Полнолуние рядом с тобой

На следующее утро Сэмми проснулась в том же всепоглощающем волнении, что и заснула накануне, но, тем не менее, мысли уложились стройным рядом в ее голове. То, о чем поведал ей Дойл, не могло быть принято и понято с полпинка, но Саманта решила не переживать раньше времени и просто понаблюдать за происходящим. Для начала следовало решить, что ему ответить. Сэмми очень не хотел связываться с Трэвисом, потому что она не доверяла ему ни на йоту. Однако произошедшее в ночном лесу никак не желало вписываться в рамки объяснимого и разумного, а Сэмми не любила недосказанности. Она должна была завершить эту историю. Собираясь в школу, девушка нашла в себе силы поболтать с родителями как ни в чем ни бывало, а привычные дела успокоили ее и придали уверенности. Впрочем, когда на глаза Саманте попался собственный злополучный реферат, настроение у нее порядком подпортилось. Вечером душевное состояние не способствовало учебе, и работа была сделана из рук вон плохо. Подавив вздох, Сэмми закинула кривовато скрепленные распечатки в рюкзак. В автобусе ее не ждало никак сюрпризов, ибо Джаспер и Лиа ездили на собственных машинах, только с другого конца города, поэтому Саманта добиралась до школы сама. Привычная мысль о подруге тут же сменилась комом в горле — Сэмми вспомнила о том, что произошло. Первоначальный протест словам Дойла обернулся принятием — тяжело это признавать, но Трэвис был прав. Это злило Саманту еще сильнее, вмешательство этого парня в ее жизнь казалось ей наглым и непрошенным. Пусть половина девчонок в школе сходят по Дойлу с ума, Сэмми не хотела иметь с ним ничего общего. Но, похоже, что выбора пока у нее не было. Выбравшись из автобуса на свет Божий, Сэмми прищурилась от яркого солнца и глубоко вдохнула утреннюю свежесть. Казалось бы, обычный весенний день, и все как всегда… Только это не так. Саманта закинула рюкзак на плечо и пошла в сторону пятого корпуса. Поздоровавшись по дороге со знакомыми ребятами, она не остановилась ни с кем из них, продолжая упорно идти к своей экзекуции в лице предавшей ее подруги и парня, просившего ее об опасном одолжении. Оказавшись в шумном коридоре, она поежилась. Волнение застучало в висках, и Сэмми свернула к подоконнику, решив подождать минутку и собраться с мыслями. Но ее передышке не суждено было осуществиться, потому что некто облокотился о подоконник рядом с ней. Едва ощутив знакомый аромат дорогого парфюма, Саманта вздрогнула — она даже не глядя могла сказать, что это Трэвис. А услышав его бархатный голос, который звучал мягко и игриво, закусила губу — вот бы сбежать от него на край света… — Привет, Лягуш, — промурчал Дойл. — Чего такая смурная? Не выспалась, что ли? Чем ночью занималась? — Многовато вопросов, — процедила Сэмми и нехотя подняла на парня взгляд. Увиденное мало понравилось ей, поскольку выглядел Трэвис изумительно — точно ожившая картинка из журнала. А голубые глаза так настойчиво буравили ее взглядом, что щеки невольно вспыхнули, отчего Сэмми разозлилась еще больше. — Ты бы хоть на один ответила, — усмехнулся Дойл, глаза его блестели. Казалось, он находился в прекрасном расположении духа. — Как подвижки с рефератом? Сделала, или мне снова придется тебя выгораживать? — Я тебя об этом не просила, — резко ответила Сэмми. — И все сделала сама. — Да? — прищурился Трэвис. — Покажи. — Зачем это? — нахмурилась Саманта, но Дойл не отставал: — Давай-давай, шустрее, скоро урок начнется. Уайли, хватит упираться! Ты не хуже меня знаешь, что я просто так ничего не делаю и не говорю. Насупившись еще больше, Саманта полезла в рюкзак и извлекла свое откровенно слабоватое творение. Ей не хотелось ругаться с Дойлом у всех на глазах, к тому же урок, и правда, обещал вот-вот начаться, а нового конфликта с учителем создавать не стоило. Дойл пролистал реферат и хмыкнул. — С таким дерьмом ты получишь низший балл, — заявил он и, прежде, чем Сэмми успела сказать хоть слово, повернулся и точным броском зашвырнул ее работу мусорную корзину. Сэмми утратила дар речи: — Ты… ты… — успела выдавить она, но Трэвис жестом прервал ее возмущения: — Погоди, — махнул он рукой и открыл свою кожаную сумку с логотипом престижной фирмы. Сэмми едва поверила своим глазам, когда он достал из нее идеально оформленный реферат в ламинированной прозрачной обложке. На титульном листе было отпечатано имя Саманты. — Считай, что сегодня у тебя удачный день, Уайли. Не благодари. У Саманты и в мыслях не было его благодарить. Она машинально приняла работу из рук Трэвиса, ошеломленно глядя на него, а тот откровенно веселился, наблюдая ее недоумение. — Зачем ты это сделал? — наконец, сумела проговорить Сэмми. — Пошли на урок. Трэвис прихватил сумку и направился к кабинету, но задержался у двери. Звонок, оказывается, уже прозвенел, и коридор был пуст. Дойл стоял возле двери, держась за ручку, и, когда подошла Саманта, повернулся к ней: — Когда ты сможешь поговорить со мной? — серьезно спросил он. Сэмми смешалась, не зная, что ответить, но тут в конце коридора, за поворотом, послышался голос мистера Беккера. — Думай быстрее, — бросил Трэвис, и Саманта выпалила первое, что ей в голову пришло: — На большой перемене. — Договорились. Дойл распахнул дверь, и они с Самантой вошли внутрь за мгновение до того, как учитель показался в коридоре. Сэмми проскользнула к своему месту и внезапно запнулась — Лиа сидела за партой. Подруга не поднимала глаз, но Сэмми видела побелевшие костяшки на ее пальцах — Лиа, нервничая, сжала ручку в руке. Шаги мистера Беккера за дверью становились все ближе, а Сэмми все не могла решить, как ей поступить. Послышался нарочитый кашель, и девушка невольно повернула голову. Она вздрогнула, встретившись взглядом с Трэвисом, но прочла в нем все, в чем не хотела себе признаваться. Взяв рюкзак, Сэмми прошла назад и села за последнюю парту. Вошедший Беккер обвел взглядом класс и, наткнувшись на пересевшую Саманту, нахмурился. — Мисс Уайли, я не одобряю, когда ученики пересаживаются в течение года, — сказал он. — Вернитесь, пожалуйста, на свое место. — Это где-то написано, сэр? — раздался голос Трэвиса. Сэмми готова была поклясться, что учитель на миг сжал кулаки. — Что именно, мистер Дойл? — проговорил он, устремив на парня тяжелый взгляд. — Я имею в виду, где в школьных правилах есть пункт, запрещающий пересаживаться с одного места на другое? — Дойл говорил вполне дружелюбно, но Саманта уже успела узнать его настолько, чтобы заметить — в его тоне проскальзывал явный вызов. Шея преподавателя побагровела. — В правилах нет такого пункта, — процедил он. — Но, в целях улучшения учебного процесса… — Школьники тоже люди, — перебил его Трэвис. — Со своими личными проблемами и отношениями. Вы же не хотите нанести Саманте психологическую травму, заставив ее сидеть с бывшей подругой? В классе повисла тишина. У Саманты сердце стучало так, что было больно. Лиа на своем месте напряглась, а все остальные ученики молча ждали продолжения сцены. Беккер сделал глубокий вдох, после чего проговорил почти спокойно: — Я понял вашу точку зрения, мистер Дойл. Пожалуй, я с вами соглашусь, ведь прежде я не знал о личных обстоятельствах мисс Уайли. Но буду признателен, если впредь она сама будет участвовать в разрешении такого рода споров, а вы не станете вмешиваться, пока вас не спросят. Иначе мы с вами навестим кабинет директора. — Как скажете, сэр. — Трэвис ничуть не поменялся в лице, словно угроза его касалась. А Беккер, который явно старался унять свой гнев, повернулся обратно к Сэмми. — Итак, мисс Уайли, где ваша обещанная работа? Под взглядом всего класса Саманта поднялась и на негнущихся ногах проследовала к столу учителя. Положив работу, столь предусмотрительно сделанную Трэвисом для нее, она спрятала дрожащие пальцы в карман толстовки и вернулась за свою парту. Беккер взял реферат и медленно пролистал его от начала до конца. Потом коротко чиркнул что-то в своем журнале и убрал работу в сторону. — Наша сегодняшняя тема… У Сэмми отлегло от сердца, облегчение нахлынуло так стремительно, что она ощутила слабость. Другие ученики недоуменно посматривали на нее и Трэвиса, но постепенно их внимание возвращалось к уроку, а Саманта никак не могла прийти в себя. До нее постепенно доходило, что сделал Трэвис. Он не просто снова выгородил ее перед Беккером — он сказал вслух, что Саманта и Лиа больше не подруги. Отрезал ей пути к отступлению, чтобы избавить от сомнений. Но самым ужасным было то, что Сэмми, в глубине души, была ему за это благодарна. Она не представляла, как потеряет лучшую подругу, но понимала — поступок Лиа нельзя прощать. Сэмми могла погибнуть из-за того, что Лиа просто испугалась родительского наказания. Ей отчаянно захотелось увидеть Джаспера. Просто услышать его голос, посмотреть в глаза… Ощутить хотя бы часть привычного тепла и забыть весь этот кошмар. Но, вспомнив, что обещала Дойлу встретиться с ним на перемене, Сэмми окончательно сникла. Она бы сбежала от него и от Лиа, только некуда было. Ближе к концу урока-ка телефон пришло сообщение. Писала Лиа, и сообщение было коротким: «Вот так, да?». Сэмми подумала некоторое время и набрала дрожащими пальцами: «Да». Больше подруга ей не писала, а Сэмми, едва сдерживая слезы, ждала звонка. Когда он, наконец, прозвенел, она торопливо покидала вещи в сумку и, пробираясь через толпу учеников, направилась к выходу. В коридоре ее нагнал Трэвис, но Сэмми увернулась от него: — Оставь меня в покое! — вырвалось у нее, и девушка почти бегом припустила по коридору. Дойл не догонял ее, и вскоре Сэмми очутилась на улице. Она немного прошлась, после чего пошла на следующий урок. Там они с Лиа не пересекались, Трэвиса тоже не было, и Саманте удалось привести мысли в порядок. Поэтому дальше ей было проще — у других преподавателей не возникало вопросов по поводу смены ее места за партой, а Трэвис к ней больше не лез. Лиа делала вид, что не замечает ее, нарочито общаясь с подружками из команды поддержки. Пару раз Сэмми ловила неприязненный взгляд Эби, и что-то подсказывало ей, что причина злости той в повышенном внимании Трэвиса к Саманте. Сэмми хотелось запрокинуть голову и заорать во все горло. За каким чертом ее и Лиа понесло на этот квест?! Всего за один вечер ее мир почти рухнул, а впереди маячило столь неясное и пугающее будущее, что все холодело внутри. Когда, наконец, пришло время большой перемены, она готова была сама убить Трэвиса собственными руками. Побродив у корпуса столовой, Сэмми его не встретила, и уже решила послать Дойла куда подальше, когда зазвонил ее телефон. Его номер она не сохранила, но узнала, ведь накануне он писал ей. — Дойл, ты? — холодно бросила Саманта, ответив на вызов. — Я, — раздалось в ответ, но как-то приглушенно. — Приходи на стоянку, к моей машине. — А почему не… — начала, было, Сэмми, но Дойл уже отключился. Выругавшись вполголоса, она закинула телефон в рюкзак и направилась к автостоянке, намереваясь высказать Дойлу все, что о нем думает. От раздражения она не сразу нашла его машину, но возле джипа никого не оказалось. Похоже, что Трэвис снова ждал ее внутри. Сэмми стиснула зубы и, нажав на ручку задней двери, рванула ее на себя. Дойл действительно сидел в машине — сквозь пелену гнева, Саманта разглядела его темную фигуру в глубине. Плюхнувшись рядом, она захлопнула за собой дверь и повернулась к парню, но слова замерли у нее на губах. Трэвиса трясло крупной дрожью. Он опустил голову между разведенных рук и пытался дышать глубоко, но вдохи были прерывистыми. Сэмми растерялась и не знала, что сказать, но и он молчал. — Трэвис, — тихо позвала Саманта. — Что с тобой? Тебе плохо? — Я… нет… — отрывисто проговорил парень, по-прежнему дрожа всем телом. — Дай мне руку. — Что? — не поняла Сэмми. — Руку дай, — сквозь зубы проговорил Дойл. — Пожалуйста… Саманта протянула к нему ладонь и нащупала его пальцы, а Трэвис неожиданно сжал их с ощутимой силой. Его рука была очень горячей, и Сэмми прошиб пот от его жара, а может и от волнения. В машине было душно, пахло его парфюмом и чем-то еще, но не неприятным. Некоторое время они сидели рядом молча, и Саманта совершенно не понимала, что происходит. — Может, тебе поехать в больницу? — неуверенно предложила она, а Трэвис резко выдохнул. Впрочем, его дрожь стала чуть меньше. А потом он внезапно перехватил ее руку покрепче и потянул девушку к себе. От неожиданности Саманта не успела воспротивиться, заскользив по гладкому кожаному сиденью. Дойл прижал ее к своему боку, и Сэмми вздрогнула — от него шел жар, точно от печки. — Что ты делаешь?.. — потерянно прошептала она. — Тихо, — буркнул Трэвис. — Не дергайся. Он не трогал ее, но и не отпускал. Постепенно его озноб проходил, а дыхание выравнивалось. Вскоре он выпустил ее онемевшие пальцы и откинулся назад, глубоко дыша, а Саманта осторожно отодвинулась. — Кажется, все… — проговорил Дойл, не открывая глаз. — Теперь ты понимаешь, для чего нужна мне, Уайли? — Н-нет, — замотала головой Саманта, а Трэвис открыл глаза и посмотрел на нее. Взгляд его был холоден, но глаза покраснели, словно он плакал, и это почему-то тронуло Сэмми. — Ты же видишь, как я реагирую на тебя, — сказал он. — Меня скрутило, а при твоем появлении прошло. — А что… что с тобой было? — Я не знаю, — медленно сказал Трэвис. — Началось так, будто перед… перед превращением. Но раньше днем никогда… Только ночью, когда луна. Чертова хрень! -внезапно разозлился он и ударил кулаком по спинке переднего сиденья, от чего Сэмми вздрогнула. На некоторое время воцарилось молчание, но Сэмми напряженно думала. С Трэвисом явно что-то происходило, от него не зависящее, и, как ни удивительно, похоже, что Саманта имела к этому отношение. Причем сам Дойл объяснить этот факт не мог. — Но что случилось перед этим? — снова спросила она. — Вспомни, Трэвис. — О, ты начала звать меня по имени, — саркастически усмехнулся парень, но голос еще чуточку дрожал, а бледность с лица не сошла. — Тебе бы тоже не помешало начать, — в тон ему отозвалась Сэмми. — И все же, что случилось? Трэвис молчал, но внезапно его брови сошлись на переносице — он понял. — Черт, — проговорил он сквозь зубы. — Похоже, что я здорово разозлился перед этим… Вот меня и накрыло. — Кто тебя разозлил? — спросила Саманта, но Дойл молчал. — Ладно… — Он потер виски пальцами. — Перемена кончается. Слушай, Саманта… Я не знаю, что со мной творится, и мне от этого очень хреново. Но одно я знаю точно — при тебе меня отпускает. Ты и сама видела… Поэтому я снова спрошу — ты готова мне помочь? Голос его звучал глухо, а сам Трэвис глядел перед собой. Сэмми смотрела на него и понимала, что не может ему отказать, как бы ей самой ни было страшно. Перед ней был человек, попавший в беду, и если лишь в ее силах ему помочь… Неужели она могла бы сказать нет? К тому же, они и сами пока ничего не знают, быть может, все окажется куда менее страшно. Хотя сердце подсказывало Сэмми, что ситуация намного сложнее, чем им сейчас представляется. — Да, — тихо ответила она, наконец. — Я согласна. Дойл поднял глаза, и Сэмми готова была поклясться, что в них стояли слезы от облегчения. На нее внезапно снова нахлынуло то самое чувство, которое одолевало во время прошлого разговора в его машине — странное очарование Трэвисом, такое пронзительное, что хотелось утонуть в его голубых глазах. Усилием воли она стряхнула с себя оцепенение и отвела взгляд, а следом раздался его голос: — Что ж, тогда увидимся вечером? — Вечером? — снова подняла глаза Сэмми. — Ну да, — невозмутимо подтвердил Трэвис. — Прогуляемся в лес, и… Глаза Саманты расширились: — Стоп-стоп-стоп! В лес? Трэвис, может… — Не может, — перебил ее Дойл. — Да не бойся — с тобой ничего не случится. Просто я не могу корежиться при всем честном народе, извини уж. Это зрелище не для всех. — Я… ну… — Ну, Лягуша, ты же уже согласилась, — усмехнулся Трэвис. Его лицо приобрело почти нормальный цвет, а голос — обычную твердость. — Не иди на попятную. Ты смелая, я в тебя верю. От его тона Сэмми снова рассердилась. — Вообще я хотела сказать, что согласна — при одном условии, — холодно проговорила она. Трэвис наклонился к ней: — Это то, о чем я думаю? — промурлыкал он почти ей на ухо, и Саманта резко отпрянула в сторону, а он засмеялся. — Прекрати, Дойл! — выпалила она. — Мое условие состоит в том, что больше ты не вмешиваешься в мою жизнь! — А разве я… — состроил невинное лицо Трэвис, но Саманта перебила его: — Да, ты именно это и делал последние два дня! Позволь мне самой разбираться со своими проблемами, о’кей? Взгляд Дойла похолодел, но он лишь равнодушно пожал плечами: — Да без проблем. — Вот и отлично. А теперь я пошла, мне еще поесть надо, — Сэмми выбралась наружу, провожаемая взглядом Трэвиса, захлопнула дверь машины и удалилась. Но, едва она отошла на достаточное расстояние, чтобы прийти в себя, ее нагнала одноклассница, Ривер, улыбчивая невысокая шатенка: — Привет, Сэмми! — воскликнула она, беря ее под руку. — Ты сделала домашнюю работу по тригонометрии? — А… э-э-э… да, — наконец, нашлась Сэмми. Ее щеки все еще алели от волнения, сердце билось часто, и Ривер это заметила: — А ты чего такая взъерошенная? — засмеялась она и тут же осеклась. — Ой, я слышала, ты поссорилась с Лиа… — Да, — кивнула Саманта. — Тебе дать решение? — Спасибо. — Ривер уловила перемену темы и не стала продолжать. — Только надо на ланч сходить… — пробормотала Сэмми, а одноклассница удивленно воскликнула: — Какой ланч? До звонка всего пять минут! Сэмми досадливо поморщилась — ну да, сколько она просидела у Трэвиса в машине? Есть ей особо не хотелось, но она знала, что начнет страдать от голода позднее. — Ладно, пойдем в класс тогда… — пробормотала она, и в компании Ривер направилась на урок. После занятий Саманта не выдержала и пошла на поиски Джаспера. Она нашла друга в компании приятеля, Нейта, и даже порадовалась этому — окажись они наедине, Сэмми ни за что не смогла бы сдержаться и рассказала бы Джасу правду. Правду о том, что ее тревожит. Но при Нейте делать этого было нельзя, так что Джаспер еще какое-то время будет думать о ней, как о нормальном человеке. Друг хлопнул ее по ладони и усадил рядом на бетонное ограждение. Нейт, как всегда, состроил рожицу при виде Сэмми, но она была искренне рада видеть обоих. — Как дела? — поинтересовался Джаспер. — Тебя сегодня не видно было. — Да, я… Была занята на большой перемене, — проговорила Саманта, болтая ногами. — Понимаю, — отозвался Джас. — Слышал, вы с Лиа поссорились? Расскажешь, что случилось? — Прям новость дня… — пробормотала Сэмми. — Да, только… Не сейчас. Не хочу пока об этом. — Конечно, — кивнул ее друг. — Как скажешь. А еще я слышал, что Трэвис Дойл второй день цапается из-за тебя с учителем, — рассмеялся Джас. Саманта невольно залюбовалась его улыбкой и неожиданно для себя засмеялась сама. — Да, было такое, — призналась она. — Но ты же знаешь Дойла… Обрабатывает очередную цель. Нейт фыркнул, а Джас улыбнулся уголком губ. — Будь с ним осторожна, — посоветовал он. — Дойл — не самый лучший выбор. Хотя это, конечно, не мое дело. Огорчение привычно кольнуло в самое сердце, и Сэмми кивнула, не поднимая глаз. Она чувствовала тепло его плеча, сидя рядом, и ей отчаянно хотелось прижаться к Джасперу покрепче и избавиться от кошмара, в который превратилась ее жизнь. — Я вчера прошел новое подземелье, — сообщил ей друг, и Саманта улыбнулась. Дальнейший разговор потек в русле обсуждения компьютерной игры, и ей немного полегчало, хотя грудь по-прежнему теснила тоска. Саманта внезапно подумала, что Дойл за последние дни касался ее больше, чем Джаспер за весь период их дружбы. От этой мысли скрутило живот, и тут она вспомнила, что обещала вечером встретиться с Трэвисом. До этого надо было бы сходить домой, переодеться и мелькнуть перед родительским взором. — Мне пора, Джас, — нехотя сообщила Сэмми, поднимаясь. Джаспер кивнул, провожая ее взглядом серых глаз. — Созвонимся вечером? — Да… Да, я позвоню, — отозвался друг, как показалось Сэмми, чуть неуверенно. Она улыбнулась ему, махнула Нейту и отправилась в сторону стоянки, пытаясь сдержать непрошенные слезы. Что-то совсем нервы расшалились… Она уже почти дошла до остановки автобуса, когда рядом с ней с визгом тормознула машина. Сэмми испуганно отскочила в сторону и тут же округлила глаза — это был «Шевроле» Трэвиса. — Какого черта ты делаешь? — прошипела она, когда Дойл, перегнувшись через пассажирское сиденье, открыл ей дверь. — Ты ж прешь, как танк, — ухмыльнулся тот. — Давай, залезай. Саманта не хотела снова садиться к нему в машину, но отчего-то села. Пристегнув ремень безопасности, она повернулась и холодно взглянула на парня: — Трэвис, тебя слишком много на сегодня, — сказала она. — Что на этот раз? — Ой, как мы заговорили, — прищурился Дойл. — Ты чего такая смелая стала? А, дай угадаю — пообщалась с Грином. Он — твой заряд энергии? Сэмми почудилось в его тоне нечто большее, чем просто насмешка, и она устремила на Трэвиса пристальный взгляд, но в лице того ничего нельзя было прочесть. Он потянулся и достал с заднего сидения бумажный пакет, который положил Сэмми на колени. — Поешь, — велел он. — Я сегодня лишил тебя обеда. Саманта прищурилась. — Что ты опять задумал? — вопросила она, а Дойл криво усмехнулся: — Хорошего же ты обо мне мнения… Пока что я просто хочу подвезти тебя, заодно и поговорить по дороге. Сэмми открыла, было, рот, чтобы поспорить, но внезапно передумала. Из пакета умопомрачительно пахло жареной картошкой, а ей, и правда, хотелось есть. Обнаружив в свертке сэндвич с индейкой, картошку фри, пирожок и стакан колы, она принялась за еду. Поймав довольный взгляд Трэвиса, Саманта поморщилась, но с трудом сдержала улыбку. Похоже, тому действительно нравилось, что она уплетает за обе щеки. Машина летела по трассе, и Сэмми внезапно обнаружила, что едут они вовсе не в сторону ее дома. — Куда ты меня везешь? — спросила она, допивая колу через трубочку. Как ни странно, происходящее ее совершенно не пугало. Наверное, у нее наступил переизбыток впечатлений для одного дня. — В одно место… — пробормотал Трэвис. — Недалеко от моего дома. — Почему — я? — вдруг спросила Сэмми. Вопрос вырвался у нее непроизвольно, но, как ей показалось, она попала в точку, потому что руки Трэвиса крепче сжали руль, а брови нахмурились. — Если бы я сам знал, — угрюмо бросил он, а у Саманты осталось ощущение, что он чего-то не договаривает. — У тебя не будет проблем из-за пререканий с Беккером? — спросила она через некоторое время. Трэвис покачал головой: — Нет, не думаю. Он кретин, вообще-то. — И без тебя знаю, — бросила Сэмми. — Но ты второй урок с ним споришь. Дойл улыбнулся. — Причина моих споров сейчас сидит рядом и отчаянно выделывается, — сказал он. Сэмми насупилась, было, но неожиданно для себя рассмеялась, а следом и Трэвис. — Веселая ты мне нравишься гораздо больше, — заявил он, а потом вдруг посерьезнел: — Не надо меня бояться, Лягуша. Я не причиню тебе вреда. — Я и не боюсь, — проговорила Сэмми. — Просто не привыкла тебе доверять. Ты, знаешь ли, не самый добрый в мире парень. — Не отрицаю, — пожал плечами Дойл. — Но тебе я ничего плохого не делал. Саманта промолчала, понимая, что он говорит правду. Некоторое время оба молчали, потом Трэвис вдруг сказал: — Извини меня за сегодняшнее. Я действительно не должен был вмешиваться в твои отношения с Маккензи. Просто решил, что тебя надо подтолкнуть. — Не должен был, — хмуро отозвалась Сэмми. — Хорошо, только больше так не делай. — Не обещаю, — вздохнул Дойл, а Саманта воззрилась на него. — Просто ты — такая добрая, Лягуш… А люди обожают этим пользоваться. — Как ты, например? — съязвила Сэмми, а Дойл покачал головой: — Не приписывай мне всех злодейств мира. Мне далеко до некоторых… Надо уметь ограждать себя от таких эгоистичных «вампиров». Можешь злиться, но тебе с этим трудно справляться. Саманта устремила взгляд на зеленую листву, проносящуюся мимо окон. — Может, ты и прав, — проговорила она. — Но, все же, это мое дело. — Верно. Дойл, казалось, подавил вздох, а Сэмми, повернув голову, долго смотрела на него. Он был невероятно красив, просто до дрожи, и она искренне не могла понять, как судьба свела их столь странным образом. Такие люди, как они, не живут в одной плоскости. — О чем думаешь? — поинтересовался Трэвис. — Ты прямо-таки дыру во мне прожгла. Что, нравлюсь? — Еще чего, — фыркнула Сэмми. — Между прочим, Джаспер посоветовал держаться от тебя подальше. — Серьезно? — рассмеялся парень, но ей показалось, что он сильнее стиснул руль в руках. — Скажи ему в следующий раз, пусть идет на… — Ладно-ладно! — прервала его Саманта. — Проехали. — То-то же. — А что насчет Эби? — прищурилась Сэмми, а Дойл удивленно посмотрел на нее: — А что с ней? — Она, похоже, не очень-то довольна, что ты меня защищаешь. — Ты ее боишься? — прямо спросил он, а Сэмми покачала головой: — Нет, просто если она — твоя девушка, будет трудно объяснить… — Она не моя девушка, — перебил ее Трэвис. — У меня нет девушки, если хочешь знать. Сэмми покраснела. — Я вовсе не… — начала она, было, но машина неожиданно затормозила, и ей пришлось замолчать. — Приехали, — объявил Дойл. Все еще смущенная тем, что ее неверно поняли, Саманта быстро выбралась из джипа. Ее обступили заросли, и внезапно она поняла, что даже дышать стало легче. Глубоко вдохнув, она запрокинула голову и закрыла глаза. — Нравится? — раздался голос Трэвиса, и по его тону Сэмми поняла, что он улыбается. — Да, — сказала она, подняв веки. Дойл стоял рядом и действительно улыбался. — Люблю природу. — Я тоже, — медленно проговорил он, и внезапно его улыбка угасла. — Только вот она наградила меня «чудным» подарком… Трэвис отошел в сторону, засунув руки в карманы ветровки. Саманте вдруг стало жаль его, но не унижающей жалостью — он напоминал ей волка, сильного и смелого, которого прихотью судьбы держат в клетке. И жалко было эту запертую силу, закованную в кандалы смелость, оборванную свободу… Он обернулся и поймал ее взгляд, и на какие-то мгновения между ними словно возникла незримая связь, столь чувствительная, что Саманта улавливала самые тонкие колебания его чувств. Ее охватило чувство, что Трэвис — часть ее, настолько близок он был ей сейчас… В ее рюкзаке послышалась мелодия телефонного звонка, разрушив волшебное мгновение. Трэвис вздрогнул и отвернулся, а Сэмми торопливо достала телефон. Звонила мама — Саманта уже должна была вернуться домой. Она ответила на вызов, на ходу придумывая, что можно сказать: — Да, мам, привет! — Сэмми! Ты где? — услышала она встревоженный голос матери и подавила вздох — заставила ее переживать… — Я гуляю с… с одноклассницей, — сказала Саманта. — Прости, что не предупредила. — С кем? С Лиа? — Нет… С Ривер. Обернувшийся Трэвис с насмешливой улыбкой наблюдал за ней, а Сэмми краснела от того, что приходится врать матери. — Ладно, а ты скоро придешь? — Не знаю, — на сей раз, честно сказала Саманта. — Пока еще погуляю… Я поела, не волнуйся. Позвоню! Пока, мама. — Пока, — отозвалась та, и Сэмми сбросила вызов. — Как нехорошо, — ухмыльнулся Дойл. — Врем маме, да, Лягуш? А почему было не сказать правду? — Она тебя не знает, и встревожилась бы, узнай, что я с незнакомым парнем, — пробормотала Саманта, убирая телефон обратно в рюкзак. — Так познакомь нас, — предложил Дойл, а Сэмми воззрилась на него: — Да, и как я тебя представлю? Мама упадет, увидев нас вместе. — Почему? — внезапно посерьезнел Трэвис, не сводя с нее пристального взгляда голубых глаз. Саманта смешалась. — Ну… Потому, что такие парни, как ты, не встречаются с девушками вроде меня. — И кто сказал тебе такое? — продолжал допытываться Дойл. — Слушай, может, хватит? — закатила глаза Сэмми. — Ты чего меня сюда притащил? Поговорить об отношениях полов? — Пошли, пройдемся, — кивнул Трэвис на дорожку, уводящую вглубь леса. Он зашагал по тропе, и Саманте ничего не оставалось, как последовать за ним.