Атланта

24 августа 2010 год. Ист-Пойнт, штат Джорджия. Бледное полуденное солнце медленно опускалось за горизонт, раскидывая длинные лучи по всему городу. Узкие тихие улочки были практически пусты, а вот в центре, на главной площади бушевала толпа — перед зданием суда проходил митинг по поводу осужденного мужчины. На ступенях возле входа пустовала старая трибуна с потёртым рисунком герба. Возле дверей, и внутри и снаружи стояли полицейские, они были запасной охраной на случай, если разъяренный народ не сдержат те, кто был у железного ограждения. Сержанты, в тёмно-синей форме с блестящими золотыми жетонами, расставив руки приказывали людям отходить подальше и не создавать проблем. Мужчины и женщины с плакатами в руках громко скандировали о том, что требуют дать больший срок арестованному и распустить верхушку продажных адвокатов. Многие просто разгневанно кричали обо всём: о плохих полицейских, о власти, и больше всех о заключённом, которого выводили из здания суда для транспортировки прямиком в тюрьму. Прыткие журналисты перелезали через ограждения, желая пробраться ближе к "сцене", фоторепортёры готовили аппаратуру, чтобы уловить самые "горячие" и "сочные" кадры. Блики солнечных лучей, как вспышки, отскакивали от пыльных объективов и окон ветхого здания. Яркие "зайчики" прыгали от наполированных полицейских машин до главных центральных часов, что громко отстучали четыре часа дня. Пока стрелки местного Биг-бена заканчивали свой отсчёт, из главных дверей суда вышла ещё одна толпа: двое полицейских крепко держали мужчину в оранжевой форме, руки которого были скованны наручниками за спиной. За мужчинами проследовала дама в возрасте — она была адвокатом. По её надменному, но недовольному лицу можно было понять всё и без вопросов, но несколько репортёров с микрофонами ринулись к женщине. Каждый хотел урвать кусочек времени, чтобы добыть свежий материал для работы и несомненно наживиться — что уж поделать, коль работа у каждого своя. — Мисс Чендлер, почему вам не удалось отстоять права своего клиента? — Мисс Чендлер, ответьте на пару вопросов... — Мисс Чендлер... — Скажите пожалуйста... — Прошу пару слов о... Отовсюду гудели голоса, как невнятный рой пчёл и все желали получить ответы, чтобы потом, на первых полосах никому не нужных газет, имя этой женщины выедало глаза. Тучная мисс Чендлер отмахивалась от корреспондентов как от мух. Её нахмуренные густые брови встретились на переносице, превращаясь в одну длинную бровь-гусеницу, а второй...или уже третий подбородок закрывал шею создавая из лица непонятное месиво жира. Узнать, что это лицо, можно было лишь по яркому макияжу, который выделялся и был как бельмо на глазу. Наверное многие в городе ненавидели эту женщину за скверный характер и поэтому так жаждали разузнать о ней всё, поджидая в тёмных проулках или захудалом кафе вдали от дома. Следом за женщиной, что исчезла из вида в толпе микрофонов и камер, вышел окружной прокурор. Высокий статный мужчина в чёрном выглаженном костюме скоро подошёл к трибуне разглядывая кричащих людей. Карие глаза прищурились от вспышек камер и чуть заслезились. Мужчина поднял ладонь, давая понять, что готов ответить на все вопросы репортёров. Скопище протянутых микрофонов устроились полукругом и выжидали момента. Позади протестующих стояло два чёрных фургона с эмблемами соседских теленовостных каналов, а возле них -- корреспонденты, громко и отчётливо вторили подготовленную речь, перезаписывая неудачные дубли. Чуть позже подъехала ещё одна машина, где худощавая блондинка в очках записывала репортаж в прямом эфире. *** Через несколько кварталов от места "главного" события дня, люди, что были не заинтересованны в раздирании глоток, наслаждались спокойным уединением в местном кафе. Неоновая блёклая вывеска "У Молли" над входом нервозно мигала, показывая лишь несколько букв, остальные попросту перегорели и не желали работать. Внутри было очень тепло и уютно: присутствующих не отвлекал шум кофеварки или крики с кухни, все были увлечены интересными разговорами и сплетнями. Помимо людей, закусочную наполняли запахи горького кофе, вишнёвых пирогов и мясных рулетов —от них ещё больше разгорался аппетит, и даже если кто-то держал долгий путь, не желая есть, всё равно заглядывал, пренебрегая временем. — Привет, Питт, тебе как обычно? — Девушка в белом фартуке разливала горячий кофе всем желающим, кто сидел у барной стойки и уплетал ужин. — Да, и будь добра, ещё кусочек пирога, очень уж вкусные они у вас. — Пожилой мужчина соскрёб вилкой остатки вишнёвого джема и чуть ли не облизал тарелку. Девушка улыбчиво кивнула и через минуту принесла добавки, подливая ещё напитка. — Может ещё чего-нибудь? Тыквенный суп? В такую погоду был бы кстати. — Бетти суетливо бегала глазами то в окно, то на гостя. — О, нет, нет, спасибо, Кларис будет не в духе, если я не поужинаю дома. Пироги ей никак не поддаются, поэтому я хожу к вам. — Питт подмигнул и улыбнувшись хмыкнул. Официантка ещё раз вежливо и искренне улыбнулась, снова кивнула и удалилась к столикам в зале. — ... ну вот, а оказывается, она его бросила, когда увидела, что Чак целуется с Фиби. — Две девушки за столиком у окна бурно обсуждали жизнь одноклассницы. — А я слышала другое... — Собеседница закатила глаза и отпила молочного коктейля. — Вам чего-нибудь ещё принести? — Бетти остановилась у столика сплетниц. — Нет, больше ничего. Только счёт. — Как-то язвительно или недовольно ответила девушка, что до конца опустошила бокал. Когда Бетти отошла, подружки принялись обсуждать и её. — Ты в курсе, что она сюда устроилась только из-за Эрика? Вечно за ним бегает, не даёт покоя. — Она меня вообще бесит, такая вся из себя правильная, ханжа... — Меня тоже. Всем и так давно понятно, что Эрик запал на меня. —Блондинка горделиво откинула длинные волосы назад. Её взгляд бегло оглядел место за барной стойкой, где тот самый Эрик собирал заказы. За столиком в углу удобно расположился мужчина с газетой. Он молча пил чай, наслаждался музыкой из автомата рядом и медлительно анализировал прочитанное, иногда кивая или хмурясь, прокручивая различные мысли в голове. Статья о неизвестном новом вирусе почему-то заставила его улыбнуться. — Ну конечно, новый вирус, как обычно, брешут, эксперименты над нами ставят, не иначе, наверное НАТОвцы треклятые... — Пробубнил он себе под нос, громко перелистнув страницу мимолётно отвлекаясь на колокольчик, что висел над дверью. В закусочную вошло двое постоянных гостей-дальнобойщиков, что часто проезжали городок мимо, но никогда не забывали заглядывать к Молли. Они, как и многие местные, да и не местные, обожали пироги и гамбургеры от этой прекрасной женщины. Мужчины сели за барную стойку. — Привет, ребята. — Та самая Молли, женщина в возрасте с объёмными, пушистыми, седыми волосами, вышла из кухни с ароматным пирогом. Она радостно улыбалась, показывая много мелких морщин у губ и вокруг глаз, и несмотря на эти морщинки, улыбка её омолаживала. — Здравствуй, Молли, как дела? Как твоя нога? — Один из дальнобойщиков указал на недуг, который тревожил старушку, но сделал это мягко, с толикой заботы. Второй же вёл себя немного странно, словно был болен или под "чем-то". Он нервозно дёргался, потирал нос, покрасневшие глаза бегали по интерьеру, желая за что-то зацепиться, но не могли. Писклявый гул затмевал голову, словно хотел взорвать мозг к чертям, поднимая давление. — Да ничего, Робб, получше, чем в прошлую неделю. — Озабочено кивнула женщина поглядев на мужчину. Другие посетители так же окинули его недовольным взглядом, кто-то отсел подальше, беспокоясь за себя. — А что с твоим товарищем? Бледный он какой-то. — Нахмурившись подал голос кассир, что протирал стаканы и наблюдал за странным гостем. — Да, Робб, он приболел? Вид у него... — Голос Молли боязливо дрогнул и превратился в натянутую струну, что тут же порвалась, и последнее слово получилось совсем уж писклявым. Из кухни вышел рыжий паренёк с подносом чистой посуды. — Молли, я закончил с товаром, тебе нужно расписаться, он стоит у заднего входа. — Парень пробежался взглядом по присутствующим, оценив напряжённую обстановку. Развеять эти ощущения поторопился мужчина с газетой. — Эй, пацан, там твоего отца показывают. — Чернокожий мужчина откинул газету и указал рукой на телевизор, что висел над барной стойкой. Мужчина-кассир, с миловидными седыми усами сделал звук погромче и все словно забыли о странном госте, что продолжал сидеть и дёргаться. Его напарник и сам не знал, что происходит с товарищем, который резко изменился за ночь, поэтому ответа от него можно было не ждать. — ... у адвоката не было достаточной доказательной базы, чтобы опровергнуть улики, предоставленные мной суду, но всё же, в деле есть некоторые неточности, поэтому завтра... — Окружной прокурор, как и желал, отвечал на все вопросы журналистов и репортёров. Камера, что снимала его, плавно переместилась на репортёршу. На её фоне толпа снова начала скандировать неразборчивые лозунги провожая заключённого, которого усадили в машину. — Окружной прокурор Адам Уильямс заявил, что завтра они снова встретятся с адвокатом заключённого Питера Дженкинса. Напомню, что главного директора компании "Эйфлак" задержали в июле прошлого года за хищение денежных средств в размере шестидесяти тысяч долларов и продажу акций "чёрной" компании. Судебные заседания проходили в закрытом формате и лишь на последнем журналистам и гражданским лицам было дозволено присутствовать. Питер Дженкинс не признал свою вину и отрицал все показания, но улики и факты собранные по делу доказали обратное. Так же, на послед... — Женщина на секунду прервалась, видя, как оператор отвёл объектив камеры в сторону. — Лари, что ты делаешь? — Прошептала она, оборачиваясь. — Твою мать, что тот чувак делает? Ты это видишь? — Мужчина игнорировал вопросы коллеги и сфокусировал своё внимание на происходящем. Скопление недовольного народа стало разбегаться в стороны с визгами и криками. В кадре остался лишь мужчина, который напал на женщину и... укусил её. Он впился в её шею и стал грызть, оттягивая куски плоти. Кровь из разорванной артерии залила одежду женщины за считанные минуты, а её истошный крик превратился в приглушённый хрип. Полицейские, что охраняли вход здания суда быстро сбежались к месту событий и им ничего не оставалось делать, кроме как стрелять. Никто не пытался отвадить ненормального, что был весь в крови жертвы, все просто убежали, не понимая, что происходит. Сержант быстро достал пистолет и выстрелил мужчине в спину. На миг все замерли, чего-то ожидая. Нападавший выпустил жертву, та упала замертво от потерянной крови и сильного укуса. Мужчина резко посмотрел в камеру: красные глаза, лицо в тёмной алой крови, злобный оскал и кусок кожи, которую он жевал, наплевав на ранение. — Какого... — Прошептал в недоумении оператор, отходя назад, видя, как больной человек делает шаги навстречу. — Стреляйте, стреляйте в него! — Крикнул один из полицейских, что до этого удерживал людей у ограждения. В мужчину снова выстрелили, но тот и не думал умирать, и лишь когда одна из пуль попала в голову — повалился, больше не встав. — Что это за херня? — Возмущённо прокричал мужчина в закусочной. Несмотря на новости и статьи, тут словно и не знали о вирусе, точнее сказать, игнорировали его, продолжая жить обычной жизнью. Видимо этой жизни, как и в соседней Атланте, откуда стали приходить мертвяки, настал конец.