ваше высочество

В помещении горят свечи, их свет, тепло и аромат так нравятся принцу, что он готов жечь их круглые сутки. А еще ему нравится, как в этом освещении на лицо Феликса падают тени. Он сидит на краю постели, сложив ладони на колени. И почему-то выглядит расстроенным. — Что тебя тревожит? Хёнджин по привычке играет пальцами со шнурками на своей одежде, но его взгляд четкий и пристальный, направленный в сторону блондина, который горько усмехается на произнесенные слова. И молчит. Принцу не нравится, что другой принц молчит. Ему хочется забраться к нему в голову и прочитать его мысли, узнать, что заставляет его быть таким, а не как раньше, вечно улыбающимся и веселым. — Я боюсь узнать, что будет дальше, я не хочу войны, я не хочу кровопролитий, я хочу тихо и мирно существовать, — он говорит едва слышно, стараясь держать самообладание. Хёнджин отталкивается от стола о который опирался и подходит к парню, присаживаясь возле него на корточки, заглядывая в его лицо, которое он пытался спрятать. — Посмотри на меня, — улыбается, накрывая одну щеку ладонью. Вздыхает, ощущая под пальцами влагу. Осторожно проводит подушечками по векам, щекам, бровям, отмечая, как Феликс расслабленно и продолжительно выдыхает, немного успокаиваясь и все же распахивая свои большие глаза, в которых Хёнджин уже успел утонуть. — М… — Смотришь? Повторяй, — Хёнджин становится на колени, так как икры начинали затекать от неудобной позы. Широко улыбается. Ему улыбаются в ответ. Облизывает губы. Юркий язычок проходит по губам напротив. — А теперь наклонись, — маленькие ладошки опускаются на плечи, а сам Феликс сползает вниз, оказываясь на полу. Ему точно больше нравилось смотреть на принца снизу вверх. — Ммм, хорошо, — тянется за поцелуем и с улыбкой накрывает губы напротив своими, целует нежно, ласково, все еще ощущая легкое напряжение в парне напротив. — Ты думаешь, что они придут за тобой? — Придут, а я не знаю… Я не хочу больше прятаться, не хочу годами сидеть взаперти, мне так понравилась вольная жизнь, Ваше Высочество, это оказывается так чудесно иметь свободу выбора! — Я готов предложить тебе защиту, — принц говорит уверенно. — И запереть меня в другом замке? — Феликс соприкасается лбами и закрывает глаза. — Разве я это сказал? — А разве одно другое не предполагает? — Феликс, мне сказали, что ты отказывался от свадьбы, потому что твоя душа в другом месте… — Да, верно, меня тянуло сюда, — накрывает ладонью грудь Хёнджина где-то в области сердца. — Ты в такое веришь? — Это самое сердце внутри принца пропускает удары. — Ты сказал, что знаешь обо мне намного больше, чем я думаю, что ты подразумевал? — Я знаю вас, Ваше Высочество, мы очень долго за вами наблюдали пока готовили наш план, и я… Я не мог не отмечать ваши привычки, не те, на которые смотрят обычно люди. — Например? — Например, что вы очень уважаете своих подданных, но вы часто бываете рассеянным, однако вокруг вас люди, которые все подхватывают. Вы любите и познаете искусство через тактильный контакт, если рисовать, то только пальцами, если смотреть на скульптуры, то только через прикосновения, если наслаждаться музыкой, то только с изучением всех инструментов и с закрытыми глазами. Вы любите цветы и ленты в волосах, любите постоянно что-то делать руками, в вас слишком много энергии. Вы много читаете, предпочитаете холодное оружие, смею предположить, что хотите использовать его только для защиты, у вас нет цели на кого-либо нападать. Феликс говорит, а Хёнджин с легкой полуулыбкой поднимает их и перемещает на постель, ложась на спину, пока парень устраивается рядом на боку. — Вы очень заботливый, иногда слишком. О, а еще вы любите острую еду! И холодные напитки, которые все пьют горячими. А еще вы очень внимательны. И вы любите поощрять и хвалить людей. А еще вы справедливы. И… — Феликс? — Да? —Это… Мило. Но зачем тебе столько информации обо мне? Если тебе нужна была защита и помощь, можно было бы просто прийти и попросить, тем более что ты уже сделал вывод о моей заботливости и справедливости, — принц закрывает глаза, но даже так чувствует, видит, как лицо Феликса появляется перед ним. — Откройте глаза, Ваше Высочество, — Хёнджин слушается. — Я тут распинаюсь не ради защиты, а потому что меня судьба сюда привела. Я не должен был оказаться на другом континенте в той семье, я должен был быть здесь. И должен был встретить вас гораздо раньше. У нас есть легенда о том, что каждая душа разделена на две части, каждая из которых достается одному человеку и только найдя друг друга, соединившись, они смогут пройти все препятствия, преодолеть все трудности и избавиться от страданий, на которые обречены, живя порознь. — Теория взаимозависимого происхождения. В буддизме это теория взаимозависимого происхождения. Это не только любви касается, а всего существующего во Вселенной, но мне близка более человеческая, земная интерпритация, про чувства и эмоции. — Что ВЫ чувствуете, Ваше Высочество? — Что я хочу тебя защитить. И не хочу, чтобы ты куда-то уходил. Уж тем более возвращался на другой континент, — Хёнджин отвечает честно. Он не торопится говорить о любви, но он понимает, что они могут попробовать, могут пойти этой дорогой вместе, чтобы проверить все легенды и теории. Вдруг это и правда судьба? Им обоим хочется спокойной жизни. Возможно, когда-то они и смогут ее получить, но не сейчас, не тогда, когда вокруг так много драмы. Феликс все же знакомится со своими настоящими родителями, которые долго не могут поверить в то, что спустя столько лет их ребенок нашел их и они смогли узнать правду о том, что случилось. Мама Феликса, невероятной красоты женщина, очень долго благодарит принца Хвана Хёнджина за помощь и протекцию, она много плачет, а сам принц, передавая Феликса семье, отходит в сторону, оставляя с парнем Кима, Со и еще некоторых своих людей. На этом все? Их история окончена? Хёнджин думает именно так, пока Феликс, спустя примерно неделю не налетает на него в саду, пока он рисовал сидя на траве. — Джинни! — Принца валят на землю, он улыбается, пытается расставить руки в стороны, чтобы не вымазать парня в краске, но тот ни на что не обращает внимания, только целует и целует Хёнджина, который, не сдержавшись, начинает смеяться. Он замечает краем глаза, как люди, находившиеся с ним, тактично отворачиваются. — Ой, простите за фамильярность, Ваше Высочество! Ты! Вы мне так помогли, это нечто, спасибо, о, я даже не могу поверить, что все так. Мои родители невероятные люди. Они по вашей наводке выбрали тот план… Они постараются мирно решить все, они хотят, чтобы я остался здесь, с ними, представляете? Спасибо за корабли, Ваше Высочество! И за людей! Они плывут через неделю! — Немного опомнившись, Феликс поднимается на ноги, отряхивает одежду, суетливо поправляя волосы и поднимая на ноги принца. — Я очень рад, что все хорошо, хотя бы на данном этапе, — Хёнджин коротко кивает, сдувая в сторону локон волос, которые падали на глаза. Он ведет себя сдержанно и учтиво, почему-то решив, что Феликс может исчезнуть. И к нему не стоит привыкать. У Феликса семья и новая жизнь. — О, парни? — Оглядываясь, Феликс видит, как в стороне стоит Хан, а позади него этот грубый и наглый парень. Который тоже Ли, он прижимается к нему со спины, а его руки на руках Хана, который держит лук и вроде бы как показывает, как им пользоваться, но выглядит это совсем не как обучение… — Ваше Высочество? А где Ян? — Хёнджин усмехается. — Твой Ян в самых надежных руках этой Империи. — Разве это не ваши руки самые надежные? — Он где-то гуляет с Крисом Бан Чаном. — А, оу, это тот офицер, который идеально говорит на нашем языке? Тогда я спокоен, он и правда кажется надежным. — Поверь мне, Феликс, он один из немногих, кому я готов доверить свою жизнь. — А что насчет вашего сердца? Вы готовы его кому-то доверить? — Кому-то нет. — Хм, а мне? — Феликс немного поник. Хёнджин улыбается, берет пальцем желтую краску и вымазывает ею нос блондина. — А тебе я его уже и так доверил. И ему в ответ дарят самую яркую и солнечную улыбку. — Только у меня есть условие, — Феликс прищуривается, беря ладони принца в свои, даже не обращая внимание на то, что он весь в краске. Это все не имело никакого значения. Для Феликса Ли сейчас, в целом, мало что имело значение, он словно одержимый жаждал этих чувств и взаимности от принца, словно ощущая каждой клеточкой своего тела — он его судьба. И, может быть, с его стороны такое поведение несколько наивно, может быть он ведет себя, как импульсивный ребенок, но он точно знает чего хочет. Он всю жизнь рос в королевской семье, воспитывался, как настоящий принц, так же, как и Хван Хёнджин и он... Он привык получать то, что хочет. А хочет он этого человека себе. Всего. И он очень надеется, что все это взаимно. — М, да? Будешь мне еще условия ставить? — Бровь темноволосого корейского принца взлетает вверх, широкие ладони скользят по бокам парня, совсем не стесняясь того, что они были не одни. Нарушать такой момент Хвану не хотелось. Да и на них никто не смотрел, ну, кроме Ли Ноу и Хана, как окажется позже, которые умилялись и одновременно уже на пару их кривляли, разыгрывая надмерно-эмоциональную сцену друг перед другом, повторяя жесты и движения двух принцев, которые стояли на лужайке в стороне от них. — Да, буду. Мое условие, что вы в ответ, Ваше Высочество, заберете мое, — Хёнджин не сдерживает ответной широкой улыбки, он сжимает пальцы этого солнечного парня своими, наклоняется к нему и целует нежно, чувственно, будто скрепляя все сказанное печатью, немой клятвой. — Мне еще вас обучать стрельбе из лука. — А обучать всю жизнь придется? — Вы как никогда правы, — солнечная улыбка расползается по лицу веснушчатого, который смотрит уверенно и решительно. — Намекаешь, что ты здесь надолго? — Хёнджин обхватывает парня двумя руками за пояс, прижимает к себе и начинает кружить, не забывая целовать. Много раз. Очень и очень много раз. — Принц Хван Хёнджин позволит? — С неправильным акцентом и ударениями, на свой манер, но уже так по-родному… — Принц позволит, с радостью. И условия выполнит, принц обещает, — Хёнджин улыбается. Конечно, он всё выполнит, если и не существует никаких легенд, если концепции их веры архаичны и неактуальны, неправдивы и слишком легкомысленны, то отрицать то, что эти двое людей ощущают себя счастливыми друг с другом, весьма сложно. И пусть это далеко не конец, а лишь начало этой истории, которая может продлиться абсолютно любой промежуток времени, сколько бы им не было отмерено вместе, они пройдут этот путь плечом к плечу и сделают все для того, чтобы выполнить все условия, чтобы сдержать все клятвы, которые они дали друг другу. Ведь не может быть случайностью, что солнечных мальчиков так тянуло в далекую и неизведанную Корейскую Империю, где им предречено было встретиться со своей судьбой?