Peer Pressure [давление со стороны сверстников]

Юнхо чувствует себя немного нелепо, стоя в коридоре с подушкой, прижатой к груди, и маленьким флакончиком смазки, зажатым в одной руке. Сан даже не моргнул, когда он сказал, что собирается пойти спать с Минги, только хмыкнул и перевернулся на другой бок в своей постели. Юнхо знает, что у Сана была тяжелая неделя: ранее он ввязался в очередной глупый спор с Уёном, и горечь не покидала его последние несколько дней. Юнхо уверен, что это как-то связано с новой мобильной игрой, в которую они начали играть (см.: очень по-детски, и разве они не могут быть взрослыми и не быть мелочными?), поэтому он сомневается, что это продлится дольше, чем день или около того, но ему действительно не очень хочется ходить по тонкому льду рядом с сверхчувствительным Саном. Что, в общем-то, даже не является причиной, по которой он все равно задерживается перед дверью в комнату Минги. Его пальцы немного крепче сжимают бутылочку со смазкой в его руке. Может быть, ему стоит просто забыть обо всем этом и вместо этого спать на диване? Или в постели Хонджуна? Юнхо смотрит в противоположную сторону коридора на дверь в комнату Хонджуна и Сонхва и качает головой. Нет, он просто... - Юнхо? Юнхо вскрикивает, резко оборачиваясь к обиженному лицу Минги, остановившемуся в дверях его комнаты и смотрящему на него большими глазами. Он пробегает взглядом по телу Минги, задерживается на его свободной рубашке и боксерах и понимает, что тот просто готовится ко сну. - Что ты делаешь, стоя в коридоре? - Минги смотрит вниз на свою подушку. - Хочешь спать со мной? Юнхо смотрит на свою подушку, потом снова на лицо Минги и кивает, чувствуя, как в горле внезапно встает комок. Его мозг кричит о том, что он хочет не просто спать, но он все это подавляет, запихивает в себя. Минги расплывается в улыбке и отходит в сторону, пропуская его. - Устраивайся поудобнее. Я сейчас вернусь. Пойду почищу зубы. Юнхо опускается на кровать Минги, его мысли лихорадочно разбегаются, пока другой убегает в ванную. Он бросает подушку к изголовью кровати и смотрит на бутылочку со смазкой в своей руке. На самом деле он чувствует себя очень нелепо, дергая одной ногой в чем-то похожем на предвкушение, а может быть, в страхе, когда он открывает крышку флакона большим пальцем, а затем защелкивает ее обратно. Звук заставляет его вздрогнуть, как будто это реакция Павлова - что ж, в данный момент это вполне возможно. Да что там, в данный момент вид Минги вообще, кажется, производит на Юнхо эффект Павлова, после их бесстыдного свидания в постели Юнхо в предрассветные часы ранним утром, когда они вместе неистово кончали и нанесли Сонхва (и еще нескольким мемберам, как выяснилось) ущерб в процессе. Юнхо чувствует, что у него встает, как только он думает о Минги. Точнее, думает о том, как Минги трахает его. Именно поэтому он взял с собой смазку. Юнхо никогда раньше по-настоящему не увлекался гей-порно, он даже никогда по-настоящему не увлекался порно раньше, если быть до конца честным, но ему нужен был источник информации, и порно казалось лучшим вариантом. И вот теперь, спустя две недели после их странного романа, Юнхо сидит в постели Минги, одной рукой так крепко сжимая бутылочку со смазкой, что костяшки его пальцев побелели, и он готовится к тому, что его лучший друг наконец-то поимеет его. За две недели он научился растягивать сам себя. У них не всегда бывает много свободного времени, и не очень-то хорошо с его стороны пытаться выгнать Сана из их общей жилплощади, чтобы он мог исследовать внутренности его задницы, но он справляется с этим в душе и иногда в те ночи, когда Сан иногда прижимался к Уёну или Ёсану, выясняя свои желания и потребности, а также точки удовольствия внутри (и снаружи). Ага. Юнхо готов... или готов настолько, насколько это вообще возможно, как бы он ни нервничал. Он так глубоко задумался, что подпрыгнул, когда Минги, наконец, возвращается из ванной и закрывает за собой дверь. Юнхо так быстро поворачивает голову и вскакивает на ноги, что Минги вскрикивает и ударяется плечом о закрытую дверь, а его глаза комично расширяются. - Какого черта? - кричит Минги, снова оглядывая Юнхо с ног до головы и несколько раз моргая. - Черт, извини! Я просто думал о..., - он качает он головой. - Ты напугал меня, прости. Минги корчит гримасу, смешную в любой другой ситуации, кроме как сейчас. Сейчас ничего смешного нет, потому что Юнхо все еще крепко сжимает в руке бутылочку со смазкой. Его рассудок так громко гудит в ушах, что он даже не слышит собственных мыслей. - Готов лечь спать? - спрашивает Минги, позволяя выражению лица исчезнуть, выключая свет и отходя от двери. Юнхо кивает. Ночник на увлажнителе воздуха Минги освещает комнату тонким серебристым светом, который успокаивает Юнхо. Минги подходит к кровати, а он наблюдает, застыв на месте, стоя рядом с письменным столом, пока другой не садится на край кровати и не поднимает глаза на Юнхо. - Ты идешь? - спрашивает он, приподнимая бровь. Юнхо открывает рот, губы кривятся, но ничего не выходит. Как именно он должен предложить Минги перейти на новый уровень? Когда вообще об этом заходит речь? Почему его член уже подергивается от интереса? - Эм... ты в порядке, чувак? - Голос Минги прорывается сквозь его мысли, и Юнхо смотрит на своего друга, белый цвет сменяется шумом в его голове. Он знает, что вот-вот поставит себя в неловкое положение. Он будет звучать так глупо и неопытно, а Минги рассмеется ему в лицо и... - Я хочу, чтобы ты меня трахнул, - выпаливает он, а затем закрывает рот рукой, в которой держит смазку. При этом движении, естественно, пластик соприкасается с его ртом, каким-то образом проникает мимо губ и задевает зубы, и тогда Юнхо вскрикивает, немного наклоняется вперед из-за боли от сильного удара по его рту и с ужасом наблюдает, как бутылочка со смазкой буквально вылетает из его руки и приземляется на кровать, прямо рядом с бедром Минги. - Черт! - Выплевывает он, убирая пальцы ото рта и с некоторым облегчением обнаруживая, что не видит крови. Его верхняя губа яростно пульсирует, но в этот момент все, что он может видеть - это Минги, смотрящего вниз на бутылочку со смазкой, а затем его руку, обхватывающую оскорбительную розовую этикетку, потому что, конечно же, она поставляется в самой смехотворно очевидной розовой упаковке с огромными фиолетовыми буквами, гласящими "для самого плавного скольжения"! Юнхо действует рефлекторно, протягивая руку, чтобы забрать смазку у Минги, но тот быстро отклоняется назад на кровати, ухмылка широко расплывается на его губах, а в груди зарождается хриплый смех. - Какого черта, Юнхо! Это было самое глупое, самое милое дерьмо на свете! - вопит Минги, а затем бросается на грудь Юнхо. Он ловит Минги рефлекторно, у него было слишком много несчастных случаев, когда тот бросался на Юнхо, а тот действовал не достаточно быстро (слишком много вывихов запястий). Минги оставляет самый влажный, небрежный поцелуй на щеке Юнхо, которая, как он точно знает, горит от смущения, а затем его толкают на кровать, и Минги нависает над ним. - По-по-подожди, Минги! - говорит Юнхо, когда другой пытается наброситься на него, чтобы поцеловать, его руки судорожно поднимаются, чтобы оттолкнуть Минги за плечи. - Тебя это устраивает? Ты не против? Просто так? Честно говоря, Юнхо ожидал какого-то отпора. Он знает, что Минги абсолютно бесстыден во всем - буквально во всем, в чем он убедился в последние недели, - но он был уверен, что у другого должны быть какие-то границы. Задав вопрос так неожиданно, он ожидал какого-то особенного выражения лица, нерешительности, колебаний или, в общем, ну, чего угодно. Но, увы, Минги бесстыден и безжалостен в своей потребности выразить себя полностью. - Почему бы и нет? Ты ведь за этим сюда и пришел, верно? - И тут в глазах Минги появляется внезапный блеск, который, как знает Юнхо, так или иначе приведет его к неприятностям. - Возможно, я даже застукал тебя, когда ты ласкал себя пальцами несколько ночей назад, но ты был так увлечен тогда, что не заметил моего присутствия, и поэтому я просто тихо вышел. У Юнхо отвисла челюсть. - Не буду врать, я дважды дрочил на образ твоей приподнятой задницы и твоих пальцев, блестящих от смазки, когда ты трахал себя, - продолжает Минги, сводя брови вместе, когда рассказывает эту историю. Или, может быть, он просто начинает грязный разговор. Юнхо не может точно сказать. - Какого хрена, Минги? - Он собирается с мыслями, слегка обиженный, но в то же время в глубине его живота что-то зашевелилось от осознания того, что кто-то входил к нему. - Это... это..., - но он на самом деле не знает, что хочет сказать, рот открывается и закрывается, а пульсирующая боль в верхней губе почти забыта. - Да, мне бы сейчас действительно очень пригодился этот образ, - говорит Минги, подмигивая, а затем перекидывает ногу через бедро Юнхо, усаживаясь на него. - Что скажешь? У Юнхо есть два варианта: сказать "нет" и сбросить с себя Минги, чтобы вернуться обратно в свою комнату и дуться там, чувствуя себя глупо, потому что ему стыдно и хочется засунуть голову в дыру и закричать, или просто признать и принять то, что он озабоченный идиот, который действительно был заинтересован в том, чтобы его тупо трахнул еще один озабоченный идиот. Решай. - Ладно, - ворчит он. Звук, который издает Минги, - это его странный, возбужденный звук, наполовину крик, наполовину мяуканье, и совсем немного чистого Минги. Юнхо слегка вскрикивает, когда другой прижимается к нему, чтобы захватить его губы знакомым способом, верхняя губа протестует от боли, но он сдается, ощущая вкус мятной зубной пасты, все еще остающейся на языке Минги, и скользкую тягучесть его пухлой нижней губы. - Значит, ты научился растягивать себя пальцами, чтобы я мог тебя трахнуть, да? - Минги язвит, отстраняясь, чтобы стянуть с себя рубашку, и поглаживая Юнхо вверх по торсу, его руки немного холодные на перегретой коже. Юнхо закатывает глаза. - Нет, мне просто было любопытно, - парирует Юнхо, позволяя Минги стянуть рубашку свою через голову. Другой ныряет вниз, чтобы поцеловать его ключицы, и в то время как мозг Юнхо отчаянно убеждает его позволить Минги продолжать, рациональная часть его сознания заставляет его мягко оттолкнуть другого. Минги с любопытством смотрит на него, когда он отстраняется. - Никаких следов, - напоминает он. Минги кивает, а затем снова захватывает губы Юнхо, медленно проводя языком по его нижней губе, пока Юнхо не открывает рот и почти умоляет Минги о большем, но тот просто продолжает водить языком по его нижней губе, иногда прикусывая ее зубами, а затем отстраняясь, когда удовлетворен. Ухмылка на его губах заставляет Юнхо раздраженно хмыкнуть. - Так жаждешь меня, щенок. От этого имени Юнхо вздрагивает, руки поднимаются вверх, чтобы погрузиться в гладкие линии торса и груди Минги и опуститься на его тонкую талию. Он моргает, глядя на то, как его руки почти целиком обхватывают другого. В голове у него возникают образы того, как другой раскачивается на его коленях, скачет на нем, а руки Юнхо направляют его. Хныкающий стон, который он издает при этой мысли, заставляет Минги усмехнуться. - Щенок, тебе нравится имя? У Юнхо уходят все силы на то, чтобы не протянуть руку и не ударить Минги в грудь, но ему это удается, потому что прозвище, похоже, что-то с ним делает. В конце концов, он решительно кивает, притягивает другого обратно к себе и снова лихорадочно целует его, румянец заливает его щеки, но при свете увлажнителя воздуха мало что видно. Минги смеется ему в рот, а затем прижимается бедрами к Юнхо, заставляя его замычать, от этого ощущения что-то зашевелилось в его животе, и он хватает бедра Минги в свои руки и направляет его, чтобы сделать это снова. Трение едва ощутимо между боксерами Минги и его собственными шортами, но этого достаточно, чтобы он задрожал, когда его член возбуждается, и он вдруг вспоминает, к чему они вообще должны были прийти. - Минги, - говорит Юнхо, обхватывая губами губы другого, но Минги, кажется, потерялся в ощущениях от поцелуя, его глаза закрыты, он настойчиво прижимается вперед, бедро все еще восхитительно скользит по его полутвердому члену. - Минги, - пытается он снова, но безуспешно. Когда он запутывает пальцы в волосах Минги и тянет, тот вскрикивает, но звук отличается от его обычных громких, пронзительных жалоб - на этот раз он более низкий и хриплый, почти граничащий со стоном. Юнхо наклоняет голову и снова тянет, еще один громкий стон срывается с губ Минги, глаза темнеют от чего-то другого. - Т-тебе это нравится? - спрашивает Юнхо, нежно и осторожно потягивая в последний раз. Минги стонет и двигает бедрами, кивая. В слабом серебристом свете он выглядит грязно, слюна блестит на его губах и глаза затуманены, волосы в беспорядке, грудь вздымается и опускается, а медленно твердеющий член слегка упирается в хлопок боксеров. - Черт. - Могу я прикоснуться к тебе? - спрашивает Минги, сползая чуть ниже по его ногам. Юнхо поднимает брови. - Ты уже прикасаешься ко мне, дурачок, - говорит он, но Минги качает головой. - Можно я тебя потрогаю? - снова спрашивает он, его пальцы перебирают шорты и боксеры Юнхо. Близость рук Минги к его члену заставляет бедра Юнхо слегка подрагивать. Это происходит. Это действительно происходит. Юнхо на самом деле даже не представлял, что все произойдет именно вот так. Он не задумывался о том, как это произойдет, просто представлял, как Минги вводит в него свой большой член, и представлял ощущение, что он заполнен больше, чем на три своих пальца. Но сейчас он смотрит на Минги, вопросительный взгляд в его глазах и совершенно манящий, но это все еще просто Минги, и, возможно, именно так все и должно было произойти. Юнхо кивает. Минги медленно стягивает одежду с ног, и холодный воздух, ударяющий по его голым бедрам, заставляет его дрожать, когда он поднимает бедра и сгибает колени, чтобы помочь снять одежду. Юнхо и раньше уже много раз обнажался перед Минги - когда они вместе ходили в сауну или вместе принимали душ, чтобы сэкономить время и воду, и еще несколько раз между ними, но что-то в этом ощущается немного по-другому. Глаза Минги потемнели, его язык высунулся, чтобы облизать губы, когда он бросил одежду Юнхо на пол, а его рука уперлась в бедро, и ему вдруг стало тепло... Рука, обхватывающая все еще мягкую длину Юнхо, теплая. Он вскрикивает от этого ощущения. Минги прижимается к нему, большим пальцем поглаживает нижнюю часть головки, и хотя она сухая, это приятно. Юнхо издает небольшой придыхательный, хриплый звук, от которого Минги хихикает. - Ты большой, даже когда ты в основном мягкий, да? - спрашивает Минги, поглаживая еще несколько раз, а затем отстраняясь. Юнхо сглатывает слюну, скопившуюся у него во рту. Звук открывающейся смазки заставляет его член дернуться. Его взгляд метнулся к руке Минги, которая теперь держит открытый флакончик со смазкой. Павловская реакция. Определенно Павловская реакция. Он капает немного на пальцы и растирает их друг о друга, разогревая, а затем снова берет член Юнхо в руку. Трение теперь намного лучше, мягкое и скользкое, он гладит его медленно, но ритмично, посылая по нему небольшие волны удовольствия. Он мгновенно становится полностью твердым, удивляясь, как Минги так хорошо знает, как двигать рукой так, что у Юнхо затуманивается разум. - Посмотри на себя, щенок, какой ты твердый и уже течешь, - говорит Минги, и Юнхо смотрит вниз, чтобы увидеть каплю предэякулята, скатившуюся по его члену. Другой ловко собирает ее движением большого пальца, поглаживая его еще несколько раз. Он также удивляется тому, как Минги научился так хорошо говорить. - Твой член тоже такой красивый; розовый, как твоя задница. Юнхо поражен собственным хныканьем, которое он издает при этих словах, а затем действительно бьет Минги по плечу, смущение снова подкрадывается к нему. Его друг только тихонько смеется низким грудным смехом. - Покажешь мне еще раз? Покажешь мне, как ты раскрываешь себя пальцами? Меняя их положение на кровати, Юнхо прижимается грудью к подушке, приподнимает бедра. Его эрекция тяжело висит между ног, и ощущение того, что он раскрывает себя, а Минги тихо и спокойно сидит позади него, настолько мерзкое и отвратительное, что румянец на его щеках становится еще сильнее. Он уже собирается попросить Минги передать ему смазку, когда в комнате включается свет, и он поднимается, опираясь на ладони. Минги ухмыляется ему с края кровати, его рука отведена в сторону, а на лице застыла злая ухмылка. Юнхо издает высокий стон, чувствуя себя гораздо более незащищенным от его взгляда, чем раньше, яркий свет падает на его обнаженную задницу. - Хотел посмотреть на тебя получше, ты не против? - спрашивает Минги, немного нерешительно, но волнение заметно по тому, как дрогнула его улыбка. Юнхо сжимает челюсти, но кивает. - Предупреждай в следующий раз, ладно? - Ладно, извини, - говорит Минги, снова опускаясь обратно на кровать, а затем снова поднимается и сбрасывает боксеры на пол. Его член покачивается перед ним, твердый и более темный, чем у Юнхо, длинный и толстый. Это заставляет его рот наполниться слюной; ему хочется протянуть руку и коснуться его, посмотреть, какие звуки издаст Минги. - Ты готов показать мне, что ты практиковал? Юнхо хмыкает и протягивает руку за смазкой, которую Минги передает ему, перед этим капнув небольшое количество на свою руку. Он смотрит, как Минги смазывает свой член, и вздыхает от прикосновения. Юнхо несколько раз моргает, а затем переключает свое внимание на себя, набирает немного смазки на палец, а затем тянется себе за спину, палец останавливается на его сжатом входе. Минги испускает еще один вздох позади него, и Юнхо оглядывается через плечо, чтобы увидеть, что глаза Минги прикованы к его спине, наблюдая, как он распределяет смазку по своему входу, втирая ее в кольцо мышц. Это ощущение заставляет его сжаться, еще одна волна удовольствия пробегает по позвоночнику. Теперь это действие уже знакомо ему, поскольку он уже несколько раз проделывал это с собой. Он опускается ниже, проводит парой пальцев по промежности, а затем издаёт низкий тихий стон, его член подрагивает между ног. Минги тоже стонет. - Черт, там тоже приятно? Юнхо не знает, сможет ли он ответить так, чтобы не показалось, что он вот-вот расплачется, поэтому он просто отрывисто кивает, снова и снова надавливая на мягкую кожу, заставляя себя расслабиться под собственными ласками. Рука, удерживающая его, уже начинает дрожать, поэтому он падает на подушку под собой, зарывается в нее лицом и грудью и издает хныканье, погружая в себя палец. - Блядь, Юнхо, твоя дырочка такая красивая и розовая, - говорит Минги, сдвигаясь. Юнхо не может видеть его, но может сказать, что другой придвинулся к нему ближе, кровать прогибается за его раздвинутыми коленями. Рука, которая начинает поглаживать его задницу, заставляет его вздрогнуть, но на ощупь она приятная, теплая и мягкая. - Все в порядке? Юнхо хнычет, медленно вводит и выводит палец из себя, поворачивая голову, чтобы набрать полную грудь воздуха, слегка задыхаясь. Первый палец обычно ощущается терпимо, немного странно и коряво из-за странного угла его руки, но это работает. Он быстро привыкает к этим ощущениям, руки Минги помогают ему, гладя по ягодицам, а затем надавливая несколькими пальцами на промежность. - Минги, можешь нанести мне еще немного смазки? Прямо сюда, на пальцы, - бормочет Юнхо в подушку. Он, наверное, уже выглядит просто ужасно: лицо раскраснелось, волосы взъерошены, глаза расширены от предвкушения того, что сейчас произойдет - если он сможет действовать дальше, конечно. На его пальцы вытекают капельки холодной смазки, и они оказываются прямо над его входом. Юнхо гадает, каковы были бы на ощупь пальцы Минги внутри него. Второй палец тоже входит легко, немного потираясь, но восхитительно обжигая, приятно растягивая мышцы и стеночки. Он поддается давлению, и удовольствие начинает нарастать, когда кончики его пальцев касаются этой точки внутри него, когда он чувствует безошибочное тепло губ Минги, ласкающих плоть его задницы. - Ч-что ты делаешь? - пролепетал Юнхо, звуча немного истерично. Горячее дыхание распространяется по его коже, когда Минги хихикает позади него, высунув язык, чтобы лизнуть его. - Я не могу пометить тебя сверху, но я могу пометить тебя здесь, внизу, верно? Никто больше не увидит. - Юнхо зарычал, почувствовав вибрацию голоса Минги так близко от своего входа. Она проносится по его коже, скользя и вызывая покалывание. - Больше никто не увидит, верно? - повторяет Минги, вдавливая язык в кожу, казалось бы, всего в нескольких сантиметрах от того места, где его дырочка трепещет вокруг растягивающих его двух пальцев. Юнхо дрожаще стонет, пальцы снова двигаются внутри него. - Да, - говорит он и сжимает пальцы, пока Минги посасывает кожу, слегка царапая зубами и, несомненно, оставляя красный синяк на его заднице. - Хороший щенок, - говорит он потом, беря руку Юнхо, которая все еще находится в его заднице, и заставляя его вернуться к движению. - Давай, щенок, растяни себя для меня, чтобы я мог поместиться. Я не хочу делать тебе больно... сильно. Юнхо хнычет, заставляя свои пальцы двигаться, и резко вдыхает, когда чувствует, как губы Минги скользят по тыльной стороне его ладони, а затем его язык лижет стык его пальцев и растянутую кожу его дырочки. Он рефлекторно сжимается, но Минги просто шикает на него, облизывает его, и он продолжает работать пальцами внутри, раздвигая и растягивая себя. Юнхо убирает руку, когда чувствует, что готов к третьему пальцу, и стонет, когда чувствует, как язык Минги скользит по трепещущему колечку мышц. Его бедра начинают дрожать, напряжение в них наконец-то отпускает и заставляет его хныкать. Минги воркует над ним, проводит пальцем по его дырочке, а затем бесцеремонно вводит его внутрь. Удивленный возглас Юнхо сменяется еще более громким и настойчивым стоном. Он дергается, когда палец оказывается согнутым внутри него, и подушечка пальца Минги идеально упирается в его простату. - Блядь...! - кричит он, заикаясь. Его руки вцепляются в простыни, и он снова зарывается лицом в подушку, удовольствие смешивается с сильным возбуждением от того, что пальцы Минги наконец-то оказались внутри него. - Тебе приятно, щенок? Я дотягиваюсь до твоей простаты лучше, чем ты? Юнхо стонет "да" в ответ, почти всхлипывая и пуская слюни на подушку под собой. Второй палец проталкивается внутрь вместе с первым, и он кричит в подушку. Пальцы Минги почему-то кажутся намного больше его собственных, они проникают глубже и создают восхитительный жар в паху при каждом толчке. - М-Минги, пожалуйста, - выдыхает он в подушку. - Еще. Минги отвечает низким смешком, который волнами отдается в нем. - Готов к третьему, щенок? Хочешь, чтобы тебя трахнули мои пальцы? - Юнхо издает сдавленный всхлип, и Минги снова смеется. Это было бы снисходительно и неловко, если бы не заставляло что-то внутри него сжиматься, тепло лизало его внутренности - он думает, что это должно быть удовольствие, и прячет эту информацию на задворки сознания. Он никогда по-настоящему не задумывался о кинках, но его тело, похоже, все равно реагирует на это. - Нет, ты просто возбужден от перспективы того, что тебя трахнет мой член, не так ли? - Минги почти рычит, добавляя еще немного смазки и, наконец, погружает все три пальца в дырочку Юнхо. Ощущение такое, будто он втягивает в себя пальцы, мышцы податливы и готовы, растяжение едва заметно. Боли нет, только давление, когда Минги погружает пальцы до конца и оставляет их там, высунув язык, чтобы снова лизнуть растянутое кольцо мышц. - Черт, Юнхо. Ты так плотно и крепко обхватил мои пальцы. Ты уверен, что сможешь принять мой член? Это отнимает у него все силы, но Юнхо заставляет себя посмотреть через плечо на Минги. - Я могу взять тебя в любой день, - говорит он без всякого укора в словах и стонет, когда Минги вводит пальцы чуть сильнее, чем раньше. - О, правда? - язвит он, а затем убирает пальцы. Юнхо испускает прерывистый вздох, когда пустота заставляет его сжаться вокруг ничего, бедра снова дрожат. - Ты можешь принять меня прямо сейчас? Он встает на колени позади Юнхо, член темный и возбужденный на вид, кончик блестит от предэякулята. От этого зрелища Юнхо сжимается, желая почувствовать, как он втягивает его в себя. - Медленно? - говорит он. Выражение лица Минги смягчается, и он кивает. Юнхо не смотрит, как Минги скользит по своей длине, а лишь просто резко вдыхает, когда скользкие звуки смазки щекочут его уши. Он чувствует, как еще больше смазки распределяется вокруг его входа, стонет, когда Минги мнет его задницу, а затем почти задыхается, когда чувствует, как теплая головка чужого члена трется о его промежность, надавливая на его трепещущее отверстие, слегка толкаясь. Они оба задерживают дыхание, когда Минги толкается, едва заметно, толстая головка его члена раздвигает первое кольцо мышц. Юнхо рефлекторно сжимается от этого вторжения, и Минги, чертыхаясь, отстраняется. - Ты должен расслабиться, щенок, иначе я не смогу тебя трахнуть, - успокаивающе говорит Минги, поглаживая рукой бедра Юнхо, затем спину, большим пальцем проводя по его розовой, блестящей дырочке. Юнхо делает глубокий вдох и кивает, отводя бедра назад и опираясь всем весом на грудь и плечи. На этот раз он тянется назад обеими руками, чтобы раздвинуть себя, снова дает Минги зеленый свет, и заставляет себя расслабиться. На этот раз толчок члена Минги в него ощущается по-другому. Он испускает дрожащий вздох, когда головка входит и буквально втягивается в него, мышцы трепещут, но не болят. - Продолжай, - уверяет он, поправляя собственную хватку на своих ягодицах. Минги фыркает, а потом толкается вперед. Медленно и с запинками, но в конце концов Минги полностью вошел в него. Он склонился над спиной Юнхо, уткнувшись лбом в его позвоночник и издавая тихие всхлипы и прерывистые вдохи. - Блядь, Юнхо, ты такой тугой. Юнхо стонет в ответ, не в силах вымолвить ни слова, потому что это намного лучше, чем он мог себе представить - член Минги почти пульсирует внутри него, растягивая его сильнее, чем все, что он когда-либо принимал внутрь, заставляя его чувствовать, что он может лопнуть от того, насколько полон. Они остаются так надолго, Юнхо привыкает к растяжению, а Минги отчаянно пытается не вытащить член и не войти в него снова. В конце концов, Юнхо снова прижимается к другому, чуть двигая бедрами, но этого движения достаточно, раздаются резкие вдохи и прерывистые стоны, когда Минги совсем немного отстраняется и двигает бедрами вперед. Они сбиваются с ритма, Юнхо цепляется за простыни и кусает подушку под собой, в то время как член Минги скользит по его простате при каждом толчке. Минги задыхается, наваливается на него сзади, крепко обхватывая руками его бедра, толкаясь в него в ровном, устойчивом темпе и постанывая от трения. Влажные и горячие липкие шлепки их бедер, сталкивающихся при каждом толчке, пронзают почти полную тишину между ними, полностью потерянными в наслаждении. Юнхо пытается найти хоть какую-то опору, протягивает руку назад, чтобы ухватиться за руку Минги на своем бедре, всхлипывает, сдерживая сдавленный стон, чувствуя нарастающее давление в животе. - Я собираюсь кончить..., - объявляет он, задыхающийся и мокрый. Он почти уверен, что плачет, но не совсем уверен почему. - Я собираюсь кончить, Минги. Другой хмыкает, а Юнхо громко стонет, когда Минги выходит из него. - Перевернись, - говорит Минги, толкая его на кровать и помогая ему перевернуться. Юнхо видит следы его слез и слюны на подушке. - Хочу увидеть твое лицо, когда ты кончишь. Минги, тяжело дыша, снова толкается в него, прижимая его бедра к своей груди, колени обхватывают плечи Минги. Он чувствует себя абсолютно грязным сейчас, в таком положении, руки закинуты за голову, стоны срываются с его губ, когда Минги задает смертельный темп. - Такой милый и симпатичный щенок, весь розовый и раскрасневшийся, плачет на моем члене, - голос Минги хриплый и низкий, посылающий ударную волну удовольствия через Юнхо, которая заставляет его подергивать бедрами. - Собираешься кончить для меня, щенок? Юнхо откидывает голову назад еще больше, когда Минги приспосабливается, приподнимает его бедра, прижимает колени к груди и толкается еще глубже. Член Минги идеально упирается в его простату, заставляя его член выплескивать предэякулят, размазывая его по бедрам и животу. - Я сейчас кончу..., - задыхается он, член трется о его бедро, немного сухой, но сводящий с ума. - Минги... - Кончи для меня, принцесса. Юнхо хватается за эти слова, каждый мускул его тела напрягается, приходит в движение, его задница сжимается вокруг Минги так сильно, что заставляет другого тоже кончить, хриплый стон застревает в глубине его горла, а бедра подрагивают, когда он пытается продолжить толкаться. Юнхо чувствует, как член Минги дергается внутри него с каждой порцией спермы, опустошаясь внутри него, и тяжело дышит. Он чувствует, что его собственный ноющий член все еще зажат между его бедрами и животом, сперма стекает по его боку, а мир вокруг него немного затуманивается. Когда Минги наконец выходит, Юнхо скулит, хнычет и стонет, чувствуя, как смазка и сперма вытекают из его тщательно растянутой дырочки, и все его тело дрожит, когда напряжение ослабевает. Он позволяет своим ногам безвольно обвиться вокруг Минги, а затем слегка дергается, когда чувствует, как другой подползает вверх, к нему, чтобы захватить его губы в ленивом, медленном поцелуе. - Это было безумие, - говорит Минги ему в рот, почти придавливая его своим весом и не заботясь о том, насколько они оба липкие. Юнхо тяжело вздыхает, а затем трет лицо ладонью и стонет. - Не могу поверить, что позволил тебе трахнуть меня. Звонкий смех Минги звучит громко и приветливо, и он отталкивает его ладонь, чтобы заглянуть ему в глаза. - Я позволю тебе трахнуть меня в следующий раз. Юнхо стонет и отталкивает Минги от себя, морщась от высыхающей спермы и смазки по всему телу, отчего их кожа отвратительно слипается. - Фу, противно. - Эй, моя сперма не противная! - Это когда она высыхает на моей заднице! - НЕ МОГЛИ БЫ ВЫ, РЕБЯТА, ПОЖАЛУЙСТА, ПОТИШЕ, МЫ ПЫТАЕМСЯ ЗАСНУТЬ! Юнхо уткнулся лицом в руки, закрываясь, а Минги разразился смехом в ответ на голос Сонхва. - Конечно! Мы уже закончили, спокойной ночи! - кричит Минги в ответ, обнимая Юнхо за плечи. - Пойдем, приведем тебя в порядок, принцесса. Юнхо не может ничего поделать с тем, как реагирует его тело, руки сразу же тянутся к бокам Минги, точно зная, где он больше всего боится щекотки. - Я убью тебя!