Пора возвращаться домой

Эндрю ненавидел самолеты. Эндрю так ненавидел самолеты. Единственное, что не давало ему развалиться на части, пока они летели над бескрайним океаном, — это то, что на обратном пути рядом с ним будет Нил. Как только он посмотрел местоположение «Чай с лисой», Эндрю позвонил Би, забронировал билет на самолет и собрал сумку. Пришло время выполнить обещание. И вот теперь Эндрю вцепился в подлокотник своего сиденья и уставился на горящую лампочку пристегивания ремня безопасности. Он прислушивался к жужжанию и щелчку шасси, к бормотанию других пассажиров вокруг него. Хрустальные капли дождя цеплялись за иллюминаторы самолета, когда они опускались ниже облаков в темно-серый цвет. Взгляд Эндрю переместился с мерцающего огонька ремня безопасности на мигающие синие и белые огни в маленьком иллюминаторе — маяк с земли, направляющий самолет на взлетно-посадочную полосу. Костяшки его пальцев на подлокотнике побелели, когда колеса коснулись земли, и самолет покатился по взлетно-посадочной полосе. Хостел, который Эндрю забронировал на улице от «Чай с лисой», не был чем-то особенным, но у него была одноместная комната, и в ней был замок. И на данный момент этого должно было хватить. Он лежал без сна до раннего утра, наблюдая, как тени ползут по стенам незнакомой комнаты, и считал часы до того момента, когда он снова увидит Нила. Эндрю вообще не спал. Он смотрел, как идут стрелки на маленьких настенных часах, пока солнечный свет не покрыл слоями желтого и золотого цвета белые стены его комнаты. Он прилетел в Сеул, Южная Корея, чтобы найти Нила. После двух лет ожидания, открыток, незнания, гнева и одиночества, и отсутствия чего-то, чему он не мог подобрать названия. И он нервничал. Эндрю знал, что Нил хотел вернуться домой в Южную Каролину, в Пальметто, но он не мог не сомневаться, что после всего этого Нил захочет вернуться домой к нему. Эндрю потратил столько времени, сколько мог, бродя по городу: он приготовил себе завтрак, нашел стеклянную фигурку панды, чтобы подарить Би для ее коллекции, и, наконец, купил открытку и фиолетовую гелиевую ручку в магазине на углу. Он засунул все это в карман своей толстовки и отправился в сторону «Чай с лисой». Магазин был полон и оживлен. Из динамиков играла тихая музыка, а вдоль розовых, как жевательная резинка, стен стояли столики, за которыми сидели люди, болтая и потягивая чай. Эндрю встал у двери и заглянул за прилавок. Горстка сотрудников, которых он мог видеть, определенно не были Нилом. Каштановых волос не было видно. Он вздохнул и прислонился к двери, вытаскивая открытку из кармана, чтобы посмотреть, что он написал. Эндрю был почти готов уйти, когда услышал это. Он говорил по-корейски так же хорошо, как по-английски, по-немецки или по-французски, но голос явно принадлежал Нилу. Эндрю посмотрел на прилавок и увидел его. Волосы Нила были выкрашены в черный цвет, как и при их первой встрече, но даже через весь магазин Эндрю мог видеть электрическую сапфировую синеву его глаз. Нил не видел его, но Эндрю наблюдал, как Нил плавно двигался за стойкой, готовя напитки и передавая заказы своим коллегам. Взгляд Эндрю остановился на шрамах на лице Нила: порезы на щеках и сморщенная, блестящая, обожженная кожа под левым глазом. Он наблюдал за тем, как дрожали руки Нила, когда он работал. Даже когда его руки были пусты, они дрожали. Кто-то протиснулся мимо него, чтобы войти в магазин, и Эндрю последовал за ними к прилавку. Когда их взгляды встретились, Нил чуть не уронил стопку пустых чашек, которые держал в руках. Он положил их на прилавок и встал перед Эндрю. — Наркоман, — губы Эндрю угрожающе растянулись в усмешке. Улыбка Нила тронула шрамы на его щеке, а глаза заблестели. — Эндрю. Ты здесь. — Я обещал, что найду тебя. — Ты нашел меня. — Чай с лисой? — Эндрю выгнул бровь. Нил усмехнулся и прикусил нижнюю губу. — Да. Это было… счастливой случайностью. Эндрю издал тихий довольный смешок. — Наркоман. Он поднял открытку и протянул ее Нилу. Нил взял открытку дрожащими руками и перевернул ее. Обложка была покрыта цветами вишни, а на обороте аккуратным почерком Эндрю было написано четыре слова. Пришло время возвращаться домой.