Как Блэки про Поттера читали

— Давайте продолжим! — крикнула Вальбурга. — Спускайтесь!       Все, как по команде, прошествовали в гостиную и заняли свои места. Орион и Сигнус старались не пересекаться взглядами. — Кто будет читать? — спросил Альфард. — 13 глава между прочим. — Если 13, то у нас только один человек не читал, — математически посчитал Орион. — Кто? — Ну же признавайтесь! — вскрикнул Рабастан. — Ой, давайте! — Вальбурга закатила глаза и сердито протянула руку за книгой. — Глава 13. НИКОЛАС ФЛАМЕЛЬ — Пожалуйста, пусть это означает, что они догадаются! — сложив руки в молебном жесте, прошептал Орион. — Вряд ли, ума немного. Скорее всего на уроке кто-нибудь скажет, — пожала плечами Вальбурга. Дамблдор убедил Гарри не искать больше зеркало Еиналеж. И на следующий день после разговора с профессором Гарри убрал мантию-невидимку в чемодан. — Ой, ну и слава Богу, — вздохнула Меда. — Как? С нею же можно воровать еду, забираться в гостиные к другим факультетам и в кабинеты учителей, — мечтательно протянул Сириус. — Сириус, и ты всем этим занимаешься? — спросила Элла. — Какой ужас! Как вы своего сына воспитываете! — Молчи уж, — прикрикнула Вэл. — Инкубатор предателей. Ему начали сниться кошмары. Каждую ночь ему снилось, как его родители исчезают во вспышке зеленого света под пронзительный холодный смех. — Ужас, — сморщилась Нарцисса. — Да, даже мне от того стало плохо, — протянул Руди. — Жуть какая. — Ему необходим психолог, — авторитетно заявил Альфард. Гермиона, которая вернулась с каникул за день до начала семестра и которой Гарри и Рон рассказали абсолютно все — ведь они были друзьями, — смотрела на вещи по-другому. — Надеюсь адекватно, — произнёс Люциус. — А то эта тройка не доживёт до конца школы. — Сомнительная идея рассказывать друзьям всё, — сказал Рег. — А то вдруг они потом перестанут быть друзьями. — Да, я поэтому никогда и никому ничего не рассказываю, — поведала Белла. — Вокруг всегда могут быть враги. — Белла, ты случайно у Грозного Глаза не училась? — поинтересовался Альфард. Она разрывалась между Ужасом, в который ее приводила одна только мысль о том, что Гарри три ночи подряд бродил по школе («Подумать только, что было бы, если бы тебя поймал Филч!» — постоянно восклицала она), и разочарованием по поводу того, что Гарри не удалось узнать, кто такой Николас Фламель. — Да, Гермиона, но что ты хочешь? — спросила Нарцисса. — Они же мальчишки. До 20 лет не жди от них ничего хорошего. — Подтверждаю, — воскликнула Меда. — У нас на курсе тоже мальчики до 7 курса были имбицилами. — Эй! — воскликнул Рабастан. — Вот щас обидно было! Конечно, можно было бы ходить в библиотеку после занятий, но Гермиона все свободное время посвящала домашним заданиям и внеклассному чтению, а у Гарри свободного времени вообще почти не было, потому что возобновились тренировки по квиддичу. — А Рон? — напомнил Сигнус. — А Рон Уизли, он ничего не умеет, — ответил Люциус. Вуд заставлял своих подопечных тренироваться на пределе возможностей. Он увеличивал продолжительность тренировок и их частоту, и даже бесконечные дожди, пришедшие на смену снегу, не могли остудить его пыл. — Молодец! — оценила Вэл. — Ой, такое я осуждаю, — протянул Альф. — Зато будут результаты, — возразила Вальбурга. — Ага, вместе со сломанными психикой и здоровьем, — подметил Альфард. — Да плевать на здоровье. Зелье выпьешь — выздоровеешь, — парировала Вэл. — Главное — победа. Близнецы Уизли жаловались, что Вуд стал настоящим фанатиком, но Гарри был на стороне своего капитана. Он знал, что если они выиграют следующий матч — против сборной Пуффендуя, — то по очкам обойдут Слизерин. И это впервые за семь последних лет. — Ничего у вас не получится, — злобно проговорил Люциус. — Слизерин на вершине своего могущества. — Видишь, как просто — стоило тебе выпуститься, и Слизерин пошёл в гору. Но не переживай, твой сын снова опустить змеиный факультет на дно, — поддел Сириус. — Вот в Гарри есть характер победителя, — заявила Вальбурга. — А Уизли лентяи, которые хотят получить победу, ничего не делает. — Да хватит вам дурачиться! — внезапно заорал Вуд — Вот из-за такой ерунды мы вполне можем проиграть матч! Чтобы вы знали, судить игру будет Снегг, а уж он использует любой повод для того, чтобы записать на наш счет штрафные очки! — ЧЕГО??? — заорал Сириус. — ЭТОТ ГРЯЗНЫЙ СЛИЗНЯК! — Сириус, замолчи! — воскликнул Орион. — Ты невыносим. — Никто не смеет обзывать моего Снегга! — заорал Альфард. — НЕ ОРИ! — заревела Вальбурга. — Значит так, семья, — обратился к публике Аль. — Снегга не смейте трогать. Он идеальный персонаж: харизматичный и никем не превзойдённый. И если он и будет судить, то это хорошо. — Ага, он сделает всё, чтобы Слизерин выиграл, — заметил Сигнус. — Тебе нельзя играть, — с ходу заявила Гермиона — Скажи, что ты заболел, — предложил Рон. — Сделай вид, что сломал ногу, — уточнила Гермиона. — Или сломай ее на самом деле, — добавил Рон. — Я не могу, — признался Гарри. — У нас нет запасного ловца. Если я не выйду на поле, то и вся команда не выйдет. — Ой, да что этот Снегг может сделать? — фыркнула Белла. — Хороший совет в мире волшебников, — съязвил Регулус. — Уж лучше изобразить драконью оспу. — Лучше блевать три дня без передыху, — заметил Рабастан. — У мня кстати есть проверенное средство: бутылка Огневиски. — Слабак, — бросил Сириус. — С одной бутылки блюёшь. В этот момент в комнату ввалился Невилл — ввалился в самом прямом смысле слова. Непонятно было, как ему удалось пробраться сквозь дыру за портретом Толстой Леди, потому что его ноги прилипли одна к другой, словно на Невилла наложили специальное заклинание. Должно быть, ему пришлось прыгать всю дорогу до башни Гриффиндора. — Видать не такой уж он и неуклюжий, раз допрыгал, — заметил Сигнус. — Идиот, — фыркнул Раб. — Старые добрые забавы, — хищно улыбнулась Белла. Все дружно расхохотались, кроме Гермионы, которая подскочила к Невиллу и произнесла формулу, снимающую заклятье. Ноги Невилла разъехались в разные стороны. — Что случилось? — спросила Гермиона, подводя его к Гарри и Рону. — Аххах, как смешно, — фыркнула Элла. — Называются ещё друзьями. — Ну, на самом же деле смешно, — примирительно сказал Сигнус и добавил: — Для 11 лет. — Почему грязнокровка разбирается в заклятиях лучше, чем два чистокровных магов? — негодовала Вальбурга. — Позор! — Малфой, — ответил Невилл дрожащим голосом. - Я встретил его в коридоре у библиотеки. Он сказал, что ищет кого-нибудь, на ком можно попрактиковаться. — Здесь Долгопупс сам виноват, — ответила Нарцисса. — Не успел убежать. — Да, — поддержал её Люциус. — Его даже предупредили. — Ну да, оправдываете свою педагогическую оплошность, — скривилась Анди. — Ваш сын… тот ещё кадр! — Мы посмотрим на твоих детей, — сморщилась Беллатриса. — Надеюсь их не будет, — вздохнул Сигнус. — Немедленно иди к профессору МакГонагалл! — подтолкнула его Гермиона. — И расскажи все, как было! Невилл покачал головой. — Хватит с меня неприятностей, — пробормотал он. — Но ты должен это сделать, Невилл! — возмутился Рон. — Он вечно пытается втоптать всех в грязь, а ты сам в нее ложишься и облегчаешь ему работу! — Зачем ябедничать? — спросил Рабастан. — Стукачей особенно не любят. — Поверь моему опыту старосты, — сказал Сигнус. — Всегда лучше рассказать, потом ещё хуже будет. — Нет, так задиры отстанут, а если их сдать, то в покое не оставят, — заметил Орион. — Не надо объяснять мне, что я недостаточно смел для того, чтобы быть членом Гриффиндора — Невилл всхлипнул. — Малфой мне уже это доказал. — Бедняжка, — протянула Меда. — Ну хотя бы он не строит иллюзий насчёт себя, — протянул Рудольф. — Невилл, не правда, — заявил Сириус. — Ты ещё себя покажешь. Не все гриффиндорцы смелые на первый взгляд, у некоторых смелость раскрывается в других вещах. — Ага, как же, — фыркнул Рег. — Слушай, кто из нас гриффиндорец? Ты или я? — вскипел Сириус. — Мне лучше знать! — О, ну в знании Гриффиндора тебе нет равных, — фыркнул Рег. — Во всяком случае из присутствующих, — поддакнула Тонкс. —Ты стоишь десяти Малфоев, — произнес Гарри — И ты достоин того, чтобы быть в Гриффиндоре, — ведь Волшебная шляпа сама отобрала тебя на наш факультет. Ну а где оказался этот Малфой? В вонючей дыре под названием Слизерин — вот где. — БРАВО!!! — Сириус зааплодировал. — Гарри, я подписываюсь под каждым словом. — Этот Поттер меня раздражает, — скривился Малфой. — Почему повествование именно от Поттера? — спросила Друэлла. — Неужели не нашлось более симпатичного нам кандидата? — Поттер всё же лучше грязнокровки Грейнджер, — бросил Сигнус. — Ну вот, снова Дамблдор, — произнес он. — раз он был на моей самой первой-ка… Гарри вдруг задохнулся от волнения. Он смотрел на карточку, словно не в силах был отвести от нее глаз, а потом поднял их на Рона и Гермиону — Что там? Автограф Дамблдора? — выгнул бровь Рабастан. — Бери выше, дарственная надпись, — хихикнула Лестрейндж. — Я нашел его! — прошептал он. — Я нашел Фламеля! Я же говорил вам, что уже видел это имя, так вот, это было в поезде, когда я ехал сюда. Слушайте! «…Профессор Дамблдор прославился, помимо всего прочего, победой над темным волшебником Грин-де-Вальдом в 1945 году, открытием двенадцати способов применения крови дракона и работами по алхимии, проведенными совместно с его партнером Николасом Фламелем…» — прочитал Гарри. — О! Мерлин! Наконец-то! — Орион воздвиг руки в небо. — Мы дожили! — Во всяком случае он прочитал, — пожала плечами Вэл. — Как же он мог про своего любимого Дамблдора не прочитать, — фыркнул Аль. — Николас Фламель, — прошептала она таким тоном, словно была актрисой, исполняющей драматическую роль. — Николас Фламель — единственный известный создатель философского камня! — А, Гермиона, спасибо за информацию! — поблагодарил Орион. — Без тебя мы бы ещё пять глав читали про их поиск. — Надеюсь мы подходим к кульминации, — произнес Регулус. — Теперь они решат сами украсть камень? — предположил Альфард. Создатель чего? — переспросили они в один голос. — Ну, это уж слишком. Вы что, книг не читаете? Ладно, тогда прочитайте хоть этот кусок… — Согласен, Гермиона, они неучи, — кивнул Орион. — Даже не пытаются добыть знани. — Им 11 лет! — вскричала Меда. — Вы сами-то в 11 лет много времени занимались саморазвитием? — Да, я постоянно читал, — ответил Орион. — Ну у тебя всё никак у людей, — зевнул Альфард. — Камень, который все превращает в золото и гарантирует тебе бессмертие! — воскликнул Гарри. — Неудивительно, что Снегг хочет его украсть. Любой бы захотел иметь такой камень. — Проявляется меркантильная сторона Гарри, — заметил Сигнус. — А кто бы отказался? Быть богатым и ничего не делать, — заметила Элла. — Только какие-нибудь помешанные на благородства аля Дамблдор, — прыснул ядом Люциус. На следующее утро, на уроке по защите от Темных искусств, записывая различные способы исцеления от укусов волка-оборотня, Гарри и Рон все еще обсуждали, что бы они сделали с философским камнем, попади он к ним в руки. — Я бы купил Хогвартс, — сказал Регулус. — Чтобы переделать там всё на свой лад. — Я бы купила Азкабан, — заявила Белла. — Чтобы управлять дементромичками. — Интересно, что хочет Гарри? — спросила Меда. — Поле для квиддича, — авторитетно заявил Сириус. И только когда Рон сказал, что купил бы себе команду высшей лиги по квиддичу, Гарри вспомнил про Снегга и предстоящий матч. — Значит Гарри захотел что-то другое, — сделал логический вывод Рег. — Ты не угадал: Ха-ха-ха, — издевательски заржал Регулус. — Очень смешно, — буркнул гриффиндорец. — Я обязательно буду играть, — твердо заявил он после урока, когда они с Роном и Гермионой вышли из курса. — Если я не появлюсь на поле, все подумают, что я испугался Снегга. Я им всем покажу… Я сотру с их лиц улыбки — если, конечно, мы выиграем — Правильно, — одобрила Вэл. — Ещё немного, и я Поттера зауважаю. — Если честно, я до сих пор не вижу проблем со Снеггом, — сказала Нарцисса. — Что он сделает Гарри при Дамблдоре? — Но он же пытался его убить! — воскликнул Сириус. — Не убил же, — равнодушно махнул рукой Альфард. — Разумеется, если, конечно, кому-нибудь не придется соскребать с поля то, что от тебя осталось, — пессимистично заметила очень переживавшая за Гарри Гермиона. — А мы каждую главу будем отправлять Гарри в могилу? — спросила Меда. — Что это? — Да, — ответил Орион. — Спорим, что он не умрет? Мысль о том, что они могут обогнать Слизерин в школьном чемпионате, грела всем душу, ведь за последние семь лет это никому не удавалось. Но шансы на то, что такой пристрастный судья, как Снегг, позволит им это сделать, были не слишком велики. — Так, все отстали от моего Снегга! — скомандовал Альфард. — Что он вам сделал? — Я тоже думаю, что они придираются, — сказала Лестрейндж. — Он им не нравится, вот и выделываются. — Да, — согласился Руди. — Там будет толпа народа и Мигера. Снегг, даже если очень сильно захочет, ничего не сможет сделать. Во всяком случае, уроки Снегга превратились в ежедневную пытку. Снегг придирался к Гарри по любому поводу и вел себя просто омерзительно. — Значит больше толку будет, — произнёс Орион. — Ага, может ума прибавиться, — согласился Люциус. — Вот только не надо: ума у Гарри уж точно побольше, чем у твоего сыночка, — парировал Меда. Может быть, он каким-то образом догадался, что они узнали о философском камне? Гарри не представлял, как такое могло произойти, но иногда у него появлялось очень неприятное ощущение, что Снегг может читать чужие мысли. — Окклюменция? — спросил Сигнус. — Легиллименция, дебил, — фыркнула Вэл. Орион тихонько потрогал жену за рукав: — Не выражайся. — Не могу, он меня вымораживает. — Ну, извини! Я перепутал! — взъелся Сигнус. Когда Рон и Гермиона проводили Гарри до раздевалки и ушли, пожелав ему удачи, Гарри не сомневался, что его друзья гадают, удастся ли им увидеть его живым после матча. — Пессимизм заразен, — сделала итог Меда. — Гарри заразил их своей меланхолией. — Ничего, я так понимаю им нужно привыкать к мыслям о смерти своего друга, — добавил Рег. — Да, что-то слишком часто Гарри сталкивается с опасностью, — согласилась Нарцисса. — Это не Гарри сталкивается с опасностью, — фыркнула Белл. — Это его паранойя слишком часто проявляется. Может ему с психологом встретиться? А то он в каждой главе думает, что умирает. Гарри не знал о том, что они тайком от него ежедневно практиковали Обезноживание — то самое заклятие, которое наложил на Невилла Малфой. Эта прекрасная идея пришла им в голову одновременно как раз в тот день, когда Гермиона расколдовала Невилла. Они были готовы наслать проклятие на Снегга в тот самый момент, когда им хоть на мгновение покажется, что тот хочет причинить вред Гарри. — Глупо, но весело, — оценил Раб. — Особенно накладывать заклятие обезноживания на человека, летящего на метле, — кивнул Рудольф. — А что сразу землетрясение не вызвать? — Ну, тупанули чутка, — ответил Альфард. — Там вся школа собралась! — высунувшись за дверь, прокричал Фред Уизли. — Даже… Будь я проклят, если это не сам Дамблдор пожаловал на игру! — Мерлин!!! — закричал Альф. — Сам ДАМБЛДОР!!! Вы можете себе это представить? — Нет!!! — саркастично ответил Орион. — Чтоб директор Хогвартса и тут в Хогвартсе? Такого никогда не было! — Сейчас Уизли за автографом помчится, — фыркнул Люциус. Наверное, именно потому Снегг выглядел таким раздосадованным, когда команды вышли на поле. Даже Рон заметил с трибуны, что Снегг вне себя. — Да вид Дамблдора любого из себя выведет, — заметила Лестрейндж. — У меня только от одного упоминания уже глаз дергается. — Видать там какие-то контры с диреком, — произнёс Раб. — Он же не даёт Снеггу должность учителя ЗоТИ, — вспомнил Рудольф. — И теперь Снегг из мести хочет украсть философский камень? — предположил Сигнус. — Какая тонкая месть! — А в чём здесь месть? Он же не у Дамби его тырит, а у Фламеля, — заметил Рег. — Вот, Регулус, — осуждающе сказал Рабастан. — Ты нам такую теорию заговора сломал. — Интересно, как долго Поттеру удастся удержаться на метле на этот раз? — громко спросил Малфой, зная, что Рон, Гермиона и Невилл прекрасно его слышат. — Кто-нибудь хочет поспорить? Может, ты, Уизли? Хотя да, спорить-то тебе не на что… — Хороший подкол, — оценил Раб. — Даже удивительно, что от Малфоя. — А что ты хочешь? Он всё же на четверть, но Блэк, — вставила Белл. — Должно же и в нём быть что-то адекватное. — Это от Блэков-то? — расхохотался Рабастан, но вовремя спохватился. — Ах да, простите, я забыл, где я нахожусь. — Ещё и оскорбляет, — просипела Друэлла. — Кажется, я понял, по какому критерию в Гриффиндор набирают сборную по квиддичу— громко заявил Малфой несколько минут спустя, когда Снегг снова наказал Гриффиндор штрафными очками, причем абсолютно без повода.—Жалость — вот чем они там руководствуются. Вот возьмем Поттера — он сирота. Возьмем близнецов Уизли — они абсолютно нищие. Так что странно, что они не взяли в команду тебя, Долгопупс, — ведь у тебя начисто отсутствуют мозги. — Малфой, ты-то у нас давно в гении записался? — спросил Сириус. — Ну, в гении может и нет, а вот в интеллектуалами Малфои считаются, — высокомерно ответил Люциус.       Ответом ему послужил несвойственный им единый хохот Сириуса и Рабастана. Рега удерживала печальная Цисси, а остальные (кроме Эллы и Цисси) не смогли сдержать улыбки. — Я стою десятка таких, как ты, понял? — пробормотал он, запинаясь. — Оу… — протянула Меда. — А вот это был неудачный ответ. — Во всяком случае он ответил, — заметил Сириус. — И то верно, — согласилась Меда. — Но надо было так: «Закрой свой рот, тупица!» — Или «Не дыши в мою сторону, скотина!» — подключился Рег. — Вообще-то скотина — это мое фирменное словечко, — обиделась Белла. — Если хотите его использовать, то только по истечению 70 лет со дня моей смерти. — Я предупреждаю тебя, Малфой, — прорычал он, на секунду отворачиваясь от поля. — Еще одно слово… — Рон! — вдруг воскликнула Гермиона. — Смотри на Гарри!.. — Мерлин, что там? — вскричал Аль. — Да неужели? Гарри, он что взлетел? — Свернул вправо? — предположила Вэл. — Помахал им рукой? — дополнил Орион. А там, в небе над полем, Снегг как раз разворачивал свою метлу, в последний момент заметив что-то золотое, просвистевшее мимо его головы, а в следующую секунду пролетевший мимо профессора Гарри вышел из пике, победно вскинув руку, в которой был зажат снитч. — И это всё? — Регулус был разочарован. — Прошлая игра была интереснее. — Да и хвала Мерлина, что закончилась, — проговорила Малфой. — А то в прошлый раз я чуть не заснула. — А где подробное описание матча? — требовательно спросила Вэл. — Где? Я хотела насладиться игрой, опасными моментами, почувствовать азарт… Трибуны взорвались криками и аплодисментами: они никогда не видели, чтобы снитч поймали в самом начале игры. Похоже было, что Гарри Поттер установил рекорд. — Самое главное, что Гриффиндор победил! — обрадовался Сириус. — Чему ты радуешься? — спросил Рег. — Они нечестно выиграли. — Это почему ещё? — Твой Поттер не имеет права играть, он первокурсник, — заметил Регулус. — Ты просто завидуешь нашим с Гарри успехам, — махнул рукой Сириус. — Нашим? — не поняла Тонкс. — А ты здесь причём? — Я его крёстный, — исчерпывающе ответил Сириус. — Великолепная игра, — негромко, чтобы его мог слышать только Гарри, произнес Дамблдор. — Рад, что ты не переживаешь из-за этого зеркала… Что ты продолжаешь жить и радоваться жизни… Прекрасно… — Поэтому я сейчас тебе о нём напомню, — похлопал в ладоши Орион. — Дамбик, уйди, — взмолилась Вэл. — Не до тебя сейчас. Кажется, он никогда в жизни не чувствовал себя таким счастливым. Сегодня он сделал то, чем мог гордиться, и никто больше не мог сказать, что Гарри Поттер — это всего лишь известное имя. — Всё-таки Гарри не помешает психолог, — авторитетно заявила Элла. — А отчего не астролог? — не могла не спросить Вальбурга. — А оттого, что у него повышенная тревожность, — парировала Друэлла. — А не сатурн в третьем доме. Из замка быстро выскользнула темная фигура, лицо ее было закрыто капюшоном. Некто, кто очень не хотел, чтобы его видели, быстро шел в сторону Запретного леса. — Ну, пошёл старшекурсник на свидание? Что в этом такого? — закатил глаза Альфард. — В Запретный лес? — ужаснулась Нарцисса. — А что в этом такого? Я устраивал свидание в местах и похлеще, — заметил Аль. — Например? — с любопытством спросил Сириус. — Альф, если ты сейчас ответишь, я тебе язык с корнем вырву, — пообещала Вальбурга. Мысли о квиддиче и недавней победе вылетели у Гарри из головы. Он узнал эту хромающую походку. Это был Снегг, он тайком пробирался в лес, пока вся школа ужинала в Главном зале, — пробирался с какой-то целью… — Ну, конечно, кто бы это мог быть! — фыркнула Меда. — Я уже от него устала. — Ну, пошёл человек и пошёл, что вы к нему прицепились? Может он грибы собирать любить? — примерил роль адвоката Альфард. — А может он там с девушкой? — предположил Раб. — Со студенткой! — Или он там торгует наркотой? — ужаснулся Рег. — А если он убивает непослушных учеников, а в лесу разделывает на ингридиенты? — Меда прижала ладонь ко рту. — Вы что тут все с ума посходили? — не поняла Элла. Гарри одним прыжком оказался на метле и поднялся в небо. Бесшумно скользя над замком, он заметил, как Снегг переходит у опушки леса на бег и исчезает среди деревьев. И Гарри устремился вслед за ним. — БРАВО! — закричал Орион. — Самое лучшее безумное решение принимает Гарри Поттер! — Какой же Гарри дебил, — Регулус закатил глаза. — Всё правильно, Гарри, — одобрил Сириус. — Не обращай внимание на этих зануд. — Нормально? — спросила Нарцисса. — Он в Запретном лесу! — И что он же на метле, — пожал плечами Сириус. — …Н-н-не знаю, п-почему вы ре-ре-решили в-встретиться именно здесь, С-С-Северус? — Он Северус? — спросил Аль. — У моего любимого Снегга такое имя? Как мне дальше с этим жить? — То есть из всего тебе это впечатлило больше всего? — поинтересовалась Вальбурга. — Ну, да. — Вы уже узнали, как пройти мимо этого трехголового зверя, выращенного Хагридом? — Н-н-но, С-С-Северус…ъ — Вам не нужен такой враг, как я, Квиррелл, — угрожающе произнес Снегг, делая шаг к заикающемуся профессору. — Значит, всё-таки Снегг — злодей, — сказал Рабастан. — Жалко. — Почему? — не поняла Белл. — Тебя заразил дядя Аль? — Нет, мне хочется увидеть его в следующих книгах. — Нафига? — Мне нравится смотреть, как Сириус с него бесится, — хихикнул Рабастан. — Резонно, — ответила Лестрейндж. Внезапно поблизости громко заухала сова, и Гарри от неожиданности чуть не упал с ветки. Он изо всех сил пытался удержаться на ней и явно пропустил часть разговора, потому что когда Гарри снова обрел равновесие, Снегг уже заканчивал свой, судя по всему, продолжительный монолог. — Хотя бы не попался, — буркнул Орион. — Снегг бы его убил, — весело сказал Раб. — …насчет ваших фокусов. Я жду. — Н-но я н-не… — запротестовал Квиррелл. — Очень хорошо, — оборвал его Снегг. — В ближайшее время мы снова встретимся — когда вы все обдумаете и наконец решите, на чьей вы стороне. — Каких фокусов? — не понял Сигнус. — Кто бы знал, — ответил Люциус. — Надеюсь Квирелл останется на стороне Дамби, — произнёс Руди. — Нам он даром не нужен. — Победа! Ты выиграл, мы выиграли! — завопил Рон, хлопая Гарри по спине. — Все наши сейчас в башне, ждут тебя, чтобы начать праздник. Фред и Джордж пробрались на кухню и утащили несколько тортов и кучу всякой еды. — Ещё и радуются, — недовольно буркнула Вэл. — И вообще мне не нравится тенденция, что у Гарри всё получается, и он всё выигрывает. — Ну, это пока, новичкам везёт, — подбодрил супругу Орион. — Сомневаюсь, — мрачно ответила Вальбурга. — Меня вообще бесит, что гриффиндорцы здесь выставляются хорошими. Он завел их в одну из комнат и, убедившись, что там нет Пивза, плотно закрыл дверь и начал свой рассказ. — Теперь они устроят охоту на Снегга, — предрёк Сигнус. — И, конечно, сами заклятиями базового уровня сложности, — продолжил Рудольфус. — Так что мы не ошиблись, решив, что речь идет о философском камне, — спустя какое-то время подытожил он. — А теперь Снегг пытается заставить Квиррелла помочь ему завладеть камнем. Он спрашивал Квиррелла, знает ли тот, как пройти мимо Пушка И еще он сказал Квирреллу что-то про его фокусы. Я думаю, что камень охраняет не только Пушок, но и самые разные заклинания. Возможно, Квиррелл наложил несколько своих заклятий против Темных сил, и Снеггу надо узнать, как развеять эти чары… — Слишком длинная логическая цепочка, я ничего не понял, — ответил Аль — Они обвиняют твоего Снегга, — коротко пересказала Андромеда. — Жесть, конечно, — оценил Рег. — Но меня радует рост динамики. Так я хотя бы точно знаю, что не усну. — То есть ты хочешь сказать, что камень будет в безопасности до тех пор, пока Квиррелл не сломается под напором Снегга? — встревоженно спросила Гермиона. — То бишь час, — хихикнула Белла. —Тогда максимум через неделю камень исчезнет, — мрачно заключил Рон. — А Рон явно думает о Квиррелле лучше, чем ты, — заметил Рудольфус.