По осколкам страхов

— спасибо большое. Я надеюсь я сюда больше не вернусь) — С улыбкой на лице и почти выздоровевшими руками ответила я провожающей меня до входа медсестре. — Так. — Ваня подхватил меня на руки и понёс к выходу. — Не стоило… Прошли две недели с того момента как я попала в больницу. Рёбра почти зажили. С рук сняли Гипсы, но спицы не вынули. Сказали прийти через неделю отдыха дома, вытащить уже и их… Ваня каждый день приходил с цветами. Моими любимыми хиганбанами… где только достать умудрился? Хиганбаны — символ надежды и смерти. Я надеюсь… он мне преподносил их в первом смысле…?

***

— держи. — Парень поставил кружку чая с бергамотом на кофейный столик и сел напротив меня. — Кать… мне надо с тобой поговорить. Прости что так внезапно, просто…. Ты обязана это знать…. Я насторожилась, но чай приняла. — Вообщем… Та девушка. С которой вы похожи… — В сердце что-то кольнуло. От одной мысли об этом просто хотелось кричать, но я продолжила слушать. — Она сейчас ну… мертва. — на моем лице застыл ужас. — М-мертва? — Переспросила я кое как выдавливая из себя хоть звук. — Да она… она сгорела в страшном пожаре. Я не… не успел. Это было так давно. И тут я встретил тебя… Я уселась поудобней и стала слушать. — Когда первый раз на турнире, ты меня обыграла. Тот самый первый раз. Я просто ведь… не мог поверить что такое хоть раз повторится. Ошибка прошлого стала для меня всем. Я не мог жить дольше без той мысли, что не смог спаси ее. Но тебя я полюбил не из-за неё. Ты… эх… ты просто олицетворение всего вместе взятого. И страха, и гнева, и самой чистой любви, что только существует на этой земле… Я когда увидел тебя, я понял, что даже не смотря на то, что мы соперники, мне жизнь подарила второй шанс можно сказать… ты и есть моя вторая жизнь. Ты мой второй глоток воздуха… ты все что теперь у меня есть… Противоречивость моих мыслей зашкаливала. Я не знала что мне думать… но спросить напрямую было самым верным решением. — А ты… все ещё любишь ее? — В глазах Вани начало мрачнеть. — Я люблю тебя и никого другого. Она в прошлом. Она моя ошибка. Ваня подобрался ближе ко мне и коснулся кончиком своего носа моего. — Сыграешь мне на фортепиано? — Прошептал тот прямо мне в губы. — Сыграю…. Ваня поднёс меня к инструменту. Я уселась на кушетке и размяла пальцы. Руки болели, сильно болели. Но музыка полилась. Лилась словно струйкой самого чистого родника. Клавиши проседали и выдавали мягкие звуки. Педаль чуть скрипела, но не мешала. Только добавляла атмосферы. Электронный камин слегка потрескивал. Ваня кутался в пледике сидя на краешке дивана и с теплотой наблюдая за движениями моих пальцев. Музыка сменилась на более напористую. Словно приближающаяся буря. И снова стихла в плавную струйку. Медленно мигающая подсветка розово-оранжевого цвета то погасала, то снова загоралась словно в такт музыке. Финальные аккорды. Педаль ещё не опущена, но руки уже скользнули вниз, оставляя после себя чуть влажный след. Я опустила голову вниз. Ваня чуть похлопал и подходя ко мне прошептал на ухо. — Словно рассказала историю… И уткнулся носом в мою шею, заставляя тело покрыться холодными мурашками. Он присел рядом на сиденье. — Научишь меня? — Эх… как тебе отказать?) Мы решили выучить композицию “merry go round of life” из аниме ходячий замок Хаула. Учила я ее давно, но пальцы помнят все. И просидели мы так до самой глубокой ночи, до четырёх часов утра, когда рассвет уже начинает пробиваться сквозь пелену темных туч. — Смотри, большой на на ля диез, а средний на Ре. — Да неудобно! — Чуть всплеснул свободной рукой Ваня. — Так надо. Ты по другому не сыграешь. Давай соберём все… Ваня выдохнул и продолжил терпеливо учить.

***

Моя голова располагалась на груди у парня. Тот бережно перебирал пальцами локоны волос и чуть ворошил их. — Спасибо Вань… — За что? — Эх… за то что ты рядом… за то что не бросаешь, как ненужную игрушку… Тот хмыкнул и вдохнул аромат моих волос. Зарылся носом в локоны, так и уснул.

***

Ночь. В дверь кто-то стучится. Открываю и вижу на пороге Серёжу. — Салам, чёт ты поздновато. — Запустил его в квартиру и прикрыл входную дверь. — Вов… я не могу так больше. Я так устал. Я так себя ненавижу. Я так хочу уже сдохнуть поскорее… Серёжа закрыл лицо руками и всхлипнул. — Ну ну… давай это… поговорим хотя бы. Что такое? Что случилось? — Спросил его, а тот только покачал головой. — Я опять проебался… мне так нравилась девушка, но она снова оказалось не той, за кого себя выдавала. — Кто это? — Анфиса Селезнюк.