Полнолуние рядом с тобой

Однако ни в эту перемену, ни в следующую найти Дойла ей не удалось. В состоянии, близком к отчаянию, Сэмми наткнулась на его приятеля Зака Шеннона. Тот подозрительно взглянул на нее — похоже, понимал, что между ней и ее другом творится нечто странное. Пока Саманта собиралась с духом что-то сказать, Зак прошел мимо, и тут она поняла, что упускать момент нельзя — Шеннон был один. — Зак! — окликнула она его, и тот тут же обернулся. Сэмми подошла поближе, глядя на него снизу вверх — он был очень высоким, почти два метра ростом. — Ты не знаешь, где Трэвис? Зак внимательно смотрел на нее своими большими зелеными глазами. — Знаю, — отозвался он. — Ты его ищешь? — Ну, раз спрашиваю, — нахмурилась Сэмми. — Так ты мне скажешь? — На самом деле, я не знаю, — усмехнулся Зак, и Саманта чуть не треснула его по плечу. — Ясно, спасибо за помощь, — процедила она и отвернулась, но остановилась, услышав его слова: — Ему вроде стало плохо, он поехал домой. Где он сейчас, я действительно не знаю. Сэмми быстро обернулась. — Плохо? — тихо проговорила она. — Как именно? Зак пожал плечами: — Температура поднялась и озноб, кажется. Наверное, грипп подхватил. Ты бы позвонила ему и сказала, что волнуешься, — ухмыльнулся парень. — Каким образом, интересно? Беккер забрал у него телефон, — напомнила Сэмми. По спине бежал холодок от неприятного предчувствия. — А, точняк. Ну, тогда ничем не могу помочь, разве что подсказать его адрес, — снова многозначительно заулыбался Шеннон, а Сэмми закатила глаза: — Спасибо, не надо. — И, не удержавшись, добавила: — Ты совсем не волнуешься? Он же твой друг. — Ну, я же не его мамочка, — рассмеялся Зак. — С ним ничего серьезного. Завтра будет в форме, здоров и красив. Вот увидишь! — подмигнул он. — Пока. — Саманте надоело слушать его намеки, она повернулась и пошла прочь. Скрывшись за утлом, она села на скамейку. Тревога вернулась в многократном размере — Трэвиса снова накрыло, без сомнений. Она должна найти его, но где? Он явно не пошел домой в таком состоянии. Ответ пришел сам собой — на той поляне, куда Трэвис возил ее накануне. Он неспроста показал ей это место, чтобы она знала, как его найти, в случае чего. — Расчетливый засранец, — пробормотала Сэмми, но ее больше заботило другое — как туда добраться? Пешком было бы довольно долго. Неожиданно она вспомнила, что Дойл говорил ей — поляна недалеко от его дома. Туда можно доехать на такси, а дальше… Сэмми не представляла, куда идти дальше, но надеялась, что как-то сориентируется. Только вот адрес… Зак предлагал ей сказать, но она отказалась, а теперь мучилась, как его узнать. Можно было бы сочинить что-то в школьной канцелярии, но выглядело бы это подозрительно. Да и не факт, что ей сказали бы. — Черт! — простонала Сэмми. Время уходило, а она сидела сложа руки. Похоже, придется снова искать Шеннона. Однако на сей раз ей повезло больше — Зак снова возник в поле ее зрения, он шел на следующий урок. Но был не один — рядом с ним гордо вышагивала Эби Блэр. В один миг Саманта оценила ситуацию и поняла, что позвать Зака и спросить адрес Трэвиса в присутствии этой стервы будет худшим решением. А еще поняла, что выбора у нее нет. — Зак! — крикнула она и будто льдом покрылась от взгляда, которым Эбигейл ее окинула. Тот вновь ухмыльнулся, но направился к ней, сказав что-то Эби перед тем. Сэмми всей кожей ощущала злость первой школьной красавицы, однако отступать было поздно. — Ты меня звала? — Зак, благодаря своему росту, загородил ее от Блэр, и Сэмми стало чуть легче. — Да, я передумала насчет адреса, — проговорила она быстро. — Скажешь? — Какого адреса? — насмешливо уточнил Шеннон. Сэмми подумала, что когда-нибудь она найдет подходящий момент и врежет ему от души. — Адрес Трэвиса, Зак. Это твой друг, светленький такой, — съязвила она, не удержавшись, но Зак только рассмеялся. — Ах, вот ты о чем. Да, помню, красавчик, — продолжал он глумиться, но, поймав угрожающий взгляд Саманты, вскинул руки: — Ладно, ладно, что ты… Мэдисон-Драйв, одиннадцать-девяносто. — Спасибо, передам от тебя привет, — бросила Сэмми. Она закинула рюкзак на плечо и собралась уйти, а Зак расхохотался: — Думаю, у вас будет занятие поинтереснее! Стиснув зубы, Саманта пошла к остановке автобуса, не оглядываясь и твердо намереваясь вломить Трэвису за шуточки его дружка — неспроста Зак проезжался на тему их отношений. Если, конечно, сумеет его найти. *** От мысли поехать на автобусе Сэмми отказалась — хоть и вышло бы существенно дешевле, но некогда было разбираться в маршрутах. Поэтому она поймала такси и вскоре уже стояла перед воротами дома Дойлов. Кованая ограда, мощные ворота, за которыми виделась гравийная дорожка. Она заворачивала метров через десять, скрываясь за высокими деревьями, и Саманта подозревала, что до дома идти довольно далеко. Силясь подавить дрожь, она нажала кнопку вызова на воротах. Последовало несколько долгих гудков, и Сэмми уже отчаялась дождаться ответа, когда из динамика раздался голос: — Да, кто это? Голос был женским и принадлежал, по-видимому, матери Дойла. Хотя, могла ответить и домработница. — Э-э-э, здравствуйте, — промямлила Сэмми. — Меня зовут Саманта, я — одноклассница Трэвиса и хотела бы поговорить с ним. — Сожалею, но его нет дома, — услышала она в ответ. Ну, разумеется… — Он еще не вернулся из школы. Может, вы зайдете и подождете его? Саманта уже собиралась, было, отказаться, но подумала, что все равно не знает дороги к лесу. Возможно, тропа вела с территории вокруг дома, а как иначе она туда попадет? — Хорошо, спасибо, — сказала она. Раздался писк, после чего щелкнул электронный замок на воротах, а створки разошлись почти до конца. Видимо, обычно тут проезжали на машинах. Закинув рюкзак на плечо, девушка прошла внутрь и направилась по дорожке. С каждым шагом ее охватывало все большее волнение — господи, что она делает? Пришла к Трэвису домой — к Трэвису! Это казалось немыслимым. Но все, что происходило с ними сейчас, было немыслимым. Сэмми сильно переживала, что не успеет, и с ним случится что-то ужасное, и сама не заметила, как перешла почти на бег. Дом оказался таким огромным, что у нее перехватило дыхание. Небольшой фонтан перед входом, высокое крыльцо, все блестит и сверкает. Даже не представляя, сколько это все стоит, Сэмми только сейчас осознала, насколько богаты родители Дойла. И, судя по мнению ее отца о Картере Дойле, неспроста. Чувствуя себя крайне неуютно, Сэмми взбежала по ступенькам и уже собиралась постучать, как дверь открылась. Ее глазам предстала женщина возрастом как ее мать, но выглядевшая, без сомнений, куда лучше. Ни единой морщинки на ухоженном лице, блестящие волосы уложены в модную прическу, одежда явно дизайнерская. На домработницу она точно не была похожа. Глаза Трэвис унаследовал от нее — такие же пристальные и глубокие. Но, в отличие от сына, выражение лица миссис Дойл было куда мягче. Она улыбнулась Саманте и кивнула ей, пропуская: — Входите, прошу вас. Сэмми несмело улыбнулась в ответ и вошла в дом, а хозяйка захлопнула за ней дверь. Едва оглядевшись, девушка просто утратила дар речи от царившей в жилище Дойлов роскоши. Одетая в простую куртку и джинсы, она чувствовала себя крайне неуместной. Другой мир… — Проходите в гостиную, присаживайтесь, — снова пригласила мать Трэвиса. — Хотите чего-нибудь выпить — чай, кофе? Молочный коктейль? — Спасибо, не нужно… Коктейль? — невольно переспросила Саманта, а миссис Дойл засмеялась: — Простите, я по привычке — Трэвис их обожает. Саманта, вы сказали, что учитесь с моим сыном в одном классе, но, позвольте спросить, почему вы не в школе? Насколько я знаю, уроки еще не закончились. Сэмми чуть не вскочила с мягкого дивана, на который успела сесть. — Я… — она мучительно придумывала, что сказать. — Дело в том, что мы с Трэвисом немного повздорили, и он ушел с последнего урока. Я поехала за ним и очень хотела бы поговорить и извиниться. Сэмми подумала, что большой беды не будет, если она скажет матери Трэвиса о его прогулах. Та и так о них узнает, рано или поздно. Да и остальное, по сути, было правдой. — О, вот как? — приподняла брови миссис Дойл. — Что ж, зная Трэвиса, предполагаю, что извиняться следует не только вам, — улыбнулась она, а Сэмми невольно ответила ей тем же. Мать Дойла определенно ей нравилась. Та, между тем, продолжала: — Только не знаю, как вам помочь. Возможно, он поехал куда-то еще… А почему бы вам не позвонить ему? — Эм… Его номер недоступен, — сказала Саманта. Миссис Дойл грациозно поднялась с дивана и прошла к столику. Набрав на трубке телефона номер сына, она ждала некоторое время, потом вздохнула: — Да, вы правы. К сожалению, я понятия не имею, куда он мог пойти… Трэвис редко говорит о том, где бывает и что делает. О вас он тоже ничего не говорил, — виновато улыбнулась она. — Понимаю… Что ж, тогда я не буду тратить ваше время, миссис Дойл. — Саманта поднялась с дивана, чувствуя, как ее снова бьет дрожь. — Зовите мне Анна, — отозвалась та. — Может быть, что-то передать ему? — Нет, спасибо… — Сэмми внезапно задумалась. — Миссис… то есть, Анна — он говорил, что любит гулять в лесу неподалеку от дома. Вы не подскажете, где именно? — Гулять? — приподняла идеальные брови мать Трэвиса. — Насчет прогулок не могу сказать, но он бегает там по утрам. С территории вокруг дома есть выход к лесу. Если хотите, я могу вас проводить. — О, это было бы замечательно! — воскликнула Сэмми с таким чувством, что Анна Дойл снова заулыбалась. Ее глаза потеплели, но она ничего не сказала, только кивнула ей идти следом. Пройдя через заднюю дверь, они вышли в небольшой сад. Небольшой, но сказочно красивый. Сэмми никогда не видела таких изумительных цветов — похоже, не местных. — У вас очень красиво, — невольно сказала она, оглядываясь по сторонам. Мать Трэвиса улыбнулась: — Благодарю, Саманта. К сожалению, мои муж и сын не особенно ценят эту красоту — мужчины, что с них взять? — усмехнулась она. — Мой отец тоже не особенно любит цветы, а вот мама обожает, только комнатные, — внезапно проговорила Сэмми и тут же испуганно взглянула на Анну — возможно, ей вовсе не было интересно, чем увлекаются ее родители. Однако, та, казалось, слушала с интересом: — О чем я и говорю… Что ж, видимо, не у меня одной такая проблема. Они с матерью Дойла перебросились еще парой фраз, и Сэмми с каждой минутой чувствовала, что эта женщина нравится ей все больше. Конечно, первому впечатлению доверять не стоило — Дойл не был особенно добрым, а он, все же, ее сын. Но пока Анна казалась Саманте очень приятным человеком. Миновав сад, они прошли между деревьев и вскоре очутились у ограды, где мать Дойла подвела Саманту к небольшой калитке. — Дальше вам следует пойти по тропе в сторону леса, она довольно широкая, — сказала Анна. — Только прошу вас, не сходите с тропы — в незнакомом лесу легко заблудиться. И запишите мой номер — если не найдете Трэвиса, возвращайтесь к дому, я вас впущу — до шоссе отсюда довольно далеко. — О… спасибо большое, — смущенно проговорила Сэмми, а мать Дойла мягко взглянула на нее: — Надеюсь, вы найдете моего сына и помиритесь с ним. Анна продиктовала ей номер своего сотового, после чего попросила Саманту сделать ей дозвон, от чего та смутилась еще больше. Оставив ее за оградой, Сэмми думала о том, почему Трэвис так не похож на свою мать. *** Тропа действительно оказалась широкой и ясно просматривалась между деревьями. Но, оставшись одна в лесу, Саманта ежилась от чувства тревоги и страха. А что, если она опоздала, и Трэвис уже… превратился? И она снова один на один с волком? Дойл не сделает ей ничего плохого — так он обещал. Так Сэмми успокаивала себя, пока шла вглубь леса. Ее обступила тишина, нарушаемая лишь шелестом листвы и пением птиц, и ей могло бы быть хорошо, если бы не то, что происходило с Трэвисом. Больше всего ей хотелось найти его и убедиться, что все в порядке. Хотя надежды на это было мало. Саманта дошла до конца тропы, которая терялась в зарослях, но следов Трэвиса не обнаружила. Поляну, которую он ей показывал, она не нашла — видимо, нужно было сойти с тропы, чтобы добраться до нее. Только вот куда идти? На сей раз телефон Сэмми был при ней, а там — джи-пи-эс и навигатор. Потеряться она не боялась, а потому смело шагнула в чащу, уверенная, что скоро найдет то самое место. Возможно, Трэвиса там не окажется, но больше она ничего не могла сделать. Однако, чутье подвело Сэмми — она плутала по лесу больше часа, но поляна словно испарилась. Возможно, она была не так близко к дому Трэвиса, как он предполагал. Саманта начала уставать. Вдобавок, стал накрапывать дождь, а небо потемнело. Вскоре ей будет звонить мать, а она опять не собирается домой. И возвращаться предстояло нескоро — надо было еще найти обратный путь к дому Дойлов. Сэмми подумала, что Трэвис, возможно, уже вернулся, а она тут бегает и ищет его, как дурочка. Впрочем, мать наверняка сказала бы ему о ее приходе, и тот отправился бы на поиски. Хотя, как знать — Трэвис мог и бросить ее тут. После вчерашнего разговора Сэмми не знала, как он относится к ней. Но смог бы он сам преодолеть свое состояние? Едва ли. А это значит, что Дойл не мог пойти домой. Но где он тогда… Уже почти отчаявшись, Сэмми присела на поваленное дерево и закрыла лицо руками. Что же ей делать, как найти его? Словно в ответ на ее немую мольбу, раздался слабый звук. Едва слышный, он шел из зарослей к северу, и очень напоминал человеческий стон. — Трэвис? — неуверенно позвала Сэмми и тут же крикнула громче: — Трэвис! Где ты? Ее слова растворились в лесной тишине. Саманта прислушивалась и услышала стон снова — на сей раз, куда отчетливее. Вскочив на ноги, она устремилась в сторону, откуда слышался звук. Тропы тут не было, и она пробиралась сквозь заросли, цепляясь штанами о кустарник, то и дело увязая в сырой земле. В чаще было ощутимо темнее, и у Сэмми мурашки забегали по коже. Но она упрямо шла вперед, время от времени останавливаясь и прислушиваясь. В какой-то момент стон раздался совсем недалеко, и Саманта припустила, что было сил. Несколько шагов — и она очутилась на той самой поляне. И Трэвис был там. Он лежал в одной футболке и джинсах у дерева, где виднелись следы когтей, метался по земле и стонал. Увидев его, особенно в облике человека, Сэмми испытала такое облегчение, что у нее ослабли ноги. Но следом тревога за его состояние захлестнула с головой, и она бросилась к нему. Едва коснувшись его руки, она вздрогнула — кожа пылала, точно печка. Дойл прерывисто дышал, весь дрожа, и чуть слышно постанывал. — Трэвис! — окликнула она его, ее саму колотила дрожь. — Ты меня слышишь? Трэвис! Он не слышал ее. Глаза его были закрыты, а тело содрогалось все сильнее, и Саманта, не зная, как поступить иначе, прижалась к нему, обхватив за плечи. Ее обуревал ужас от того, что происходило с ним, и хотелось только одного — чтобы это прекратилось. Некоторое время в нем ничего не менялось, а потом Трэвис открыл глаза. Взгляд его глаз, непонимающий, полный боли, ранил Сэмми в самое сердце, и она, сама не понимая, что делает, обхватила его лицо ладонями. — Трэвис, пожалуйста… Успокойся, — шептала она. — Я здесь… Я помогу тебе! Только смотри на меня… Это подействовало. Дойл вцепился в нее, словно утопающий в спасателя, а потом прижался к ней, дрожа. Они будто сплелись в едином объятии, пытаясь общими усилиями побороть неведомое зло… И оно отступало. Постепенно озноб Трэвиса стихал, а сам он стал дышать ровнее. Но не выпускал Саманту из рук, прижавшись лицом к ее плечу. Сэмми уткнулась в его шею, поглаживая парня по спине, и в этот момент поняла, что больше никогда его не оставит. Пока будет ему нужна. Наконец, Трэвис пришел в себя. Он отстранился и тяжело откинулся на землю. Некоторое время он лежал, глубоко дыша, а потом перевел взгляд на Саманту. — Что ты здесь делаешь? — хрипло проговорил он. Даже после случившегося его взгляд был холоден, и Сэмми поняла, насколько сильно задела его накануне. — Пришла к тебе, — тихо сказала она. — Я тебя не просил. — Трэвис отвел взгляд и уставился в темное небо, словно там показывали что-то интересное. — Знаю. — Сэмми села рядом, обхватив колени руками. Ей стало так спокойно после того, как его отпустило, что она готова была стерпеть сейчас любые колкости. — Тогда зачем пришла? Их взгляды встретились. — Потому, что должна была. — Сэмми смотрела на Трэвиса. — Я обещала помочь, и я помогу. Сделаю все, что в моих силах, чтобы тебе не было так… трудно. Дойл отвел взгляд и молчал некоторое время. Потом сказал: — Ты не обязана мне ничем. Если не хочешь быть здесь, уходи. Я тебя не держу. — Если бы не хотела — не была бы. — Саманта коснулась его плеча, и Трэвис, чуть вздрогнув, повернул голову к ней. — Трэвис, я… Хотела извиниться. За то, что сказала вчера. Это было необдуманно и обидно. Дойл слабо усмехнулся: — Долго ты меня искала, чтобы извиниться? — Достаточно. — Сэмми вздохнула. — Пришлось обратиться к твоей матери — я не знала, как найти поляну иначе. Трэвис снова пристально посмотрел на нее. — И что ты сказала? — вопросил он. — Правду. Что мы поссорились, и я должна тебя найти. — Ты изобретательнее, чем я думал, — обронил Дойл, снова отведя глаза. — Не ожидал от тебя такой настойчивости. — Между прочим, я тоже жду извинений за твои насмешки, — сообщила Сэмми, и он чуть улыбнулся, хотя в его измученном состоянии это выглядело не столь эффектно, как обычно. — Ладно, извини, — сказал Трэвис, тем не менее. — Я сам вчера немного перегнул. Просто не привык общаться с хорошими девочками, вроде тебя. — Тогда учись. — Саманта улеглась на траву рядом с ним. Трэвис не пошевелился, но Сэмми чувствовала, что он слегка напрягся. — Замерзла? — спросил он внезапно, и Сэмми покачала головой: — Порядок. Ты как сам? — Не очень. Все болит, как после судорог. — Трэвис криво усмехнулся: — Привыкла видеть меня другим, да? — Это имеет значение? — Не знаю. Повисло молчание, которое вскоре нарушила Саманта: — Тебе надо вернуть твой телефон. Я не смогу каждый раз прочесывать лес в поисках тебя. — Я бы пришиб этого придурка Беккера, — сообщил Дойл, — если бы был в состоянии. Но буду, поверь. — Верю, только не стоит этого делать. Если, конечно, хочешь доучиться. — А мне это нужно? — проговорил Трэвис. — Может, со мной уже все кончено… — С ума сошел? — Саманта приподнялась на локте и взглянула ему в лицо. — Не смей говорить такие вещи! Мы справимся, слышишь? В его голубых глазах можно было утонуть. — Спасибо, — только и сказал он. Трэвис еще некоторое время приходил в себя, а Сэмми молча лежала рядом. Она перестала бояться его, сейчас между ними словно протянулась и окрепла та самая незримая нить, которая раньше возникала лишь периодически. Она подумала, что совместные переживания всегда сближают. Наконец, он стал осторожно подниматься с земли, а Саманта последовала за ним. Трэвис глубоко вздохнул и посмотрел на Сэмми. — Думаю, пора возвращаться, — сказал он. — Уже довольно поздно, твоя мама будет волноваться. Ты ведь не предупредила ее, куда собралась? — Не нашла слов для этого, — усмехнулась Сэмми. — И твоя, кстати, тоже — может, позвонишь ей? Хотя быстрее будет дойти до дома. — Не в таком виде, — покачал головой Трэвис. Его одежда была перепачкана грязью. — Слушай, кажется, они с отцом должны были поехать вечером на благотворительный вечер. Жаль, что нельзя позвонить и проверить. — Позвони с моего, — предложила Саманта и вытащила телефон из кармана куртки. Трэвис кивнул и набрал номер. Когда пошли гудки, он неожиданно включил громкую связь. — Я звоню на домашний номер, и если трубку возьмет мой отец, поговоришь с ним сама, — велел он, а Сэмми вытаращила глаза: — Что? Зачем?.. Трэвис не ответил. Когда трубку на том конце сняли, у Саманты перехватило дыхание, но голос принадлежал матери Дойла: — Алло? Трэвис, казалось, выдохнул от облегчения. — Мам, это я, — проговорил он, и Анна тут же ответила: — Трэвис, где ты? Все в порядке? — Да, я гулял. Скоро вернусь. — Я волновалась… Заходила твоя подруга, Саманта — я проводила ее к лесу. Она не вернулась и не перезвонила, и я переживаю, что… — Мы встретились, — перебил ее Трэвис. — О, слава Богу! Такая милая девочка, — сказала мать Трэвиса, и щеки Сэмми вспыхнули, а на губах Дойла заиграла улыбка. — Она была очень встревожена. — Сейчас все нормально, — сказал Трэвис, буравя Саманту взглядом, а та не знала, куда деться от смущения. — Очень рада, сынок. Она показалась мне славной. Хорошо, что вы вместе! Трэвис кивнул, будто мать могла его видеть. — Я тоже так считаю, — ответил он. Сэмми опустила глаза. Сердце стучало в груди с удвоенной скоростью, и она не знала, почему. — Мы с папой сейчас уезжаем, — сообщила миссис Дойл. — Ты скоро придешь домой? — Да, скоро. Не волнуйся. — Хорошо. Звони, если что! Анна отключилась, а Трэвис вернул телефон Сэмми. — Значит, волновалась? — спросил он с улыбкой. Саманта была рада, что в сумерках он не видит ее покрасневшего лица. — А ты что думал? — буркнула она. — Зак сказал, что тебе стало плохо. Дойл приподнял брови. — Ты говорила с Заком? — удивился он. — Далеко же ты продвинулась в своем расследовании, Лягуш. — Как иначе я могла узнать твой адрес? Между прочим, мне очень не понравились его шуточки на тему наших с тобой отношений! Ты что-то ему говорил? — Ничего, — покачал головой Дойл и рассмеялся. — Какая ты чувствительная… Что еще, по-твоему, он мог подумать, раз ты проявляешь ко мне интерес? Только то, что мы встречаемся. — Я не одна его проявляю, — проворчала Сэмми. — Верно, и это тоже. Так что не кипятись зря. — Ладно. — Сэмми, и правда, расхотелось ругаться и бить Заку морду. Слишком большим было облегчение, что все обошлось в итоге. — Пойдем, — позвал Трэвис. — Пока доберемся, родители уедут. Я переоденусь и отвезу тебя домой. — Я могу доехать на такси, — попыталась возразить Саманта, но Дойл только отмахнулся. Они шли молча, думая каждый о своем. Сэмми снова слегка оробела, но на сей раз ее смущали собственные чувства. Почему она так волнуется, когда речь заходит об отношениях между ней и Трэвисом? Ведь она любит Джаспера. Знал бы он, что происходит… Когда показались огни фонарей, горящих на территории Дойлов, она выдохнула. Ей хотелось скорее добраться домой и прийти в себя — слишком много переживаний для одного дня. Очередного дня после. В доме, и правда, никого не оказалось. — Домработница сегодня взяла выходной, — сообщил Трэвис, открывая дверь, в ответ на ее невысказанный вопрос, — а шофер повез моих родителей, так что обойдемся без свидетелей. — Ты шикарно живешь, — обронила Сэмми, снова почувствовав себя не в своей тарелке от окружающей дороговизны, а Трэвис пожал плечами: — Думаешь, это имеет значение? Саманта не ответила, не понимая до конца, что он имеет в виду. Трэвис проводил ее в гостиную и усадил на диван. — Хочешь чего-нибудь? — спросил он. — Может, чай? Ты, похоже, замерзла. — Нет, — покачала головой Сэмми и невольно улыбнулась: — Твоя мама предложила мне молочный коктейль. Дойл тоже улыбнулся, только несколько устало. — Да, она знает, что я его люблю. Пойду наверх, переоденусь. Не сбежишь? — Нет, — покачала головой Саманта. — Теперь уже точно нет. Трэвис усмехнулся и, взбежав по лестнице на второй этаж, исчез наверху. Сэмми действительно устала, а потому умудрилась задремать, пока ждала Дойла. Тот разбудил ее легким прикосновением руки, и, встретившись с ним взглядом, Саманта отчего-то снова смутилась. — Пойдем, Лягуш. Отвезу твои усталые лапки домой. Сэмми последовала за ним к его машине. Оказывается, он бросил ее за пару кварталов до дома, а она и не заметила, когда ехала в такси. Пока они шли к машине, Трэвис молчал, но Саманте казалось, он хочет что-то ей сказать. Так и оказалось — перед тем, как Трэвис открыл дверь, он приостановился и повернулся к ней. — Саманта, я… Я благодарен за то, что ты пришла сегодня, — сказал он. Его лицо, усталое и все равно красивое, казалось волшебным в полумраке вечера. — Мне жаль, что я втянул тебя в это. Но, боюсь, один я не справлюсь. — Знаю. — Сэмми несмело улыбнулась. — Все нормально, Трэвис. Правда. Дойл чуть улыбнулся в ответ. — Мне, и правда, с тобой повезло, — сказал он. В дороге они почти не говорили. Сэмми смотрела на деревья, темной стеной проносившиеся мимо, вдыхала свежий воздух из окна, и думала. О том, что с ними происходит. Как все это странно, пугающе и… маняще. Трэвис молчал, но, время от времени, бросал на нее внимательный взгляд. Когда его машина остановилась возле дома Сэмми, она ощутила странное сожаление. Словно ей не хотелось уходить. — Трэвис… — Сэмми помялась. — Я хотела сказать — если тебе снова станет плохо, можешь мне позвонить. На домашний номер, раз твой сотовый у Беккера. — Приедешь ко мне среди ночи, Лягуша? — Его глаза блестели. — Приеду, если будет нужно, — внешне спокойно сказала Сэмми, хотя ее сердце предательски стучало в груди. — Буду иметь в виду, если вдруг захочу… — Дойл подмигнул ей. — Пока. Саманта слегка разозлилась на его тон, но не стала комментировать. Махнув ему рукой, она выбралась наружу. Дойл не уезжал, и ей ничего не оставалось, кроме как пойти в дом. У двери она оглянулась — он сидел в машине и смотрел ей вслед. *** Едва Саманта появилась на пороге, мать бросилась к ней с расспросами. — Сэмми, где ты ходишь? — возмутилась она. — Я же волнуюсь! — Так позвонила бы. — Саманта прошла на кухню и налила себе стакан воды, который выпила залпом. Тереза последовала за ней. — Я не хотела тебя тревожить — ты ведь, наверняка, была с тем парнем? — А-а-а… — Сэмми чуть не поперхнулась. — Да, с ним. — Могла бы хоть сообщение написать, — снова упрекнула ее мать. — Извини, мам. Саманта жутко устала, и ей не хотелось ничего объяснять. Она уже побрела к себе в комнату, когда услышала голос матери: — Мне стоит переживать об этом Трэвисе? «Больше, чем ты можешь себе представить», — мрачно подумала Сэмми, но не успела ответить — из гостиной появился отец, держащий в руке чашку кофе. — Что за Трэвис? — полюбопытствовал он. Саманта замерла — стоило ли называть фамилию? Похоже, папа не слишком-то жаловал Картера Дойла. Мать тоже замолчала, и тут раздался спасительный звонок сотового. Бен Уайли вздохнул: — Опять Чарли… Наверное, проблемы с поставкой. — Родители владели небольшим книжным магазином, где оба и трудились. Он ушел обратно в гостиную, чтобы поговорить с сотрудником транспортной компании, а Сэмми перевела дух. Они переглянулись с матерью, понимая друг друга без слов. — Переоденься и спускайся, ужин в духовке, — велела Тереза и скрылась в гостиной, а ее дочь отправилась к себе в комнату. Просмотрев соцсети, Сэмми обнаружила сообщение от Джаспера и заявку в друзья от Дойла. Нервно хихикнув, она подумала, что добавляться в друзья на фоне всего, что происходило с ней и Трэвисом — просто детский сад какой-то. Но запрос, все же, подтвердила. Лезть на его страницу ей совершенно не хотелось — слишком много переживаний на сегодня, связанных с этим парнем, а потому она открыла диалог с Джасом. Тот прислал ей песню британской группы, которая ему очень нравилась, а еще спросил, не хочет ли Сэмми поиграть в онлайн-игру. Саманта хотела бы, но у нее совершенно не было сил, да и уроки оставались несделанными. Она совсем запустила учебу в последнюю неделю, а интеллектуальных суперспособностей Дойла у нее не присутствовало. Разозлившись, что снова вспомнила его, Сэмми быстро отписала Джасу о своей занятости и захлопнула крышку ноутбука. Что за черт! Она не может нормально пообщаться с лучшим другом, каждое слово которого ловит и жаждет любого его внимания! И все из-за этого треклятого блондина. Девушка приняла горячий душ, переоделась в теплую пижаму и спустилась вниз — мать непременно рассердилась бы, вздумай Саманта пропустить ужин. Набрав полную тарелку мясной запеканки, Сэмми взгромоздилась на стул и принялась за еду. Но и теперь провидение не оставляло ее в покое. В кухню зашел отец и забрался в холодильник в поисках бутылочки пива. — Ты слышала, Терри? — обратился он к жене. — Картер Дойл баллотируется в мэры города! И как еще совести хватает… На пороге возникла мать Саманты. Бросив быстрый взгляд на дочь, замершую с вилкой в руке, она быстро проговорила: — Ну, дельцы, вроде него, всегда стремятся к власти. — Что нас ждет с таким главой города? — хмуро вопросил Бен и глотнул пива. — Надеюсь, хоть предпринимателей он не тронет, дела и так идут не лучшим образом. — Ты уверен, что он победит? — подала голос Сэмми, усиленно копаясь в тарелке. Отец пожал плечами. — Нет, но это весьма вероятно. Кстати, его сын учится в нашей школе, ты с ним знакома? — Э-э-э… Ну да, мы в одном классе, — скрепя сердце сообщила Саманта, а отец нахмурился еще больше. — Смотри, держись от него подальше, — велел он. — Яблочко от яблони… Саманта не знала, что ответить, но мать неожиданно выручила ее: — Бен, сколько раз говорила — не открывай пиво об столешницу! — возмутилась она. — Царапины же остаются! Тот только отмахнулся и ретировался с кухни, а Сэмми продолжила есть, не поднимая глаз. Через некоторое время Тереза тихо сказала ей: — Я не буду столь категорична, как папа, но мне нужно знать, что все в порядке. Сэмми, ты слышишь? — Да, мам, — с трудом проговорила Сэмми. — Я… потом тебе расскажу. Когда папы не будет. — Договорились, — подвела черту мать и ушла вслед за отцом, а Саманта со вздохом отложила вилку. Час от часу проблем добавлялось все больше. И виной тому был только один человек.