Жизнь засранца

В этот момент он понял, что потерял всё. И жилье — выгнать этих туристов уже не представляется возможным. И карьеру — без Этери он со своей кожаной дудочкой в мире фк никому будет не нужен. И удобную бабу. Ну о последнем он переживал, конечно, менее всего. Расстались, фактически то, они давно. Разовый секс в Минске не в счет. Но блин! Она же ему в любви признавалась в ту ночь. А он знал Этери — она таким не шутит. И тут его щелкнуло. Он понял. Он понял, что не так было в этой минской пьяной и пьянящей ночи. Он понял, почему его так заклинило. Никогда. Никогда они друг другу не признавались в чувствах. В работе — да. Шутя — она тоже могла его саркастически назвать «любовь моя» Но так серьезно… на пике…на выдохе..... на нем..... Никогда. Даня так и сидел на этом холодном полу аэропорта и пытался нащупать опору. Дно. Иловое. Зыбкое. Рассыпается даже дно под ладонями. Не смотря на все его гусарства, на его многочисленных баб… Ни одна. Никогда. Не говорила ему — Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ. И не любила, наверное, именно его. Просто его. Как Данечку. Без его квартиры. Без его возможности устроить в фк на местечко потеплее. В этих отношениях его любили как личность — душу и тело в равной степени. А он …а он не знает. Не знает любил ли он ее когда-нибудь. Может и любил. Да, ему ее хотелось — она давала, всё давала. Но разве это любовь? Вот Ольку и Катьку ему не сильно хотелось. Так чуть. Но тоже член вставал и в процессе казалось, а вроде и ничё. А вот тех случайных, одноразовых резинок, ему не хотелось. Он всегда ехал на Патрики и выцеплял каких-то телок. Тоже был секс, иногда и на пару дней. Но ему их точно не хотелось. А как же так тогда? Когда мозги пошли в заворот, он встряхнул головой, словно желая вытряхнуть оттуда то, что мешает жить легко и ненапряжно. Хотелось напиться. Даже трахаться расхотелось. Представляете степень горя ошалевшего Дани? Так и сделал по возвращению в отель.