Страна восходящего солнца

      Весна. Время года, когда всё начинает оживать. Жуткий зимний мороз уходит, а на смену ему приходить не столь приятное, но столь живое тепло. Мне нравилась весна за её красоту, романтику, что она несла с собой для меня и для… О, я забыл представиться. Меня зовут Николай Анохин, мне 19 лет. Примерно полтора года назад, я c Кетрин Винтерс, моей девушкой перебрались в Америку, в Лос-Анджелес. Причиной стало опасное для нас время в Японии, где мы учились в школе. Мать Кетрин оказалась агентом ЦРУ, отец моей подруги детства Химицу работал на японскую разведку. Японцев сильно интересовала информацию обо мне и моих родителях, что работали над одним важным проектом обороны и одновременно были агентами КГБ. У ЦРУ уже была полная папка нужной информации, поэтому под удар попала и Кетрин. К счастью для нас, её мать пошла на сотрудничество с япошками, в обмен на нашу свободу и доставку в Соединённые Штаты. Первые месяцы нам было непривычно жить одним, лишь иногда созваниваясь с бабушкой Кати (Кетрин), но у нас был дом, деньги, машина, которую водил не я, но всё же… Кетрин училась на юриста, в то время, как я пошёл в писатели, учась одновременно на филолога. За прошедшее время я и Катя обзавелись новыми друзьями, в детали мы их полностью не посвящали, им и не надо было всё знать… но у меня складывалось чувство, что рано или поздно правда вскроется. *** Я проснулся за партой в кабинете, от постукивания по своему плечу. Открыв глаза и подняв голову, увидел перед собой паренька моего возраста, но в отличие от меня он был высокий, мускулистый с чёрными, но не сильно длинными волосами, одетый в приталенную футболку без рукавов с поверх накинутым весенним белым пальто. Это был Дэмиан, мой друг и… однокурсник. — Решил остаться здесь поспать после занятий? — Улыбчиво спросил он, держась за козырёк своей тёмной кепки. — А сколько уже время? — Зевая, спросил я. — Время идти отдыхать, ну если хочешь продолжить спать здесь… — Не-не, пошли. Мы покинули помещение и буквально прорвавшись через других студентов во дворе, вырвались на тихую улочку, идя по ней к бару. — Ален тоже будет? — Спросил я про нашего общего друга. — Агась. — Без обид, но я сегодня раньше уйду. — А в чём дело Ник? — Спокойно спросил он. — Дела есть. — Могу тебя понять. — Ты же не обижаешься? — А зачем? Ты предупредил. Это твоя жизнь Ник, распоряжайся ей, как хочешь. Дэмиан с виду выглядел суровым парнем, но в душе он был тем ещё добряком, который в нужный момент сменит своего внешнего я, чтобы защитить тех, кто ему дорог. — Пришли. Мы вошли в тихий бар, за столом нас ждал Ален, одет был строго, выделялись его прямоугольные очки. Из себя представлял этакого всезнайку, который не прочь иногда отвлечься от познаний нового. — Здаров. — Поздоровался с ним Дэмиан, а после и я, а уж затем все мы уселись за круглый столик. Нам принесли напитки. Друзья взяли по пиву. Я ограничился лёгким махито. — Ну Ник, так куда путь держишь после посиделок с нами? — Поинтересовался Ален. — Если не секрет, конечно. — Домой. — Гордо ответил я. — Опять сядешь за книжку? — Возможно. — А почитать дашь? Хотя бы обрывки. — Неа. — С усмешкой дал я ответ. — А о чём она хоть? — Вот выйдет и узнаешь. — А, если ты её не выпустишь? — Ну дам почитать черновики. — Так нечестно знаешь ли. — Что именно? — Кетрин имеет возможность почитать. а мы нет. — Ну она ж со мной живёт. — Тогда у неё спрошу при встречи. — Уж она тебе точно не расскажет, поверь. — Резко вступил в наш разговор Дэмиан. — Так ведь Ник? — Это точно. — Подтвердил я. — Эх… разведчики блин… — Проворчал Ален, допивая кружку. — У нас каникулы скоро намечаются господа. Кто чем будет занят на них? — Спросил Дэмиан. — Я работать буду. — Была такая идея, но я выяснил, что мы с семьёй в Париж летим. — Грустно произнёс Ален. — Ну, а я… — Книга? — Резко прервал меня Ален и мы дружно засмеялись. — А Кетрин, что будет делать? — Спрошу, ещё не знаю… Ладно господа мне пора. Собрался я уйти и оставил нужную сумму за свой махито, но меня остановил Дэмиан со словами: — Не надо, я говорил ещё ж утром, что угощаю сегодня. — Мне совесть не позволит Дэ. — Так мы его звали, как друзья и я решил сейчас. — Эх совестливый ты наш… ну хорошо. — Согласился он. Попрощавшись, я вышел из бара и направился в сторону дома. Дорога заняла у меня минут 20, а может и больше. Войдя внутрь, я снял обувь, что было принято в нашем доме и после направился в зал. Подойдя к столику рядом с диваном, быстро проверил наличие своих черновиков, а затем метнулся на кухню и достал из холодильника сэндвич. Утолив им свой голод, я упал на диван, став перечитывать свою работу. Меня посещали мысли об исправлении, переделки повествования и прочее. Обычно я был уверен, что всё хорошо получается, а если начинал сомневаться, то обращался к Кетрин, но сам никогда не рисковал. Я решил отвлечься ненадолго от перечитки и взяв пульт, включил телевизор. По каналу шёл фильм «Искры из глаз», пятнадцатый фильм об британском агенте МИ6. Это был первый фильм серии, где роль агента на себя принял актёр Тимоти Далтон. Лично мне он в роли Бонда не очень нравился. Идеальным примером 007 был самый первый, тот кто показал классику. Этим человеком являлся Шон Коннери… просмотрев некоторую часть фильма, меня посетила мысль продолжить перечитку. Я вернулся на диван, не выключив телевизор и под шум стал читать. Прошло какое-то время, я понял, что телевизор больше не шумел. Его кто-то выключил. — Мистер Бонд, а электричество у нас резиновое? Раздался знакомый голос, я вскочил с дивана и увидел её… На ней хоть и читалось недовольство, но это нисколько не снижало красоту этой девушки. — Эй, алё. — Кетрин прощёлкала пальцами. — Ты здесь Ник? — А? Привет. — Вернулся я из своих мыслей. — Я говорю электричество у нас резиновое? — Ну слушай, фен кое-кто тоже забыл выключить. — Не помню такого. — Ну конечно. — Я слегка улыбнулся, как и она. — Ты сегодня рано. — Каникулы на горизонте же. Поэтому нас раньше стали отпускать. Видела я тебя с друзьями. Ну, что пили? — Я ничего такого. Слушай, у меня такое чувство, что ты жена, отчитывающая мужа. — Ну, а кто я тебе тогда? — Ты… — Я смутился. — Ладно-ладно. Покажешь свои произведения Пущкин? — Пушкин вообще-то. — Да, а я как-то неправильно сказала? — Пущкин. А надо Пушкин. — Не понимаю… — Буква Щ у тебя, вместо буквы Ш. — А-а-а. Понятненько. — И, как вообще у тебя поживает русский? — Мой Русский Язык хороша поживать. — Проговорила она с очень даже на звук приятным акцентом. — Ясно. — Просмеялся я. — Что? — Улыбнулась она. — У тебя такой хороший акцент. Может не будешь дальше изучать мой родной язык. — Ник, тебе надо было на переводчика идти честное слово. — Нет уж, спасибо. А ты бы подошла на эту роль. — Даже с моим акцентом? — Даже с ним. — Ну… покажешь свою работу товарищ? — Почему нет? Мы уселись на диван. Кетрин принялась читать мои каракули. — Мда, так просто не поймёшь, что сюда можно добавить. Я сейчас. — Она встала с дивана, а через минуту вернулась с двумя стаканами вина в руках, которые поставила на стол. — Ну, что ты смотришь? Бокалов нет, а так у меня воображение не разыграется. Давай пей, одна тут я не управлюсь. Мне пришлось выпить. Мы сидели долго. Спорили, обсуждали, что добавить, а, что убрать. Солнце к этому времени уже село. *** — Да Ник. Мне кажется твоя книга потяжелее физического труда… я в душ. Тебе подсказала, значит можно отдохнуть теперь. Кетрин вошла в душевую, я остался один. Мне уже было лень на сегодня что-то думать об книге. Я принял решение отложить это на завтра или послезавтра. Ведь мы всё записали в отдельную тетрадь. Я вдруг вспомнил: — Зараза, воду же уже скоро выключат! Чёртова проверка! Я на ходу снял с себя одежду и бросил её в стиральную машинку. Стоя у двери в душевую комнату с кабинкой задумался. Там сейчас Катя, это как-то… а хотя, что за дурные мысли? Я всё равно ей потом объяснюсь, к тому же надо мыться сейчас или уже завтра только, а вонючим, я в кровать ложиться не собираюсь. Собрав волю в кулак и открыв дверь вошёл в помещение. Через темноватое стекло душевой кабины виднелась Кетрин. Раздвинув двери и войдя, она обернулась. Её щёки покрылись румянцем. — Н-Ник… как неожиданно. — Кать… просто воду отключат щас и я… — А ну… хорошо. Она прижалась к стенке. Я положил руку на стену, напираясь на Кетрин, потихоньку оказываясь в её личном пространстве для поцелуя. Катя ответила мне. Мои губы стали проходиться по её нежной шеи, вызывая у неё лёгкие вздохи от удовольствия. Опускаясь всё ниже, лёгкие женские вздохи перешли на стоны. Капающая на нас вода перестала подаваться. — Вода закончилась. — Произнёс я шёпотом. — К счастью теперь мы не будем пахнуть неприятно… Вытерев себя, я вошёл в спальню. Услышав шаги сзади, тут же повернулся. На меня шла Кетрин. Она повалила нас на кровать, став целовать уже моё мужское тело. — Катя… Она не ответила, продолжая делать по своему, пока я лежал с закрытыми глазами, получая удовольствие. В один момент её самая чувствительная часть тела, столкнулась с моей. Кетрин простонала, выдохнув, дабы убрать мешающие ей волосы. Я взял её за бёдра, начав поглаживать, делая приятно. Во мне заиграло что-то. Я повалил Катю на живот и завернул ей обе руки, начав двигаться потихоньку. — Ещё… — Простонав, сказала она, кусая одеяло зубами. — Блять… — Катя? — Ещё… — Ты уверена? — Ник… Я вошёл в неё, но понял, что в этой позе для неё была последняя капля приятного. Кетрин развернулась, закинув свои ноги мне на плечи. Она прокричала, я не слышал, поскольку её конечности сжали мои уши. Так продолжалось какое-то время, пока Катя вновь не была сверху. Подходил финал… Кетрин замедлилась и рухнула на меня, пытаясь отдышаться, как и я. — Боже… — со вздохом произнесла Кетрин, поправляя свои волосы. — Кать. — Я провёл рукой по её плечу. — Да? — Я ведь… я ведь в тебя… — Уже поздно… — Она поцеловала меня в губы. — То есть ты не была… — Что было, то было. — Кать. Так просто ж нельзя… — Может я хотела. — Она хитро улыбнулась. — Катя, ты могла бы предупредить, что хочешь… — я не решался сказать. — Хочу ребёнка? — Кать… — Всё хорошо Ник… я люблю тебя. — Сказала она искренне, краснея. — И я тебя. Когда она положила свою голову мне на грудь, мы заснули, под тихий весенний вечер.