Мятный вкус на губах Ли Феликса

Утреннее солнце встретило слишком яркими лучами, от которых Хёнджин поморщился и закрыл одеялом голову. Сегодня воскресенье и хочется поспать, а закрыть шторы вечером перед сном он опять забыл. Парень валялся ещё около трех часов, катаясь по всей кровати. Очень спокойное и хорошее утро, когда нет никаких проблем и переживаний, зато можно выспаться. Вот только Хёнджин совсем забыл, что сегодня очередной день жёстких тренировок отца и приятно нежился в кровати, пока в комнату не ворвался молодой мужчина и не ударил парня подушкой. — Хватит спать! Нам пора. — Сынмин, ну ещё немного, — Мычит Хван, — Пять минуточек. — Уже двенадцать часов дня, — Парень подскакивает от этих слов и мгновенно берет вещи в ванную. — Хён, я быстро! Хёнджин со скоростью света принимает душ и возмущается на старшего, почему его не разбудили раньше, но тот лишь смеётся и дразнится. Тренировка начиналась в пол двенадцатого и Хван опоздал на целых сорок минут на пару с Сынмином, который продолжал подшучивать над ним. Ким Сынмин один из самых близких приближённых отца Хёнджина. Ему всего двадцать пять, но он уже смог заработать полное доверие босса, доверявшего свою жизнь в его руки. И Ким ещё ни разу не подводил. К тому же, всегда просматривал за непутёвым сыном своего "начальника" и часто тренировал его сам, обучая всему, что знает. Он действительно хороший человек, если таким можно назвать преступника. Выслушав длинную лекцию от отца по поводу пунктуальности и ответственности, они наконец приступили к тренировке. К вечеру Хёнджин хотел откинуться. И он не преувеличивал. Ноги еле держали, а руки и спина жутко болели. Это все последствия тренировок с отцом и долгого перерыва с отсутствием любых физических нагрузок. Только после долгого душа Хван упал на долгожданную кровать и взял телефон в руки, проверяя новые сообщения. Феликс. Не хочешь приехать? 20:11. Глаза Хёнджина округлились, когда он увидел сообщение от Ли, который писал весь день, пока не было младшего. Хёнджин. Хочу. 21:06. Вряд ли Феликс ответит, ведь прошёл почти час, он наверняка чем-то занят. Тетради там проверяет, или тесты, составляет новые и ему совсем не до Хёнджина. И не важно, что сейчас разгар каникул. Феликс. Я ещё жду. 21:10. Хёнджин срывается с места, а в теле появляются силы, каких не было ещё минуту назад. Парень накидывает безразмерную футболку, джинсы и обувает новые кроссовки, а после выбегает из комнаты. Игнорирует голоса отца и няни, говорит, что вернётся поздно и закрывает за собой входную дверь особняка, оставляя взрослых в шоке. Объяснять что-то нет ни сил, ни желания. Да к тому же о чем говорить? " Извините, меня ждёт учитель английского." – если скажет, точно никуда не уйдёт. Водитель завёл мотор, как только Хёнджин запрыгнул в автомобиль и назвал адрес. Парень написал Феликсу, что скоро приедет и извинялся за ожидание, но ответ не получил. Лишь бы не целоваться с закрытой дверью. Автомобиль останавливается в нужном месте. Хёнджин говорит водителю не ждать его здесь и он позвонит сам, а после направляется в нужном направлении, скрываясь в толпе. Феликс жил в далеко не богатом районе в маленькой квартирке, в которой Хёнджин был дважды. Правда водителю не обязательно знать настоящий адрес, поэтому парень и скрылся в толпе, чтобы уйти от его взгляда, ведь он наверняка доложит обо всем отцу. Убедившись, что Хёнджин смог избавиться от наблюдения, он зашёл в нужный дом и поднялся на второй этаж, рассматривая лестничную площадку. На стенах все исписано нецензурными словами, разбросаны бычки от сигарет, повсюду валяются осколки и Хван очень надеется, что на ступеньке не моча. Он не привык к таким условиям. Сложно вообще адаптироваться в таком месте, если ты вырос с золотой ложкой во рту. Ни в коем случае Хёнджин не осуждает Феликса за то, что он живёт в таком месте. Просто самому слишком дико, и желания находиться в подъезде нет, поэтому парень быстро поднимается на второй этаж и стучит в самую первую дверь. Слышатся шаги, щелчок замка и в проёме показывается белая макушка улыбающегося Ли в одном бежевом пуховом халате. Блондин тянет младшего в квартиру и закрывает дверь. — Ты долго, Джинни, — Протягивает Феликс, обнимая Хвана за шею, чем вызывает табун мурашек, — Я заждался. — Прости, — Хёнджин слегка улыбается и кладёт руки на талию блондина, смотря прямо в его прекрасные глубокие глаза, в которых хочет утонуть, даже умея плавать. — Тогда ты должен загладить свою вину, — Хван вопросительно смотрит на старшего, который прикусил нижнюю губу и толкнул его в грудь. Ноги упёрлись в диван, а Хёнджин упал на мягкие подушки, наблюдая за действиями Феликса. Он не понимал, чего хочет старший и просто смотрел, как тот садится на его бедра. Ли делает так не впервые, но и сейчас волна возбуждения проходит по всему телу, словно от электрошока. Феликс с улыбкой целует Хвана, обвивая его шею тонкими руками. Младший не уверенно кладёт ладони на голые бедра блондина. — Ты в одном халате? — Хёнджин отрывается от поцелуя, а Ли ухмыляется и облизывает нижнюю губу. — В остальной одежде нет необходимости, — И снова впивается в губы младшего, начиная двигать бёдрами. Хёнджин стонет в поцелуй, когда чувствует возбужденный половой орган Феликса и снова издаёт пошлый звук, который вызывает табун мурашек на теле старшего, и он двигает бёдрами ещё более интенсивно и быстро, а Хван еле сдерживается, чтобы не кончить прямо сейчас. Когда Феликс останавливается и отстраняется от страстного поцелуя, он закусывает нижнюю губу и проводит пальцами по шее Хёнджина. Руки Ли развязывают пояс халата, открывая вид на все его прелести. Он стягивает с младшего футболку и касается набухшего соска, а Хван стонет и опрокидывает голову назад. — Я могу сделать тебе ещё приятнее, сладкий, — Феликс облизвает губу, а Хёнджин вопросительно на него смотрит. — Чт... — Не успевает договорить, как Ли встаёт и расстегивает джинсы, опуская их вместе с боксерами, а затем встаёт на колени между ног и касается языком возбуждённого члена, — Боже... — Хёнджин снова опрокидывает голову и стонет, когда Феликс облизывает всю длину. Слишком много новых ощущений и событий для Хёнджина, который явно не был готов к тому, что ему отсосет учитель. Да ещё так пошло и профессионально... Он многого не знает о Феликсе. Большая ладонь держала маленькую. Хёнджин сравнивал длину их пальцев и смеялся с разницы. Пальчики Феликса короткие, в то время как у Хвана очень длинные. Глаза брюнета упали на одинаковые кольца. На безымянном и указательном. Коричнево-белые изделия, подаренные старшим пару дней назад. Они напоминали о их недавно начавшихся отношениях и вызывали приятный трепет внутри. Ли лежал на груди Хвана и наблюдал за тем, как младший смотрит на их руки, слегка улыбаясь. В такие моменты Хёнджин походил на ребёнка, не перестающего удивляться и радоваться мелочам. Он не мог поверить своему счастью. В его объятиях лежит Ли Феликс, такой недостижимый, казалось бы, человек, но вот он рядом с блаженной улыбкой на лице. Большего для счастья и не нужно. Только мятный вкус на губах Ли Феликса и сам Ли Феликс. Не так уж и много. Послышался рингтон мобильника и Хёнджин нехотя выпустил старшего из своих объятий, поднял джинсы с пола. На экране высветилось имя отца. Парень взгланул на Феликса, который смотрел на него, и думал, отвечать или нет. Отец будет задавать много вопросов, ведь водитель уже давно потерял Хёнджина из поля зрения, к тому же в бедном районе и в принципе он не оставался один уже очень долго. Иногда казалось, что отец чрезмерно опекает сына, но парень лишь думал, что так проявляется его забота. К тому же, если вспомнить, как погибла мать Хёнджина, в гиперопеке нет ничего удивительного. Спустя несколько секунд раздумий, брюнет нажал на зелёную кнопку и приложил телефон к уху, убавляя звук, чтобы Феликс точно не услышал, а то мало ли. — Ты скрылся от водителя? — Мужчина явно был не доволен, а Хёнджин лишь закатил глаза, — Я учил тебя этому не для того, чтобы пользоваться в личных интересах. — Папа, в двенадцать буду дома, не волнуйся, — Игнорируя слова отца, ответил Хёнджин. Часы показывали половину одиннадцатого, а значит у них с Феликсом есть минут пятьдесят, чтобы провести это время вместе. — Мы поймали крысу среди наших, — Мужчина вздыхает, явно раздражен, — В половину двенадцатого. Дольше ждать не буду. Хёнджин отключается, а мысленно ругается, почему так не вовремя. Он хочет насладиться присутствием рядом с Феликсом, а не допрашивать кого-то, хоть это была и его воля, Хван все равно раздражен и печально смотрит на старшего, который по одному лишь взгляду понимает саму ситуацию. Пока одевается, Хёнджин звонит водителю и говорит ждать на том же месте, где парень вышел, уже в предвкушении строгих взглядов мужчины, который терпеть не может, когда кто-то мешает его работе и планам. А Хван делает это редко, поэтому хрен с ним. Может отец даст больше свободного пространства без всяких наёмников. Натянув на себя кеды, Хёнджин поднялся и посмотрел на Феликса сверху вниз, все так же улыбающегося. Он подумал, что Ли лучше переехать из этой квартиры. Такому хрупкому парню нечего делать в не безопасном районе. Вот только Хван засмеялся от собственных мыслей, ведь этот хрупкий парень занимался тхэквандо не один год и вполне неплохо может постоять за себя сам. Феликс растерялся от внезапно раздавшегося смеха Хёнджина и часто хлопал глазками, вызывая у младшего новую порцию умиления. — Ты бы не хотел жить в нормальном районе? И квартире побольше, — Все-таки говорит Хван, чтобы успокоить самого себя. — Мне не по карману, — Блондин пожимает плечами с лёгкой улыбкой на устах. — Мне по карману, — Как ни в чем не бывало отвечает Хёнджин, словно снять квартиру для него какие-то копейки. Хотя так оно и есть. Феликс уставился на младшего, а его глаза стали больше в два раза, как любят рисовать в манге, — Я могу снять тебе нормальную квартиру. — Я конечно понимаю, что ты богатый, — Почесав затылок, начал Ли, — Но в новой квартире нет необходимости. К тому же, эта моя личная. За неё платить не надо. — У учителей же нормальные зарплаты, так почему ты живёшь в этой маленькой комнатушке с двумя комнатами? — Две комнаты уже хорошо, — Феликс вздыхает. Да, Хёнджин никогда не поймёт, как можно жить в "маленькой" квартире, — И мне нравится здесь. Сдавшись, Хван несколько раз поцеловал старшего на прощание и ещё несколько раз не хотел его отпускать. Только после звонка водителя пришлось уходить. Иногда Хёнджин хочет ему врезать. Разве нормально так обращаться с ним? Торопить, названивать и следить. Последнее, конечно, по приказу отца, но первые два пункта не входят в список адекватных вещей у работников. Если Хван сейчас позволяет так к себе относиться, то что будет позже? Отец всегда учил быть высокомерным к присуге и не терпеть подобного отношения. К тому же, кто станет в трезвом уме ему перечить? Водитель ждал на месте. Это был мужчина лет сорока. Хёнджин, сколько себя помнит, всегда видел его около отца. Он доказал свою преданность, но, кажется, ему пора указать, кто здесь главный. Парень подходит к стоящему около машины водителю и посмотрел на него все тем же коронным убийственным, недовольным взглядом. Как бы плохо это ни было, Хёнджину нравится ставить людей на место. Особенно тех, кто его забыл. — С какого хера ты подгоняешь меня? — Процедил Хван, стиснув зубы. Мужчина опешил и застыл от такой резкой перемены Хёнджина, — Не зазнавайся. Ты должен знать свое место. Больше такого отношения я не потерплю, — Игнорируя шокированный взгляд водителя, парень сел в автомобиль и достал телефон. В очередной раз проверяя новые сообщения. Феликс писал, что будет ждать его завтра. Наступили долгожданные каникулы и Хёнджин может чаще видеться со старшим. Сдерживая свою глупую улыбку, Хван ответил, что обязательно придёт после тренировок. Он уже хотел поторопить водителя, который продолжал стоять около автомобиля, но тот быстро среагировал и запрыгнул в машину. Хёнджину нельзя опаздывать. Уже одиннадцать и у него всего полчаса, чтобы доехать домой, иначе же он упустит отличный шанс показать себя. Ещё один, каких должно быть много, чтобы позже его признали стоящим своего отца, преемником. Автомобиль вскоре остановился на территории коттеджа. Хёнджин выбежал из него и помчался в подвал, где проводят допросы, но именно здесь редко, поскольку опасно заниматься подобным в собственном доме. Сейчас же случай особенный. Внутри сидел знакомый молодой мужчина, который служил Ёджуну около шести лет. Он крепко привязан к стулу, всё лицо в крови. Скорее всего, без сознания, поскольку никак не реагирует на звуки и свет. — Ты опоздал, — Отец строг, а Хёнджин вздыхает. — Водитель не знает, что значит слово "быстрее", — Отвечает парень и подходит к мужчине, — Это он? — Да. Сам спалился, когда зашёл в мою комнату, — Мужчина смотрит на связанного и снова бьёт его в лицо, — Прости, не сдержался. Хорошо, что ещё не убил эту тварь, — Он сжал кулаки и взял полотенце из рук подчинённого, чтобы вытереть руку от крови, — Приведите его в чувства, чтобы Хёнджин смог поговорить с ним. Двое мужчин, стоящих рядом, кивнули и один взял с маленького стола шприц с прозрачным содержимым и без колебаний воткнул в руку сидящего на стуле, который спустя несколько секунд открыл глаза и стал кашлять кровью. По всей видимости, он на пределе и говорить долго не сможет. Удивительно, что ещё жив с такими то ранами. Хёнджин подходит к нему на безопасном расстоянии и внимательно рассматривает лицо предателя. Недавно отец научил его гипнозу взглядом. Неплохая возможность испытать умение в деле. — Что ты делал в комнате отца? — Спрашивает парень, продолжая смотреть в глаза мужчине, который все время пытался отвести взгляд. — Золотая... Жила... — Еле понятным голосом отвечает он, в очередной раз кашляя кровью. — Откуда ты узнал о ней? Так называемая "золотая жила" – это огромный сейф в комнате отца, в котором около пятидесяти килограммов чистого золота. И знают о ней лишь несколько человек, включая Хёнджина, так как она скрыта от глаз всех, кто посетит спальню Ёджуна. Потайная комната, куда даже сам Хёнджин не ходил. Не знал, как туда попасть. — Лидер... Сказал... — Это он уже рассказал нам, — Сказал отец, а Хёнджин кивнул. — Твой лидер разве не специально тебя отправил туда? На верную смерть. Думаешь, тебя оставят в живых после такой выходки? Сколько ты уже успел доложить ему? — Всё... Глаза Хёнджина расширились. "Всё" – понятие растяжимое. Информация, доступная обычным наемникам, слишком не значительная. Они лишь исполнители, а этот предатель не исключение. Чем руководствуется этот босс? Его действия кажутся слишком безрассудными. — Хорошо, — Хёнджин взял пистолет с того же стола и снял с предохранителя, наставляя на мужчину. Присутствующие удивились такому повороту событий, а особенно отец, который точно не ожидал смены поведения сына, — Ваш светловолосый лидер уже в наших руках. Так зачем нужен ты? Мужчина вздрогнул и стал ёрзать на стуле. Хёнджин снова попал в яблочко, хотя стрелял наугад. Но найти в Сеуле молодого блондина та ещё задача. Почти невыполнимая. Как искать иголку в стоге сена. Только лишняя трата времени и сил, но по удивлённым лицам отца и его подчинённых, они довольны результатом, а этого более, чем достаточно. — Через неделю привезут наркотик, который поможет его разговорить. А до этого не дайте сдохнуть этому ублюдку, — Ёджун развернулся и рукой подозвал Хёнджина, который сразу пошёл за отцом, отдав пистолет одному из подчинённых. На удивление Хёнджина, отец ничего не говорил по поводу того, что он скрылся от водителя. Оно и хорошо. Не особо хочется объяснять, куда парень ушёл и чем занимался. Отцу не нужно знать об этом. Хёнджин со стыда сгорит. Мастерская опустела. Почти все картины вывезли на склад. Их стало слишком много. Только за последнюю неделю Хёнджин нарисовал около десяти. Вдохновение так и выливалось из краёв, а в голове постоянно появлялись идеи, а не воплотить их на холсте просто невозможно. Именно поэтому Хёнджин и сейчас идёт в уже любимую комнату и садится за мольберт, чтобы нарисовать очередной шедевр. Улицы Сеула переполнены людьми, которые то и дело куда-то торопятся, не замечая никого вокруг. Хёнджин раз за разом смотрел на безымянный палец левой руки, на котором красовалось простенькое кольцо бело-коричневого цвета. Пока ждал задерживающегося Феликса, делать было нечего. Белая макушка появилась только через двадцать минут ожиданий. Ли подбежал запыхавшийся и тараторил извинения за опоздание, а Хван лишь счастливо улыбался и отвечал, что все хорошо. Они гуляли по улицам столицы и разговаривали о множествах мелочей. Хёнджин в сотый, нет, в миллионный раз убедился, что Феликс ангел, спустившийся с небес на грешную землю. Как вообще можно быть таким светлым и идеальным? Все лучшие качества совместились в Ли Ёнбоке. Иногда младший сомневался в своей адекватности, когда так превозносил Феликса, а после смеялся со своих мыслей. Очередной день, проведённый с Феликсом, подошёл к концу и пришла очередь прощаться. Стоит только Ли уйти, как Хёнджин сразу начнёт скучать по нему. Так происходило всегда. Даже в том случае, если они встретятся на следующий день, Хван будет считать часы и минуты. Тонкие ручки Феликса обвили талию Хёнджина, а его голова упала на грудь младшего. Так они простояли несколько минут в тишине, наслаждаясь объятиями друг друга и теплотой тел. Ли слышал учащенное сердцебиение и невольно улыбался. — Я не хочу уходить... — Прошептал Хван, вздохнув, — Было бы неплохо остановить время на этом моменте. Феликс усмехнулся от таких детских слов Хёнджина и оторвал голову от его груди, смотря в тёмные и глубокие глаза младшего. — Ты такой малыш, Джинни, — Слащавым, высоким голосом, не характерным для Ли, произнёс он, — За это ты мне и нравишься. Хёнджин застыл на несколько секунд от услышанных слов. Только после взволнованного взгляда Феликса, он неожиданно даже для себя произнёс: — Я люблю тебя, — Испугавшись собственных слов, Хван отвёл взгляд, — Так сильно, что хочу отказаться от всего. — Так откажись, — Голос Феликса вмиг стал низким и серьёзным. Это так удивило Хёнджина, что он вопросительно посмотрел на старшего, — Ради меня. — Не могу, Феликс, — Вздохнув, ответил Хван, — Мафия – это смысл моей жизни. Как я буду жить без смысла и цели? — Мы можем сбежать. Только скажи, я на все готов. — Нет, — Хёнджин отпустил Феликса и сделал шаг назад, — Меня с детства учили тому, что я стану заменой отца. Это был мой выбор, и ничей другой. Феликс ничего не ответил. Лишь обнял Хвана и уткнулся в его грудь. Хёнджин никак не ожидал услышать от него предложение отказаться. Да, он сам это сказал, но не всерьёз же. Понимает, что Ли, возможно, хочет лучшей жизни для них обоих, но кто Хван если не преемник отца? Никто. Он не готовится к поступлению, не хочет получать профессию и знает на отлично только как скрывать следы убийства, свое присутствие и все виды наркотиков. Ну ещё английский с недавнего времени знает неплохо. На твёрдую четвёрку. Попрощавшись, Хёнджин позвонил водителю, который приехал через несколько минут. В следующий раз нужно тщательнее думать прежде, чем сказать что-то Феликсу, чтобы не поставить их обоих в неловкую ситуацию, в которой не комфортно будет не только Хвану. Когда Хёнджин зашёл в дом, его взгляд упал на портрет матери, написанный им по воспоминаниям её образа в голове. Пальцами он провел по не чётким чертам женского лица. Если бы она не поехала по ложному звонку, была бы сейчас жива? Пятнадцать лет назад, когда её похитили, незадолго до этого, ей позвонили и сказали, что Ёджун пострадал и ему грозит опасность. Женщина, не раздумывая, села в автомобиль и помчалась к мужу. Вот только встретила только мучения и смерть. Как можно быть настолько бесчеловечным, чтобы пытать и убить ни в чем не виновного человека? Хотя Хёнджин понимает. Месть и жестокость присуща всем преступникам. — Босс, у нас мало времени, — Встревоженно произнёс молодой мужчина, смотря в темноту, — Ёджуну скоро привезут наркотик и он узнает о вас всё. — Я знаю. Начинаем действовать завтра. Феликс. Мы можем встретиться? 21:45. Ненадолго. 21:46. Хёнджин натянул джинсы с футболкой и выбежал из дома. Как обычно, сказал адрес водителю, а тот поехал в нужном направлении. Неожиданное сообщение Феликса застало Хвана врасплох. Он только вышел из душа и даже не успел высушить волосы, но сразу сорвался на просьбу старшего. Плохое предчувствие усиливалось с каждой секундой. Они расстались на не самой приятной ноте, может быть по этой причине? Автомобиль остановился у нужного места, а Хёнджин вышел из него, замечая неподалёку Феликса. Он... Другой. Не такой, что раньше. Не улыбается, когда видит младшего, не идёт в его объятия и выглядит слишком мрачным. Такого Феликса Хёнджин не знает. Хван подходит к старшему и улыбается, тем самым пытаясь успокоить себя. Плохое предчувствие пробралось в каждую клеточку тела, когда Феликс даже не посмотрел на него. Только через минуту тишины и игнорируемых вопросов Хёнджина, Ли взглянул на младшего пустыми глазами и произнёс: — Мы расстаёмся, Хёнджин.