Как Блэки про Поттера читали

— Ну, что? — многозначительно спросил Альфард. — Когда все уже прочитали свои главы, кто же тот, кто продолжит чтение? Это должна быть сильная и смелая личность! — Тогда это про Друэллу, — сказала Вэл. — И то верно, — согласился Альфард. — Миссис Блэк, эта глава принадлежит вам.       Элла с лицом побелевшем от ярости приняла книгу и прочитала: Глава 14. ДРАКОН ПО ИМЕНИ НОРБЕРТ — Это здесь к чему? — не понял Сигнус. — Нам только драконов для полного счастья не хватает, — всплеснула руками Андромеда. — Да ладно, — махнул рукой Рабастан. — Может Гарри плюшевого дракончика подарили! Однако, судя по всему, Квиррелл оказался храбрее, чем они думали. Шли недели, профессор становился все бледнее и тоньше, но было непохоже, чтобы он сломался. — Ого, — удивился Рег. — Неожиданно. — А что сейчас он тоже храбростью не блещет? — спросила Малфой. — Я не помню, мы с ним только 1 раз говорили, — ответил Регулус. — И то, когда я давал ему списать ЗоТИ. — Тогда понятно откуда у него такой педагогический талант, — язвительно сказал Орион. Друзья прониклись к Квирреллу глубоким уважением, и Гарри, сталкиваясь с профессором в коридорах, ободрительно улыбался ему, а Рон начал заступаться за Квиррелла, делая замечания тем, кто посмеивался над заиканием профессора. — Мне кажется Квирреллу настолько плевать на мнение первокурсников, он пади не понял вообще, что к нему отношение изменилось, — заметил Раб. Что касается Гермионы, то, в отличие от Гарри и Рона, она думала не только о философском камне. Она начала составлять расписание подготовки к экзаменам, заявив, что им всем необходимо повторить всю программу, и наложила заклинание на свои записи, пометив разными цветами темы для каждого из занятий. — Я тоже так делала! — расцвела Нарцисса. — Какая дичь, — плюнула Белла. — Только время своё тратить. — Мне кажется цветные надписи очень мешают сосредоточиться на уроках, — сказал Регулус. — А я думаю, что наоборот, — возразила Меда. — Поглядишь на красоту и сразу появляется желание работать. — Зануды, вы всерьёз обсуждаете, кто как учиться? — вознегодовал Раб. — Да, — спокойно ответил Регулус. Орион с гордостью и одобрением на него посмотрел. — Ещё вопросы? — Зачем повторять?! — Гермиона прямо-таки задохнулась от возмущения. — Ты что, с ума сошел? Ты понимаешь, что для того, чтобы перейти на второй курс, нам надо сдать экзамены? Это очень важно, нем нужно было начать повторять еще в прошлом месяце! И как я об этом забыла! — Мерлин! Кто-нибудь вообще заваливал экзамены? — спросил Рудольфус. — Если уж Альфард их сдал, то уж Поттер сдаст, — заявил Орион. — А Уизли? — спросила Нарцисса. — Насчёт Уизли не уверен, — ответил Орион. — Он что-то больно тупенький. Они буквально завалили учеников домашними заданиями, и потому пасхальные каникулы по сравнению с рождественскими оказались совсем невеселыми. — Это они ещё СОВ с ЖАБА не сдавали, — заметил Руди. — Не надо об этом, — взмолился Сириус. — Я не вынесу. Мне итак с СОВ весь год учителя мозг проедали. — А ЖАБА впереди, — злорадно напомнила Лестрейндж. — Молись, недоучка! — и захохотала в голос, а после прибавила: — Малявка. — Мы ещё посмотрим как ты СОВ сдал, — пообещала Андромеда. — Не надо, — сказал Сириус. — Там всё плохо. — Посмотрим, Сириус, как тебя в Гриффиндоре обучили, — угрожающе проговорила Вальбурга. Гарри, искавший белый бадьян в книге «Тысяча волшебных растений и грибов», оторвал глаза от страниц, только когда Рон неожиданно громко воскликнул: — Хагрид! Что ты здесь делаешь? — Хагрид, я уже успел забыть о его существовании, — сказал Сигнус. — А что он в библиотеке делает? — спросил Люциус. — За букварём пришёл, — ответил Орион. — Хочет научиться читать. Хагрид, похоже, пытался скрыться от них за полками, но понял, что его увидели, вышел оттуда и, шаркая, двинулся к ним. Он не стал подходить слишком близко, а руки держал за спиной, словно что-то прятал от Гарри и Рона. — Похоже с букварём ты не угадал, — заметила Цисси. — Почему? Ему просто стыдно, что он читать не умеет, — не отступал Орион. — Вот и прячет азбуку. — Я так., э-э… посмотреть зашел, — пробормотал Хагрид, отводя глаза. Гарри и Рон насторожились. — А вы-то тут чего? Неужто все Николаса Фламеля ищете? Вид у Хагрида тут же стал очень подозрительный. — А если он хочет охмурить Макгонагалл? — поинтересовался Альф. — И ищет книгу по пикапу? — Макгонагалл уже старуха. Там у них учительница астрономии самая симпатичная, — сказал Рабастан. — У кого что болит, тот о том и говорит, — махнула рукой Друэлла. — Кстати, мы кое о чем хотели тебя спросить, — сказал Гарри. — Скажи, кто и что, кроме Пушка, охраняет камень? — Да тихо вы! — снова прошипел Хагрид. — Не надо тут об этом. Вы ко мне попозже загляните… ну. чтобы… э-э… что-то рассказать, обещать не буду, но тут… ну… об этом вообще нельзя, школьникам такое знать не надо. А то кто-нибудь подумает, что вы от меня все узнали, да! А я-то здесь ни причем! — Он реально собирается им всё рассказать? — подумал Люциус. — Я здесь ни причём, вы не от меня всё узнали, поэтому приходите ко мне, и я вам всё расскажу, — передразнил Альфард. — Меня больше поражает его уровень ответственности, — сказал Орион. — Ведь он даже первокурсникам всё рассказывает. Я не удивлюсь, что он старшекурсникам огневиски разливает. — К сожалению, нет, — ответил Сириус. — Хоть что-то, — хмыкнула Вэл. — Пойду посмотрю, в какой секции он был, -произнес Рон. Он явно устал от занятий. — Да хочет он себе жену найти, что такого? — спросил Альфард. — Отстаньте от… Хагрида! — Как же меня бесят люди, которые лезут в чужие дела, — произнёс Сигнус. — Вот их как-то касается, что читает лесник? — Драконы! — прошептал он. — Хагрид искал что-то о драконах. Вот, смотри: «Разновидности драконов, обитающих в Великобритании и Северной Ирландии» и «Пособие по разведению драконов: от яйца до адского чудовища». — Я даже не хочу знать зачем этому дегенерату такие книги, — произнесла Вальбурга. — Надеюсь это не то, о чём я думаю, — сказала Друэлла. — Этот лесничий учился на Гриффиндоре, — заметил Люциус. — А от них можно ожидать что угодно. — Хагрид всегда хотел иметь дракона. Он сам мне сказал в тот день, когда мы с ним познакомились, — заметил Гарри. — Я понимаю, что мечты должны сбываться, — сказал Сигнус. — Но нужно знать меры. — Может он просто читает? — предположила Нарцисса. — Без задней мысли купить? — Читает пособие по разведению? — скептично спросила Беллатриса. — Не будь наивной. — Но это противозаконно, — удивился Рон. — Разведение драконов было запрещено Конвенцией магов тысяча семьсот девятого года, это всем известно. — Мне нет, — сказал Аль. — Мне тоже, — подтвердил Сигнус. — У Уизли просто денег нет на книжки для детей, вот они законы по несколько раз перечитали, — буркнул Малфой. Если мы будем разводить драконов, маглы узнают о нашем существовании! К тому же драконов все равно нельзя приручить, и они очень опасны. Ты бы видел ожоги, которые получил Чарли в Румынии, изучая диких драконов. — Напомните мне кто такой Чарли? — попросил Рудольфус. — Старший брат Рона, — ответил Рег. — По-моему ты единственный, кто запоминает все имена, — хмыкнул Рабастан. — Да, я помню, как мы после шестого курса с однокурсниками поехали в Румынию на драконах кататься, — сказал Альф. — Ага, тебе все верят, — иронично бросила Вальбурга. — Интересно, что задумал Хагрид? — с любопытством произнесла Гермиона. — Надеюсь, мы так и не узнаем, — произнесла Элла. Час спустя они подошли к хижине Хагрида и с удивлением отметили, что занавески на окнах задернуты. А Хагрид впустил их в хижину, только убедившись, что это именно они. И тут же закрыл за ними дверь. — Конспирацию им только предстоит узнать, — произнёс Орион. — Да можно подумать до Хагрида кому-то дело есть, — хмыкнула Вальбурга. — Зачем такие меры маскировки? — Ну, он как бы собирается дракона развести, — сказал Сигнус. — Это на минуточку преступление. Можно и в Азкабан попасть. — Дамблдор всё решит, — заверила Друэлла. — Ну так что… вы вроде спросить чего хотели? — первым начал разговор Хагрид. —Да, — согласился Гарри, решив, что не стоит ходить вокруг да около. — Мы хотели узнать, не расскажешь ли ты нам, что охраняет философский камень… кроме Пушка. — Если Хагрид им сейчас расскажет всё, то я просто пишу в Министерство, пускай проведут проверку кадрового состава, — клятвенно пообещал Люциус. — В Министерстве только твоего письма и ждут, — хихикнул Раб. — Не работают, не обедают, в отпуск не уходят, сидят и ждут, когда же им сам Люц напишет. — Не, не расскажу, — категорично произнес он. — Во-первых, я и сам не знаю. Ну, а во-вторых, вы и так уж много всего… э-э… разведали, ни к чему вам больше знать. Да я, если б знал даже, все равно б не сказал, да! — Да ладно! — воскликнул Регулус. — Удивительно! — А почему он им не рассказал? — с сарказмом поинтересовалась Вальбурга. — Они же друзья. А друзья друг другу всё рассказывают. — Неужели это проблески разума? — спросил Рудольфус. — Да нет, просто угроза Малфойчика подействовала, — хихикнул Рабастан. А вот как вы про Пушка разведали — убей не пойму. — Почему. Он. Такой. Тупой? — взревел Орион. — Я не понимаю. Действительно за дверью же никто не следит. Она же не открывается Алохоморой. Странно, что все старшекурсники не знают об этой псине. — Убить? — спросила Лестрейндж. — Убить всегда можно. Только попроси. — Перестань, Хагрид! Конечно, ты не хочешь нам рассказывать, но ведь ты знаешь, ты обо всем знаешь, что здесь происходит. — В голосе Гермионы была неприкрытая лесть, и борода Хагрида зашевелилась. Великан улыбался, пусть улыбка и была скрыта волосами. — Мы просто хотим знать, кто накладывал заклятия, которые должны помешать похитить камень. Нам так интересно, кому — кроме тебя, конечно — доверяет профессор Дамблдор. — 11-летние дети его по щелчку пальцев обманывают, — заметил Руди. — Жесть, конечно, — бросила Меда. — Его так легко развести? — На самом деле нет, — вступился Сириус, которому надоело слушать, как оскорбляют его друзей. — Как мы ни бились, он не рассказывает за что его исключили из Хогвартса. — За тупость, за безграмотность, за необучаемость, — перечислил Орион. — Ну… эта… думаю, не будет ничего, если я вам скажу — В голосе попавшегося на лесть Хагрида не было и оттенка сомнения. — Хагрид, ты серьёзно? — спросил Орион. — А ты не думаешь, что они могут туда залезть? — Нет, что ты, — махнула рукой Вальбурга. — Это они же для общей информации у него спрашивают. — Значит, так… Он у меня Пушка одолжил, это раз. А потом кое-кто из профессоров заклятия накладывал… Профессор Стебль, профессор Флитвик, профессор МакГонагалл, — произнося очередное имя, Хагрид загибал палец. — Профессор Квиррелл… и сам Дамблдор, конечно. А, вот еще чего забыл. Точно, про профессора Снегга. — Снегга? — воскликнула Цисси. — Как-то маловато защиты, — не оценил Регулус. — Каждый по пёсику дал, — произнёс Сириус. — Поэтому защиту супер. — Откуда у твоей Мигеры пёсик? — спросил Рег. — Ей бы больше подошёл кот-боюн. — Значит, будет кот-боюн и 6 пёсиков, — миролюбиво предложил гриффиндорец. — Снегг? — одновременно вырвалось у всех троих. — Вы чего, опять про это? Кончайте, ладно? — Хагрид отмахнулся от них. — Да как вы не поймете — Снегг… ну, помогает камень охранять, зачем ему его воровать-то? — Зачем воровать камень, который превращает всё в золото и даёт бессмертие? — саркастично спросил Рудольфус. — Не знаю, — в тон ему ответила Белла. — Да и вообще Снегг такой приятный человек. А главное ему же доверяет ДАМБЛДОР! Если Снегг принимал участие в охране камня, значит, он мог легко узнать, какие именно заклинания наложили другие профессора. Похоже, Снегг уже выведал все, что ему надо, кроме того, заклинание, которое наложил Квиррелл, и еще… — То есть Мигера, с которой они собачатся, тоже ему всё рассказала? — спросила Меда. — Я не верю. — Да и то, что Дамби ему всё рассказал, я тоже сомневаюсь, — поддакнул Регулус. — Что-то здесь не так, — пробормотала Нарцисса. — Может Снегг всем угрожает? — Ага, да Минервушка сразу ему втащит, если только он посмеет к ней подойти с наездами, — сказал Сириус. — Значит обманным путём добыл информацию, — заключила Малфой. — Либо их защита не стоит выеденного яйца, — сказал Рег. — Хагрид! Что это?! — воскликнул он. Ответ не требовался — он уже знал, что это. В самом центре пламени, прямо под висящим над огнем чайником, лежало огромное черное яйцо. — Нет, — Элла закрыла глаза. — Нет. Я не верю. Я отказываюсь верить. — Какой же он дебил, — воскликнул Сигнус и начал загибать пальцы. — Противозаконно — раз, опасно — два, нет места — три. — Нет, ну это жесть, — произнесла Белла. — А он их где собирается держать? — Где ты его взял, Хагрид? — поинтересовался Рон, встав перед камином на колени и внимательно рассматривая яйцо. — Ведь оно, должно быть, стоит целую кучу денег. — У кого, что болит, тот о том и говорит, — фыркнул Малфой. — А Уизли прав, дракончики реально дорогое удовольствие, — произнёс Альфард. — Я когда на нём ездил 5 штук галлеонов отдал. — Мерлин! — Вальбурга закатила глаза. — Угомонись, Аль. На что ты тратишь наши деньги? На драконов, на выпивку, на книги… — Ну, книги, допустим, вещь полезная, — хмыкнул Сигнус. — Да выиграл я его, — признался Хагрид. — Вчера вечером и выиграл. Пошел вниз, в деревню, посидел там… ну… выпил. А тут незнакомец какой-то, в карты ему сыграть охота. Хотя, если по правде, так он… э-э… даже рад был, что яйцо проиграл, — видать, сам не знал, куда его девать-то. — Хорошо, что он хотя бы в школе не пьёт и с учениками на раздевание не играет, — хмыкнула Анди. — А уходит для этой цели. — Я тоже хочу, по барам в карты играть, — проныл Альфард. — Почему эта книга заставляет меня завидовать какому-то Хагриду? — Хагрид, ты ведь живешь в деревянном доме, — трагическим голосом произнесла она. Но Хагрид ее не слушал. Он что-то напевал себе под нос, помешивая кочергой дрова в камине. — Я бы даже домом это строение не назвала, — бросила Друэлла. — Вигвам какой-то. — Как можно быть таким инфантильным? — спросил Орион. — Ему же не 15 лет. Он старше нас. Можно же научиться соображать? — Да трое первокурсников мыслят осознаннее, — поддакнул Сигнус. Теперь у Гарри и его друзей появилась новая забота — их беспокоила судьба Хагрида, если кто-нибудь узнает, что он незаконно укрывает у себя дракона. — Мерлин, не думайте вы о Хагриде! — воскликнул Раб. — Он же сам себе закапывает. Но это дурь! Вырастить дракона в какой-то норе, где кругом маленькие жёлторотики. — Хагриду грозит Азабан, — авторитетно заявил Рудольфус. — Что-то вы как-то слишком близко к сердцу приняли, — заметил Сириус. — В конце концов это всего лишь дракошка. — Всего лишь дракошка? — воскликнула Тонкс. — Это смертельно опасное существо, которое пол-Хогвартса к лешему отправит. Как-то за завтраком Букля принесла Гарри записку от Хагрида. В записке было всего два слова: «Он вылупляется». — Мерлин! — вскрикнула Элла. — Я надеюсь они его сдадут. — Или утопят, — поддакнул Раб. — Или зажарят, — продолжила Лестрейндж. — Остановитесь, живодёры! — прервала Меда. Рон предложил прогулять травологию и после завтрака тут же отправиться прямиком к Хагриду. Но Гермиона и слышать об этом не хотела. — Эх, трусиха, — махнул рукой Аль. — Почему сразу трусиха? — на свой счёт приняла Цисси. — Может ей просто человеческая порядочность не позволяет прогуливать. — Тогда зубрила, — фыркнул Альфард. — Надо уметь прогуливать. — Кому надо и для чего? — спросила Друэлла. — Для того, чтобы уметь перезагружаться, — ответил Альфард. — Если человек может послать свои дела, значит, он никогда не перетрудится. А вот Гермиона не сегодня-завтра поедет кукухой. — Нам нельзя пропускать занятия, у нас могут быть проблемы, а когда кто-нибудь узнает про Хагрида, вообще такое начнется… И если мы еще там рядом окажемся, тогда все… — Заткнитесь, — прошептал Гарри. — Нет, тут Гермиона права, не нужно привлекать к себе лишнее внимание, — согласился Орион. — А то пойдут ещё потом, как соучастники. — Да этого Хагрида вообще нужно изолировать от общества, — сказала Вальбурга. — Он опасен. — Он верная собачка Дамбика, — произнёс Сигнус. — И пока он будет бесконечно ему предан, он будет в Хогвартсе подле Дамби, чтобы его защищать. — Ага, и вербовать ему других сторонников, — кивнул Орион. Малфой, проходивший мимо в паре метров от них, вдруг застыл и прислушался. Теперь можно было только гадать, услышал он что-то или нет — и если да, то как много. Но выражение лица Малфоя Гарри очень не понравилось. — А лицо Малфоя никому не нравится, — не мог не съязвить Раб. — Вот вечно Малфой влезет куда его не просят, — заметила Белла. — Сначала папаша в Пожиратели, теперь сынок к Поттеру суется. — Он почти вылез! — прошептал Хагрид, заталкивая их внутрь. Яйцо, испещренное глубокими трещинами, лежало на столе. Внутри что-то двигалось, стуча по скорлупе. — Мерлин всемогущий, — прошептала Друэлла. — Да сейчас-то чего боятся? — вскинулась Вальбурга. — Он же ещё младенец. Даже огонь выпустить не может. — Интересно там будет мальчик или девочка? — спросил Аль. — Какая разница? В лучшем случае его всё равно убьют, либо он сам сдохнет оттого, что Хагрид не будет его кормить, — буркнул Сигнус. Внезапно раздался треск, яйцо развалилось пополам и на стол выпал маленький дракончик. Его нельзя было назвать симпатичным. Гарри подумал, что он напоминает скомканный черный зонтик Он был ужасно тощий, топорщащиеся на спине крылья казались непомерно большими для такого тела. Морда у драконника была длинная, с широкими ноздрями, пробивающимися бугорками рогов и выпученными оранжевыми глазами. — Уродец какой-то, — сморщилась Элла. — Эй! — воскликнул Сириус. — Без оскорблений тут, пожалуйста. А то взяли моду оскорблять всех беззащитных существ. — Это дракон-то беззащитный? — поинтересовалась Меда. — Ну разве не красавчик? — проворковал Хагрид. Он вытянул руку, чтобы погладить своего любимца по голове. — Теперь я понял почему вы с Хагридом друзья, — сказал Рег брату. — Вы оба дебилы. — Я не дебил, — поправил Сириус. — Я личность. Экстравагантная, но личность. — Одно другому не мешает, — встряла Тонкс. — Хагрид, а как быстро растут норвежские горбатые драконы? — озадаченно поинтересовалась Гермиона. — Нашла у кого спросить, — хмыкнул Орион. — Она серьёзно думает, что этот лесник что-то знает о драконах? — Надеюсь, когда эту тварь обнаружат Хагрида отправят в Азкабан, — мечтательно проговорила Вальбурга. — А мне хочется, чтобы у этой истории был хороший финал, — произнесла Малфой. — Можно ведь одомашнить дракона. — Более утопической идеи я не слышал, — фыркнул Орион. — Кто-то в окно заглядывал, а я, как назло, занавески неплотно задвинул, — сокрушенно выговорил Хагрид. — Мальчишка какой-то… вон, убегает. — Уважаемые знатоки, — обратился Альфард к публике. — Угадайте, кто же это был? — По всем законам жанра это должен быть Малфой, — произнёс Рег. Гарри тяжело вздохнул. Теперь о существовании дракона знали не только они трое, но и Малфой. — Я угадал, — самодовольно хмыкнул Регулус. — Конечно, тут даже дебил догадается, — буркнул Сириус. — То есть ты тоже догадался? — спросил Рег. — Очень смешно! Прямо ахаха, — съязвил гриффиндорец. Всю следующую неделю Малфой, завидев Гарри, Рона и Гермиону неприятно улыбался, и его улыбка их нервировала. Большую часть свободного времени они проводили в полумраке хижины Хагрида, пытаясь урезонить великана. — Понимаю, когда Малфой улыбается зрелище малоприятное, — хмыкнул Раб. — Тебе не надоело? — скептически поинтересовалась Нарцисса. — Как такое может надоесть? — ужаснулся Раб. — Вот вы два озабоченных, — протянула Белл. — Сириус Снейпом, а ты Малфоем. За неделю он стал раза в три длиннее. Из его ноздрей беспрестанно вырывались клубы дыма. — Надеюсь Хагрида за это выгонят, — протянула Вальбурга. — Он меня бесит. — Не тебя одну, — поддакнул Сигнус. — Не переживай, с такой осознанностью он долго в книгах не задержится, — хмыкнул Орион. Однако Хагрид, кажется, этого не замечал. Судя по всему он вообще забыл обо всем, в том числе и об обязанностях лесника, и если и выходил из хижины, то только за продовольствием для своего подопечного. — Дамблдор, ты же хорошо следишь за своими подчиненными? — уточнил Аль, обращаясь к книге. — Дамблдор вообще в Хогвартсе? Или он Мальдивах отдыхает? — поинтересовался Рудольфус. — Судя по всему ему фиолетово, что происходит в вверенной ему в школе, — заметил Малфой. —Я ему имя придумал — Норберт. — Хагрид смотрел на дракона влюбленными глазами. — Он меня уже знает… смотрите вот. Норберт! Норберт! Где твоя мамочка? — Норберт, — передразнила Андромеда. — А более ужасного имени не нашлось? — Что ты имеешь против Норбертов? — вскинулся Сириус. — Ты что Норбертоненавистница? — Я просто не люблю такие имена, — фыркнула Меда. — Ну, Норберт, ну комм он? Это даже произносит мерзко. — Он рехнулся, — прошептал Рон, наклонившись к уху Гарри. — Как всё-таки долго до них доходило, — осуждающе покачал головой Рудольфус. — Главное. что дошло, — оптимистично заметил Регулус. — И то верно, — согласился Руди. — Надеюсь, они сообщат в Мунго. — Вряд ли, они не знают, что такое Мунго, — ответил Рег. Гарри вдруг резко повернулся к Рону. — Чарли! — воскликнул он. — Ну вот, теперь и ты рехнулся, — спокойно отреагировал тот. — Меня зовут Рон, ты забыл? — Гарри, ну хоть ты сохраняй подобие рассудка, — попросил Альфард. — Эту книгу итак читают сумасшедшие, а если ещё и персонажи с ума сойдут, то… — Аль многозначительно развёл руками. — Если Гарри сойдёт с ума, то мне он понравится, — объявила Белла. — Тогда тебе и Хагрид должен понравится, — хмыкнул Сириус. В ответ Беллатриса плюнула в брата, но к счастью слюна не долетала до гриффиндорца, приземлившись на ковёр. —Да нет, я про Чарли, твоего старшего брата, который изучает драконов в Румынии. Мы можем отправить Норберта к нему. Ведь Чарли сможет о нем позаботиться, а когда Норберт вырастет, он отпустит его на волю! — Гениально! — завопил Рон. — Как тебе идея, Хагрид? — Ну хоть что-то, — разочарованно хмыкнул Орион. — Правда, Хагрида не выгонят. — Изучать не значит их выращивать, — заметила Вальбурга. — Но всё равно всё закончится хэппи эндом, — поникнул Сигнус. Идея Хагриду не понравилась, но после долгих уговоров и убеждений великан согласился послать Чарли сову. Видимо, в глубине души надеясь, что ответ придет не скоро, а может, и не придет вообще. — Как можно быть таким безответственным? — закатил глаза Сигнус. — Вы просто завидуете Хагриду, — объявил Альф. — Какое интересное заявление! — съязвила Вэл. — Это ещё почему? — Потому что Хагрид — человек широких взглядов, он не боится рисковать, он мыслит свободно, — заявил Альфард. — Ага, мы посмотрим, что этот человек широких взглядов будет делать, когда его дракон спалит пол-Хогвартса, — протянул Орион. Через мгновение из ниоткуда появился Рон, сбросивший с себя мантию-невидимку. Он был у Хагрида, помогая тому кормить Норберта, который теперь десятками поедал дохлых крыс. — Он меня укусил! — Рон вытянул руку, обмотанную окровавленным носовым платком. — Надеюсь он хотя бы не ядовитый, — проговорила Меда. — Судя по описанию, это валлийский зелёный, они не ядовитые, — сказал Руди. — Ты что? Это венгерская хвосторога, — ужаснулся Рег. — Валлийский, — непреклонно заявил Рудольфус. — Хвосторога! — с нажимом проговорил Регулус. — Валлийский, — надавил Рудольф. — Что может быть скучнее спора двух зубрилок? — зевнул Раб. Дорогой Рон! Как у тебя дела? Спасибо за письмо. Я буду счастлив, взять норвежского горбатого дракона. Но доставить его сюда будет непросто. Я думаю, лучше всего будет переслать его с моими друзьями, которые прилетят навестить меня на следующей неделе. Проблема в том, что никто не должен видеть, как они перевозят дракона, — ведь это незаконно. Будет идеально, если вы сможете привести дракона на самую высокую башню замка Хогвартс в субботу в полночь. Тогда они успеют добраться до Румынии до наступления утра. Пришли мне ответ как можно быстрее. С любовью, Чарли — «С любовью»? — не поверил Раб. — А он точно брату пишет? — Ну да, это странно, — Сигнус с презрением посмотрел на Альфа. — Мы даже не говорим с любовью друг другу. А они пишут. — Нет, СИРИУС! НЕЕТ! — завопил Рег. — Не надо писать мне признания в любви. — Но я же тебя люблю?!! — издевательски проговорил Сириус. — А я тебя нет, — ответил Регулус. — Всё, давай, Поттеру будешь в любви признаваться. Пока его ещё не кокнули. —У нас есть моя мантия-невидимка, — медленно произнес Гарри, правильно истолковав сомнения друзей. — Думаю, она вполне сможет спрятать нас с Роном и Норберта — так что все получится. — Ну хотя бы с пользой её используют, — буркнул Люциус. — Им же надо куда-то эту мантию девать, — пожала плечами Нарцисса. Гарри произнес это так спокойно просто для того, чтобы успокоить друзей, на самом деле у его плана имелись серьезные изъяны. Хотя бы потому, что Норберт мог запросто прожечь мантию. Да и заткнуть ему пасть, чтобы он не издал ни звука, было нереально. Но к его облегчению, Рон и Гермиона согласно кивали. — Если они сожгут мантию я убью их, — заявила Малфой. — Ой-ёй-ёй, — воскликнула Белл. — Что я слышу? — А что? — Цисси покрылась пятнами. — Такая ценная и редкая мантия, а они так халатно её используют. — Если честно, то я сомневаюсь, что сейчас Поттер её использует осторожно, — брезгливо вставил Люциус. И тут произошло то, чего никто не ожидал. Наутро укушенная рука Рона раздулась, вдвое увеличившись в размерах. Рон никак не мог решить, не будет ли слишком рискованным поход к мадам Помфри: ведь она, наверное, могла сразу определить, что это укус дракона. Однако спустя несколько часов выбора у Рона уже не было. Рука позеленела. Похоже, что клыки Норберта были ядовитыми. — Почему? Они же могут подставить Хагрида, — «ужаснулся» Орион. — Надо подождать, пока рука сама отвалится. — Да, тоже мне друзья, — скептично хмыкнул Сигнус. — Ему же ампутируют руку? — с ужасом спросила Друэлла. — Вряд ли, — ответила Малфой. — Хотя ощущение такое, что она вот-вот отвалится. Тут ко мне зашел Малфой — сказал мадам Помфри, что пришел забрать книгу, которую мне дал, а на самом деле, чтобы надо мной поиздеваться. Он угрожал, что расскажет мадам Помфри, кто укусил меня на самом деле. Я-то ей сказал, что это собака, но не знаю, поверила ли она. Не надо было мне его бить тогда на матче — он ведь именно за это нам теперь мстит. — Он вам не мстит, — сказал Сириус. — Просто он противный. — Ой, кто бы говорил, — отмахнулся Рег. — Да, Си, про противного не тебе говорить, — поддакнула Меда. — Ты сам у нас провокатор. — Я только сейчас вспомнил: Малфой забрал у меня книгу, чтобы мадам Помфри ему поверила, что он приходил именно за ней. А в этой книге лежало письмо от Чарли! Так что теперь он все знает… — Пупупу… — протянул Регулус. — Вот лохи, — присвистнул Раб. — Даже контрабандой дракона не могут увести. — А вот это уже интересно! — воодушевился Альфард. Когда пришел момент прощания с Норбертом, Гарри и Гермиона наверняка посочувствовали бы Хагриду, если бы так не беспокоились за успех операции. — За что ему сочувствовать? — не понял Орион. — За безответственность? — Орион, ты уже раз 20 это сказал, — взвыл Сигнус. — Я больше не могу слушать твои изливания. — А я что виноват? — вскинулся Орион. — Пока Хагрид будет вести себя, как идиот, я бы повторять, что он идиот. — Я там ему кучу крыс запихнул и бренди тоже приготовил, чтоб не проголодался по пути, — произнес Хагрид приглушенным голосом. — Я ему еще туда плюшевого мишку положил, чтоб он по дороге не скучал. — Мерлин, когда это скопление абсурдности и глупости закончится! — заскулил Рудольфус. — А по мне мило, что Хагрид так заботится, — улыбнулась Меда. — Хотя порой это и нерационально. — Что-то так бренди захотелось… — Альфард заискивающе покосился на сестру. — Даже не мечтай, — прохрипела Вэл. — Не хватало ещё тебе, как свинье напиться. Я-то знаю каким гоблиным ты становишься в нетрезвом виде. Зрелище блевотное. Гарри и Гермиона встали по обе стороны ящика и набросили на себя мантию. Позже они бы и сами не смогли объяснить, как им удалось доволочь ящик до замка. — Что за зелье удачи? — вскинулся Рег. — Даже зависть берёт. Вечно фортуна на их стороне. — Бывают такие экземпляры, — с отвращением сказала Белла. — Всякие гриффиндурцы пользуются особым положением при Дамблдоре и на пропалую нарушают правила. — Просто у нас рука лёгкая, — подмигнул Сириус. Они уже снова подхватили ящик, настроившись на последнее усилие, когда в коридоре раздался какой-то шум Забыв, что они невидимы, они резко отступили в тень, вглядываясь в темные очертания двух борющихся друг с другом людей. И вдруг зажглась лампа. — Что-то мне подсказывает, что в темном коридоре ночью в Хогвартсе люди там отнюдь не борются, — хихикнул Раб. — Пошляк! — скривилась Элла. — Миссис Блэк, — парировал Рабастан. — Я не знаю о чём вы подумали, а я имел ввиду, что они списывают домашку друг у друга. Профессор МакГонагалл в ночной рубашке из клетчатой шотландки и с сеточкой для волос на голове крепко держала за ухо вырывающегося Малфоя. — Вас ждет дисциплинарное наказание! — вскричала она, увидев, кто перед ней. — И двадцать штрафных очков! Как вы посмели ходить по школе посреди ночи?! — Вы не понимаете, профессор! — визжал Малфой. — Гарри Поттер — он скоро будет здесь! С драконом! — Опачки… А Малфой оказывается не дурак! — провозгласил Раб. — Он идиот. — Надеюсь, его распнут, — хищно оскалилась Белла. — Мечтай, _ буркнул Люциус. — Что за чушь! — возмутилась профессор МакГонагалл. — Как вы смеете мне лгать?! Идемте, Малфой, а утром я поговорю о вас с профессором Снеггом! — Действительно, Малфой, как не стыдно лгать? — «ужаснулся» Сириус. — Тем более людям из такого благородного семейства, — продолжил Рег. — Да ещё и представителям Слизерина, — закончила Тонкс. После того, что случилось, почти отвесная винтовая лестница, ведшая на башню, показалась им чем-то просто несерьезным. И уже через несколько минут они оказались на свежем воздухе и, сбросив с себя мантию перевелили дух. Гермиона вдруг начала приплясывать. — Малфоя ждет наказание! — радостно выкрикнула она. — Я так счастлива, что даже петь хочется! — Ой, я тоже счастлив! — давайте Раб. — А я поддерживаю предложение Гермионы, — заявил Альфард. — Давайте споём! Наш блэковский гимн. — У нас нет гимна, — напомнил Сигнус. — Так надо написать, — воодушевился Альфард. — Ты уже мерч нам придумал, больше ничего не делай, — приказал Орион. — Какие вы скучные, — обиделся Аль. Десять минут спустя из темноты спланировали четыре метлы. Друзья Чарли оказались веселыми людьми и к транспортировке Норберта отнеслись, как к забавному приключению. Тем более что они уже все продумали и захватили с собой специально изготовленное для этого случая крепление. Когда еще минут через десять метлы поднялись в воздух, между ними висел большой деревянный ящик — Ну, надеюсь на этом участие Хагрида сведётся к минимуму, — произнёс Рег. — Не надейся, Хагрид ещё даст жару, — поддержал друга Сириус. — Ага, напьётся и подожжёт Хогвартс, — скривился Люциус. Ответ поджидал их у подножия лестницы. Как только они спустились по ней, из мрака вынырнуло лицо Филча. — Так-так-так, — прошептал он. — Кажется, у нас серьезные проблемы. Гарри только сейчас понял, что мантия-невидимка осталась на крыше. — Ну, наконец! — обрадовался Раб. — Справедливость восторжествовала! Гриффиндорцев накажут! — Вряд ли, — оборвал оптимизм брата Руди. — Это же сам Гарри Поттер! Никто не посмеет трогать народного героя.