Шрамы

      Чувствуя небольшое головокружение и смертельную усталость, Аясе наконец смог со спокойной душой сесть рядом с незнакомцем и расслабиться. Рука, которая некоторое время назад, отдала целую пинту крови, в месте укола сильно болела. Ветеринар смирился, что скоро там проявится дьявольски здоровый синяк на пол руки, который придется прятать, пока он не сойдет. Пакет с его кровью находился на подставке для капельниц и уже питал истощенное тело незнакомца. В мозгу появился сюрреалистичный образ телефона, стоящего на зарядке, и врач устало улыбнулся.       Жизненные показатели были далеки от нормы, но парень, лежавший на футоне, дышал самостоятельно. Кровотечение уже не было настолько сильным, чтобы это стало причиной его гибели. Аясе будет проверять рану почаще, чтобы там не завелась какая-нибудь непрошенная инфекция, проколет необходимые для кроветворения лекарства, антибиотики, и будет ждать. Это все что ему оставалось. Теперь дело было за этим парнем.       Страшно хотелось курить, и было бы неплохо чем-нибудь перекусить. Но его хватило лишь на то, чтобы накормить Таму и стащить латексные перчатки с рук, которые вместе со всеми расходниками, отправились в мусорное ведро. Пулю он решил не выбрасывать, хотя такие мысли посещали его, пока он ставил кровь на переливание. Она все еще лежала на столе, мрачно поблескивая искореженным корпусом в свете солнечных лучей. Можно было просто избавиться от нее, как от вещественного доказательства, и забыть, как страшный сон. Но он решил ее сохранить. Быть может из обычного тщеславия - он сумел вытащить ее из тела парня, самостоятельно, без ассистента и необходимых для такого навыков. Быть может... Она бы просто послужила ему напоминанием, ради чего он выбрал путь ветеринарного врача.       Пистолет, который большую часть времени находился в руке подстреленного парня, тот наконец выпустил из пальцев. Аясе поторопился забрать оружие от греха подальше. Он никогда до сегодняшнего дня не держал оружия в руках, и поразился тому, насколько настоящая пушка тяжелая. Преисполненный любопытством, он взвесил ее на руке и ощупал, всячески избегая нажима на курок. Он не знал, как заставить этого монстра не выстрелить по воли случая и просто убрал его в ящик стола. Слишком уж опасная игрушка.       Он помассировал переносицу, зажмурив глаза и ткнулся лбом в свои колени. Не помешало хотя бы пару часов поспать. Но чувствуя свою ответственность за раненного незнакомца и его состояние, он не мог просто взять и выключиться. А если что-то пойдет не так, и парень просто перестанет дышать? И вместо того, чтобы завести остановившееся сердце и проводить реанимационные действия, Аясе будет спать, пуская слюни в подушку. А когда он проснется, то его будет ждать неприятный сюрприз в виде быстро остывающего тела. Он выдохнул, теперь по-настоящему осознав, что значило быть врачом. И каково было тем, кто выбрал работу хирурга, реаниматолога, или любого другого специалиста в отделениях интенсивной терапии. Эти ребята действительно знали о недосыпе и усталости все.       Тама, теперь сытая и немного успокоившаяся, вновь подошла к хозяину, на ходу облизывая морду от остатков еды. Незнакомец по-прежнему беспокоил ее своим присутствием, но судя по его состоянию, серьезной угрозы он не представлял. По крайней мере, пока. Аясе услышал, как она подошла к нему и протянул руку, чтобы почесать ее мордочку, и кошка позволила ему это, доверительно подставляясь к его прикосновениям. - Как жаль, что ты не человек... - Аясе вздохнул, глядя в прищуренные желто-зеленые кошачьи глаза.       Тама тихо мяукнула и села, начав вылизывать сначала свою лапу, а потом проходилась ей по морде и ушам. Он любил наблюдать за этими ленивыми выверенными движениями, которые говорили о расслабленном настроении у такого пугливого маленького хищника, который мгновенно выходил из этого состояния, если что-то в окружении резко менялось. Ветеринар вновь скользнул взглядом по неподвижному телу незнакомца и невольно вспомнил его слова. - Я должен попросить тебя найти одного человека... Химура Кеншин. Это очень важно.       Кем был этот человек, которого он просил найти? Таким же сорвиголовой с пушкой наперевес? Он сильно сомневался, что у таких парней есть страничка в соцсети, и им можно было просто написать, используя безграничные ресурсы Интернета. Тогда где он мог его найти? В справочной книге? Если он что-то и знал про темную сторону закона, то такие парни не числились там, где их можно было найти, лениво потягивая утренний кофе. Тогда откуда начать поиски? Не мог же он заявиться в любой ночной клуб веселого квартала, и начать выспрашивать о человеке, про которого он ровным счетом не знал ничего, кроме старомодного имени. Эта затея могла плохо кончиться для него, потому что этот Химура мог вполне оказаться важной шишкой в мафии. И любые вопросы насчет него потребуют немедленного разъяснения, чтобы не быть избитым или... убитым. - Они хотят организовать его побег. Я не знаю, когда это случится, но по-видимому, очень скоро... Он единственный, кто сможет им помешать.       И кто эти загадочные они? Очевидно, тоже преступники. Которые хотели вытащить какого-то Райана Кинга из тюрьмы, судя по всему. А этот Химура, пока не в курсе их замыслов, но почему-то незнакомец был уверен, что ему удастся их остановить. Обычно, якудза не препятствовали таким вещам, как чей-то побег из тюрьмы. Могло ли это означать, что Кеншин Химура не был членом мафии, а был...       Полицейским?       Аясе нервно сглотнул, все еще ощущая сонливость, но уже не так сильно. Это уже было куда более неприятным предположением. От якудза, между которыми постоянно были какие-то разборки и мутные делишки, он хотя бы знал, чего ожидать. Но полицейский, который в курсе дел мафии был куда более опасным оппонентом. В его руках была власть, признанная на уровне государства, и с его легкой руки Аясе мог никогда не найти работу. Или, скажем, стать каким-нибудь подозреваемым для повышения раскрываемости отдела. У полицейских, которые снюхались с мафией было гораздо более шаткое положение, и чтобы удержать равновесие между законом и преступлением, они были готовы любому перегрызть глотку.       Час от часу не легче. И все же полицейского было гораздо проще найти. Совсем не обязательно было назначать ему личную встречу, достаточно написать анонимное письмо или оставить звонок с левого номера. Главное поставить его в известность о планах таинственных людей освободить преступника из тюрьмы, а дальше уже не его ума дело, что предполагаемый полицейский будет предпринимать в этой ситуации.       Решив еще немного пободрствовать, Аясе поднялся с пола и ушел на кухню. Сделав себе крепкого кофе и разогрев лоток с едой, из тех, что он купил ночью в круглосуточном магазинчике, ветеринар отнес все это к своему компьютеру и включил его. Так он мог заняться делом и периодически мониторить состояние незнакомца. Сделав большой глоток кофе, пока компьютер включался, Аясе обдумывал, какие запросы ему следует отправить. И что делать, если его умозаключения были ошибочными, и он так ничего и не найдет.       Увидев, что хозяин принял привычное ей положение за шумящей штукой, на которую он мог смотреть часами, Тама грациозно запрыгнула к нему на колени и быстро устроилась на своем законном месте. Аясе рассеянно прошелся ладонью по пушистому округлому тельцу животного и уставился на поисковик, где неустанно мигал курсив, дожидаясь своего звездного часа.       Ветеринар немного посидел перед ним, с зависшей над клавиатурой рукой, но все же решился и медленно вбил интересующее его имя и нажал на крохотную лупу. - Ну... Посмотрим, кто ты такой.       По его запросу тут же сформировалось несколько ссылок, в основном на газетные статьи и форумы. Аясе удивился, кликнув на одну из таких флудилок и первое, на что он наткнулся, так это на подборку видео годичной давности. Сформировав из них плейлист, Аясе запустил их по порядку и развернул на полный экран.       Из колонок тут же раздался механический голос пожарной сигнализации, чьи-то крики и шебуршение в динамике камеры - видео было любительским, заснятым на личный телефон. Операторская работа была отвратительная, но то, что снимал автор выложенного видео, затмило все в глазах Аясе.       Съемка велась в одном из торговых центров в Сибуе, и кажется, он даже бывал в таком, когда еще был студентом. Огромное пространство на этаже, богато цветущий сад с обилием различных растений, огороженный высокими бортиками, которые так же служили импровизированными лавочками для посетителей торгового центра, стеклянный потолок... И несколько охранников, сгрудившихся вместе, с опаской глядевших на двоих людей перед ними.       Один - высокий мужчина, гораздо выше обычных японцев, судя по всему иностранец, с грубыми чертами лица, длинными белыми волосами, одетый в преимущественно темную одежду. В руках он держал пистолет, из которого только что выстрелил в охранника, но тот остался жив. Чего не скажешь о рации, по которой и стрелял альбинос. Второй - гораздо ниже первого, худощавый с рыжими волосами стянутыми в высокий хвост и пронзительными зелеными глазами, которыми он буравил альбиноса, стоя неподалеку. Одетый слишком официально для простого похода в магазин, он выглядел скверно - рукав белой рубашки порван и залит кровью из раны на руке, волосы растрепаны, и на ногах он стоял не слишком твердо - словно у него сотрясение. В руке он сжимал деревянный черенок похожий на черенок от швабры, и это было его оружие против пистолета? Что, черт возьми, происходит? - Следующий будет в голову. И я не промахиваюсь! Отошли!       Голос киллера с белыми волосами сорвался на озлобленный визг. Словно дикий зверь, он оглядывался вокруг себя, предвосхищая любую попытку его атаковать. Тем временем рыжий сделал шаг навстречу ему, покрепче перехватив деревянную палку в своей руке. - Я специальный агент, Химура Кеншин! Этот человек в международном розыске! Он крайне опасен, и если хотите сегодня вернуться к своим семьям, не вмешивайтесь! Я сумею его задержать, если вы поможете мне и ничего не будете предпринимать! Слышите?!       Услышав искомое имя, Аясе распахнул глаза и тапнул на паузу, глядя на замерших перед ним кадр. Невысокий, безоружный и сильно потрепанный, он тем не менее, выглядел устрашающе. Он тоже был иностранцем, больше похожий на какого-нибудь западного актера, или модель, но никак не на специального агента. Он не мог поверить в услышанное и поторопился запустить видео вновь. Статичные фигуры задвигались, и произошедшее в следующие секунды не оставило никаких сомнений - перед ним тот самый человек, которого просил отыскать незнакомец.       Один из охранников хотел выдернуть пистолет, но не смог вовремя это сделать, в отличии от альбиноса, который тут же направил на него пистолет. И если бы не Химура, который с поразительной скоростью сориентировался в ситуации и бросился на помощь, то охранник погиб бы от выстрела в упор. Но рыжий перехватил руку Экити, направив его оружие вверх и выстрел разнес потолок - сверху мелкой крошкой посыпалось стекло. Голос за кадром испуганно взвизгнул и камера затряслась. В следующую же секунду Аясе заметил, как мелькнула палка в руках у Кеншина и врезалась в локоть альбиноса и кричал теперь уже он. Ветеринар не слышал хруста, который без сомнения был, но судя по тому как безвольно повисла рука, травма была серьезной. Но и это не остановило киллера - он попытался схватить рыжего здоровой рукой, но тот увернулся и со всего маху зарядил ему кулаком в лицо. - Хватит! Сдавайся. С одной рукой у тебя нет шансов.       Голос Химуры вибрировал от злобы и напряжения, и он был готов к новой атаке, стоя между альбиносом и охранниками, словно за его худощавой фигурой можно было кого-то спрятать. Пистолет, который он выбил у киллера из руки, валялся между ними на полу. Альбинос презрительно фыркнул и плюнул в сторону Химуры кровавой слюной.       Видимо из-за разбитого носа, кровь заполнила носоглотку и ему было тяжело дышать. И как только он сделал это, альбинос дернулся и кинулся в сторону Химуры, намереваясь если не убить, то серьезно покалечить его. Реакция у Кеншина была на высоте, и он предпринял новую попытку оглушить этого громилу, но... Аясе увидел, как появился ядовито-желтый дым, который почти мгновенно окутал охрану, Химуру и киллера, скрыв их от камеры стороннего наблюдателя. Запись оборвалась, а в комнате повисла тишина.       Шокированный увиденным, Аясе сидел как громом пораженный и таращился в экран. - Это что... было вообще?       Он выдохнул, тут же пролистав на комментарии на форуме, бегая по ним глазами. Кто-то, так же как и он не поверил увиденному и писали, что это кадры из какого сериала. На них тут же налетело несколько других комментаторов, которые утверждали, что видели это своими глазами. И это реальный псих, который вдруг накинулся на рыжеволосого парня, пытаясь его убить. От дыма, который удалось запечатлеть на записи, пострадали охранники, и некоторые из них находились в тяжелом состоянии в больнице. Кто-то написал, что этот рыжий парень - герой, который включил сигнализацию, чтобы обычные люди покинули торговый центр, и чуть позже защитил полицейского собой, когда альбинос взорвал бомбу и скрылся с места преступления.       Этим словам вторил и срочный репортаж центрального канала, который вышел в эфир в вечерних новостях. И чем дальше Аясе читал, тем больше понимал - подстреленный незнакомец не просто так доверился этому человеку. Люди на форуме собирались в небольшие группы и обсуждали о возможности чем-то помочь пострадавшим, и принести Химуре благодарности за его самоотверженный поступок. Кто-то организовал группы из желающих навестить полицейского в больнице. И еще целая куча комментариев от восторженных девиц, которые там же организовали его фан-клуб. - Знали бы вы, кто к нему за помощью обращается...       Покинув форум, Аясе прочитал написанные тогда статьи, узнав из них, что Химура действительно служит в полиции в отделе нарушений общественного правопорядка, и то, что произошло в торговом центре - операция по задержанию особо опасного преступника, находящегося в международном розыске.       Альбиноса, который напал на Химуру звали Хисоко Экити, и его послужной список производил самое неизгладимое впечатление - терроризм, экстремизм, участие в торговле людьми, наркотиками и оружием на всем юго-востоке, а так же он являлся правой рукой некогда печально известного Райана Кинга, главу юго-восточного преступного синдиката, который сейчас отбывал пожизненный срок в американской тюрьме для особо опасных преступников. В какой именно тюрьме сказано не было.       Если какие-то крупицы сомнения в нем и оставались, то при упоминании Райана Кинга Аясе окончательно убедился - ошибки быть не может. Это тот человек, которого нужно было найти. Побродив еще по ссылкам, он нашел телефон отделения и быстро переписал его. Оставалось только составить анонимное послание и передать его Химуре. И все, дело в шляпе.       Убедившись, что с раненым, который сейчас крепко спал, все в относительном порядке, Аясе вновь сел за компьютер, и набирая в текстовом редакторе необходимое сообщение, даже не заметил, как погрузился в дремоту. Его внутренняя батарейка окончательно разрядилась.

***

      Его разбудило ощущение, будто на него кто-то смотрит. Это чувство не с чем сравнить, оно уникально. И крайне неприятно для тех, кому повышенное внимание к себе совсем не было нужно. Он с трудом разлепил глаза, и первое, что он увидел, это круглую кошачью морду, то и дело дергавшую усами и кончиком носа. Потом он услышал глухое ворчание, доносившееся откуда-то из глубины кошачьего горла. Кошка была не в духе, и буравила его своими глазами-блюдцами, будто желая ему в этот самый момент немедленно исчезнуть.       Не слишком длинный полосатый хвост ходил туда-сюда, и она то и дело переминалась с лапы на лапу, обдумывая, какую из них пустить в дело, если лежащий перед ней человек попытается шевельнуться. Он не шевелился, наблюдая за животным. В голове вдруг зазвучал чей-то до боли знакомый голос, который он слышал, казалось так давно, что уже начал было забывать жесткий и утробно вибрирующий голос своего напарника. - Животные чувствуют, что с нами что-то не так. В отличии от своих хозяев, у них лучше развито обоняние и их носы распознают запах крови и пороха, которые стали нашей неотъемлимой частью.       Господин Хисоко был прав, как и всегда. Этот разговор состоялся у них, когда во время одной миссии в Праге, за соседний столик при кафе, где они сидели, опустилась дама с мелкой собачкой на руках. Едва собака увидела их, она потянула носом, короткая шерсть встала дыбом, а пасть ощерилась и он увидел мелкие кривые зубы, которыми животное пыталась их напугать. Экити-сану достаточно было взглянуть на собаку и самому оскалиться, чтобы животное заскулило и позорно сходило по-маленькому на шикарное дизайнерское платье своей хозяйки. Но в отличии от Господина Хисоко, который презирал четвероногих спутников человека, ему нравились животные и парню хотелось завести дружбу с кем-нибудь из этих чудесных созданий. Но те реагировали на него всегда одинаково - либо сразу сбегали, поджав хвост, либо пытались отпугнуть рычанием и шипением, в безотчетной злобе тараща на него глаза, при этом трусливо отступая.       Поэтому сейчас, глядя на животное, которое подобралось к нему непривычно близко, вопреки своему инстинкту, парню стало интересно. Он медленно вытащил руку из-под легкого пледа и осторожно коснулся кошачьей шерсти на боку. Животное отреагировало незамедлительно и за наглость пришлось заплатить - кошка взвизгнула, саданула его когтями по руке и громко отфыркиваясь, сбежала из комнаты.       Он без особых эмоций взглянул на руку, где теперь красовались тонкие следы от когтей, с легкостью порезавшие кожу на внешней стороне ладони. Кровь тут же выступила на поверхности ранок, и ладонь неприятно засаднило. До его чуткого слуха донесся всхрап и он увидел вчерашнего парня, сонно моргающего и пытавшегося понять, что происходит. Когда же тот осознал, что его нежданный пациент не спит, то мгновенно проснулся и уставился на него. В молчании они провели с минуту, после чего парень, уснувший за компьютером, произнес: - Лежи и не смей вставать.       Как будто он собирался. Вся правая сторона от живота до бедра словно побывала в раскаленной лаве, пульсируя тупой болью, и у него совершенно не было сил, чтобы хотя бы повернуться набок. А еще до невозможности хотелось пить. Он натянул слабую улыбку, и попытался сказать что-то, но в глотке настолько все пересохло, что голосовые связки отказывались воспроизводить любые звуки. Услышав его слабые попытки заговорить, парень спросил его: - Воды?       Он слабо кивнул и поморщился, сухо сглатывая. Парень поднялся со своего места и вышел из комнаты, а через некоторое время вернулся с полным стаканом воды и коктельной трубочкой. Опустившись рядом с ним на колени, он согнул трубочку и один конец опустил в воду, а другой поднес к его губам. - Не пей много за раз, я ее не заберу.       Пока неизвестный пил, Аясе наблюдал за ним, не переставая удивляться. Ранение было тяжелым, и он ожидал, что парень пробудет без сознания гораздо дольше, но тот очнулся уже через несколько часов после операции. Но несмотря на это, неизвестный был еще очень слаб и до того момента, как он сможет полноценно встать на ноги, было еще очень далеко.       Аясе должен был злиться на него, испытывать иступленную ярость, потому что этот олух подверг их с Тамой опасности, границы которой были размыты и могли таиться в тени, дожидаясь, когда его бдительность будет не такой обостренной, как сейчас. Но видя, с каким трудом парень пьет, периодически делая передышку, он счел предъявление претензий неуместным. Он сам потащил его к себе, вместо того, чтобы вызвать скорую и полицию. Сам прооперировал и поделился своей кровью. Это был его сознательный выбор помочь незнакомцу, и глупо было сейчас срывать на него все свои опасения и страхи, выдавая все это за праведный гнев.       Ветеринар пощупал лоб парня и отметил, что температура была выше, чем надо. Опасение подтвердила дрожь, которая сопровождала парня, когда тот наконец выпил половину стакана и вновь лег на свою импровизированную кровать. Озноб и температура могли быть реакцией организма на полученную вчера травму, и это было относительной нормой, но Аясе меньше всего хотелось сейчас рисковать его хрупкими шансами выкарабкаться, а потому сделал ему несколько уколов с антибиотиком и жаропонижающим. За все это время парень не произнес ни слова, со слабым интересом наблюдая за процессом своего лечения. - Пока все. Есть тебе в ближайшее время можно только мягкую пищу, уколы я буду ставить каждый день. Твою рану я тоже чуть позже осмотрю, так что лучше поспи это время. - Вы говорите так, словно у меня есть время столько разлеживаться...       Голос парня был мягким и почему-то каким-то безжизненным. Он слабо улыбался ему, но эта улыбка имела больше сходства с напускной вежливостью, чем с настоящей благодарностью. Аясе вновь стало не по себе. - У тебя нет другого выбора. Сейчас ты вряд ли сможешь даже сходить самостоятельно по нужде. Поэтому, слушай, что тебе говорят и не заставляй меня жалеть, что решил тебе помочь.       Аясе нахмурился, подавляя в себе возникшую неприязнь. - Будь по-вашему...       Юноша посмотрел в потолок и улыбка медленно сползла с его губ. - Я нашел того человека, про которого ты говорил. Он служит в полиции и я собираюсь отправить ему анонимное письмо. - Плохая идея.       Взгляд парня обрел осмысленность и он серьезно посмотрел на Аясе, больше не улыбаясь. - Если они перехватят это письмо, то немедленно вычислят нас. И тогда этот дом перестанет быть безопасным. - Тогда я позвоню, и оставлю устное сообщение. Тоже анонимно. - И сколько людей оно пройдет, прежде чем информация дойдет до Химуры? И звонки можно перехватить, едва кто-то обмолвится о Райане Кинге. Шифрование, которое проходит номер, когда хочешь сделать анонимный звонок, тоже можно взломать и узнать, кому он принадлежит. И мы вернемся к тому, с чего начали. Это небезопасно.       Аясе все больше заводился, слушая этот тихий голос, сухо констатирующий факты. Словно это его ни капли не беспокоило. И то, что его жизнь, а теперь и жизнь Аясе, висели на волоске от неминуемой гибели. - Тогда, что ты предлагаешь? Отправиться к нему на личную встречу и засветиться везде, где только можно?! Чтобы полиция потом взяла меня в оборот и я с твоей легкой руки потерял все, чего я таким трудом добивался?!       Аясе осознал, что уже начал кричать, но подавить это уже не мог. Слова сами срывались с губ, подгоняемые злостью, что клокотала у него где-то в районе желудка. - Я не желаю в этом участвовать, не желаю ничего знать ни про какого Кинга, и чем скорее ты выздоровеешь, тем быстрее я избавлюсь от тебя и продолжу жить как жил! - Но Вы знаете. И этого уже не изменить. Пока я не могу осуществить Ваше желание и покинуть этот дом. Поэтому я прошу Вас передать Химуре мои слова. А если этого не сделать, можно будет забыть про спокойную мирную жизнь и безоблачную карьеру. Понимаете Вы это, или нет?       Аясе рывком поднялся с пола и отошел к своему столу, словно это помогло бы ему как-то избежать того, что он так не хотел делать. Избежать правды, что неумолимо звучала от этого странного парня. И не идти на встречу с человеком, который вопреки своей службе в полиции, якшался с мафией настолько, что та обращалась к нему за помощью.       Он напряженно смотрел на лежащего на полу парня, а тот смотрел на него, явно ожидая от него внятного ответа. Выдержать этот взгляд глубоких синих глаз оказалось не так просто, как ему ожидалось, и врач повернулся к нему спиной. - К тому же... Химура-сан не такой, как Вы думаете. Возможно, раньше он и был кем-то, с кем и говорить-то было страшно, но... Он сильно изменился и пытается помочь всем, кто в нем нуждается. Хотя его идеология мне до сих пор непонятна, - в голосе парня слышался едва уловимый смешок. - Вряд ли он оставит Вас без защиты, имея такие вводные.

***

      День был очень теплым, и солнце, висящее высоко в небе, отбрасывало затейливые блики на стеклах здания полицейского управления. Облака лениво плыли по небу, постепенно собираясь в огромные кучевые тучи, которые к вечеру вполне могли разразиться долгожданным ливнем. Кеншин потянул носом воздух, ощущая слабый запах озона, который еще больше уверил его в том, что дождя не миновать.       Сайто и Цубаки шли рядом с ним, переговариваясь о бейсболе, в котором нашли больше точек соприкосновения, чем во всех остальных темах и не замечали ничего вокруг. -... А я говорю, что у Кансайских Тигров гораздо больше шансов выбиться в лидеры. Они тренируются в поте лица, а их фанаты ревут так, что от их энергетики можно телефоны заряжать! - Пусть так, но у Великанов гораздо больше опыта. Да, тренировки это прекрасно, но этого мало, когда хочешь уложить мастера на лопатки. - А я думаю, что и опыт, и тренировки делают их равными по силе. А что самое главное, такое противостояние делает счастливыми миллионы людей. Кстати, мы пришли.       Кеншин улыбнулся своим спутникам, которые переглянулись и пожали плечами. Занимающий нейтральную позицию в споре, Химура был далек от мира фанатов и их противостояния просто не мог понять, а попытки переубедить его ни к чему бы не привели.       Сайто ухватился за ручку стеклянной тяжелой двери и пропустил Цубаки и Кеншина вперед, ощущая сосущее под ложечкой чувство сожаления - да, они ушли в отпуск, но на работу все равно пришлось идти, вместо того, чтобы наслаждаться законными выходными.       Пройдя входную зону по личным пропускам, они то и дело кивали, встречая знакомых из разных отделов. Цубаки при этом вежливо улыбалась, хотя и знать не знала всех этих людей. Уже оказавшись у лифта, Кеншин заметил, как с лестницы, ведущей к лабораториям поднимается девичья фигура, частично закрытая кучей папок с делами. Она тоже направлялась к лифту, на ощупь пробираясь по стенке и явно боясь уронить всю эту кучу бумаг. Химура заулыбался, идя ей навстречу и с легкостью забрал большую часть папок себе, встретившись с удивленными глазами, увеличенными линзами огромных круглых очков. - А Сейджи знает, что ты тут в одиночку таскаешь такие тяжести? - Ой, Химура-кун, а что ты тут... Ты же в отпуске, разве нет?       Она искренне улыбалась ему, отбросив неловкость после увиденного ею вчера. Сейчас это был тот же самый Кеншин, которого она знала последние два года. - Все нормально? Голова после вчерашнего не болит? - Утром болела, но сейчас я в полном порядке. Извини за беспокойство, которое я вам всем причинил. Алкоголь - самый главный враг человечества.       Девушка искренне рассмеялась, прижимая бумаги к себе. - Ничего страшного. Теперь ты это знаешь, и будешь куда более избирательнее в количестве выпитого. Правда, есть в этом и свои плюсы - благодаря алкоголю мы теперь знаем, что ты потрясающе поешь.       Химура смущенно покраснел, вспоминая как заливался соловьем в баре вместе с Цубаки, и даже прибывающая толпа не сломила его желание выплеснуть все накопившееся в слова и музыку. На трезвую голову он бы точно так не смог. - Ты один пришел? Что-то не так с отпускными? - Нет... Мы пришли все вместе. Цубаки осталась у нас сегодня. - Оу...       Саяка хлопнула глазами, глянув ему через плечо и увидела Сайто, в компании вчерашней певицы, стоящих возле главного лифта. И если Химура и Сайто работали здесь, и могли в отпуске прийти на работу по каким-то мелким вопросам, то что здесь делала она, оставалось для нее настоящей загадкой. Сложив в уме известные ей факты, Саяка со всей серьезностью глянула на Химуру. - А она... Что-то серьезное случилось? - Нам нужно поговорить с Сейджи и влезть в ее дело. Цубаки, она... Потеряла память и совершенно не помнит о себе ничего, кроме тех двух лет, что живет в Японии. Еще до того, как я прилетел сюда из Америки, она подверглась нападению со стороны неизвестного и попала в больницу в очень тяжелом состоянии, и это повлекло за собой амнезию. Я хочу выяснить кто он такой, найти его и предать суду. И узнать, что было до нападения... Там очень запутанная история, которую нужно обсудить всем вместе.       Выслушав его, Саяка вновь глянула на одноглазую певицу. - Бедная девушка, она столько трудностей пережила... Мы просто обязаны ей помочь.       Она решительным шагом направилась к Цубаки и поздоровавшись с инспектором, который тут же расплылся в теплой улыбке при виде нее, и повернулась к певице. - Привет, я Саяка, криминалист. Мы еще не знакомы лично, и я хотела бы это исправить.       Цубаки глянула на Химуру, подходившему к ним со спины Саяки, и поправила прядь волос, лезшую в лицо. - Все называют меня Цубаки. Это своего рода псевдоним. А ты та самая Саяка? Подруга Кеншина и Хаджимэ? - Она самая.       Девушки тут же зацепились языками, пока Сайто вызывал лифт на их этаж. Хорошее начало, особенно учитывая вчерашние опасения Саяки по поводу Цубаки, что ее могли подослать враги Химуры и она могла быть соткана целиком из лжи. Но вроде бы, все было в порядке.       Под девичью болтовню они зашли в лифт и поднялись на нужный им этаж. В лифте Сайто забрал у Саяки все прочие бумаги, и девушки выпорхнули на легке из кабины, в то время как мужчины галантно несли папки, чуть отстав от них. - Уверен, что из этой затеи выйдет что-то путное? У нас слишком мало зацепок на руках, а чтобы откопать остальные, нам может понадобиться уйма времени. - Пока мы в отпуске, можно будет не отвлекаться на что-то постороннее. Ты... Совсем не обязан в этом участвовать, я могу и сам попробовать... - Мы ушли в отпуск в одинаковый период, потому что хотели провести вместе свободное время. Конечно, я представлял все иначе, но... Это не то дело, которым можно пожертвовать в угоду своих хотелок. К тому же, если это важно для тебя, я не могу оставаться в стороне. Это будет вопиющим неуважением. Когда мне понадобилась помощь, ты не раздумывая решился на это, даже не зная меня тогда. И только благодаря твоей помощи, мы сумели распутать этот клубок тайн и найти Айзека. Как я могу не помочь, когда ты в этом нуждаешься? Просто я беспокоюсь и думаю об этом все утро.       Кеншин покраснел, спрятав лицо за кипой бумаг в своих руках. Он любил этого мужчину настолько сильно, что порой ему казалось это чувство разорвет его на мелкие кусочки. И когда Сайто говорил или делал нечто подобное тому, что он произнес сейчас, у Химуры перехватывало дыхание, а сердце клокотало где-то в горле от дикого восторга, заставляя его чувствовать так, будто он обладал величайшим на земле сокровищем. - Спасибо тебе... Я надеюсь, что несмотря ни на что, мы все это переживем, вместе.       Сайто мягко кивнул любовнику, и не имея возможности взять его за руку, мягко коснулся губами его виска. Поначалу, он стеснялся проявлять чувства, особенно на работе, но после их совместно проведенного Рождества, он решил немного изменить отношение к этому.       Да, в Японии не было принято в открытую проявлять сильные чувства к друг другу, особенно, если вы не были женаты.       Да, поначалу отдел косо смотрел на них, а некоторые вовсе бесстыдно пялились на мужчин как на вольно разгуливающих диких животных.       Да, пришлось пару раз обговорить это с Мацудайрой, который тоже недоумевал про что он то и дело слышит в курилках от коллег. Но в конце концов, это было их дело, и они никому этим не мешали, продолжая эффективно работать на благо отдела. И к ним привыкли. Не приняли до конца, но привыкли, и этого было вполне достаточно.       Обата обитал за своим столом в самом конце зала, отгороженный ото всех непрозрачной угловой ширмой. Он что-то вбивал в компьютер, покачивая головой в такт музыке, игравшей в наушниках. Поэтому он не заметил, как две девушки и двое мужчин подошли к нему со спины. Саяка мягко достала один из наушников и игриво прошептала ему на ухо: - Попался...       Сейджи вздрогнул и вытащил второй наушник, хлопнув глазами, видимо еще не отойдя от заполнения специальной формы в программе. Но увидев лицо Саяки рядом, а потом и всех остальных, широко улыбнулся, махнув им рукой. - Всем привет. Какими судьбами? Ладно Саяка, мы с ней работаем вплоть до сентября, но вы-то в отпуске. Соскучились по родным пенатам, Сайто-сан, Кен-кун?       Увидев Цубаки, Сейджи указал на нее и поглядел на семпая. - Это ж она? Она тоже с вами? - Да, мы в общем-то по делу. Покой нам только снится. Я думаю, будет самым неплохим вариантом расположиться в моем кабинете и поговорить обо всем. Документы отнесем чуть позже.       Сайто положил папки на стол к Сейджи, где еще было свободное место, и достал ключи из кармана. Вся компания проследовала за ним, и расположилась в его небольшом, но уютном кабинете: Саяка и Сейджи заняли место на небольшом диване, Кеншин присел на край стола, Цубаки устроилась на стуле, а Сайто опустился в рабочее кресло, тут же придвинувшись к столу, чтобы быть поближе ко всем остальным.       Выдержав небольшую паузу, он рассказал все, что знал сам. Кеншин дополнил его рассказ более тонкими подробностями, а Цубаки пересказала все то, что знал Кен, но еще не знали Сайто, Саяка и Сейджи.       В кабинете воцарилось молчание, оттеняемое только мерным гулом отдела за дверью, и шумом с улицы, который доносился из приоткрытого окна - ввиду большого количества людей в душном помещении было решено проветрить кабинет. - Значит, ты совсем не помнишь, что было до того, как с тобой случилось то ужасное несчастье? - Неа... Иногда бывает, что какие-то обрывочные воспоминания всплывают, но они больше похожи на мутные образы, чем на что-то конкретное. Я вспомнила только Кеншина. Сегодня мне приснился сон, как меня спасли, когда я замерзала на том шоссе. В больницу меня привезла пожилая супружеская пара. Отосе-сан и Мацухито-сан. Они периодически навещали меня в больнице, но к сожалению они были очень пожилыми людьми. У нее нашли рак желудка, неоперабельный, а когда она ушла, у Мацухито-сана не выдержало сердце. К сожалению, я не знаю где они похоронены - я еще лежала на восстановлении в больнице, когда это случилось. Они бы могли что-то запомнить, но... Их теперь не спросить. - А кто вел твое дело? Хоть какие-то отчеты ты получаешь?       Цубаки покопалась в сумочке и нашла в ее недрах блокнот, после чего открыла его на нужной странице и протянула Сейджи. - Я записала номер его удостоверения и инициалы. Вроде как дело продолжается, но ничего толкового я до сих пор не получила. Камер на том участке дороги не было, а на тех, которые были мелькало несколько машин, которые ехали в нашу сторону, в том числе машина Отосе-сан и Мацухито-сана. Их проверили, но ничего не нашли. Как будто он вез меня совсем не по тем дорогам... Но там вариант всего один. Как будто он из воздуха появился, в самом деле, - девушка фыркнула, сложив руки на груди. - А потом зима кончилась, следы, какие еще можно было найти растаяли вместе со снегом и дело встало на мертвой точке. Не то, чтобы меня это беспокоило - я благодарна, что осталась жива и могу продолжать жить относительно здоровой жизнью. - Прости меня за бестактный вопрос, но твой... Глаз. Ты потеряла его до нападения, или после? - Саяка замялась, поглядывая в лицо девушки. - Врач говорил, что это произошло до нападения, потому что прошло достаточно времени, чтобы все зажило. Глаз извлекли хирургически, в этом он не сомневался. Но я не знаю, сколько времени я была у этого психа, и я не могу полностью исключать его участие в этом. - Хорошо. Найдем следователя по твоему делу, посмотрим, что конкретно у него есть на руках.       Сейджи кивнул ей, достав телефон и перефоткав необходимые данные. Саяка поглядела на Сайто, словно о чем-то вспомнила. - А помните, когда мы искали Химуру-куна, нам очень помог Которо-сан из того компьютерного клуба? Быть может он сможет узнать, что там с камерами? Может остались резервные копии или что-нибудь еще? - Хм... Нужно навестить его, - Сайто кивнул, вспоминая рослого мужчину в прокуренной комнате.       Если бы не его помощь, они бы не нашли Кеншина на острове Хатидзе, и бог весть знает чем бы эта история закончилась. В благодарность, Сайто навестил его и подарил набор дорогих сигар, которыми их подпольный компьютерный эксперт остался доволен. - Тогда я влезу в архив и поищу схожие дела о похищениях женщин за последние десять лет. Может там найдем что-нибудь интересное.       Кеншин улыбнулся Цубаки, отходя от стола к ней, видя ее смятение при виде мгновенно включившихся в работу людей.       Тот детектив, который общался с ней, не шибко был заинтересован в ее деле, и каким-то образом узнав про то, что она перенесла одно не слишком приятное венерическое заболевание в юности, стал относиться к ней предвзято. Он не говорил, что она просто шлюшка, которую выкинул на мороз не пожелавший платить клиент, но что-то такое она чувствовала в его наводящих вопросах и той манере, как он с ней держался при разговоре. Словно она мусор, и заслужила подобное отношение к себе. А сейчас, зная всю правду, эти люди уже составляли план действий, словно это дело было для них делом чести. - Доверься нам, и мы все сделаем.       Кен положил теплую ладонь ей на плечо и она мягко накрыла ее своей рукой. Приятно было осознавать, что она больше не одна, и возможно теперь... Она узнает, что случилось на самом деле, и тогда она сможет спокойно жить дальше, не возвращаясь темными бессонными ночами к этим мыслям. Робкая надежда зародилась в ней и она хотела было ответить Химуре, что это очень важно для нее и как она ценит их помощь, но тут в кабинет громко постучали.       От резкого звука она вздрогнула, и ее беспокойство как по мановению волшебной палочки, передалось и Кеншину. Он с тревогой глянул на дверь, а Сайто нахмурился. - Да? - Инспектор Сайто Хаджимэ? Можно вас на пару слов?       Хаджимэ поднялся из-за стола и открыл дверь, окруженный мгновенно затихшей молодежью. На пороге его кабинета стоял невысокий молодой человек, которого Сайто не припоминал на службе полицейского управления, да и одет он был в гражданское. У него было обеспокоенное бледное лицо, со следами хронического недосыпа. От него слабо тянуло сигаретным дымом - ох этот сладостный аромат табака, к которому Сайто иногда так хотел вернуться, но помня данное Токио обещание, держался, вопреки всему.       Голубые глаза парня беспокойно бегали по лицу Сайто Хаджимэ, а черные волосы с небольшой алой прядью на виске торчали в беспорядке, словно он забыл нормально причесаться с утра. - Как вы сюда прошли? Кто вы? - Сайто тут же включил режим инспектора отделения, выйдя из кабинета и прикрыв за собой дверь. - Я... Аясе Мидория, я звонил в регистратуру, и мне сказали, что я могу подойти сегодня. - Меня не предупреждали о вашем визите, - глаза Сайто опасно сузились, и молодой человек весь съежился под этим взглядом. - Да... Глупо получилось. Девушка сказала, что Вы в отпуске, и Вас не должно быть на рабочем месте, но вроде Вас видели сегодня в управлении, и поэтому я ее упросил пустить меня к Вам. Не ругайте ее только, она очень отзывчивая, а мое дело не требует отлагательств. Прошу Вас, выслушайте меня. - Что ж, вы уже здесь. Слушаю. - Я бы хотел... Увидеться с Химурой Кеншином, он ведь в вашем отделе работает? У меня для него информация...       Он икнул, испуганно таращась в костистое лицо инспектора, который при упоминании Химуры стал похож на волка под личиной человека. Злого и голодного, который в любой момент грозился вцепиться ему зубами в шею и вырвать добрый кусок. Голос его стал ниже и Аясе готов был поклясться, что слышит рычание в каждом слове. - Химура Кеншин не в отделении. Всю информацию, которая предназначается ему, Вы можете обсудить со мной. - Но... Но мне нужен он, это информация только для него... - Молодой человек, вы тратите мое драгоценное время и вынуждаете повторять то, что вы и так расслышали.       Дверь кабинета открылась и Кен выскользнул из помещения, глядя на побелевшего от страха Аясе. Серьезно, но куда более мягко, чем Сайто. - Что это за информация, требующая моего фактического присутствия? - он положил ладонь на руку Хаджимэ и тот умолк, покосившись на него.       Аясе набрал в легкие побольше воздуха и торопливо выпалил все, что случилось этой ночью и что тот парень, которого он решился ненадолго оставить дома с Тамой наедине, попросил его рассказать только человеку по имени Химура Кеншин. Все это время он с опаской поглядывал на Сайто и то и дело потирал похолодевшие пальцы рук друг об друга.       Услышав все это, у Химуры у самого похолодели руки и он сжал их в кулаки, ощутив как ногти впиваются в ладони.       Вот и все.       Конец спокойной беззаботной жизни. И как первая ласточка знаменует начало весны, этот молодой человек принес ему знание, знаменующее новый этап его жизни. Куда более страшный и неумолимый, чем все предыдущие.