Глава 5. Из кривого делать прямое, из чёрного — белое.
5 июня 2024 г., 18:26
Мы учились много, долго и продуктивно.
В феврале всем потоком взялись за создание катка, на который в конечном счёте напрочь забили, несмотря на мое нытье. В марте пытались срочно эвакуировать все последствия весны, тщетно стараясь помочь сохранить форму снеговикам, которым повезло не больше, чем призракам. По конечной кончине бедного Николаса больше всех тосковал Кровавый Барон. В апреле тайком от Филча мы с Лили и увязавшейся Марлин прокрались в Хогсмид, где напились сливочным пивом (мы просто долетели до деревни на мётлах из окна заброшенного класса никем не замеченные). А в мае прилепили на всё те же школьные метлы удобные сидения, чтобы жопу сильно не мозолило.
Июнь оказался месяцев, в котором мы за день до назначенной даты пытались готовиться ко всем экзаменам сразу. У нас, видите ли, в один день было сразу несколько предметов, но я, натренированная всякими ВПР, знала, что этими листочками учителя пользуются вместо туалетной бумаги.
В это время, пока в гостиной было на редкость тихо, ранним утром ко мне подошёл чумазый и почему-то ужасно довольный Блэк.
— Привки, — поздоровалась я, заметив его. — Ты чего-то хотел? Чего так вырядился только?
С Рождества мы с ним ни разу не разговаривали, благополучно забив на существование друг друга на ближайшие полгода.
Сириус помялся ещё пару секунд для приличия, что в обществе принято называть «взвешивал всё за и против», но, честно, он просто трусил.
— Я помирился с семьёй.
— Классно. Ещё че от меня хочешь?
— Теперь они приглашают тебя на летние каникулы!
Я удивлённо уставилась на Сириуса, переваривая информацию. По-моему, его семья не отличалась хоть какой-то терпимостью к маглорождённым… Меня на фарш пустят, да? Я ведь полукровкой считаюсь только из-за умения вешать лапшу на уши.
— И зачем? Блэк, колись, что тебе мамка на уши наплела. Я никуда не поеду, пока ничего не узнаю. Да и ваще не поеду!
— Понимаешь, — начал Сириус издалека, — после того, как ты… нелестно выразилась обо мне, я всё же решил пойти на контакт. Мама простила, а отцу стало интересно, кто такой умный меня надоумил.
Та-а-а-ак. Ну сына я их сильно не ругала, может, дураком пару раз назвала, но в целом сделала очень хорошее дело. Домой блудный сын вернулся. Убивать меня за это никто не должен, по идее, так-то.
— Тебе пошлют письмо летом от имени Блэков, — сказал дурной мальчишка, после чего свалил.
Мне интриги старых родов интересны не были, поэтому я стала дальше читать учебники по истории и защите. Сдала экзамены, к слову, на одну из лучших оценок во всём потоке. Всё же я не была такой бездарностью, с магией более-менее у меня выходило. Лили с экзаменами справилась не хуже, где-то и лучше меня, поэтому уже вскоре мы вместе ехали домой в одном вагоне Хогвартс-экспресса с пуффендуйцами. Инициатором этого знакомства была я.
— Шляпа спрашивала у меня, хочу ли я к вам, — объявила я шокированным барсукам. — Но карта лягла иначе, потому что я выбрала своих придурков. Так бы ходила милой паинькой, цветочки собирала с вами, но не-е-ет!
— У меня шляпа спрашивала, хочу ли я на Гриффиндор, — качала головой Кэтрин Мэдли, — но я выбрала Пуффендуй… Не жалею, вообще-то.
— Тоже на кухне любишь бывать?
— Да…
Поезд приехал к станции уже вскоре. Попрощавшись со всеми однокурсниками, мы с Лили уже собирались вдвоем покатить тележки к выстроившимся в ряд Мирюэль и семье Эвансов. По планам, мы с бабушкой должны были пригласить Лили к себе в гости на дачу, но это уже в июле или в августе. Неожиданно мое внимание привлекла другая группа людей.
Женщина, высокая и по-холодному красивая, возвышалась над своими сыновьями. Её муж, такой же статный и достаточно неплохо выглядящий для своего возраста, с достоинством оглядывался.
Я ещё раз задумчиво оглядела семейство наитемнейших Блэков, но взгляд к себе приковал отнюдь не Сириус, не-е-ет!
Рядом с ним стоял мальчишка примерно одного с нами возраста. Волосы у него были не такие, как у братца, но я уже поняла, что мальчишка вырастет настоящим красавчиком.
А пирожки следует брать, пока те горячие. Это знает каждый.
Вот так вот. Первая любовь.