Как Блэки про Поттера читали

— Давайте, читать дальше! — заёрзал на месте Раб. — Я давно не читал наркотический бред. — А зачем тебе? Ты и так всё время под кайфом, — заметил Сириус. — Ой, кто бы говорил! — не остался в долгу Раб. — Всё время в своём Гриффиндоре долбишься. — Так, если вы сейчас не прекратите обсуждать наркотики, то пойдёте сдавать анализы, — сказала Вальбурга.       Слова Рабастана её напугали. Кто знает сколько в них правды? Её старший сын ведёт себя в последнее время всё более и более странно. А вдруг это из-за наркотиков? Надо будет проверить. Она послала взгляд Ориону, и тот понял ее идею и согласно кивнул.       А тем временем Регулус взял книгу: — А кто тебе разрешил читать? — спросил Сириус. — А кто мне запретил? — Я! — Ты? — Да я! — Да пошёл ты! — Сам пошёл ты! — Придурок! — Задрот! — Конченый уеб… — Вы что с ума сошли? — воскликнула Цисси. — Из-за ничего поссорились… — Регулус, продолжай читать, — велел Орион и добавил: — И не думай, что я не понял, какое слово ты хотел сказать. Глава 3 «Нора» — Нет, вот сейчас он точно под кайфом! — заключил Раб. — Неужели у кого-то остались сомнения? — Мало ли, какая там Нора, — заметила Меда. — Ага, к Гарри прилетел волшебный кролик и утащил его в свой волшебный домик, — передразнил Рабастан. — Рон, как ты здесь очутился? Что ты… — А вот и Уизли, как верная собачка приполз спасать своего дружка, — заключил Руди. — Интересно только как? — спросила Нарцисса. — А главное, каким образом, как он узнал адрес, и как понял, что Гарри действительно нуждается в помощи, — перечислил проблемные моменты Рег. — Ну, Гарри не отвечает друзьям, — предположила Андромеда. — Любой бы за беспокоился. — Что-то когда мы у Сириуса отбираем все средства связи, друзья к нему не прибегают, — подметила Вэл. — И хвала Мерлину! — кивнул Орион. — Я не переживу вторжение Поттера в свой дом. И тут он заметил, что Рон смотрит на него из старенького бирюзового цвета автомобиля, который висит в воздухе у самого окна. — Ёпт… — только и мог сказать Раб. — Это как? — У них там что в будущем уже можно летать на маггловских изобретениях? — спросила Элла. — Сначала Сириус и его… Мопед (это слово было произнесено Эллой с явным неудовольствием), теперь и автомобили. — Да, поскорее бы разрешили. Мне не терпеться летать на трамвае, — проговорила Белла. — Он так и будет называться: «Трамвай смерти Беллатрисы Лестрейндж» От изумления Гарри открыл рот, что очень развеселило близнецов Фреда и Джорджа, сидящих спереди. — Я извиняюсь, — Альфард поднял руку. — А взрослые есть? — Можно подумать присутствуе взрослых изменит противозаконность и бездумность данного поступка, — заметил Сигнус. — И потом, бывают такие взрослые, что хуже детей, — добавила Элла, ненавязчиво намекая на Альфарда. — И не говори, — согласился с ней Аль, изображая непонимание. — То ли дело мы с вами: все умные, серьёзные… С такими точно не пропадёшь. — Что происходит? — спросил Рон. — Почему ты не отвечал на письма? Я тебя чуть не десять раз приглашал погостить. А вчера приходит отец и говорит, что ты применил волшебство на глазах у маглов и получил официальный выговор… — А они уверены, что это именно та тема, которую нужно обсудить? — спросил Раб. — Как бы Дурсли в соседней комнате. — А что такого? Они же спят, — пожал плечами Руди. — Меня больше волнует вопрос откуда Уизли знает, что Поттер получил выговор? — поинтересовался Сигнус. — Ты что это же Поттер! — закатила глаза Вальбурга. — не удивлюсь, если для этого специально создавали выпуск в ежедневном пророке! — Или просто мистер Уизли занимает важную должность, — предположил Орион. — Кто? Этот болван Уизли? — выгнул бровь Люциус. — Он на это не способен. — Тем более они живут как нищеброды, — поддержала мужа Нарцисса. — Это не я. А откуда он узнал? — Актуальный вопрос, — похвалил Орион. — Значит, не всё потеряно. — Да, в конце концов его бабушка Блэк, — подтвердил Альф. — Наверное, редкие проблески интеллекта Гарри её заслуга. — Он работает в Министерстве магии, — ответил Рон. — Ты ведь знаешь: колдовать за стенами школы запрещено. — И кем же? Надзирателем сов? — скептично спросил Люциус. — Или на повышение пошёл в завхозы? — Ой, а отличие от некоторых он хотя бы работает, — бросил Сириус. — И это ты мне говоришь? — выразительно глядя на парящий автомобиль, сказал Гарри. — Правильно, Гарри, а то взяли моду поучать, — кивнула Меда. — Ага, прямо как Орион, — согласился Аль. — Тот же, когда я выпил три бутылки огневиски, кричал, что так нельзя. — И как это связано? — не понял Орион. — Потому что тогда ты сам выпил пять бутылок, — парировал Аль. — Правда? — неверяще спросил Рег. — Нет, Рег, не слушай его, он давно в старческом маразме, — хмуро бросил Орион. — Ну, это не в счёт. Мы его взяли ненадолго. Это папин автомобиль. Мы никаким волшебством не пользовались. Другое дело — колдовать на глазах простецов, у которых живёшь… — Ага, то есть папа тоже нарушает закон? — воскликнула Белла. — Да у них вся семья аферисты! — воскликнул Раб. — А потом ещё эти говорят про нас, что мы все злые и конченные! — подключился Аль. — А сами-то? — Мы приехали за тобой. Последний месяц каникул проведёшь у нас. — Как здорово! — обрадовалась Меда. — А то читать про Дурслей больше нет сил. — Прямо чувствуется прогресс сюжета, — заметил Рег. — От Дурслей к Уизли. Такими темпами к пятой книге Гарри проведёт лето на Гриммо. — Не неси чушь, Регулус, — оборвала Элла. — Поттеру здесь делать нечего. — Как странно, — заметила Вэл. — Я точно также думала и про тебя, Друэлла. — Но вы тоже не имеете права колдовать… — А мы и не будем. — Рон кивнул в сторону старших братьев. — Ты не видишь, кого я с собой привёз — И что они будут делать? — скептично спросила Белл. — Им же всего 14 лет, они ещё дети. — Вот 14-летних детей, как раз и стоит боятся, — произнес Орион. — У них в этом возрасте мозги полностью отключаются. — Привяжи эту верёвку к решётке, — приказал Фред, протягивая Гарри один её конец. — А что Гарри у нас канатоходец? — не понял Рудольфус. — Я уже боюсь представить, что они будут делать, — воскликнул Сигнус. — Ну явно ничего хорошего, — ответил Малфой. Гарри отошёл к клетке. Букля, словно почуяв тревогу хозяина, сидела не шелохнувшись. Машина рванулась вперёд, двигатель ревел всё сильней и сильней, решётка наконец поддалась и вся целиком с громким треском выскочила из оконной рамы. — Твою ж… — восторженно воскликнул Раб. — Вот это да! — Господи, им же всего 14! — произнесла Элла. — А что будет дальше? — По видимому они все сядут в Азкабан, — произнес Сигнус. — Зато там еда бесплатная, — оптимистично заметил Аль. — Не нужно будет три года копить на обед. Решётка наконец была благополучно втянута в машину, и Фред задним ходом подплыл как можно ближе к окну. — Как Дурсли умудряются до сих пор не проснуться? — не понял Рудольфус. — Может они что-то приняли? — предположил Раб. — У кого, что болит, тот о том и говорит, — обречённо вздохнула Элла. — А как же мои школьные вещи — волшебная палочка, метла… — Где они? — В чулане под лестницей. А дверь комнаты заперта на ключ. — Да елки! — не выдержала Белла. — Чего они там капаются? Уже 100 раз можно это сделать. — Что, Блэк, не терпится прочитать про Уизли? — скептично спросил Люциус. — Вообще-то Лестрейндж, — поправил Рудольфус, даже не дав Белле сказать слово. — Ну, это пустяки, — отозвался с переднего сиденья Джордж. — Отойди, Гарри, от окна. — Я надеюсь, что он туда его вышвырнет, — попросил Раб. — И не мечтай, — отрезал Сириус. — Уизли хорошие друзья. Но тебе этого просто не понять. — Ага, видно они такие же хорошие друзья, как и ты, — заметил Рабастан. — Ты настолько «хороший» друг, что позволяешь сыну своего лучшего друга жить не пойми с кем. — Заткнись! — бросил гриффиндорец. — Я может уже давным давно в могиле. — Ох, поскорей бы, — заметила Белл. — Беллатриса! — гневно произнес Орион. «Мне бы надо самому сходить за вещами», — подумал Гарри, глядя, как Джордж, вынув из кармана шпильку, стал ковырять ею в замке. — Ой, это какое-то клише, — заметил Рег. — В жизни так не бывает. — Если это не умеешь делать ты, это ещё ни о чём не говорит, — мягко заметил Меда. — Они даже не с ноги эту дверь вышибли, — расстроился Альфард. — Мы спустимся за твоим чемоданом, — прошептал Джордж, — а ты собери в комнате что тебе нужно и подавай Рону. — А они уверены, что знают, как выглядит тот чемодан, который им нужен? — спросил Руди. Посмотрев — Вряд ли, — заметил Сигнус. — Но стоит надеется, что у Дурслей там нет склада чемоданов. — Осторожнее, последняя ступенька скрипит, — предупредил тоже шёпотом Гарри. — Как же Поттер любит «вовремя» вспоминать об осторожности! — закатил глаза Люциус. — Да судя по всему Дурсли спят, как убитые, — заметила Цисси. — Либо же просто хотят, чтобы их считали таковыми, — заметил Орион. Гарри уже вскочил на подоконник, как вдруг за спиной раздался громкий, протяжный крик, который был заглушён громовым голосом дяди Вернона: — Опять эта чёртова сова! — О, хоть узнали, что они там живы еще, — оптимистично заметил Аль. — А то я переживал, что помрут, а нам даже не опишут этого. — Не будь цинником, дядя, — попросила Меда. — Я забыл Буклю, — в ужасе прошептал Гарри. — Бывает, — всё, что мог сказать Руди. — Да, первый раз что ли, — согласился Раб. — Я вот вообще не помню, как моя сова выглядит. Не то, что зовут. В этот миг дядя Вернон ударил кулаками в дверь, думая, что она заперта. Дверь распахнулась. Дядя Вернон застыл на мгновение в дверном проёме, издав рёв разъярённого быка, прыжком подскочил к окну и успел-таки вцепиться в лодыжку Гарри. — О, драка! — обрадовался Сириус. — Гарри его одной левой. — Твой Поттер от горшка два вершка и телосложение, как у полуразложившегося трупа, — напомнил Рег. — Он ничего не сможет сделать. — Мне всё равно, кто из них упадет из окна и разобьётся, — заявила Белл. — Я просто хочу прочитать про похороны. Братья дёрнули ещё раз, и нога Гарри выскользнула из рук дяди Вернона. Гарри влетел в машину и захлопнул дверцу. — Опять все живы! — Лестрейндж закатила глаза. — Сколько можно? — Ой, лучше все будут живы, — взмолилась Цисси. — А то я терпеть не могу смерти. — Ну, когда Тёмный лорд воскреснет, то нам 100% придётся убивать, — бросил Рудольф. — Надеюсь, что вас убьют раньше, — заметил Сириус. — Или вы сдохните от сифилиса. Или от тифа. А лучше от всего сразу. — Нет, если уж им и умирать, то хотя бы от чего-то гадкого. Типа драконьей оспы, — бросила Меда. Гарри не мог опомниться: неужели свободен! Он опустил окно, ночной воздух взъерошил волосы. Посмотрел вниз: крыши домов на Тисовой улице быстро уменьшались в размере. Дядя Вернон, тётя Петунья и Дадли остолбенело глядели из окна комнаты Гарри. — Всё! Отмучились, — облегчённо сказал Сигнус. — Больше, я надеюсь, эти магглы не появятся. — Там дальше Уизли, Хагрид, Дамби, — перечислила Вальбурга. — Так что лучше не будет. — Зато хотя бы магический мир, — придал оптимизма Орион. — Ну, рассказывай скорее, — потребовал нетерпеливо Рон. — Что с тобой произошло? Гарри поведал им про посещение Добби, про его предупреждение и описал гибель кулинарного шедевра миссис Дурсли. — Надеюсь в этот раз загадка будет более сложной, — произнёс Орион. — Ага, а то ту мы практически сразу раскусили, — согласился Рег. — Ага, раскусили они, — хмыкнул Сириус. — До последнего не знали, что пособник уеб… В общем, вашего хозяина Квиррел. — Лично я сразу понял, — заявил Аль. — Просто вам не сказал. — Непохоже на правду, — кивнул Джордж. — И он не сказал, кто замышляет это злодейство? — Ну, конечно же это Волан-де-Морт! — Вальбурга закатила глаза. — Здесь вообще будет другое зло или нет? — Нет, — просто ответила Белл. — Зачем если есть ОН! — Ну, хотелось бы разнообразия, — заметил Регулус. — Пусть это будет какой-то новый серийный маньяк убийца в виде Дамблдора. Или ещё лучше сам Гарри становится маньяком. — По-вашему, он всё выдумал? — спросил Гарри. — Понимаешь, — начал Фред, — домовики умеют колдовать, но обычно не смеют без разрешения хозяев. Скорее всего, старина Добби был кем-то подослан к тебе, чтобы отвадить от школы. Вспомни, нет ли у тебя в Хогвартсе врага? — Либо ему нельзя говорить об этом, — заметила Цисси. — Ну, это же Уизли! У них никогда не было домовиков, откуда им знать? — спросил презрительно Люциус. — Есть, — в один голос, не раздумывая, ответили Рон и Гарри. — Драко Малфой, — пояснил Гарри. — Он меня ненавидит. — Ага, конечно, Драко же больше делать нечего, — обиженно произнесла Нарцисса. — Господи, они когда нибудь заткнуться с этим Малфоем? — Орион возвел глаза в потолок. — У нас только три исчадия ада: Волан-де-Морт, Драко Малфой и Снегг. — Позволь заметим, что Севусик оказался невиновным, — бросил Альфард. — Не удивлюсь, если в конце выяснится, что он герой и просто ангелочек. — Ага, помазанник божий, — фыркнул Сириус. — Драко Малфой? — переспросил Джордж, обернувшись. — Сын Люциуса Малфоя? — Думаю, да, — ответил Гарри. — Малфой редкая фамилия. А это важно? — Я слышал, что про него говорил отец, — сказал Джордж. — Он был сообщник Сами-Знаете-Кого. Один из самых главных. — В смысле? Вот это? — не понял Раб, указывая на Люциуса. — Врут и не краснеют, — вспылила Беллатриса. — Почему же тогда он на свободе? — Потому что трус, — ответил Рудольфус. — А когда Сами-Знаете-Кто исчез, — продолжил Фред, вывернув голову чуть не на сто восемьдесят градусов, — Люциус Малфой принялся уверять всех, что ни к каким злодействам он не причастен. Но это он наврал. Отец говорит, он был ближайший помощник Сами-Знаете-Кого. — Ага, и ему все так поверили, — продолжала возмущаться Лестрейндж. — Дал взятку и всё, теперь он у нас хороший, — ответил ей Руди. — Жук навозный! — бросил Рабастан. Малфою было неуютно под их взглядами, но он молчал. — Замолчите! — не выдержала Цисси. — Вы ничего не понимаете! Ещё ничего неизвестно! — Да всё и так понятно! — заметила Белла. Гарри не раз слыхал подобные разговоры о семье Малфоев, так что слова друзей его ни капли не удивили. По сравнению с Драко Дадли был добрый и отзывчивый мальчик. — Серьёзно? Дадли лучше Драко? — не поверила Меда. — Я, конечно, не специалист, но по мне это дичь. — Ага, что-то Поттера явно не в ту сторону заклинило, — поддержал Рег. — Кто бы ни были хозяева Добби, это наверняка старый чародейский род, причём очень богатый, — заметил Фред. — Само собой… — отозвался Джордж. — Мама жалеет, что у нас нет домовика, семья большая, столько приходится гладить, а магией тут не поможешь. У нас есть только дряхлый упырь, живёт на чердаке. Да ещё гномы весь сад заполонили. Домовики обитают только в старинных особняках и замках. Переходят по наследству. В нашем доме эльф не заведётся. — Какой… Кошмар, — подобрал слово Раб. — Жить без домовиков! — Нищеброды, — резюмировал Люциус. — А ещё упырь… — Брр, — сморщилась Нарцисса. — Как можно заводить эту гадость… Это же мерзко! Гарри летел молча. Судя по тому, что у Драко всё всегда было самое лучшее, его семья действительно купалась в волшебном золоте. — Самый богатый род Британии, — горделиво заметил Люциус. — Потому что самый малочисленный, — не мог не сказать Рабастан. — По одному потомку за поколение. — Зато какому! — бросила Меда. — Всех современников тошнит. Да, он вполне мог послать преданного слугу к Гарри, чтобы тот любой ценой предотвратил его появление в школе. Драко Малфой на такое способен. Выходит, он зря поверил Добби, принял его слова за правду. — Поттер зациклен на том, что все зациклены на нем, — вынес вердикт Альфард. — А это совсем не так. — Ага, я даже больше скажу, о нем вообще нормальный человек не будет думать, пока не увидит, — согласился Сигнус. — Перси вообще ведёт себя странно этим летом, — нахмурился Джордж. — Без конца пишет кому-то письма, часами сидит, запершись у себя в комнате. Ну сколько можно надраивать до блеска значок старосты! Ты взял слишком далеко на запад, Фред, — спохватился он, указывая на компас, вделанный в щиток управления. — Девочка! — с видом эксперта изрек Альфард. — 100% девочка. Хоть нет. 90% девочка, и 10% мальчик. Такое тоже нельзя исключать. — Думаешь девочка? — не поверил Орион. — Я бы хотел посмотреть на ту, которая выбрала… Вот это… — Такая же задротка, — резюмировала Вэл. — А если он просто работу ищет? — предположил Сигнус. — В любом случае, это странный персонаж, — изрекла Элла. — От него лучше держаться подальше. Потому что вот из таких вот и вырастают маньяки. — А твой отец знает, что вы взяли его машину? — спросил Гарри, догадываясь, какой услышит ответ. — Н-нет, — промямлил Рон. — Он сегодня работает в ночь. Надеюсь, мы успеем поставить машину в гараж до того, как проснётся мама. Не дай бог, она заметит, что мы брали фордик. — Ох, уж эти дети… Вечно считают, что родители ничего не узнают, — бросил Орион. — В подростковом возрасте за ними вообще нужен глаз да глаз, — бросил Вэл, строгим взглядом изучая своих чад. — Если бы мои дети взяли какое-то пилотное средство без спроса, они бы малой кровью точно не отделались. — Подумаешь, — буркнул Сириус. — Удивительное же это зрелище! — произнёс Альфард. — Наблюдать, как бывшие взбалмошные подростки становятся праведными родителями. — А что делает ваш отец в Министерстве магии? — Работает в самом скучном отделе «Противозаконное использование изобретений маглов». — У них поэтому летающий автомобиль? — спросила Меда. — Профессия для лохов, — заявил Раб. — Да, сколько же всякой дряни выдумывает наше министерство, — бросил Альфард. — А как же автомобиль твоего отца? — Это вообще отпад! — рассмеялся Фред. — Простецы столько напридумывали всяких штучек-дрючек, у отца от них крыша поехала. У нас их полон сарай! Принесёт, разберёт на кусочки, наложит заклинание и опять соберёт. Приди он с обыском к самому себе, пришлось бы самого себя арестовать. Мама ругается, а ему до лампочки. — Пу-пу-пу… — проговорила Меда. — Неловкая ситуация. — Почему же? — не понял Рег. — По моему очень даже ловкая. Главная, чтобы его никто не сдал. — Да кто его может сдать? — Малфой закатил глаза. — У него друзей то нет. Кому он нужен? — Вот и наше шоссе, — сказал Джордж, вглядываясь в редеющую тьму через ветровое стекло. — Ещё минут десять, и мы дома. Уже светает, кажется, будем вовремя. — Читать про дом Уизли, — кисло заметил Люциус. — Это все о чем я мечтал. — Да ладно, это займёт пару глав, — поддержала его Нарцисса. — Просто надо пережить. Похоже, изначально это был небольшой кирпичный свинарник, но потом к нему время от времени пристраивали и сверху и с боков всё новые комнаты, дом подрос на несколько этажей, но выглядел так неустойчиво, будто держался единственно силой волшебства. («Что вполне вероятно», — подумалось Гарри.) — Как мило, — фыркнула Элла. — Хвала Мерлину за эти описания, — хмыкнул Орион. — Никогда бы не стала жить в свинарнике, — бросила Вальбурга. — А кто тебя туда пустит? — издевательски спросил Альфард. — Поверь у свиней и без твоего присутствия забот хватает. У входа на шесте, слегка скособочившись, висела надпись: «Нора». Сбоку крыльца рядом с огромной заржавленной кастрюлей красовалась груда резиновых сапог разных цветов и размеров. По двору ходили упитанные пеструшки и что-то клевали. — А почему у нас нет подобного названия? — не понял Рег. — Надо исправляться, — поддержал его Аль. — Склеп, змеиный притон, казарма сволочей, — перечислил Сириус, за что его стукнул Регулус. — Уж лучше назовём его: «Дом безумств!» — гордо предложил Альфард. — Пф! — фыркнула Вэл. — Не слышала ничего более пафосного. — Теперь наверх. Все по своим кроватям. Только очень, очень тихо! — скомандовал Фред. — Мама позовёт завтракать. Ты, Рон, побежишь вниз и радостно крикнешь: «Смотри, мама, кто ночью объявился!» Она обрадуется, и никто не заметит, что мы брали машину. — Сомневаюсь, что женщина у которой горстка сыновей пубертатного возраста может спать спокойно, — заметил Сигнус. — И что её так легко обмануть, — поддержала Элла. . — То есть миссис Уизли даже не знала о его приезде? — не понял Рудольфус. — Надеюсь, что она не против. — По видимому в данной семье всё решает сила, — произнёс Раб. — А сила на стороне детей. Поперхнувшись, Рон смолк и лицо его пошло зелёными пятнами: в окнах «Норы» горел свет, а от крыльца, разгоняя кур, к ним приближалась миссис Уизли. Это была маленькая полная женщина с добрейшим лицом, сейчас напоминающая саблезубого тигра. — Ну… — протянула Меда. — У них хотя бы был план. — Ох уж эта грозная миссис Уизли, — засмеялся Рабастан. — Интересно, насколько сильно они ее боятся? — Думаю, что достаточно, — заметил Рудольфус. — Мать семерых детей должна обладать стальным характером. Миссис Уизли подошла к ним и остановилась, уперев руки в бока и переводя взгляд с одного виноватого лица на другое. На ней был фартук в цветочек, из кармана которого торчала волшебная палочка. — Когда-нибудь люди поймут, что принт в цветочек это безвкусие? — не сдержалась Цисси. — Даже если это нарциссы? — спросил Сириус. — Ну… — задумалась Нарцисса. — Всё равно моветон. — Вы что, не понимаете, как я волновалась? — яростно прошептала миссис Уизли. — Можно подумать кто-то просил ее волноваться! — спросил Сириус. — Она мать, она всегда волнуется, — заметила Андромеда. — Это у неё в днк прописано. — Ну и что? Ее кто-то просил рожать? Сама выбрала, — буркнула Белл. — Пустые постели! Никакой записки! Исчезла машина! Могли попасть в дорожную аварию! Я чуть с ума не сошла от беспокойства! Вы ни о ком, кроме себя, не думаете! Такого я, сколько живу, не помню! Вот погодите, придёт отец. Старшие братья никогда ничего подобного не совершали, ни Билл, ни Чарли, ни Перси… — Ой, начинается! — закатил глаза Альфард. — Терпеть такого не могу. Ой, а Сигнус рано женился и уже стал отцом! Ой, а Орион замечательно ведёт семейный бизнес. Тьпфу! — Ой, послушал бы хоть раз мать, — посоветовал Сигнус с иронией. — Глядишь и на нормального человека был бы похож. — Заткнись, — беззлобно бросил Аль. — А то я не знаю, что ты от матери слушаешь. У Ориона два сына, а у тебя ни одного. Альфард потрясающий дипломат, он всегда нам помогает налаживать связи. — Так, прекратите! — велел Орион. — А то сейчас мы с вами поссоримся, — и добавил: — Но хотя вы правы. Из всех вас моя жизнь наиболее удалась. — …наш пай-мальчик, — закончил тираду Фред. — НЕ ГРЕХ БЫ И ПЕРЕНЯТЬ У ПЕРСИ ХОТЬ ЧТО-НИБУДЬ! — воскликнула миссис Уизли, тыча пальцем в грудь Фреда. — Ну, вот она делает так, что её дети между собой не дружат, — авторитетно заявила Меда. — Сравнивает их между собой. — Судя по всему младшие дружат, — бросил Рег. — Они просто все ополчились против Перси. — Как будто даже есть за что, — подметил Сириус. Гневу её, казалось, не будет конца. И, только охрипнув, она повернулась к Гарри, который попятился от неё в страхе. — Нет, ее можно понять, — заметил Орион. — Трое подростков угнали летающий автомобиль и умчали куда-то в ночи. Я бы тоже не сдержал свою злость. — Да, с ними могло случиться всё, что угодно, — кивнул Сигнус. — Но у них же родители всегда плохие, — вспылила Вальбурга. — А то, что мать не спала, волновалась, не знала, где ее дети, что с ними будет… На это же наплевать! — Милости просим, дорогой Гарри. Входи, сейчас будем завтракать, — приветливо улыбнулась хозяйка и с этими словами поспешила обратно в дом. — Интересно, она вообще была в курсе, что Гарри приезжает? — спросил Руди. — Надеюсь, а то так себе подарочек, — хмыкнул Раб. — Даже сам Гарри не знал об этом, — бросила Белла. — А ты спрашиваешь про Уизли. — Но это же Поттер… — саркастично заметил Раб. — Ему все и всегда рада. А то, что при их достатке, кто-то из детей останется без еды, ей всё равно. На противоположной стене висели часы с одной стрелкой. Вместо цифр шли надписи: «Время чая», «Время кормить кур», «Опоздание» и тому подобное. — Эмм… — протянул Сириус, а после, видимо поняв, как к этому относится, заявил: — Как хорошо, что у нас такого нет. Жить по распорядку — да ни за что! — У нее до такой степени проблемы с памятью? — удивилась Элла. — Как хорошо жить свою жизнь! — проговорила Белла. — Никакого беспокойства по поводу кормления кур. — Да у тебя вообще нет беспокойства по поводу кур, — подметил Рудольф. За мойкой на стене висело старенькое радио, которое вдруг заговорило. Гарри даже подумал, что ослышался. Диктор объявил: «Час волшебников. Начинаем выступление известной певицы, ворожеи Селестины Уорлок». — Какой кошмар! — воскликнула Меда. — Ее ещё слушают в те времена? Это же допотопная эстрада. — Да, а я думала, что это у Малфоя вкуса нет, — замети Раб. — А оказывается может быть ещё хуже. — Рабастан! — гневно бросила Нарцисса. — А че не так? — возмутился Раб. — Это был комплимент. — Не понимаю, о чём вы только думали… никогда бы не поверила… Тебя, мой мальчик, я ни в чём не виню, — заверила она Гарри, стряхнув ему на тарелку восемь сосисок. — О-па! Не удивлюсь, если скоро Рон будет ревновать Гарри, раз его мать так выделяет, — произнёс Орион. — 8 сосисок! — не поверила Элла. — В 12 лет! — Для растущего мальчика это нормально, — заметил Сигнус. — Наверное, от каждого члена семьи Гарри по сосиске, — буркнул Люциус. — 8 сосисок! Вот если бы у меня такой был, — Раб мечтательно закрыл глаза. — Я бы сейчас был… — Мы с Артуром очень о тебе беспокоились. Как раз вчера вечером решили ехать за тобой, если к пятнице не придёт ответ на последнее письмо Рона. Но ты сам подумай (миссис Уизли подкинула к сосискам глазунью из трёх яиц): лететь через полстраны на нелегальном автомобиле! Наверняка кто-нибудь заметил! — Я кажется знаю почему они бедные, — заметил Сигнус. — Они все свои деньги тратят на еду. Это же столько есть! — Странно, что все худые, — проговорила Элла. Неожиданно в кухню вторглось отвлекающее обстоятельство в виде рыжеволосой девочки, одетой в длинную ночную рубашку. Девочка тоненько вскрикнула и выбежала из кухни. — О, вот и единственная дочь, — непонятно чему обрадовался Альфард. — Да повезло ей, — бросила Белл. — Я бы тоже хотела быть единственной девушкой в мужском коллективе. — Завидуй молча, — горделиво фыркнула Вэл, и обе женщины рассмеялись. — Как приятно, — нахмурилась Цисси. — Это Джинни, моя сестра, — шепнул Рон Гарри. — Она говорила о тебе всё лето. — Да, говорила, — кивнул Фред. — Она ещё попросит у тебя автограф, — улыбнувшись, пошутил он. — Похоже Джинни влюбилась, — вынесла вердикт Андромеда. — Она влюбила не в Гарри, а в его образ героя, это не считается, — заметил философски Рег. — Когда они уже вырастут? — трагически спросил Сириус. — Я хочу прочитать про их любовные перепетии. — Если у этой книги романтики будет больше, чем описания битв или детективов, то я отказываюсь читать, — официально заявил Люциус. — Ох, как я устал, — сладко зевнул Джордж, положив на тарелку нож с вилкой. — Пойду-ка посплю… — Нет, не пойдёшь, — оборвала его матушка. — Ты не спал всю ночь по собственной глупости. Ступай в сад, пора выдворить гномов. Они опять всё заполонили. — Справедливо, — заметил Орион. — И как-то бесчеловечно, — добавила Цисси. — Почему? Иначе они в конец обнаглеют и решат, что им всё можно, — парировал Орион. — Да, в воспитании детей нужно иметь стальной характер, — кивнула Вальбурга, странным взглядом смотря на своих чад. — И вы оба пойдёте, — посмотрела она на Фреда с Роном и прибавила, обратившись к Гарри: — А ты, мой мальчик, ступай наверх, отдохни. Ты ведь не просил их лететь за тобой в этом несчастном автомобиле. — В первые вижу, чтобы женщина любила чужого сына больше чем своих детей, — проговорил Рудольф. — Ты не понимаешь, это же Поттер! — с сарказмом бросила Лестрейндж. — Он народный герой, и все его обожают! — Ты очень добрый мальчик, Гарри, но выдворять гномов — скучная работа. Посмотрим, что об этом сказано у Локонса. — Миссис Уизли взяла с каминной полки увесистый том. — Они столько лет выдворяют дома и до сих пор не помнят, как это делается? — не понял Сигнус. — Мы же уже по часам поняли, что у нее плохо с памятью, — ответила Вальбурга. — И судя по всему очень плохо. — Я бы сказал отвратительно, — дополнил Альф. — Мы не первый раз видим доказательства: у нее часы на стене напоминают, что делать, а о своих детях она почти ничего не помнит. Гарри взглянул на обложку книги. На ней красивыми золотыми буквами было выведено: «Златопуст Локонс. Домашние вредители. Справочник». Здесь же красовалась и большая фотография автора: миловидное лицо, обрамлённое светлыми локонами, ярко-голубые глаза. По обычаю волшебной страны, лицо было живое, глаза весело, если не сказать нахально, подмигивали. — О, Локонс! — обрадовался Рег. — Ты чему радуешься? — подозрительно спросила Андромеда. — Тому, что я с ним на одном курсе учусь. — Ты и с Квиррелом учился, и с Локонсом, — перечислил Сириус. — Что ж тебе так везёт? Почему про моих знакомых ничего не сказано? — В смысле? — не поняла Тонкс. — А Снегг? — Он не в счёт, — буркнул Сириус. — Старайся делать то же самое, — сказал он Гарри и, высоко подняв гнома, начал размашисто его раскручивать («Крути меня!»), как лассо. Прочитав в лице Гарри ужас, Рон прибавил: — Ему это не повредит. Только голова закружится и он не сможет найти обратной дороги к себе в нору — Жестоко! — заметила Малфой. — Да, убить их было бы милосерднее, — добавила Белла. — Всё же не настолько жестоко, — возразила Нарцисса. Скоро в поле столпилось десятка два изгнанников, и они длинной вереницей, ссутулив плечики, побрели прочь. — А если магглы их увидят? — спросил Сигнус. — Ой, сейчас уже всем плевать на Статус, а тогда и подавно, — бросила Вальбурга. В доме хлопнула входная дверь. — Это отец! — воскликнул Джордж. — Вернулся с работы. — А почему он вернулся с работы? — не понял Руди. — Почему он вообще работает ночью? — Ой, да 100% не на работе был, а у любовницы, — проговорил Раб. — Судя по тому, что у них 7 детей вряд ли он нуждается в любовнице, — возразил Руди. — До всем его детям давно за 10 лет, так что это ни о чем не говорит, — бросил Рабастан. Мистер Уизли устало сидел в кухонном кресле, сняв очки и зажмурившись. Он был худощав, с большими залысинами, но и у него остатки волос ярко пылали рыжиной. На нём была зелёная мантия, потёртая и пропылённая от постоянных поездок. — А сколько ему лет? — спросила Элла. — Какая разница? — не поняла Нарцисса. — Хочу оценить выглядит ли он на свой возраст, — ответила Друэлла. — Ну, он старше меня на 6 лет, значит, сейчас ему 26 лет, а через 16 будет… 42! — выпалила Нарцисса. — Ну, в целом он нормально выглядит, — заметил Сигнус. — Большинство мужчин так и выглядят. — Да, это нам повезло с шевелюрой, — Альфард гордо провел по своей копне волос, который лишь незаметно убавились. — Есть ещё любители побесить простецов, — вздохнул мистер Уизли. — Продадут простецу такой ключ, а ключ возьмёт и сойдёт на нет. Простец ищет его, ищет, а ключ как сквозь землю провалился. И виноватых нет. Маглы ведь не заявляют о пропаже, не хотят признать, что существуют тающие ключи. Говорят, что потеряли. Они что угодно стерпят, лишь бы не замечать магии, даже если она творится у них под носом. Чего только наши люди не заклинают, вы даже не можете себе вообразить. — Надо попробовать, — глаза Рабастана опасно загорелись. — Только надо что-то более крутое, — ответила Белла. — Например, взрывающийся автомобиль! — Или взрывающий вибратор, — дополнил Раб, но столь неуместно предложение в семейных кругах, вызвал бурю эмоций: Регулус и Нарцисса густо покраснели, Сириус хихикнул, Рудольфус закрыл глаза ладонью от стыда. — Мистер Лестрейндж, впредь будьте любезны воздержаться от подобных комментариев в присутствии дам и детей, — настоятельно «рекомендовал» Орион. — НАПРИМЕР, АВТОМОБИЛИ?! Миссис Уизли вошла в кухню, держа в руке, как меч, длинную кочергу. Мистер Уизли широко раскрыл глаза и виновато выпучился на жену. — Драка! Драка! Драка! — Альфард радостно захлопал в ладоши. — Давай мисси Уизли, бей этих мужиков! — радостно закричала Белл. — Да, Артур, автомобили. — Глаза у миссис Уизли сверкали. — Представь себе волшебника, который купил старенькую развалюху и сказал жене, что разберёт её на части единственно затем, чтобы понять устройство. А на самом деле применяет к ней чары летучести. И пожалуйста, на этом автомобиле можно лететь хоть на край света. — Ну и не вижу проблем, — подал голос Аль. — Закон есть закон, — ответил Сигнус. — И его нельзя нарушать. — Ой, оттого, что кто-то поколдовал над машинкой катастрофа не случится, — заметил Альфард. — Видишь ли, дорогая, ты сейчас поймёшь, что этот волшебник ни на йоту не нарушил закон. Хотя, конечно… э-э… было бы лучше, если бы он сказал жене правду… В законе существует оговорка… если волшебник не имел намерения летать, тот факт, что автомобиль приобрёл летучесть, не означает… — Что это за бред? Впервые слышу об этом пункте? — проговорил Орион. — Орион, ты меня, конечно извини, — загадочно начал Аль. — Но даже тебе не все дано знать. — Или же это новая поправка, — нашлась Цисси. — Артур Уизли, ты сам сочинил этот закон, и, конечно, эту оговорку предусмотрительно вставил! — гремела миссис Уизли. — Чтобы безбоязненно баловаться у себя в сарае со всеми этими глупостями простецов! Так вот, к твоему сведению, сегодня утром к нам прилетел Гарри в том самом автомобиле, который для полётов не предназначался! — Сам придумал? — не поверил Люциус. — У него что есть полномочия придумывать поправки к закону? — Ну, не все же тебе властвовать, — как казалось самому Регулусу примирительно сказал он. — А что мне нравится! — заявила Белл. — Сам себя же он не посадит. — Тогда у меня предложение! — выступил Аль. — как насчёт того, чтобы кого-то из нашей семьи отправить в министерство, чтобы и нам была такая послабуха. — Аль развернулся к племянникам: — Есть добровольцы? — Боюсь, меня не примут, — без тени страха заявила Белла. — А меня примут! — радостно заявил Сириус. — Если Сириус будет в министерстве, то он нас не отмажет, а наоборот, посадит, — заметил Рег. — Боже мой! — воскликнул он. — Да ведь это Гарри Поттер. Счастлив тебя видеть! Рон столько нам про тебя рассказывал… — Они ко всем друзьям своих детей относятся с таким раболепием или это лишь исключение? — спросил Руди. — Ты что? Гарри это же Гарри! Его нельзя ставить на одну сторону с простыми смертными, — заявила Белла. — Вы правда туда слетали? И вполне успешно? — с неподдельным восторгом спросил мистер Уизли. — Я… я… — осёкся он: из глаз миссис Уизли летели огненные стрелы. — Разумеется, мальчики, это очень, очень нехорошо… — Вот что мне нравится в этой книге, — начала Беллатриса. — Так это то, что в этой книге в основном матриархат. И у Дурслей, и у Уизли. — Надеюсь, что это не знак того, что в будущем так и будет, — пробормотал Малфой. — Нам здесь больше нечего делать, — прошептал Рон Гарри. — Пойдём, я покажу тебе мою комнату. — Если дети так реагируют, значит, родители не в первый раз кричат друг на друга при детях, — заключила Элла. — Скорее мать орет на отца, — поправил Сигнус. — Как хорошо, что наши девочки выросли в другой атмосфере, — заметила Друэлла. — Но это не помешало одной стать маньячкой, — буркнул Сириус. — Это Джинни, — пояснил Рон. — Она такая застенчивая, и это её очень мучает. А вообще-то дверь у неё всегда нараспашку. — Имея 6 братьев, можно было привыкнуть к мужскому обществу, — хмыкнула Белла. — В том то и дело, что она привыкла к конкретным рыжим мальчикам, — заметила Цисси. — Это да, — подтвердил Орион. — Мне всегда казалось, что та закрытость, в которой у нас принято воспитывать детей дошкольного возраста, ведет к несоциализированности. — Ой, эта несоциализированность моментально растворяется в Хогвартсе, — махнула рукой Элла. Всё в комнате пылало оттенками ярко-оранжевого: покрывало, стены, даже потолок. Приглядевшись, Гарри понял в чём дело: каждый сантиметр стареньких обоев был заклеен плакатами, на которых изображались одни и те же семь ведьм и колдунов в ярко-оранжевых плащах, в одной руке — метла, другой энергично машут приветствия. — Какой ужас! — воскликнула Друэлла. — Эти комнаты подростков всегда вводят меня в депрессию. — После комнаты Сириуса меня уже ничем не напугать, — заявила Вэл. — Вообще-то у меня очень уютная комната, — «обиженно» заявил гриффиндорец. — Ага, особенно голые девицы, — хмыкнула Меда. — Ты бы еще иллюстрации Камасутры развесил. Сириус уже собирался это сделать, но Орион его перебил: — Если ты это сделаешь, предупреждаю тебя, ты лишишься своей комнаты и будешь спать со мной, — заявил Орион. Регулус поднял руку, требуя слова: — Можно тогда я займу его комнату? Мне нужен чулан для метел. — Твоя любимая команда? — спросил Гарри. — «Пушки Педдл», — ответил Рон, махнув рукой на оранжевое покрывало, которое украшали две огромные чёрные буквы «П» и летящее пушечное ядро. — Девятое место в Лиге. — Их же всего 10, — проговорил Рег. — Хорошо, что хотя бы не десятые, — хихикнула Анди. — Он гриффиндорец, ему привычно болеть за проигравших, — ядовито заметил Люциус. — Маловата, конечно, — сказал Рон. — Не то что твоя комната у Дурслей. И точно под закутком привидения-упыря. Он там на чердаке сидит и подвывает, да ещё барабанит по трубам. — Твою мать, — бросил Раб. — Нафига им упырь? — Потому что старшие дети уехали, — заметила Белл. — Им же нужно, чтобы кто-то напоминал Уизли о них — Лучше бы у меня был упырь, вместо Сириуса, — грустно бросил Рег. — Функции у них и так одинаковые: выть и барабанить. — Я не вою, — бросил Сириус. — Д? А кто на пасхальных каникулах скулил у меня под дверью? — Это чтобы тебе не было одиноко! Я же забочусь о тебе. — Скуля под дверью? — не поверил Рег. — Сириус, прекращай скулить, — велела Вэл. — Ты же не собака. — Ну это с какой стороны посмотреть, — пробормотал Сириус. — А по-моему, это самый прекрасный дом на свете, — улыбнувшись во всё лицо, сказал Гарри. — Это он ещё на Гриммо не был, — заметила Цисси. — Вот где уют.