Ведьма и Рыцарь

      Если до этого момента Хэзер всеми силами старалась отстраниться от мужчины, отворачиваясь и вжимаясь спиной в стену, то теперь она не сводила умоляющего взгляда со своего похитителя, глаза её были полны и надежды, и страха разочарования. Ведь Эйвинд мог играть с ней, говорить неправду, чтобы окончательно сломать.       — Он здесь, в твоем замке? Что с ним? — девушка не могла сдержать эмоции; волнение за жизнь любимого человека сейчас превозобладало в ней над страхом за собственную судьбу. — Умоляю тебя, скажи, он здесь? Я могу его увидеть?       Хэзер несмело коснулась рукой плеча Эйвинда, в её взгляде было столько растерянности, мольбы, просьбы, что они были способны растопить самое холодное сердце. — Прошу, отведи меня к нему… — голос девушки дрожал от слёз. Она прекрасно понимала, что они с Редмандом сейчас полностью зависят от прихоти Эйвинда. Если бы ей удалось уговорить тёмного мага позволить увидеть Редманда, поговорить с ним…       Её сердце сжималось в ожидании ответа. Она пыталась прочесть, угадать реакцию мужчины, почувствовать хоть малейшее направление его мыслей, но Эйвинд молчал. Ничего, кроме хладнокровной жестокости, не отражалось на его красивом лице. И это молчание лишь усиливало напряжение. Мысли Хэзер метались: что он думает, как поступит Редмандом? А главное, сможет ли Хэзер его увидеть?       — Умоляю тебя… — девушка не могла больше сдержать слез, боль душила её, она обессилено опустилась на колени перед Эйвиндом. Ей было абсолютно всё равно, как это выглядит со стороны, тяжесть жуткой реальности лишала её всякой надежды. Магия, которую она обычно использовала для помощи себе и другим, казалась ей теперь далёкой и недоступной. Для этого нужен был ресурс, сила, а Хэзер чувствовала себя птицей с перебитыми крыльями. Даже если клетка открыта, она не сможет улететь на свободу…       Каждое мгновение беззвучности отдавалось тысячами осколков страха и волнения, оставляя её наедине с отчаянием и бессилием.       — Послушай, я сделаю всё, что ты захочешь… Только не убивай его… Возьми мою жизнь… — еле слышно прошептала Хэзер. Если её слова и мольбы могли хоть как-то смягчить Эйвинда, она была готова на любое унижение, на любые условия, только бы помочь Редманду покинуть замок.       Если бы кто-то мог в этот момент увидеть происходящее в душе Эйвинда, то не поверил бы своим глазам. Тёмный маг испытывал нечто совершенно для него новое и непонятное, вызывающее в нём конфликт. Он, привыкший к насилию и жестокости, ощущал и торжество из-за того, что желанная им девушка была в полной его власти, но в то же время он переживал странное состояние невозможности причинить боль Хэзер, несмотря на всю свою безжалостность.       Ведь ничто не могло помешать ему взять Хэзер против её воли, но вот какой-то внутренний барьер не позволял сделать это. Эйвинд с удивлением осознавал, что его чувства и эмоции несут в себе что-то большее, чем просто связь между жертвой и похитителем. Несмотря на всю свою злость к Хэзер из-за её вмешательства и освобождения душ, Эйвинд не мог заставить себя причинить ей насилие, и уж тем более лишить жизни; это новое чувство не поддавалось его контролю.       Черт, да ему было реально жаль её, плачущую и беспомощную. Её хрупкость и беззащитность служили для девушки лучшей защитой.       Взгляд Эйвинда, обращённый на девушку, отражал что-то новое, чего он сам ещё не мог определить, что-то менялось в его внутреннем мире, и это было так необычно для него.       Хэзер почувствовала, как сильные мужские руки касаются её плечей, поднимают с колен. Она увидела совсем близко тёмные глаза, только теперь в них не было ненависти. Мужчина держал её за плечи, чуть привлекая к себе. Мгновения замерли, в комнате было тихо. Хэзер чувствовала, как взгляд Эйвинда пронизывает её до самой души, ей было страшно от неизвестности и неопределенности наедине с этим опасным и непредсказуемым человеком.       Неожиданно Эйвинд отпустил её, ничего не говоря, и вышел из комнаты, оставив Хэзер одну, в полной тишине и тревоге. Звук захлопнувшейся двери только усилил понимание девушки, что она оставлена один на один со своими страхами и неизвестностью, и всё же в душе её появилась слабая надежда.