У меня нет зависимостей, но её губы..

— и вправду, зачем ты вернулась то? Баронская стояла у дверного косяка, оглядывая тусклую комнату и дрожащую девушку беглым взглядом. После нервного срыва Милас, девушки не желали еще больше ухудшать обстановку в квартире своими разборками. Почему и решили поговорить по душам. — некуда идти то. Как вернулась к придурку этому, так всех и потеряла. Горохова не решалась поднять глаза, она лишь размешивала сахар в небольшой кружке горячего чёрного чая. Он грел ей руки, но сердце ее уже, казалось, ничего не согреет. — а Саша? Она где? — уехала. Повысили её, вот и свалила в другой город. Сделав небольшой глоток, напиток обжег горло, но доставлял приятное и долгожданное тепло по всему телу. — я сама понимала, что Милас не будет моей. Резко Баронская решила завести такой открытый разговор. — она всё твердила о тебе, все её флешбеки состояли из тебя. Она просто пыталась заменить мной тебя и я это прекрасно поняла. Глаза Ани округлились, но девушка напротив лишь тяжело вздохнула, продолжая свой монолог на кожаном кресле, под тусклым светом ночника. — можно сказать, я не влюбилась. Просто нашла близкого по духу человека, ну и секс был просто прекрасный. Глаза хлопали всё чаще, пытаясь проверить не сон ли это. Всё, что сейчас говорила девушка не укладывалось в юной голове. Хоть и девушки были всего на год различны, но казалось, будто Горохова говорит с мамой, которая раскладывает всё по полочкам. — и что же сейчас делать? На лице оставалась та же паника и тревога, когда у другой — спокойствие и умиротворение. — ждать. Она бесспорно ждала тебя, но и со мной ей хорошо. У неё точно такая же путаница в голове, как и у тебя. — а ты что? Ты будто знаешь, как всё получится. Лёгкая улыбка и спокойный вздох, давал понять, что она всё же догадывается. — я знала, что так будет. Почему и обзавелась любовником, он всегда был, даже когда я ещё не знала Ксюшу. С каждой минутой, проведённой вместе, Горохова чувствовала, будто находилась в какой то мелодраме на индийском канале. — пока вы там разбирались на кухне, я успела собрать вещи. Утром я спокойно уеду, ты меня проводишь. Скажешь, мол Милас, она тебя не любила, что нибудь такого плана. Но, можешь мне писать если что, ты вроде девчонка смышленая, догадаешься) Она протянула небольшую бумажку с аккуратно написанными цифрами. В шоке Аня прибывала недолго, но всё же не понимала до конца, что происходит. — и то есть тебе не жалко Ксюшу? — конечно жалко, но в последние месяцы мы даже спим раздельно, иногда просто проскальзывает страсть, но ничего большего. Я вижу, что никакой любви не было и нет. Я лишь временно заменила тебя, чтобы ты нагулялась, а она не сошла с ума. Пазл в принципе сложился и всё казалось логичным, почему Аня пожав плечами, поблагодарила девушку за такой приём. На утро Аня проснулась от вибраций, которые исходили из телефона, но недовольно открыва глаза, её остановил спокойный и бархатный голос. — спи пока, у меня самолёт скоро. Девушка покорно провалилась в сон. Но через, как показалось девушке, небольшое количество времени, тот же голос разбудил её. — закройся за мной. Протерев глаза, Аня узнала Баронскую, которая аккуратно толкала её за плечо. Выйдя в коридор, Горохова заметила огромные чемоданы и сумку. — береги её, она безумно любит тебя. Не проеби своё голубоглазое чудо) Связка ключей переложилась в её ладонь. — спасибо Ань, спасибо за всё) На дружной ноте девушки попрощались и дверь захлопнулась. Вместе с уходом девушки, ушло и сонное состояние Гороховой. Она резко осознала происходящее. Сейчас она одна, в квартире с человеком, которого она безумно любит, но после вчерашнего до безумия боится. Медленно открыв дверь, Аня заглянула в кухню. Подойдя поближе, девушка медленно погладила бархатные белоснежные волосы и такой мягкий ёжик на затылке и висках. Ксюша сладко спала на столе, подложив под голову свою руку.