Ведьма и Рыцарь

      Хэзер чувствовала, как её силы тают. Магия Зазеркалья, которую она призвала, требовала большой отдачи физических сил, а невидимый, но мощный удар «Разрушителя Путей», частично достиг Хэзер даже через магический барьер. Девушка ощутила, как её тело становится ватным, а её мысли — рассеянными. Ей было трудно сконцентрироваться, ноги подкашивались, а дыхание становилось неровным. Она упала бы, если бы Редманд не поддержал её. Отчаянно ища опору, она оперлась об стену подземелья, чувствуя под рукой холодное прикосновение камня. Голова кружилась, а в глазах темнело. Хэзер понимала, что им нужно продолжать движение, но её тело отказывалось повиноваться. Она словно превратилась в пустую оболочку, из которой утекла вся энергия.       Она ощущала, как её жизненная энергия исчезает, ускользает, словно песок сквозь пальцы, оставляя за собой лишь слабость и изнеможение. Гнев Эйвинда, подобно далёкому, но неумолимому грому, сотрясал воздух, и каждая вибрация этого гнева била по ней, как по натянутой струне, грозя обрушиться на беглецов со всей силой.       — Редманд, уходи… прошу тебя, — чтобы прошептать эти слова, Хэзер понадобилось собрать все силы.       Редманд тоже чувствовал, как воздух вокруг них сгущается в предчувствие чего-то тёмного и опасного. Но в его глазах не было растерянности, лишь холодная, спокойная решимость. Он был готов сражаться, готов защищать Хезер любой ценой, даже если бы ему пришлось столкнуться с самой тьмой.       — Если он увидит, что я осталась, он перестанет преследовать тебя… — Хэзер была готова пожертвовать собой, чтобы дать ему возможность жить. Это была её последняя надежда, последний аргумент, который она могла использовать, чтобы убедить его уйти и оставить её.       Но вместо ответа Редманд поднял её на руки, словно она была невесомой.       — Нет, — его голос звучал твёрдо, не допуская никаких возражений. — Я не оставлю тебя. Мы уйдем вместе. Ты думаешь, я смогу жить спокойно, зная, что ты в его власти? Нет. Тогда я лучше умру здесь, защищая тебя.       Честь и любовь для Редмана были неразделимы. Оставить девушку на волю Эйвинда, а самому бежать, было для него немыслимо, позорно, хуже смерти. Это было бы равносильно предательству, и он скорее бы умер, чем совершил что-то такое.       — Пожалуйста, уходи… я чувствую, как он приближается. Он уже здесь, совсем рядом… — Хэзер пыталась вырваться из его объятий, но у неё не было сил. Её тело, ослабленное магией и страхом, было как пушинка в его руках. Она ощущала, как волна гнева Эйвинда становится всё ближе, как её магические щиты, которые она выставила, трещат и рассыпаются в под этим натиском.       Редманд, осторожно держа Хэзер на руках, двигался к выходу из подземелья, надеясь как можно быстрее оказаться в безопасности. Но неожиданно воздух вокруг них, который до сих пор был холодным и сырым, начал вибрировать, словно струна. Этот звенящий звук, наполнивший пространство, был похож на звон тысячи стеклянных колокольчиков, бьющихся друг о друга. За ним последовала мощная волна холода; Хэзер вздрогнула, услышав знакомый голос, который, казалось, исходил отовсюду и ниоткуда одновременно. Воздух вокруг них задрожал, словно раскалённое марево над пустыней. Линии пространства, казавшиеся до этого незыблемыми, потекли и изогнулись, подобно отражению в искривлённом зеркале. Из этой зыбкой пелены, словно из глубины невидимого мира, шагнула фигура.       Увидев его, Хэзер инстинктивно прижалась сильнее к Редманду, её сердце, и без того бешено колотившееся от страха перед Эйвиндом, теперь сжалось от новой, неизвестной угрозы. Её мысли метались в панике. «А вдруг он просто играл со мной? И теперь пришел посмотреть, как мы попадёмся Эйвинду?» — подумала девушка.       Редманд, почувствовав её дрожь, обнял её крепче,. Он не знал, кто это, но видел в глазах Хэзер тревогу, и этого было достаточно. Он был готов сражаться с любым, кто посмел бы ей угрожать.       Зеркальщик, словно прочитав все её мысли и чувства, усмехнулся. Но его усмешка не была злобной или жестокой, скорее она была немного снисходительной.       — Что с тобой, милая? — его голос звучал так, будто в нём отражалось эхо тысячи голосов: тихих, шепчущих и в то же время невероятно ясных. — Неужели ты думаешь, что я столько сделал для тебя, чтобы в итоге предать? Думаешь, я просто хотел поиграть с тобой и бросить?       Сложно было понять, говорит ли он серьёзно, или в его словах кроется тонкая, едва уловимая ирония. Хэзер не знала, верить ли Зеркальщику, и пыталась понять его истинные намерения.       А хозяин зазеркального мира теперь рассматривал Редманда с какой-то странной, почти заинтересованной наблюдательностью. Он видел, как мужчина, прижимая к себе Хэзер, был готов бросить вызов самой судьбе. Он собирался драться, зная, что шансы не на его стороне. Эта решимость, это пылающее пламя в глазах вызывали у Зеркальщика искреннее, неподдельное уважение. Он слегка склонил голову набок, и его тон, обычно холодный и отчужденный, теперь был полон одобрения.       — Ты смелый, — сказал он, и в этом простом утверждении не было иронии, только признание факта. — Очень смелый.       Редманд не успел ничего ответить, когда Зеркальщик поднял руку, и его произнёс:       — Опусти Хэзер на землю. Не бойся. Послушай меня.       Редманд, сам не понимая почему, подчинился этому голосу. Он осторожно опустил Хэзер на холодный пол подземелья. При этом он не отпустил её до конца, продолжая поддерживать за талию, словно боясь, что она исчезнет. Зеркальщик медленно протянул руку к девушке.       — Дай мне свою ладонь, — тихо сказал он. Хэзер, как в тумане, повиновалась, в то же мгновение она почувствовала прикосновение к своей ладони и увидела в ней свой кулон, который отобрал Эйвинд.       — Откуда он у тебя?! — вырвалось у девушки, и в голосе её было искреннее удивление.       Зеркальщик сделал легкий, почти небрежный жест рукой, словно смахивая с плеча невидимую пылинку.              — Неважно, решил вернуть его тебе. Сожми его.       Хэзер сжала кулон в ладони, и её тело наполнило мощное, тёплое чувство. Оно было подобно огню, но не обжигало, а исцеляло. Тяжесть в груди, мешавшая ей дышать, исчезла. Она почувствовала, как сила возвращается к ней. Дыхание восстановилось, и она ощутила, что снова может стоять без поддержки Редманда.       Зеркальщик снова поднял руку, делая едва уловимое движение в воздухе. В тот же момент стена подземелья отделявшая их от свободы, начала таять, открывая перед ними вид на безмолвный залитый лунным светом лес.       — Можете спокойно уходить, — произнёс Зеркальщик. — Эйвинд вас не догонит. И вообще больше не побеспокоит. Никогда.       Хэзер, ошеломленная всем происходящим, обернулась к нему. Почему? Почему он помогает им? Она знала, что Зеркальщик обычно не вмешивается в дела живых.       — Почему ты… — начала она, но он прервал её, уловив незаданный вопрос в глазах девушки.       — Я не люблю хитрость и слабость в людях, — проговорил Зеркальщик, и в его словах не было ни жалости, ни пафоса, лишь холодное, бесстрастное наблюдение. — Иногда, очень редко, я вижу в них силу, решимость, смелость. Тогда я помогаю, потому что такие качества сами по себе редкость. А вы смелые, оба. Идите.       Как только он произнес эти слова, то тут же исчез так же внезапно и бесшумно, как появился. В один миг он стоял перед ними, а в следующий — его уже не было. Хэзер и Редманд остались стоять в тишине, глядя на то место, где он только что был. Воздух всё ещё казался холодным и тяжёлым, но в нём уже не было той странной вибрации. Всё, что осталось — это ощущение его присутствия, которое медленно растворялось в воздухе, и их собственные, всё ещё сбитые мысли. Они понимали, что Зеркальщик не был ни добрым, ни злым. Он был просто силой из другого мира, действующей по своей прихоти, и в этот момент их пути пересеклись.        Затем послышался странный, звенящий звук, похожий на то, как если бы тысячи хрустальных колокольчиков одновременно разбились, а затем их осколки начали сливаться воедино. Обернувшись, Хэзер и Редманд увидели, что тёмные очертания замка за их спиной исчезают. На их месте медленно, словно поднимающаяся вода, вырастала стена, сотканная из мерцающего, жидкого зеркала. Она не была твёрдой, как камень, а скорее пульсировала, отражая тусклые лучи луны, пробивающиеся сквозь ветви деревьев и едва заметное дрожание листвы.       Хэзер сразу поняла, что это была живая, дышащая магия Зеркальщика. Чувство безысходности, которое преследовало её в замке Эйвинда, теперь сменилось ощущением полной безопасности. Уверенность в том, что этот барьер неподвластен их врагу, заставила её крепко сжать руку Редманда. Они, не сговариваясь, ускорили шаг, углубляясь в тёмную чащу леса, стремясь как можно скорее оставить замок и его тени позади.       В замке Эйвинда властвовал хаос, вызванный столкновением двух мощных магических потоков. Подземелье, обычно тихое и мрачное, теперь было полно разрушительной магии. Эйвинд, чей гнев нарастал с каждой секундой, буквально искрился от ярости. Его глаза, обычно бездонно-чёрные, казались ещё темнее, а волосы — чёрные, как вороново крыло, — мерцали от избытка тёмной энергии. Сила, которой он владел, искажала пространство вокруг него, заставляя стены подземелья трескаться, а факелы — мерцать и гаснуть.       Он думал о Хэзер, и его мысли были полны не только гнева, но и холодной решимости на этот раз полностью подчинить девушку, заставить её понять, что её «нет» ничего не значит, что её место рядом с ним.       Внезапно, посреди этого хаоса, он замер, почувствовав чьё-то присутствие. Оно было невидимым, но ощущалось так же остро, как и его собственная магия. Кто-то незримый находился совсем рядом.       В этот момент чей-то спокойный голос произнёс его имя. Эйвинд остановился, и гнев, поглощавший его, на мгновение отступил, уступая место осторожности. Он медленно оглянулся, и его глаза, привыкшие к темноте, увидели то, что заставило его затаить дыхание. Прямо за его спиной, в отражении потухшего факела, стоял Зеркальщик. Это была не иллюзия, а настоящее, материальное тело, стоящее в пространстве, которое ещё несколько минут назад было пустым. На лице Зеркальщика была едва заметная улыбка, он слегка наклонил голову, оценивая реакцию Эйвинда.       Затем он заговорил, и его голос, спокойный и ровный, прозвучал в абсолютной тишине, возникшей между двумя существами из разных реальностей:       — Приветствую тебя, тёмный маг.