Во власти альфы

— Как думаешь, он проснется? — Не уверен, он слишком долго был под воздействием цветов. Голоса были тихими, еще совсем детскими. Но голова гудела так, что любой звук приносил дискомфорт. Веки налились свинцом, чтобы открыть глаза мне пришлось приложить немало усилий. Я невольно застонал. — Ой, кажись просыпается, — послышался испуганный шепот. Я открыл глаза и тут же прищурился. Слишком ярко. — Позвать может кого? — прошептал все тот же голос. — Да кого ты позовешь, все уже разбежались по своим делам. Я повернул голову влево и увидел двух парней подростков. Один был постарше и поизящнее, примерно моего возраста омега, а второй еще совсем мелкий, лет двенадцати на вид — альфа. — Где я? — голос после сна был совсем хриплым. В горле было так сухо, словно в меня силой запихнули песок и заставляли его есть. Тело не слушалось, ноги ватным одеялом безвольно лежали на кровати. Моё зрение сосредоточилось на мальчишках. Тот, что постарше неуверенно глянул на своего спутника, и они оба подошли ближе: — Ты в замке. — И как я тут оказался? — возник следующий вопрос. Оба снова переглянулись, и тот, что помладше заинтересованно спросил: — А ты совсем ничего не помнишь? Я утвердительно кивнул головой и тут же нахмурился — боль в затылке была дичайшая. — Тебя принес наш братишка, — заговорил первый, — Если честно, ты первый человек в нашем доме, поэтому прости наше любопытство. — Первый человек? — моему изумлению не было предела. Фраза звучала неопределённо и абсолютно непонятно моему затуманенному сознанию. Но оба закивали с особым энтузиазмом. И это выглядело так мило, что они мне начинали нравиться. Вот только глаза у них горели звериным блеском. Значит оборотни. Я вновь нахмурился. — Да. Наш брат привез тебя сюда, потому что ты его… — Тс-с, не грузи… — зашипел омега, — Прости, мы не представились. Я Чимин. А этот — мой мелкий братец Юнсон. А тебя как зовут? — Тэхён, — ответил на автомате и тут же прикусил язык. Как бы эти парни ни внушали добродушный вид, оборотни есть оборотни, и с ними нужно всегда быть на чеку. Дверь в комнатушку открылась практически бесшумно, являя на пороге грузного омегу с сурово сдвинутыми бровями, но добрыми, хоть все теми же светящимися глазами. О ужас, вокруг меня сплошные волки. Нужно уносить ноги. — А ну пошли отсюда, — прикрикнул он басовитым голосом, — Ишь какие, все вам любопытство свое девать некуда. Оба парня весло взвизгнули, лукаво глянули на меня и выбежали в коридор. И эта мимолетная вспышка детской непосредственности сбила с толку. Слишком уж… человечно, что ли. Я остался один на один с этим грозным мужчиной. Под внимательным, изучающим взглядом стало не по себе. — Выпей, — велели мне, подойдя ближе. — Что это? — подозрительно косясь на миску и поднимающийся от нее пар, спросил я. — Восстанавливающее зелье. Поможет скорее вернуть силы, которые у тебя забрали цветы. Сев, я понял, что и впрямь ослаб. Голова закружилась, хотелось вновь лечь и поспать еще немножечко. Приняв из рук омеги миску, я выпил все до последней капли, и тут же скривился, когда в горле отдало горечью. Сознание все еще было мутным, оттого инстинкты самосохранения пока не желали срабатывать. Иначе я бы никогда не позволил выпить что-либо из рук врагов. — Какие еще цветы? — откашливаясь, спросил я, потому что слишком уж часто о них говорили за несколько минут. На меня косо глянули, а затем задали вопрос в лоб: — Что ты помнишь из последнего? Я нахмурился, пытаясь вспомнить. Перед глазами проплывали картины погони, темный лес, дикая боль в бедре. Кстати, стрела же мне вонзилась в ногу. Я резко отодвинул покрывало, рассматривая пострадавшую конечность. На том месте, где по моим предположениям должна зиять дыра остался маленький, едва заметный шрам. Не скрывая изумления, я поднял взгляд на омегу: — Пока ты спал, я обработал твою рану и нанес заживляющую мазь. Ну надо же. Не понимаю, с чего такая честь? Вот только теперь меня интересовало другое. Сглотнув, сипло спросил: — И сколько же я спал? — Четыре дня. Четыре дня! Как такое вообще возможно?! — Почему вы мне помогаете? — не смог не задать волнующий меня вопрос, — И где я нахожусь. — В Вольфдегейде. В замке нашего альфы Чон Чонгука, — без особого энтузиазма пояснили мне, — Именно он приказал присматривать за тобой. А я Намджун, старший лекарь в замке. Если бы не наш вожак, ты бы уже погиб от этих цветов. И тут новая порция воспоминаний нахлынули снежной лавиной. Поляна, усеянная белыми прекрасными цветками, густой лес вокруг, и волчья морда, склонившаяся надо мной. Так значит, он здесь всем управляет. Вот он, моя цель. Именно из-за него убили моего отца и забрали братишку. Сердце забилось чаще, руки сжались в кулак. Видимо ненависть слишком отчетливо читалась на моем лице, потому что в следующую секунду мне пояснили, как душевно больному: — Наш альфа тебя спас, мальчик. Цветок люпина для человека опасен, а их было сотни. Один глоток настойки люпина — и ты уже мертв. А запах этих цветов вводит в спячку, из которой невозможно проснуться самостоятельно. Когда тебя привезли, ты был на грани. Повезло, что альфа обнаружил тебя на начальной стадии. Я не слушал. Может тело мое он и спас, но это всего лишь оболочка. А вот жизнь мою — все, что мне дорого, он разрушил всё в один миг. Откинувшись на спину, я принялся размышлять. Нужно было что-то делать, но я и не думал, что так быстро окажусь в стане врага. Вся моя решимость куда-то подевалась. Мною овладела растерянность, и это жутко бесило. Идти к альфе вот так, в открытую, довольно глупо. Будучи полон сил, я был перед ним как овечка, а сейчас, когда я слишком слаб… Может, пробраться к нему ночью? Пока он спит, он беззащитен. Незаметно прокрадусь к нему в покои и воткну кинжал ему в его волчье сердце, как они сделали с моим отцом. Наверно так и стоит сделать. Вот только где его покои? Я тряхнул головой, отбрасывая. Что ты несешь, Тэхён, отсюда нужно бежать. И как можно скорее, пока меня в очередной раз не отдали в бордель. Все они, оборотни, одинаковые. И пусть эти отличались от ранее встречаемых мной, но откуда мне знать, что эта не маска? — Лежи пока, отдыхай. А я оповещу альфу о том, что ты проснулся. Пусть он уже решает, как дальше с тобой поступить. Как поступить. Ну надо же, словно я вещь какая-то. Подождав несколько минут, чтобы лекарь отошел подальше, я поднялся на ноги и тут же пошатнулся. Н-да уж, цветы и впрямь все силы забрали. Но находиться в этих стенах не хотелось от слова совсем. Дернув за ручку, я вышел из помещения, едва переставляя ноги. Голова кружилась с такой силой, что не было возможности разглядеть обстановку вокруг. Меня вело только одно — желание поскорее выбраться из логова врага. Нельзя здесь находиться, нужно бежать. Но чертова голова гудела тысячами ульев, я совсем не соображал. Мелкими шажочками, держась за шероховатую стену чудом, но довольно скоро я очутился на крыльце судя по всему заднего двора. Яркий солнечный свет ослепил, заставляя прищуриться. Солнце. Теплое, мягкое, как пушистое покрывало ласково окутало тело. Я невольно прикрыл глаза, выставляя лицо теплым лучам. Солнце приятно ласкало кожу. Как же я соскучился по нему. Каждый раз, когда в нашей деревне наступали теплые дни, я безвылазно находился на утесе, накапливая тепло перед холодными зимами. Вот и сейчас, инстинктивно я вытянул руки ладошками кверху, впитывая в себя витамин D. Как же хорошо. У нас дома тепло сравни роскоши. А тут солнце такое теплое, я так по нему скучал… — Греешься? — низкий, бархатный голос прозвучал совсем рядом. От неожиданности я вздрогнул и открыл глаза. Передо мной стоял альфа. В этом не было сомнений. Атлетическое, и в то же время гибкое тело, величественный стан, широкие, мускулистые плечи, уверенная поза — все в нем выдавало вожака. Но поразило меня не это. Его взгляд. Я узнал бы его из тысячи. Ведь эти глаза мне снились практически каждую ночь. Кошмар из моих снов стоял прямо передо мной и внимательно меня изучал. Я буквально физически чувствовал, как его взгляд жадно блуждал по моим глазам, губам, лицу, шее… Он сделал шаг ко мне, значительно сокращая между нами расстояние, и я тут же отшатнулся от него, выставляя руки вперед. — Не подходите, — зло зашипел, готовясь в любой момент сорваться на бег. Я замер, как добыча, следя за каждым шагом зверя. Страх сковал тело, руки затряслись, так что пришлось сжать их в кулак. Я чувствовал в нем звериную силу, намного большую, чем у остальных оборотней. Но самое удивительное, мое сердце учащенно забилось при виде его, хотя он не первый оборотень, которого я встречал. Может то восстанавливающее зелье дало о себе знать и сознание постепенно проясняется? Но я все еще неуверенно стоял на ногах. Пожалуй, из всех оборотней, что мне довелось повстречать, стоявший передо мной чисто внешне понравился мне больше всех. В нем подкупало все: и открытый честный взор, и красивое лицо без печати превосходства к человеческому роду, пропорциональная спортивная фигура с рельефной, но не перекаченной мускулатурой, и горделиво-ровная осанка без угрожающей сутулости… Похоже, я все еще туго соображаю, иначе как объяснить мою реакцию на вожака. Он не мог мне нравиться. Он мой кошмар, мой ужас, мой враг. И то, как он вдруг начал на меня смотреть, заставило испытать неосознанную смутную тревогу. И я отошел еще на шаг от греха подальше. Судя по сощуренным глазам, его мое поведение не обрадовало. — Что ты здесь делаешь? Тебе нужно отлежаться, ты еще не набрался сил, — ровный, почти равнодушный тон никак не связывался с выражением его лица. Казалось, он готов был растерзать меня на месте. Или что-то другое… Я никак не мог понять его взгляд. — Я… я хочу уйти отсюда. Его лицо смягчилось, на губах заиграла снисходительная улыбка, и это выбесило меня еще больше. — Боюсь, это невозможно. Невозможно? Это мы еще посмотрим. Мне было страшно, до дрожи в коленках, но именно страх подстегивал меня на действия. — Почему? Разве у меня нет права выбора? Уйдите с дороги. Я решительно двинулся мимо него. И внутри все сжалось от волнения. Хоть бы не остановил, хоть бы… Горячая, почти обжигающая рука цепко ухватила меня за локоть, притягивая к не менее горячему телу. — Уйдешь, как только поправишься. Если, конечно, сам захочешь, — жаркое дыхание обдало мое ухо. Мое тело вмиг ослабло в его руках, а живот скрутило судорогой чего-то непонятного, ранее мной никогда не испытываемого. Словно маленькие букашки зашевелились внизу живота, отдавая приятной щекоткой. — Отпустите, — я дернулся в безвольной попытке выбраться из цепких оков, но хватка волка была слишком сильна. А я слишком слаб. Внезапно голова закружилась вновь, напоминая об этом и если бы не руки, сжимающие меня, давно бы грохнулся на землю. — Упрямый мальчишка, я же сказал, что тебе нужно отлежаться, — раздраженно сообщили мне, а в следующую секунду мои ноги перестали ощущать землю, а тело поднялось вверх. Да этот… да это животное еще смеет меня через плечо перебрасывать! — Отпустите, — зашипел я, всеми силами упираясь в могучую спину. Силами, которых не было. И через мгновения сознание померкло.

***

Проснулся я на огромной кровати, со скрывающим часть комнаты не менее огромным балдахином. И первое, о чем подумал — волк из моих снов. Не знаю, сколько я проспал, но мое сознание оставалось кристально чистым, а усталость и головную боль как рукой сняло. Машинально нащупал руками свое тело, голову. Вроде все цело. Воспоминания о вожаке будоражили кровь. Его руки, голос, взгляд… знакомые мурашки вновь защекотали живот. Да что же это такое? В теле была непривычная легкость, и я резво соскочил с кровати. На этот раз находился я уже в совершенно других покоях. Богато обставленная мебелью комната не оставляла сомнения, что меня поселили к кому-то из важных персон. Я подбежал к окну, раскрывая тяжелые бордовые портьеры. Вид снаружи захватывал дух своей красотой. Горный хребет раскинулся вдоль горизонта, а в ущелье отливало бирюзой море, переливаясь под сиянием солнца. Красота. Но виды из окна меня должны волновать в последнюю очередь. Глянув вниз, я убедился, что нахожусь на втором этаже замка. Теоретически спрыгнуть можно, но рисковать переломанной конечностью не хотелось. Значит нужно выбираться другими путями. — Человечишко проснуться. Человечишко хотеть кушать? — раздался высокий чирикающий голос. От неожиданности я подскочил, мотая головой в поисках звука. В комнате никого не было. Абсолютно. Вновь послышалось чириканье. И на этот раз я уловил источник звука. Моему взору попался огромный красный, с желтыми прожилками перьев попугай. Вот только был он значительно крупнее стандартных размеров, и смотрел на меня с нетипичным для птиц любопытством, свесив голову на бок. И тут я понял, что действительно хочу есть. Настолько сильно, что попугай показался очень даже вкусным. — Человечишко хотеть кушать, — подтвердил я, не сводя голодного взгляда с попугая, медленно приближаясь к нему. Словно поняв мои мотивы, птица взмыла ввысь, удивляя своим размахом крыльев и уселась на самый верх одного из шкафов. — Коко невкусный, Коко полезный, — заговорил он вполне четко поставленным голосом, отчего мой рот удивленно раскрылся. — Да, и чем же ты полезный? — Человечишко просить — Коко сделать. — Даже так? Ну, тогда… — я задумался, чего бы такого попугаю задать. Пахло от меня мягко говоря далеко не цветочками, да и одежда не первой свежести, — Где бы мне помыться? Кушать хотелось безумно, но искупнуться еще больше. Не помню, когда я вообще в последний раз принимал водные процедуры. Хоть амулет на шее и защищал от моего естественного запаха, мне кажется даже он не в силах был скрыть эту вонь, разившую от меня. Вместо ответа попугай подлетел к двери, от которой слева к стене был прикреплен колокольчик и клювом дернул за него. Раздалась мелодичная трель. А через несколько секунд дверь отворилась, являя слугу. — Чего желаете, господин, — не поднимая головы, поинтересовался молодой омега. От неожиданности я даже растерялся, не зная, что ответить. Господин? Какой еще господин, разве я не пленник в этом замке? — Человечишко хотеть купаться, — прочирикал попугай, важно топая своими лапками по мраморному полу. — Тэхён. Меня зовут Тэхён, — не выдержал я. Нет, ну что за выраженьице. — Человечишко Тэхён хотеть купаться — послушно повторила птица. Я закатил глаза. Нет, ну это невыносимо. Слуга вежливо кивнул, предлагая: — Прошу вас, пройдемте. Я помогу вам принять ванну. — Помочь? Н-не надо мне помогать, — тут же напрягся я, — Я сам справлюсь. Вы мне только покажите где что, а дальше я сам. И зачем я вообще решил проверить этого Коко, теперь придется задержаться в этом замке еще на час. Вежливый кивок, и меня повели к неприметной двери в углу комнаты, которая вела в уютную ванную комнату. Вид огромной роскошной мраморной чаши привел меня в экстаз. Паренек тут же подошел к ней, наливая туда воду с таза, от которой шел пар. Помешав рукой, он приглашающим жестом подозвал меня к ванной. — Спасибо, — искренне поблагодарил я. Дождавшись, когда я останусь наедине, я разделся догола и ногой попробовал воду. Горячая, почти обжигающая, как я и люблю. Окунувшись полностью я едва не замычал от блаженства. Боже, какое наслаждение смыть с тела всю грязь и вновь почувствовать себя человеком. Из ванной я выбрался очень не скоро. Зато расслабленный, чистый и почти довольный. И тут же очнулся. Да что со мной такое, почему я не стремлюсь покинуть замок, будто что-то держит меня здесь. Никакого волнения, паники, мне здесь… комфортно? Перед глазами вновь замаячило лицо вожака, и я отбросил эти нелепые мысли. Я подошел к своей одежде, которую так и оставил на полу. И вот тут появилась проблема. То, во что я был одет, для носки стало непригодным. Да и надевать липкое, неприятно пахнущее на себя не горел желанием. Но и голым ходить не вариант. Обернувшись услужливо оставленным слугой полотенцем вокруг пояса, я вернулся в покои и принялся рыскать в шкафу. И к моему удивлению там нашлось несколько костюмов подходящего мне размера. Хм, очень уж это подозрительно. Надел на себя изумрудно-зеленого цвета брюки и простого кроя белую рубашку, с глубоким вырезом спереди, открывающим ключицу. К сожалению тут все рубашки были такого типа, но вполне удобно. Теперь поесть бы не помешало. Словно услышав мои мысли попугай вновь подал голос: — Человечишко Тэхён хотеть кушать. Человечишко может кушать с хозяином. А сказав, взмахнул своими крыльями в сторону колокольчика у двери. Покушать? С хозяином? Это с альфой, что ли? — Не надо, — в ужасе выкрикнул я, делая выпад в сторону двери, — Я сам. Человечишко сам кушать. — Хозяин велеть смотреть за человечишко. Хозяин оберегать. Ничего не понимаю. Что за странности тут творятся? Не дожидаясь, пока Коко меня сдаст своему хозяину, я поспешил прочь. Подбежав к двери, схватился за ручку, и с удивлением понял, что опускаю вниз ее не я. — Добрый день, Тэхён. Альфа Чонгук уже ждет вас в трапезной зале. Прошу, следуйте за мной. Трапезничать? С этим вожаком? Да ни за что. Да я лучше с голоду помру. И словно в ответ на мои слова живот разразился возмущенным воплем. — Благодарю, но я предпочитаю есть в одиночестве. — Боюсь, это не просьба, ваша милость. И хоть мужчина произнес все это мягким тоном, весь вид его говорил, что он не уйдет, не выполнив приказ своего вожака. А мне жуть как не хотелось его выполнять. — Ладно, хорошо, — я опустил голову, принимая поражение, — Могу я тогда подойти немного позже? — Конечно, — мне утвердительно кивнули и… остались стоять на месте, сложив руки перед собой. — Кхм, я сейчас не совсем голоден. Могли бы вы зайти за мной через пятнадцать минут? Мужчина на мгновение засомневался, видимо борясь с какими-то своими предрассудками. Наконец, вежливо выдавил: — Конечно, ваша милость. А затем вновь кивнул и скрылся за дверьми. Я тут же кинулся к ним, прислушиваясь. Шаги удалялись, и вскоре их совсем не было слышно. Ваша милость. Да какая к черту милость. Обедать он меня зовет, да черта с два, я с ним за один стол сяду. Да еще и приказы отдает. Ну уж нет, не дождетесь. Высунув голову за дверь, убедился, что в коридоре пусто, и юркнул в проем. На удивление, вместо сырости и мрака, отдавало теплом и… уютом. Странно, я почему-то ждал шкуры животных, вместо картин и гобеленов, но нет. Даже у нас в деревне все ходили в овечьих накидках. В наших краях редко когда бывало тепло, в основном сплошные зимы. Я достаточно долго шел по коридору, пока он меня не вывел в центральную часть. И если поначалу не было не единой души, то теперь понятно почему — все скопились здесь. Слуги суетливо протирали окна, драили полы и гобелены, очищали картины. На меня никто не обращал внимания, что очень радовало. И дабы не привлекать его, я юркнул в соседний проем, откуда очень вкусно пахло. Настолько вкусно, что просто невозможно было пройти мимо. Так я и оказался в небольшой нише, откуда открывался вид на кухню. От множества ароматов у меня закружилась голова. Оказывается я голоден, и очень. Эх, перекусить бы сейчас. Вон того окорочка в соусе. Рот мгновенно наполнился слюной. Но вылезать из своего укрытия не хотелось. Мало ли, слуги еще решат, что на обед сегодня подавать нужно будет меня. — Ку-ку, — послышалось позади, и я едва не вскрикнул от ужаса. На меня, полными детского любопытства глазами, уставился Юнсон. Я замер, не зная чего ждать. Наверняка сейчас сдаст меня. Точно сдаст. Но мальчишка был слишком охвачен азартом. — А ты чего тут? — шепотом спросил он у меня. — Гуляю, — в тон ответил я. — А-а, — он с важностью кивнул, а затем схватил меня за руку и возбужденно зашептал, — А пошли с нами поиграешь. Я с грустью взглянул на только что вышедшую из печи пышную булочку. Ах, как же вкусно пахнет. Может и зря я отказался от обеда, хотя бы живот сейчас не ныл от голода. Но я тут же отбросил эти дурные мысли. Я не позволю голоду контролировать мой разум. Покорно кивнув, я тяжело вздохнул: — Ну, пошли. Все равно выбора не было. Этот мальчик мог меня выдать, если я откажусь. А мне очень не хотелось быть в центре внимания. К тому же, нужно было разведать обстановку. Знание — сила, не раз повторял мне отец. — Ща, подожди, я только возьму перекусить. И Юнсон ловко проскочил на кухню. За счет своего невысокого роста, он остался незамеченным, и потому три булочки уже оказались в его маленьких ручонках. — Держи, — он протянул мне одну из них, вторую спрятал в карман, а третью с аппетитом укусил. От благодарности у меня едва слезы не навернулись на глаза. Нет, определено этот мальчишка мне нравится. А еще он мне очень напоминал Хосока… Юнсон повел меня совсем другим путем, через небольшой тоннель, а через пару минут мы оказались на освещенной солнцем задней части замка, где раскинулся огромный сад. Оттуда к нам и шел Чимин, недовольно пыхтя. — Эй, так не честно, — тут же накинулся он на младшего, — В замке прятаться нельзя. Мелкому было все равно, он довольно улыбался. Затем, словно вспомнив что-то, достал из кармана булочку и протянул брату: — На, ешь. — Сам ешь свои булки, — недовольно выпалил он. — Я привел к нам нового игрока, — с самым невозмутимым видом продолжил Юнсон. И только сейчас Чимин окинул меня любопытным взглядом. — Мы играем в прятки, — пояснил он. Я коротко кивнул. От нахлынувших воспоминаний желудок сжался в тугой комок. Я и не думал, что тут тоже любят такие игры. — Вы играете только вдвоем? — уточнил я. У нас в деревне всегда собиралось с десяток детей. — Угу. Все заняты подготовкой к приему, который состоится через семь дней, — Юнсона это явно не радовало, — Эта суета так раздражает, что уж лучше находиться в саду. — А как по мне, так это весело, — омега мечтательно закатил глаза, — Торты, танцы, музыка… — А что за прием? — заинтересовался я. — Прием в честь дня рождения нашего брата, — с готовностью стал мне рассказывать Чимин, и вдруг скривился, — Правда туда снова заявится этот лорд Джин. Он вечно пытается скрепить с Чонгуком союз. Ходит слушок, что и до свадьбы недалеко. — Вот только нашему брату все равно, — поддержал Юнсон и вдруг весело хихикнул, глядя на старшего, — Вот рожа будет у Джина, когда он узнает, что Чонгук теперь связан с другим. Старший прыснул от смеха, но тут же взял себя в руки: — Так, новое правило. Прятаться можно только в саду! И в замок… — он пристально глянул на брата, — Ни ногой. Иначе штраф. А за нарушение правил, Юнсон сейчас водит. — Что, не-ет, — тут же захныкал он, но Чимин уже утащил меня за руку в гущу кустов. Любопытство как никогда распирало меня. Но братья закончили разговор на самом интересном. — Что значит: связан с другим? — не выдержал я, едва поспевая за омегой. Эта мысль почему-то не давала мне покоя. Мы старательно проползали через аккуратно постриженные цветы, стараясь не шуметь. Слуги вокруг не обращали на нас внимания, занятые прополкой клумб и рассадкой цветов. — Ну как же, — рассеянно ответил мне он, оглядываясь по сторонам в поисках укрытия, — Когда волк находит свою истинную пару, он навсегда связывает с ней свою жизнь. — А Чонгук её нашел? Чимин резко остановился, кидая на меня странный взгляд. Юнсон считал довольно громко, но хитрец пропускал несколько чисел, и потому убежать далеко мы не успели: — Кто не спрятался, я не виноват, — выкрикнул маленький альфа и побежал в точности к нашему укрытию. Чимин тихонько взвизгнул и быстренько убежал в противоположную сторону. А я так и остался лежать без ответа один на твердой земле. Так значит у вожака появилась какая-то истинная пара. Интересно, кто он такой? Наверняка красавчик, чистокровный оборотень из высших слоев. Такие, как Чонгук, всегда подыскивают себе подобных. Да и что вообще значит эта истинная пара? Я не понимал, почему это меня так волнует. Мне должно быть все равно, кого по ночам целует вожак. И я принялся с большим усердием подглядывать сквозь просвет кустов за Юнсоном. Мальчик остановился, прислушиваясь, но приглядевшись получше я понял, что он принюхивается. Эй, так не честно. Как хорошо, что у меня есть амулет. Как только альфа побежал вслед за братом, я тут же выскочил из своего укрытия, и ринулся в дальний конец сада. Миновал аллею низких кустарников, обсыпанных мелкими сиреневыми цветами, надеясь, что мои передвижения останутся незамеченными. Сад странным образом опустел. Нигде не было видно ни слуг, ни других членов стаи. Я не двигался, прислушиваясь к малейшим шорохам, но только где-то вдали слышался звонкий голос Юнсона и недовольный Чимина. Выдохнув, я моментально расслабился. Тут меня точно не найдут. Выйдя из-за дерева я направился к пруду и присел на одну из скамеек. Одну из тех, которая не была скрыта в тени деревьев. Убедившись, что поблизости никого нет, я выставил лицо солнечным лучам, наслаждаясь теплом. В голову вновь полезли глупые мысли. Хм, интересно, что же это за пара такая у Чонгука? Давно ли он её нашел? И как понял, что это именно тот самый? По запаху? Я хихикнул, сжимая амулет в ладони. А этот лорд Джин. Интересно было бы увидеть того, кто так гонится за покровительством альфы. Хотя не удивительно, ведь он такой красавчик. — Что ты здесь делаешь? — низким, ровным тоном прозвучало позади, прямо над самым ухом. Я тут же вскочил на ноги, оборачиваясь. Снова альфа. Он что, преследует меня? Не говоря ни слова, молча следил за каждым движением волка, внутренне готовясь к нападению. Но он и не думал нападать. Напротив, мужчина был полон спокойствия, и я позволил себе немного расслабиться. — Я… я просто… — Прятался, — подсказал Чонгук. Стыдно так. Ужасно стыдно. Я во все глаза разглядывал его — темная рубашка только подчеркивала янтарные немигающие глаза, на лице играла чуть насмешливая полуулыбка, руки сложены на груди, и, казалось бы, в позе нет ничего угрожающего, но меня посетило странное ощущение, что хищник просто ждет повода. И повод нашелся. — В нашем мире приказы волков исполняются неуклонно и сиюминутно. Поэтому я спрашиваю еще раз, что ты делаешь именно здесь? — последнее слово он выделил особо тщательно. Прочитав на моем лице знак вопроса, вожак вкрадчивым голосом пояснил: — Кажется, я велел тебе отобедать со мной. Ах вот оно что. Значит по мою душу явился. — Велели? Так что же, я пленник в вашем замке? Скривившись, альфа обошел скамейку, оставляя позади единственную преграду между нами, и я всеми усилиями остался стоять на месте, хотя всё внутри орало: «беги». — В моем замке ты даже не гость, ты нечто большее, — его руки были за спиной, но корпусом он наклонился ко мне, глядя прямо в глаза, — Но если для того, чтобы пообедать со мной тебе нужен статус пленника, то значит так тому и быть. От возмущения я даже позабыл о своем страхе. Да что себе позволяет этот волк. Не понимая, что делаю, я сделал шаг навстречу, оставляя буквально сантиметр между нами, и, сжав кулаки, процедил ему прямо в лицо: — Я не буду с вами обедать! — Будешь, — твердый ответ. Вот же упрямый волчара. — Вы сказали, что я вроде как гость? — вкрадчиво уточняю. Чонгук утвердительно кивнул, слегка отстраняясь в ожидании моих слов. И только сейчас я понял, что наши лица едва ли не соприкасались. Вспыхнув, я отошел на шаг назад, гордо вскинув голову. — Значит, как гость, я имею право выбора. А значит, могу уйти в любой момент, верно? Поняв, что я от него хочу, он коварно усмехнулся, и вновь сократил расстояние между нами. Мы были слишком близко друг от друга, слишком… интимно. Мое личное пространство с этим волком улетело в тартарары. — Да, но я сказал, что ты больше, чем просто гость. Я непонимающе уставился в глаза напротив, в глубине которых плескались лукавые бесы. Замер, когда оборотень шумно вдохнул аромат моих волос, и почти физически почувствовал его расстройство. Амулет работал как положено. Вот только у вожака амулета не было. Его запах манил ароматом бергамота и дубового мха. От него пахло лесом и чем-то поистине мужским, от чего появилось желание лизнуть его шею и попробовать её на вкус. Чонгук не остановился, скользнул губами по виску и прошептал: — Знаешь, что отличает избранную пару оборотня от его пассий? — Н-не знаю, и знать не хочу! — не выдержав такой близости, я все же отстранился. Жучки в животе плясали танго, выполняли невообразимые пируэты и отбивали чечетку. — Мы друг друга поняли? Нет… Нет! Я ничего не понял совершенно. Я ощущал его прикосновения, дыхание и самое страшное — явный интерес ко мне как к… омеге. От осознания этого по спине прошелся холодок нарастающего ужаса. Или это не ужас? Я был совершенно сбит с толку. — Чего ты испугался, Тэхён? Чего? Он серьезно спрашивает или это такая изощренная попытка поиздеваться? Чонгук чуть сощурил глаза, затем медленно сделал два шага, настигнув пытающегося по-тихому исчезнуть меня. — Я тебе противен? Диалог зашел в тупик! Совершенно точно и определенно. Я стоял, оцепенев от абсурдности происходящего, и судорожно пытался понять, что движет этим оборотнем и какого черта вообще происходит? — Тэхён, — ладонь волка скользнула по моей щеке, пальцы коснулись волос, — Меня напрягает твое молчание. Меня напрягает твое поведение! Жутко напрягает! Не говоря уже о том, как сильно пугает. — Вы меня отпустите? Взгляд напротив вдруг потемнел, а улыбка стала хищной. Альфа подошел ко мне еще ближе, и наклонился к моему лицу: — О нет, мальчик. Теперь я тебя точно никуда не отпущу. Мое сердце забилось как сумасшедшее, ноги затряслись от страха, а в горле моментально пересохло. Не в силах выстоять эту близость, я резко развернулся и сорвался на бег. Непонятно куда, лишь бы подальше от оборотня. Я бежал так быстро, что в глазах забегали светящиеся точки, а в боку нестерпимо закололо. Но меньше всего я был расположен останавливаться. Бежать! Прочь из этого оказавшегося таким огромным парка, прочь из замка, от извращенца-оборотня. Я подумал, что он ринется за мной, но когда дыхание сбилось, и бежать больше не было сил, я остановился и испуганно обернулся. Позади никого не было. Пустой, безлюдный сад. И я понял, что влип. Ловушки расставлены, капкан захлопнулся. Теперь я во власти альфы.