Грехи привлекают бабочек

— Ну давай, пошла! — Димка хлопнул упрямую корову ладонью по рыжему боку. Мурка обиженно взвыла, мотнув головой в сторону Трофимова. Тот шарахнулся от нее, сдавленно чертыхнувшись. — Да чтоб тебя! Ну иди уже, чего ты замерла! Уже несколько дней прошло с попадания Димки и Клима в это место, и в своих поисках выхода они не подвинулись ни на шаг - было попросту некогда. От количества работы у парней уже лезли глаза на лоб. И так знали, что жизнь у крестьян не прекрасная, но проверять это точно не хотелось! Пожалуй, только общество друг друга и сглаживало ситуацию. Клим не сдержался и вдруг захохотал. Травинка, которая торчала из уголка губ, упала на мощеную дорогу, а сам Поликутин стер костяшкой пальца невидимые слезы.  — Цирк, да и только. Ты уже минут пятнадцать на одном месте топчешься, — отметил Клим, подойдя ближе к названному брату и его рогатой проблеме.  — Помог бы, братец, — прошипел Димка, насупившись. Трофимов даже отошел от коровы, уступая место пастуха Поликутину. Клим заботливо потрепал Мурку по лбу, между ушей, провел по шее. Она доверительно ткнулась носом в грудь парня, и тот взял ту самую злосчастную веревку, несильно, но настойчиво потянув корову вперед. Мурка поддалась и чинно зашагала вместе в парнем в сторону деревни. — Да ты… Почему?! — сыпал возмущениями Димка, поравнявшись с Климом и скрестив руки на груди.  — Ласковее надо быть. Если бы тебе подзатыльник прописали, ты бы побежал домой? Не думаю, если честно. Димка только фыркнул и насупился в ответ, шагая вместе с Климом и его рогатой спутницей. Уже на подходе к деревне парни услышали громкие голоса людей. Все крестьяне о чем-то шептались, пугливо поглядывая в сторону какого-то дома. — Ох, бедная Грунька, семья о пяти детях без кормильца осталась! — Горе! Ох, Боже Милостивый, за что, за что! Димка и Клим мимолетом переглянулись и ускорились в меру способностей Мурки, которая вдруг тоже заволновалась и как назло замедлилась. Корова упрямо мотала головой, пытаясь тянуть Поликутина назад, дальше от деревни. Всё твердило о том, что что-то случилось.  На счастье названных братьев, их дом был на окраине деревни, так что Клим торопливо привязал Мурку к колышку и вместе с Димкой бросился к толпе, которую образовали жители. Мужчины хмурились, их супруги тяжело вздыхали и охали. В центре кольца, которое образовала толпа, находились две женщины: одна из них рыдала на груди подруги. Димка изогнул бровь и с немым вопросом в глазах посмотрел на Клима, а тот показал взглядом вперед за спины женщин. Позади них была нараспашку открыта дверь в дом. Оттуда то и дело выходили люди, и все были бледные, как мел. Димка потянул Клима за рукав. — Пошли посмотрим. Клим замялся, думая, что возразить, но согласно двинулся с другом ко входу. Возможно, это происшествие даст их поискам толчок? Димка и Клим не прошли дальше кухни и так и замерли там. — Боже, — пролепетал Димка. В воздухе витал запах гнили. Посреди кухни, расположившись рядом с белой печью, сейчас покрытой красным пятном, сидел человек. Рубаха пропиталась кровью, под подбородком зияла рваная запекшаяся рана. Крови вылилось настолько много, что вся одежда была в темно-коричневых от времени пятнах. Глаза мертвеца смотрели в пустоту, ничего не отражая. Но самым пугающим было то, что прямо на трупе расположились бабочки. Тихо шелестя изумрудными крыльями, они сильно выделялись на фоне этого ужаса, а их крылья переливались на свету солнечных лучей, падающих сквозь открытое окно.  Трофимов широко распахнул глаза, а потом ощутил, как чья-то теплая рука потрепала его волосы. Подняв голову, Димка встретился взглядом с «матерью», Авдотьей. Видимо, она прошла за своими «детьми», но те её не заметили. От её лица отхлынули все краски, но на лице было подобие успокаивающей улыбки.  — Уже пришли? Шустрые вы у меня, шустрые… Идите, не на что тут любоваться, — женщина украдкой стерла пальцем слезу с уголка глаза и похлопала Трофимова по спине. — Танька у себя его нашла сегодня. Вот же несчастье… Димка глянул на Клима, потом снова на труп соседа, а затем оба вместе с Авдотьей вышли из дома. Женщина отошла успокаивать вдову, а Трофимов поравнялся с Поликутиным, сложив руки за спиной. Никто из них пока не решался что-либо сказать. Тот мужчина, кожа которого стала под цвет холщовой рубахи, единственное яркое пятно, кровавое, которое расползлось по шее, груди и животу, - всё это стояло перед глазами. Особенно эти бабочки, размером с половину ладони…  На своём веку Димка успел застать уйму смертей, но осознание того, что они с Климом не пойми где, не пойми кто, не пойми с кем, так еще и под дулом или лезвием кого-то тоже неизвестного… Парни отошли от толпы, чтобы обсудить всё без утайки. — Вопросов больше, чем ответов, хотя мы здесь уже третий день, — прервал молчание Клим и сел на лавочку у околицы. Видимо, он думал о том же, о чём и Димка. — Мы среди крестьян в девятнадцатом веке. И убийство… Ну почему мы профессионально находим проблемы на свои задницы? Димка сел рядом и провел по песчаной дорожке стопой, оставляя дугу.  — Такова наша жизнь. — Моя была нормальной и без проблем. А как с вами повёлся! — С кем поведешься, от того и наберёшься. Крепись, Поликутин, мы обычно в стороне никогда не стоим. — Знаю, — мрачно отозвался товарищ. — Если вспомнить ваши биографии, то можно смело предположить, что мы ещё и в центре событий окажемся. Тут раздался стук колёс по мощеной дороге. Весь народ встрепенулся, и в поле зрения показался экипаж с вороными лошадьми, въезжающий на центральную улицу. Мужчина, соскочивший с облучка чуть ли не на ходу, громко оповестил хорошо поставленным голосом: — Приехали! Батюшка Тимофей Федорович приехали! — он умело придерживал лошадь за узду. Извозчик звонко чмокнул губами, успокаивая коней.  Димка и Клим рывком поднялись с лавочки. Про «батюшку-помещика» они за эти три дня слышали достаточно, но вряд ли дворянин просто так сунется в эту глухомань. А тут хозяин деревни явился собственной персоной.  Любопытство вытеснило мысли о противовесе вопросов и ответов и взяло верх. Парни вместе направились ближе к толпе, в которой кто-то что-то выкрикивал, кто-то бросал вверх шапки и даже лапти. Парни влились в это кричащее, визжащее, волнующееся общество, пробираясь ближе к экипажу. — Я думал, дворян тут встречают земными поклонами и хлебом-солью, — тихо отметил Димка. Клим, видимо, услышал слова Трофимова и усмехнулся в ответ.  Извозчик хлопнул кнутом в воздухе и крикнул: — Ну-ка разошлись, деревенщины! Не приведи Господь, помешаете Тимофею Федоровичу! Совесть имейте, расступитесь! Жители деревни и правда вняли голосу извозчика, испугавшись хлопка, и расступились, отойдя дальше от экипажа. Дверь экипажа отворилась, и со ступеньки спустился высокий юноша в черном плаще. Из-под цилиндра выбивались серые волосы, в глазах стояло спокойствие. Казалось, случившееся убийство не было для него в новинку. Дворянин быстрым шагом чинно двинулся к ближайшим крестьянам, и те проводили его к нужному дому. Не сумев рассмотреть лицо как следует, Димка проследил за гостем вплоть до того момента, пока тот не скрылся в избе. — Тимофей Федорович? Помещик же Федор какой-то там, — озадаченно пробормотал Трофимов. — Сын, получается, — ответил Клим. Поликутин дернул головой. — Пошли, взглянем хоть на него. — он посмотрел на избу. И вдруг сорвался с места по направлению к толпе. Димка, ненадолго зависнув, дернулся вслед за другом, не понимая причины такой резвости.  Добежав до забора дома Татьяны, Поликутин резко остановился. Трофимов чудом не вотнулся в спину Клима, что-то шикнув в адрес друга. — Ты чего сорвался, идиот? Я подумал, что ты тронулся, — пробурчал Димка, выглядывая из-за плеча «братца».  И сразу всё понял. Тимофей с неприсущими ему напускными серьезностью и прохладой слушал причитания Груни, живущей в соседнем доме, и Татьяны, хозяйки этого двора, в котором нашли труп мужчины. Рядом с женщинами, будучи сильно их моложе, Зверев всё равно смотрелся с ними наравне. Он внимательно слушал женщин, даже порой старался успокоить короткими фразами. Но в основном его отчужденность никуда не исчезала. Димке казалось, что он смотрит на абсолютно другого человека. Клим крепко взял его за плечо. — Жди, просто жди… — сказал Поликутин, не отводя взгляда от Зверева. — Крикнем только в самом крайнем случае, если не заметит. — Да он слона у себя под носом не заметит! Димка затаил дыхание, во все глаза глядя на друга и пытаясь поймать его взгляд, а заодно подслушивая разговор. —…Там его и нашли, батюшка, — кивнула хозяйка дома, поглаживая всхлипывающую подругу по плечу. — Вчера утром вас оповестили, потому что с охоты не вернулся, а сегодня вот... Зарезали его, верно, зарезали. Муж мой на охоту с ним ходил, ведает, какие раны от ножей остаются. На ее словах Тимофей посмотрел обратно в проход дома, нахмурив брови.  — Спасибо, — вежливо поблагодарил он. — Искренне соболезную вашей утрате. Мы обязательно предпримем меры. — Зверев посмотрел в толпу. — Я переговорю ещё с парой людей. Взгляд юноши скользнул немного вверх и вдруг зацепился за двух парней в льняных рубахах, стоящих у околицы. Димка и Клим откровенно пялились на наследника поместника, и Трофимов даже специально глаза выкатил, чтоб Тимофей точно их узнал Маска наспукной прохлады Тимофея дала трещину. Зверев вскинул брови, а затем повернулся обратно к женщинам. Димка облегченно выдохнул и посмотрел на Клима. — Увидел! А дальше? Нас к нему не пустят же просто так… Вопрос не потребовал ответа Поликутина. Тимофей попрощался и уверенно направился прямо к парням. Зверев вышел со двора, довольно сухо взял друзей за локти, хмуря брови, и поволок прочь. — На вас у меня тоже имеется донесение, так что с вами тоже надо потолковать! Как посмели урожай из соседней деревни воровать, бесстыдники? Свезу вас к батюшке, он вас лично выпорет за такое деяние! Жадность - грех, тот еще грех! Димка оказал безуспешную попытку вырваться из руки Зверева, но тугая ткань оставалась в цепких пальцах «наследника». Клим же ошарашенно поглядывал на Тимофея, не смея пикнуть. Но она рассеялась, стоило троице скрыться за одной из бревенчатых построек. Тимофей отпустил рукава друзей и тяжело выдохнул, а затем вдруг счастливо взглянул на Клима и Димку. — Я и не думал, что вас здесь найду… Уже прикидывал, каковы мои шансы в одиночестве подохнуть в девятнадцатом веке.  Димка с радостным воем бросился к Тимофею и обнял. Клим оглянулся, выискивая нежелательных зрителей этой сцены, но махнул рукой. Трофимов оторвался от лучшего друга и произнес: — Надо же, вы поглядите. — Димка обвинительно ткнул в Тимофея пальцем и возмущённо взглянул на Клима. — Пока мы тут со скотиной возимся и в огородах горбатимся, этот чурбан отдыхает в поместье и чаи распивает! Тимофей сузил глаза и скрестил руки на груди. — Да лучше бы я на твоё место попал, чем в той золотой клетке прохлаждался! — огрызнулся Зверев. — В первый день я уже узнал, что меня хотят за кого-то сватать! Тимофей, учи этикет, Тимофей, держи спину прямо, держи лицо. Тимофей, у нас серьезный разговор, Тимофей, то, Тимофей сё. Ещё немного, и я этого Федю во сне прирежу! В тюрьме и то спокойнее будет! Клим невесело усмехнулся. — Резать никого не надо. С этим кто-то и без тебя справляется. Тимофей посерьезнел и нервно сжал рукав плаща. — Зато благодаря этому типу я сумел вырваться из дома и найти вас. Остались только девчонки.  — А мы можем смотреть на это не только с позитивной точки зрения? Это убийца! — Не просто убийца, — Тимофей помрачнел. — я узнал, что это маньяк. Так что в этой книжонке всё куда хуже, чем мы думали. Димка чертыхнулся, зарылся в волосы и прикрыл глаза. — Волшебно. Просто волшебно. — Ты сейчас уезжаешь? — спросил Клим Тимофея. — Нам бы как-нибудь связь поддерживать. — Я сам вас найду, если понадобится, — Тимофей ухмыльнулся. — Не думаю, что мой отец будет рад каждый день видеть у нас на пороге крестьян. Лучше я сам к вам кататься буду. — А, круто придумал, — Димка ехидно осведомился. — То есть если ты будешь часто сюда ездить, твой отец будет только «за»? — Я с ним спорю каждый день. Так что в его представлении после того, какая упал с лошади, у меня совсем крыша поехала. Переживет. — Если серьёзно, то у тебя возможностей больше наших, — подметил Клим. — Поищи Карину с Серафимой. А как найдёшь, там уже и подумаем, как вместе собраться. — Крестьянство, дворянство, — Тимофей задумался. — Мы из разных слоёв. Возможно, мы найдем их где-то у императора. — И как мы туда попадем? — Вы? Никак. А я прямо сейчас как раз к нему поеду по поводу этого психопата, и, кстати, официально. Так что пока что у нас не возникло никаких проблем.