Атланта

Насыщенный на события день подошёл к концу, тёмная ночь наступила быстро, окутывая холодом улицу. За заколоченными окнами не слышалось ни единого звука, лишь изредка где-то в лесу лаяли бродячие собаки и ржали лошади в сарае, пугаясь далёких псин. Тепло от огня, на котором готовили пищу служило и печкой, согревая всю церковь, поэтому внутри было уютно. Запах тлевших угольков и ладана разносился повсюду, ещё больше вгоняя в глубину сна. Мягкий лунный свет проникал сквозь щели аккуратно ложась на старый скрипучий пол, а кому-то ласкал щеки и веки, мешая уснуть. Рик неугомонно ворочался на удобной кровати, укрывшись тяжёлым одеялом, что провоняло костром. Остальные Палмеры устроились на полу рядом, притащив после обеда два матраса из соседних домов. Там же нашлись и одеяла, даже свежее нетронутое постельное бельё в дальних полках шкафа благополучно попало в руки. Местным детям не было интересным обследовать дома, они и так часто ходили друг к другу в гости, а вот Рик и Эмили вечером прогулялись по округе, заглядывая в оставшиеся окна чужих жилищ. Они позволили себе забраться в один неприглядный домик на окраине и покопошиться в вещах, разглядывая "добро". Уюта в домике было маловато: ободранные обои, покосившиеся половицы, минимум мебели, а та, что осталась, была совсем старой. На немногочисленных полках в гостиной осталось несколько пыльных миловидных фигурок ангелов -- скорее всего, коллекция какой-нибудь старушки. Кухня была уставлена старой фарфоровой посудой, большинство из которой устилала осколками пол, что трещали под ногами. Маленький добытчик Рик откопал в старой груде мусора ракетку с мячиком, что был прикреплён на длинной верёвке к основанию. Он забрал игрушку и целый день бродил по местности, пытаясь побить собственный рекорд по набиванию очков. За весь остаток дня мальчишка так и не подошёл к ребятам из церкви, стесняясь или боясь их. Те резвились между собой, играя в прятки после работы в сарае. Компания весь день беспризорно шаталась по деревушке, не зная куда себя деть. Местные продолжали окидывать их неприязненными холодными взглядами, налаживать контакты не желал никто, кроме сестры Мардж. Женщина любезно показывала окрестности, просила помощи у Палмеров, а Мигель добропорядочно таскал и колол дрова до самой ночи. *** Вечерняя семейная прогулка Джо и Элизабет продлилась до поздней прохладной темноты. Пара не спеша бродила по округе, наблюдая за бликами фонарей возле леса, где несколько мужчин осматривали территорию. Пыльная манкая туманность заслоняла звёзды, но где-нигде маленькие бледные точки проглядывали сквозь бреши, желая показаться. Возможно, если приглядеться, можно увидать тусклый млечный путь. Разговор двух людей не прекращался ни на миг. Каждый рассказывал о том, как выживал, делился переживаниями, чувствами, пытался шутить, скрывая за блеском в глазах терзания и беспокойство. — А потом мы встретили ребят, ну и вот... Добрались сюда.  — Закончил Джо, приобнимая женщину за талию. Мужчине хотелось быть как можно ближе к жене, восполняя все пробелы и желания, что они пропустили за долгую разлуку. — Они какие-то странные. Особенно эта... Как её, Мелани, кажется? Слишком нервная. — Элизабет, как и многие местные, отзывалась о пришедших с презрением и неприязнью. — Да, есть в ней такое. Но, Лизи, поверь, они хорошие люди. — Харрис приобнял супругу покрепче, чтобы усмирить её ревность, что явно промелькнула после таких слов. — Они чужаки. Я не думаю, что кто-то из них станет частью нашей общины. — Женщина отвела хмурый взгляд. — Я не желаю с тобой спорить, милая, я не за этим вернулся. А если ты беспокоишься, что в случае чего они кинут всех или не спасут, то уверяю — этого не будет. Джон не раз выручал меня от толпы мертвяков. Если бы не он, этой прогулки бы не было. Если бы не эти ребята, возможно Лили бы не увидела отца. — Джо был уверен в своих словах. Элизабет чуть смягчилась, муж надавил на правильный рычаг. — Лили каждую ночь звала тебя во сне... — Тихо отозвалась женщина куда-то в сторону, наблюдая за разрушенными домами. Джо хотел добавить, что их община не самая дружелюбная, на самом то деле. Чего стоит их первая встреча на дороге? Злобный оскал, хамоватые выражения, презрение лилось из всех щелей. Если бы не семья, Харрис явно бы повёл свою группу дальше. И пока мужчина размышлял, как выразиться мягче, Элизабет остановила его, смотря в окно чужого дома. — Слышишь? Там кто-то бродит. —Женщина нахмурилась, сжав плечо супруга. Она услыхала шорохи в гостиной, куда был направлен её взгляд. — Тебе наверное показалось, тут никого нет, пойдём. — Джо взял Лизи за руку и легко потянул на себя. — А вдруг там зомби?! — Женщина вырвала руку и вытащила из оружейного ремня кухонный молоток, медленно направляясь к сломанным дверям, что держались на одной петле. Харрис недовольно сжал губы и мотнул головой, Элизабет могла быть права, рисковать общиной было нельзя, стоило всё проверить. К тому же и он услыхал шорохи и скрежет, словно кто-то лазает по столу или шкафчику. Мужчина вытянул из ножен лезвие и прокрался за Лизи к проходу. Прерывистые звуки повторялись, будто мертвяк, если он там был, искал не плоть и кровь, а какие-нибудь бобы в масле или бутылку вина, шкрябая гнилыми руками по полкам. Джо, спокойно, но тяжело дыша вошёл в прихожую. Мрачноватый свет луны проникал в разбитые окна еле освещая путь. Фонарик использовать совершенно не хотелось, чтобы не привлекать внимание того, кто шарился по дому, поэтому мужчина просто тихо шагал вперёд, внимательно осматривая комнатушку. Он махнул Лизи рукой, что она может идти за ним. Женщина вошла следом, крепко сжимая в руках молоток, держа его наготове. Скрежет переместился из гостиной на кухню, но никакого силуэта не было видно, а звуков шаркающих шагов и вовсе не слышалось, лишь царапанье чего-то о дерево настораживало обоих. Харрис прошёл дальше, ступая тяжёлыми ботинками по скрипучему полу и остановился у проёма, рассматривая кухню. Лизи прошла вперёд и резко замерла, услышав как под её ногами затрещали осколки стекла. Адреналин ударил в голову настолько, что она слегка закружилась, а сердце готово было выскочить из груди, постепенно замирая. Шорох в тёмных уголках кухоньки смолк и Элизабет взвизгнула, подняв ногу. Несколько здоровенных крыс пробежало из одного угла в другой, где были скорее всего норы. Ещё две крысы копошились на круглом столе, перебирая маленькими розовыми лапками плесневелые крошки хлеба, боязливо разглядывая красными бусинками пришедших, но услышав писк женщины так же разбежались, бросив добычу. В комнате пахло сыростью, тяжёлый запах гнилья и грибка въедался в лёгкие, заставляя кашлять. Лизи выдохнула и хохотнула. — Господи, всего лишь крысы... — Она закрыла глаза, подумав о том, что всё исчезло слишком быстро. Дом, что был уютным пристанищем для кого-то, теперь выглядел как истерзанное нечто: покосившиеся двери, выбитые окна, грязные горы посуды и мусора. Когда всё это успело произойти и почему? — Моя мышка испугалась мышки? — Джо спрятал нож и обнял жену со спины, выдыхая горячий воздух в ухо. По телу женщины пробежали мурашки и она вздрогнула, живо улыбнувшись, слегка склонив голову. — Это были огромные крысы. — Прошептала она, поглаживая мужчину по грубым рукам. — Какие глупые...оправдания. — Харрис зарылся носом в волосы Лизи, вдыхая родной запах. Его большие ладони стали медленно разгуливать по телу супруги, желая вновь изучить все места и ложбинки. — Джо, что ты делаешь? — Горячо выдохнула Элизабет, чувствуя на своей шее поцелуи, словно маленькие огоньки или расплавленный воск обжигали и манили, каждый раз касаясь тонкой кожи. Мужчина молчал, продолжая одаривать любимую мимолётными тёплыми прикосновениями губ, двигаясь от уха до плеча и обратно. Его большие ладони поглаживали живот, пытаясь забраться под тяжёлую ткань кофточки, но делали это неуверенно, желая растянуть удовольствие. Не сумев сдержать порыв, Лизи сама запустила прохладные руки мужа под одежду, прижав их к животу. Рьяное желание и переизбыток чувств захлестнули обоих. Поцелуи Джо стали грубее, сильнее и быстрее, он даже слегка пощипывал губами кожу, словно желал поглотить всё и без остатка. Мужчина высвободил жену из объятий и резко повернул к себе, придвинув к пыльному столу, сметая с него грязные тарелки и бумажки. — Джо, тише... — Возбуждённая Лизи нервно хохотнула, стыдливо пряча лицо в колкую бороду мужа. — Прости, прости. — Каждый выдох мужчина сопровождал поцелуем в щёки и нос, а после добрался до пылких, любимых, желанных губ. Харрис усадил Элизабет на стол и продолжил поглаживания. Руки ходили по спине, плечам, проскальзывали мимо груди, не задерживаясь на ней и останавливались на бёдрах. Губы Лизи приятно впивались во влажные губы Джо, что еле слышно постанывал от каждого действия и совсем обмяк, стоило женскому языку протиснуться внутрь и коснуться языка мужчины. Дикое, животное желание, которому поддавались двое, нарастало с каждой секундой, с каждым прикосновением рук, с каждым тяжёлым судорожным вздохом. Оно затмевало разум, делая его смутным и неразборчивым, дебри кочующих мыслей растворились, оставляя хозяев беспомощными и довольными. Отступившие грузные раздумья дали волю сокровенным и даже похотливым вожделениям. Страстные порывы мужских ласк постепенно спускались. Губы целовали шею, приоткрытые ключицы и прервались лишь на миг, когда Джо стянул женскую одежду. — Давай... подстелим, чтобы не так грязно и... жёстко? — Он нервно бегло прожестикулировал, показывая стол. Лизи чуть придвинулась к краю, а мужчина быстро уложил кофточку на столешницу, где извилистые рисунки от влажных пальцев оставили чистый след, стирая пыль. Харрис приостановился, пытаясь в темноте разглядеть Элизабет, но видел лишь смутные очертания, куда доставали проблески лунного света. Её кожа казалось бледной и фарфоровой, когда на самом деле была чуть смуглой и бархатистой. Мужчина снова вернулся к поцелуям, улыбаясь и наслаждаясь солёным привкусом на губах от пота любимой. Сейчас его возбуждало всё: темнота, которая окружала, вьющаяся непослушная прядка волос Лизи, что мешалась на лице, нечистый запах одежды, вздохи, прикосновения... Женщина поддавалась всему, что делал Джо. Она была покорной и так же сильно желала мужа, которого не видела очень долго. Его колкая неухоженная борода щекотала щёки и грудь, иногда отвлекая, но Лизи отстраняла беглые мысли о дискомфорте, настраивая себя лишь на влечение, возбуждение и эйфорию, которая закипала в грудной клетке и сжималась внизу живота. Сочные чувственные женские губы проходились по лицу и шее мужчины, а тонкие руки забрались под плотную футболку и мигом её стянули, посчитав лишним атрибутом в любовной игре. Тихие вздохи и стоны вырывались из уст женщины каждый раз, когда Джо прикасался к обнажённому телу. Мужчина опустился ниже, проведя грубыми ладонями по небольшой груди в бюстгальтере. Соски чуть набухли, выделяясь сквозь тонкую ткань белья. Харрис быстрым движением высвободил грудь и принялся её целовать. Губы проходились вокруг нежно-розовых ареол, — которые сжались от холода и возбуждения, — а после, всё же коснулись упругих розовых бусин. Кончик влажного горячего языка примял бугорок, а губы сжали его, слегка оттягивая и отпуская. Элизабет запрокинула голову, тяжко выдохнув. Тонкие женские пальцы заблудились в волосах мужчины и прижимали его голову ближе, не желая отпускать. Но всё же хватка ослабла и в этот момент Джо отпрянул. Мужчина резко и быстро стал стягивать тугие джинсы Лизи, и когда женщина была полностью обнажена, замер, снова лаская взгляд её видом. Она была такой манящей, точёная статная фигура, не успевшая исхудать, зазывала к себе. Харрис так же быстро снял остатки одежды с себя, оставаясь в потёртых чёрных боксерах. Элизабет опустила довольный взгляд, видя как в просветах луны из под тонкой ткани выпирает член. Джо чувствовал, как пульсирует его "дружок", наливаясь кровью каждый раз, как только губы супруги касались его кожи. Мужчина смочил два пальца и прикоснулся ими к тёплой промежности Лизи. Он поводил подушечками пальцев возле клитора, а после задел и его, нежно и медленно растирая слюну.  И наконец, когда оба были предельно готовы, Джо вошёл во влажную тугую промежность, аккуратно двигаясь, ожидая, когда супруге станет приятно и легко. Сам акт длился намного меньше, нежели страстная эмоциональная прелюдия. Оба были слишком возбуждены, оба соскучились, оба желали друг друга, когда были не рядом. Мужчина с облегчённым протяжным вздохом кончил, спустив на пол. — Здесь всё чисто, нет никаких зомби, тебе показалось. — Усмехнулся Джо, натягивая на супругу одежду. — А-х-га, — выдохнула она, — ты везде посмотрел. Пара тихо вышла из дома, высматривая в темени дорожку. Луна, возможно стыдливо, скрылась за пасмурными облаками, волчий вой доносился из глубин леса, лай собак из соседней фермы так же слышался вдалеке. Летающих фонарей уже не было видно, наверное ночной дозор закончил свою службу, либо переместился в другое место. Ребята быстро вернулись в церквушку, заперев за собой двери на громоздкий засов, стараясь не разбудить тех, кто спал. Не все предались сонной усладе. Эмили сидела в еле освещённом углу загоняя себя в какую-то смуту. Днём всё было хорошо, девушка помогала с работой на заднем дворе, а к ночи тяжкие липкие мысли стали донимать. Колкие ощущения скуки по дому, раздумья о будущем, волнение за брата — всё это засело глубоко внутри, не желая уходить, но когда девушка увидела счастливых Джо и Элизабет, что поправляла растрёпанные волосы, на душе стало полегче. Мысли сменились в другую сторону, более положительную, где человечество восстанавливается, всё так же любит, желает жить, существовать и праздновать, ездить на машинах и играть в софтбол, пить коктейли в захудалых барах и прогуливаться в парках с собаками. Сбудется ли всё это, вернётся ли жизненный темп в обратное русло, либо уже никогда ничего не изменится?