Письма без ответа.

Сегодня я проснулся слишком поздно, видимо такие эмоциональные дни меня слишком выматывают. Я взглянул в зеркало и немного опешил, меня буквально откинуло от изображения в зеркале. Всё моё лицо было бледное, виднелись небольшие синяки под глазами. Я сдернул с себя ночную пижаму, и принялся, рассматривать в зеркале своё худощавое тело. На груди уже виднелись ребра, вся кожа бледная, стало так страшно от увиденного. Я сел на холодную постель и принялся одеваться. Я впервые почувствовал беспокойство за свою жизнь, даже на секунду подумалось, что я умираю. Всё - таки тяжело жить в полнейшей нищете. Я много раз пытался найти работу, но меня никуда не брали, потому что я человек с филологическим образование, и кроме, как преподавателем меня никто не хотел брать. Я пробовал работать учителем, но опыт у меня был ужасающий. Сначала я пробовал работать с первоклассниками, даже был классным руководителем. К сожалению, я человек мягкий, меня никто из них не слушал, дети буквально «вили из меня верёвки». Тогда мне подумалось, что может с малышами так трудно дается работа учителю русского языка и литературы, тогда я решил работать со старшей группой. Мне предложили взять девятиклассников, но там стало ещё хуже. Под конец года дети стали совсем неуправляемыми. Я пытался их как – то завлечь, я приносил много книг, показывал им различных авторов, рассказывал об их жизни, надеясь на то, что таким образом смогу их хоть как – то привлечь к предмету, но меня просто не замечали. Они вели себя, как им вздумается. Они кидались стульями, «пуляли» друг другу самолётики, плевались, сдавали мне изрисованные тетрадки, а потом уже и дело перешло на меня. В меня летело всё, что было под рукой, ручки, ластики, линейки, портфель. Тогда я не выдержал и выбежал из кабинета, забрав все свои вещи. После я забрал и все свои документы и решил, что больше никогда не буду работать учителем. К середине дня я уже сидел дома, держа в руках ещё немного денег. Я сбегал в издательство и выяснил, что кто – то ещё купил мой сборник. Я был вне себя от радости. Даже хотелось плакать. Кстати насчёт моей музы, я как – то совсем даже позабыл о ней, а думать хотелось о ней постоянно. Я выглянул в окно своего палисадника, который выходил в сторону улицы. Возле дома напротив играли какие – то дети, их лица наливались улыбкой. Мальчики играли во всем известные «войнушки», а девочки сидели в песочнице и что – то лепили, явно играли в «поваров». Я даже на секунду начал скучать по своему детству. Мама всегда отпускала меня гулять, знакомиться с другими детьми. Но я будто по каким – то личным причинам мало с кем хотел знакомиться, как меня и потом называли ребята «тихоней». Вроде и правда я себя вёл так, но почему – то было обидно. Читателю может показаться, что я глубокий неудачник, хотя может это так и есть, но я стараюсь в это не верить. Капля надежды всё равно есть.Дети куда – то разбежались, я даже сам не понял куда именно. Осмотрел всё вокруг, но так и не увидел их, видимо полностью погряз в своих мыслях. Ветер качал сухие листья, пока деревья, будто люди, грустно смотрели вниз, исследуя каждый потерянный листочек. По улице пробежал табун овец, а за ним и пастух с палкой, в нём я увидел дедушку с усами, который попутно курил сигарету. За ним же я увидел девушку, в красивом белом ситцевом платьице. Я подумал, вот же она дурёха, в такую холодную погоду гуляет в одном платье, когда люди на улице ходят в пальто. А позже я понял, что она очень похожа на ту девушку из театра. Она умело шла по улице в белых туфельках, держа в руках сумку того же цвета. Она так ярко улыбалась, это точно она, я узнал это прекрасное лицо. Через минуту я уже был на улице, держа в руках своё пальто. Мне очень хотелось, что она чувствовала себя лучше, но никакой девушки уже не было. Я выбежал на дорогу, но её там не было. Единственный, кто шёл дальше по улице – пастух. - Может быть, она живёт где – то здесь, - сказал я сам себе, - но ведь тут живут одни старики, - я почесал свою голову, мне стало холодно. - Может быть, она приехала к кому – то или ищет меня, - на глазах выступили слезы. Я почувствовал себя полным дураком, у меня был такой шанс её увидеть поближе, поговорить с ней, услышать её прекрасный голос. Я вытер слезы рукавом и нервно всхлипывая, побрёл в домашних тапочках домой. Пальто так и осталось в моих руках. Стало так дурно, будто кто – то наступил на тебя кирзовым сапогом и давит, не жалея никаких сил. А может быть, она видела меня в окно и испугалась, спрятавшись в чужой дом или кусты. Стало ещё хуже, я просто упал лицом в подушку и начал рыдать, что есть мочи. Я не помню, сколько я так пролежал. Я встал, посмотрел на себя в зеркало, лучше бы я вообще в него не заглядывал, лицо всё красное и опухшее. Слёзы закончились, а вот неприязнь к себе так и не покинула меня. Я думаю, что обидел её тем, что так долго смотрел на неё. Мне хотелось извиниться, поэтому я еле как сел за свой стол и принялся писать ей второе письмо. «Здравствуйте, юная леди! Сегодня мне казалось, что я видел Вас из окна своего дома, я так был рад видеть Вас, а ещё больше вашу чудесную улыбку на лице. Правда, я переживал за ваш сегодняшний наряд, он был невообразимо красив, но на улице слишком прохладная погода. Я было хотел выйти на улицу, вынести вам своё пальто, чтобы вы согрелись, но вас там не оказалось. Мне очень жаль, что у меня так и не получилось Вас поведать. Жалко, что вы не прислали ответа на моё письмо. Я бы очень хотел извиниться перед Вами. Простите меня, пожалуйста, если я спугнул Вас своим взглядом из окна. Я бы не в коем разе не хотел пользоваться Вами и Вашим доверием, мне лишь хотелось поведать Вас, не более...» Я на секунду задумался, что она может на это обидеться и неправильно меня понять. «...Вы не поймите меня неправильно. Ещё раз простите меня, я действительно испытываю вину перед Вами, простите! Я очень надеюсь, что вы чувствуете себя хорошо.»

Франц Тольфиум 25.10.N

Я выдохнул, вина всё ещё покоилась на моих плечах, но я чувствовал себя лучше. Я быстро оделся и отнёс письмо всё в тот же театр. Послушал грозные слова уже новой билетерши, пытаясь донести ей кому же всё – таки нужно передать письмо. Как я выяснил из бумажек, которые висели на входе в театр, известные артисты пробудут у нас ещё до Нового года, поэтому я надеялся, что у меня всё же получится встретить эту прекрасную балерину. Я купил ещё билет, правда, уже на неизвестное мне произведение, поэтому у меня было хоть немного времени, чтобы узнать о нём хоть что – то. Я вспомнил, что неподалёку отсюда есть магазин, где я смогу приобрести книгу, правда, денег у меня было совсем мало. Всю дорогу до книжного я размышлял о своём письме, а прочтёт ли она его, и не обидится ли она на меня. Когда я уже оказался в книжном в магазине, то любезно попросил мужчина в очках, который стоял за кассой, найти мне книгу Луизы Мэй Олкотт «Маленькие женщины». Книга стоила очень дешево, несмотря на её объём. Я был рад. Весь оставшийся вечер я гладил своего кота, сидя за книгой у свечи. День сегодня был слишком тяжелый, столько всего произошло, что даже некому рассказать.