не стоит об этом говорить. Адепты непонимающе переглянулись, но не стали ничего более спрашивать.

***

— А-Юань, что это была за техника? — слегка настороженно поинтересовался Ван Цзи после тренировки. Лань Чжань уже иногда видел посторонние движения в техниках Сычжуя, но молчал, потому, что это была редкость. Что-то заставляло его волноваться. — Учитель. Это… Я видел, как тренировались мои родственники… Ну и, наверно, что-то попутал, когда запоминал. Вот и получилось так странно. Я больше не буду использовать эти техники, честно! Сычжуй, несмотря на то, что Лань Чжань не был никогда зол по отношению к нему, всё равно был готов упасть на колени, прося прощения. Не хотелось, чтобы это принесло проблем и Лань Ван Цзи. — Я не запрещаю. Но это может навлечь беду. Будь осторожен в действиях. Сычжуй кивнул, улыбнувшись. Такое приятное и тёплое чувство, когда о тебе беспокоятся, когда у тебя есть семья. Он был искренне благодарен Ван Цзи за заботу. К ним в беседку чуть ли не прибежал Цзян Чен, поднимая панику и прерывая беседу Ланей. — Не видели Цзинь Лина?! — Никак нет, глава Цзян, — вежливо ответил Сычжуй, а Лань Чжань подтвердил его слова кивком. — А можно узнать что случилось? — Твой дружок опять с ним поссорился. И Жулань куда-то сбежал, — не ясно злился или волновался Цзян Чен. — Прошу прощения за Цзин И. Я обязательно найду Цзинь Лина. С ним ничего не случится, если не уйдёт за пределы Облачных Глубин. — Жетоны уже раздали, — заметил Ван Цзи, намекая, что искать можно где угодно. — Ох. Ученик спешит откланяться! Как найду, приведу его к вам, глава ордена. Лань Чжань молча проводил Сычжуя взглядом, а тот поспешил пойти дать звездюлей Цзин И. Надо ж хотя бы узнать в каком направлении побежала капризная госпожа и где её искать. Юань переживал лишь немного, понимая, что Цзинь Лин так просто не пропадёт и может постоять за себя. — Цзин И! Что произошло? Почему глава Цзян ищет сбежавшего после перепалки с тобой Цзинь Лина? — сразу в лоб задал вопрос Сычжуй. — Ааа? А что я-то?! Он сам виноват! Оскорбил учеников из нашего Ордена! — Что у тебя с лицом? — не понял Сычжуй, увидев побитую моську. Синяк очень выделялся на светлой коже, привлекая к себе внимание. — Так это Цзинь Лин! Но не переживай, я его тоже разукрасил. Довольный собой Цзин И гордо задрал нос, хвастаясь успехом. Юань же тяжело вздохнул. — А главе ордена Цзян что скажешь? Он уже ищет потеряшку, — сердито бросил Сычжуй и ушёл на поиски.

***

— Глава орде.. — Сиченя грубо перебили. — Да оставь ты формальности! И нет, я не буду сидеть тут и ждать! Его уже 4 часа нет, — бесился Цзян Ваньинь. — Цзян Чен, — начал Лань Сичень, положив руку на плечо главы, от чего тот вздрогнул, — Пожалуйста, сохраняй спокойствие. Мы найдём его. — Я спокоен!! Воскликнул он слегка нервно, но такое спокойствие и мягкость со стороны Сиченя слегка сбивали с толку. Его голос, его рука на плече… Всё это так успокаивало, что Цзян Чену невольно пришлось подавить агрессию. Лань Сичень много улыбается, в отличие от брата. И его улыбка очень даже тёплая и искренняя. Кажется, что даже если весь мир застелет мгла, рядом с ним будет тепло и светло. Настолько уютным выглядит глава ордена Гусу Лань. Цзян Чен на секунду прикрыл глаза и вздохнул, мысленно успокаивая себя и от чего-то забившееся чаще сердце. — Хорошо. Я всё ещё не передумал идти искать Жуланя сам, — с этими словами мужчина решительно пошёл за пределы Облачных Глубин, а Сичень, как друг, пошёл за ним. — Подожди меня. Я тоже пойду, — окликнул Сичень. Цзян Чен удивился, ощущая смешанные чувства. Редко кто шёл за ним по своей воле. Дурной нрав главы был известен другим орденам. Так что даже его племянник старался избегать лишний раз попадаться на глаза Цзян Чену, десять раз не убедившись, что он в хорошем расположении духа. Отговаривать он не стал, поэтому они молча пошли на поиски.