Мои кровавые цветы тебе идут

      Тогда было около трёх часов, так что и в больницу можно к вечеру сходить, когда хоть что-то известно станет. Он не так сильно дорожит человеком, чтобы сразу бежать за ним.       Скорой Чуя сообщил, что Осаму ранил себя, и после резкого появления Накахары на горизонте тот ударился рукой о что-то, из-за чего она начала кровоточить. Про бинт его не спросили, а значит, и смысла рассказывать нет.       После ухода людей в белых халатах Чуя пошёл искать успокоительное и еду с базовыми столовыми приборами. У него не было никакого желания мучить себя из-за навязчивых мыслей о том, что виноват он сам, так что одна таблеточка лишней точно не будет. Еду он искал неприлично долго, так как пакет оказались из очереди на проверку самыми последними, зато приборы Чуя отыскал быстро. Он разложил эти вещи по местам и принялся за остальное. Он оставил свои вещи и вещи напарника в сторону, чтобы не мешались и принялся за дело. Как же лень было всем этим заниматься, однако это было обязательно.       Уже спустя час или около того Накахара наконец-то прилёг отдохнуть на диване, однако лежать спокойно ему не давали мысли. А вдруг с Осаму что-то случилось? Он выглядел неважно, да и вялым он выглядел. Он, скорее всего, плохо ел и спал. Почему это волнует и без того уставшего Чую? Он сам понятия не имеет. Просто есть этот баран в мыслях и всё, вылазить не желает.       Немного ещё полежав, он всё-таки решает пойти к Дазаю и узнать, как он. Одевшись в уличную одежду, он вышел из подъезда и сразу же в лицо ударил холодный ветер. Он ощущался будто зимний, но было только начало сентября. На коже появились мурашки, но он решил не возвращаться. Ветер был даже приятным, хоть и пробирающим до костей.       Он дошёл до больницы достаточно быстро. В голове было звеняще пусто, он не из тех, кто стал бы себя накручивать, однако придумывать что-то с положительным исходом тоже не горел желанием.       Уже в больнице он пошёл узнавать, где лежит его глубоко ненавистный напарник. Ему сказали, что он находится в двести первой палате на втором этаже и больше ничего. Так что рыжему пришлось искать какого-нибудь врача в коридоре и он, к счастью, его нашёл.       Он подошёл к человеку в белом халате и сразу же взглянул на бейджик, где было написано печатными буквами: «Сато Акихиро».       — Здравствуйте, Вы не знаете, кто врач пациента из двести первой палаты?       — Здравствуйте, да, знаю, а кем вы приходитесь пациенту?       — Лучшим другом, — от этих слов Накахару чуть ли не стошнило, честно. Однако только так его, возможно, пропустят к напарнику.       — Хорошо, пройдите за мной. Он без сознания, однако, я думаю, Вы можете его проведать.       Врач пошёл куда-то, ну а Чуя, естественно, за ним. Ему ничего, кроме этого не оставалось.       Зайдя в какой-то кабинет и присев, рыжику сказали заполнить пару бумаг и протянули два листа. На них нужно было указать свои данные и ответить на некоторые вопросы о его здоровье. Возможно, у него обнаружили какую-нибудь болезнь, и Накахара не будет удивлён, если это и в самом деле так.       С горем пополам заполнив все листы, они вышли из кабинета доктора и пошли к палате кареглазого, Чуя старался запомнить дорогу. Зайдя в помещение, Чуя присел рядом с койкой на стул и стал ждать врача, который видимо, скоро должен подойти. Так считал Чуя, ну, собственно, так оно и оказалось. Немного погодя в палату заходит молодая девушка. Представившись Казуко, она ставит рядом с Чуей стул и садится рядом.       — Что с ним? — слегка скромно и нервно спросил Чуя.       — Гематома в районе живота и сильно изувеченная левая рука, — не обращая никакого внимания на рыжего, сказала девушка.       — Почему он без сознания? — с опаской спросил рыжий, ему было интересно, что же заставило такой сильный организм свалиться без сознания. Он раньше частенько приходит с миссии раненый, и никогда это не сказывалось на его здоровье.       — Большая потеря крови, однако не критичная. Через пару дней он придёт в себя, но я так полагаю, он может очнуться и завтра. Самая главная проблема заключается в том, что у него диагностирована довольно редкая и опасная для жизни болезнь под названием «Ханахаки». Стадия ранняя, однако болезнь не имеет способов лечения, кроме одного, но его мы не имеем права делать без разрешения на то самого пациента. Второй способ заключается в том, чтобы человек признался в любви объекту воздыхания, однако, судя по его мед книжке, он уже посещал врача ранее и о болезни знал. Она развивается медленно, и я считаю, что его чувства сильные, но неопределённые и сам мозг старается отодвинуть мысли о любви. Соответственно, пытается отгородить себя от болезни путём отторжения объекта воздыхания.       — Прошу прощения, что это за болезнь? — Чуя что-то про неё слышал ранее, однако никогда не интересовался. И теперь стало по-настоящему интересно, что она из себя представляет.       — Эта очень коварная и неизученная болезнь. Ханахаки — это болезнь невзаимной любви. Шансы смерти велики. У объекта лишь три варианта. Первый вариант заключается в сложной операции по удалению цветков из организма и в последствии полном избавлении от чувств и эмоций. Человек станет живой куклой, и это не шутка, — добавила она, когда увидела не верящий взгляд Чуи на себе. — Второй вариант заключается в том, чтобы признаться в своей любви человеку и при взаимной любви человек будет спасён. Восстановление организм будет проводить самостоятельно и помогать ему особо не нужно будет. Однако при не взаимной любви человек мгновенно умрёт от остановки сердца. Цветы быстро оплетут сердце и разорвут его из-за перенапряжения. Третий вариант заканчивается неизбежной смертью. Человек не признаётся в чувствах и медленно умирает. Умереть он может из-за внутреннего кровотечения, может задохнуться из-за цветов, которые в последствии будут выходить из горла вместо лепестков, и может захлебнуться в собственной крови, если цветы изувечат горло настолько сильно. Ещё есть варианты повреждения цветами внутренних органов и самого сердца.       Проявляется на ранних стадиях развития сильным першением в горле и болью в нём, болью в груди и отхаркивание при кашле лепестков какого-либо цветка. Цветок обычно как-то связан с объектом воздыхания. Кому-то может повезти, и цветок будет внешне не опасен, а кто-то может умереть именно из-за цветка, обычно такими являются цветы с шипами.       — Спасибо. Вы сможете мне сообщить, когда он очнëтся?       — Да, хорошо. А сейчас прошу покинуть палату. Время посещения закончилось уже пять минут назад.       — Понял, спасибо вам. Я пойду, до свидания.       — До свидания, молодой человек, — сказала она, не отрываясь от компьютера.       «Хорошая девушка», — подумал Чуя, вставая со стула и выходя из палаты.       Он спускается не быстро на первый этаж, а после и вовсе выходит из душного здания, в котором всегда есть запах различных препаратов и антисептиков.       В голове роем жужжат мысли о том, в кого же умудрился влюбиться придурок Дазай. Не то, чтобы это его сильно интересовало или касалось его натуры. Просто, ну это же Осаму Дазай — бывший мафиози, как такое возможно? Он никогда никого не жалел, не проявлял интерес. Была только пара таких людей. Его друзья, имена которых Чуе не были важны и не важны сейчас, и он сам. Кто бы что ни говорил, но Осаму редко с кем мог нормально состоять в дуэте и при этом хорошо выполнять миссии. Они просто хорошо дополняют друг друга в бою, однако настолько сильно они это ненавидят, что говорить об этом не желают и сейчас. Так может, Чуя просто плохо его знает? Что, если Чуя слишком доверчив и зря согласился быть напарником Осаму когда-то? Может, он просто марионетка в глазах Дазая?       Именно с подобными мыслями пошёл домой Накахара.       Продолжение следует...