Перекресток судеб

Прошло несколько месяцев с начала работы Чуи в этом доме. За это время он пару раз успел выступить как модель, на носу была неделя моды, так что работа кипела, чтобы успеть все вовремя. Ту модель, которую Осаму создал после встречи с рыжим омегой, он оставил себе. Он никому ее не показал. А вечер он всегда заканчивал тем, что смотрел на нее и представлял ее в следующей коллекции в конце осени. Сейчас лето, так что у него есть время что-то добавить, какую-то изюминку, у него в голове образ все еще не сходился. Над этим ему еще предстояло подумать. Сейчас его главной задачей было проследить за тем, чтобы все было безупречно. Изюминка летней коллекции яркие наряды унисекс, которые предлагали и закрытые феромоны, для тех, кто стесняется и открытые верхи для тех, кто за борьбу против консерваторов. Этих моделей немного, они будут показаны и на мужчинах, и на женщинах. Однако главная его головная боль будет только осенью во время недели Парижской моды, которая конечно же важнее, чем летняя, и при этом дает больший простор фантазии. Накахара Чуя уже успел себя проявить и в только что зарегистрированных соцсетях, а в них он не так часто появлялся, со стремительной скоростью начали появляться подписчики. С главного аккаунта он только следил за модой, на остальное у него были закрытые аккаунты, о которых знали только его друзья. Несмотря на свои принципы и подпись в контракте, иногда очень хотелось что-то поснимать на работе, так, как только тут могли случаться веселые вещи, кипиш и почти всегда непричесанный Осаму Дазай. Этот упомянутый альфа, такое чувство, что за собой не сильно следил. Все знали, что он носит бинты, но никто не знает зачем, что создавало загадку для всех. Все эти большие шишки в мире моды всегда носят дорогие, но не всегда красивые, вещи. Дазаю же все равно на цену и если ему нужно выйти в люди, то он прибегает к собственным людям, которые помогают ему красиво выглядеть. Чуя думает, что этому человеку просто лень и он оказывается прав. Именно из-за этой проницательности и иногда ужасной прямолинейности Осаму начинает влюбляться в Чую. Он не всегда может отвести взгляд от рыжего, когда видит его издалека, пока над ним работают визажисты и фотографы, даже сейчас, когда он примеряет наряд, в котором скоро выступит. В какофонии запахов всегда выступает только его запах мяты, шатен только рад, ведь теперь на работе он может наслаждаться им все время, а дома вспоминать и пить чай с мятой. Из-за этой непонятной тяги к рыжему Дазай стал чаще приглашать его к себе в кабинет, давать примерять наряды. С момента становления Осаму как кутюрье, он стал значительное время коллекции отдавать на комфорт, для этого нужна была честность моделей, но большинство из них говорили неправду дабы угодить кутюрье, а вот в Накахаре Дазай не сомневался. Хоть сначала он и казался самым покладистым, но как только он понимал, что в тот или иной момент это не нужно, или что ему разрешают говорить прямолинейно, то он бывал достаточно грубым. Так на принесённый костюм, который шатен шил только для рыжего, он сказал, что одежда не подходит этому дому ведь… – Месье Дазай, вы понимаете, что все ваши труды направлены не на традиционные японские костюмы, для традиций у нас есть менее примечательные фирмы, да и многие вас могут осудить, ведь это не ново и это вообще не полный костюм, да и от традиционного здесь только кусок одежды. Лучше не лезть туда, где вы мало знаете. После этого рыжий с небольшим испугом посмотрел на босса, ведь он, по его мнению, наговорил много лишнего. Но хоть дома и было много травмирующих опытов, но это не отменяет того, что он любит Японию и ее традиции, так что его реакция была частично обоснована, но все равно. Нельзя так разговаривать с боссом. – Спасибо, я вас понял. Можете, пожалуйста, позвать Гоголя и прийти вместе с ним. – Хорошо. Чуя быстро удалился и пошел искать Николая, который как обычно сидел где-то непонятно где. – Коль, там Дазай нас зовет. – Что-то случилось? – спросил блондин, собирая свои наброски и ткани, которые были разбросаны по всему рабочему месту. – Ну, мне, кажется, я позволил себе слишком много прямолинейного, но я не жалею. – Не буду у тебя спрашивать, почему и по какому вопросу, потому что ты не злишься по пустякам. Они дошли до кабинета и войдя в него получили следующее задание. – У вас есть пару дней, чтобы вы совместно сделали презентацию с рисунками и объяснениями традиционного японского костюма, по-вашему, Верлен, видению. После этого парни вышли в недоумении, ведь все это можно было найти в интернете, но через несколько минут дискуссии, они поняли, что от них попросили добавить именно своего мнения с аргументами. – Получается, нас освободили на несколько дней, пока мы все не закончим? – Получается, что так, но зная его, нам нужно все сделать, чтобы понятно было и ребенку. – Это будет трудно… – Тогда предлагаю сходить в кафе и там уже решать задачу по мере поступления. Сначала нужно нарисовать эскиз. Блондин согласился и вооружившись альбомом, канцелярией и планшетом, чтобы искать информацию они пошли на перерыв.

***

В это время Дазай сидел и думал над новым образом. Это было труднее, чем он думал. Раз модели не понравился подтекст образа, то можно ли использовать его отдельные части? Что вообще можно сделать, чтобы это понравилось такому человеку как Чуе? Мысли мелькали в голове, и чтобы хоть как-то помочь себе отвлечься Дазай решил позвать Куникиду. Доппо, который может быть хорошим другом, но только вне работы, а сейчас, когда его позвали он как обычно начал орать. – Дазай, почему ты опять ничего не делаешь? – Я делаю свою работу! Я придумываю костюмы! – А ты не думал, что, кроме этого, у тебя ещё есть документация. Почему ты просто не можешь поставить свою подпись или подписать согласие на паре документов и приглашениях?! – говорил на повышенных тонах блондин. – Потому что ты умеешь подделывать мою подпись, – весело сказал шатен, хоть и понимая, что все же иногда ему стоит поглядывать не только на эскизы и моделей, но и на бумаги за его столом. Блондин пробурчал что-то еще, так и не поняв зачем его вызвали, и ушел, оставив Дазая одного. – Почему ты уходишь? – Ты так и не сказал зачем тебе нужен был я, а у меня еще работа осталась. Кутюрье взглянул на него и отпустил, ведь сам не до конца понимал зачем он позвал Доппо. Просто было немного одиноко и хотелось встретится с друзьями, но сейчас посреди рабочего дня это было невозможно, так что пришлось ждать окончания, чтобы позвать Оду и Анго, отвлечься от мыслей, а ночью сесть за эскиз, который сейчас никак не получался.

***

Чуя с Колей расстались после долгих обсуждений, за которыми они не заметили, как начала спускаться ночь. Накахара вернулся домой чуть позже чем обычно и словил несколько серьезных расспросов. – Чуя, почему ты мне не позвонил и не сказал, что будешь позже? – возмущался альфа. – Потому что я задержался всего на полчаса, и почему я должен сообщать тебе, где я и что со мной? – несмотря на то что омега последние часы проводил с другом, он все равно устал, так как в короткие сроки нужно было сделать все и сразу, они составляли план, делали эскиз, искали информацию, писали текст, который позже будет на презентации. Именно поэтому он был зол на такие расспросы и ему просто хотелось лечь и поспать, а ему не давали даже в ванну пройти. – Потому что я о тебе переживаю. Все-таки ты недавно в этой стране. – Я тебя не просил переживать! Если бы ты переживал, то ты бы мне позвонил, но у меня нет ни одного твоего сообщения или пропущенного звонка, – Чуя демонстративно достал телефон и включил экран блокировки, на котором были видны множество сообщений от троицы славян из их общего чата и сообщения из Инстаграм, но не было ни одного сообщения от Тачихары, – Так что дай мне пройти в ванну и я спать, я устал за сегодня, – Накахара грубо отодвинул рукой альфу и закрылся. У модели не было сил о чем-либо думать, а даже если и были, то только о том, что еще можно было дописать и какой аспект он мог пропустить. Силы подумать над ситуацией с другом появились, только когда он открыл телефон полистать новости, тогда в его голове и всплыли слова, которые он успел наговорить. Может это было грубо? Все же он пытался заботиться. Мысль написать психологу казалась хорошей, так как набралось слишком много вопросов, и эта ситуация с Мичизо его напрягла. Не удивительно, что мужчина сразу ответил на сообщение своего клиента, все же в Японии сейчас восемь утра, это было удобно к тому же психолог сказал писать если будут какие-то ситуации, которые захочется сразу решить. Чуя описал ситуацию и спросил правильно ли он поступил, ведь внутри его грызла совесть.

«Твои эмоции понятны, ведь ты многие годы находились под контролем и сейчас, когда вы из него выбрались ты не хочешь в него вновь попадать. Ты знаешь, испытывает ли друг к тебе чувства?»

«Он мне не говорил. Но из его поведения я сделал вывод, что он пытается меня оберегать так же, как и гиперопекающая мамочка»

«Какие черты тебе дали это понять?»

«Вот этот случай. Еще он меня встречает около работы иногда. А еще пару раз пытался запретить мне идти на встречу с друзьями, ведь почему-то я должен поесть с ним»

«Я не могу ничего утверждать, ведь я не знаком с этим человеком, так что посмотрите за его поведением. Делал ли он раньше что-то похожее? А также постарайтесь не создавать конфликтную ситуацию, как сегодня. Просто поговорите с ним на досуге о том, что вам не нравится, и предложите замену этому контролю.»

«Какую замену?»

«Можете предложить завтракать с ним вместе или встречать вас после работы иногда. Что-то такое, что вас не напрягает, но удовлетворит его контроль.»

«Хорошо, спасибо. Когда мы сможем с вам встретиться?»

«У меня сегодня есть время на 5 вечера, вам будет удобно?»

«Да, спасибо(^^)» После этого диалога Накахара заснул со спокойной душой. На следующее утро Чуя проснулся полный сил вновь садиться за их небольшой проект. С утра Накахара не заметил Тачихару на кухне, так что был сделан вывод, что тот еще спал, поэтому безо всяких препятствий рыжий взял ноутбук и вышел из дома в кофейню, где его должен был ждать друг. Перед этим идеально вставал сеанс у психолога, так что Чуя взял стаканчик кофе и вышел в парк, который был недалеко. Сев на скамейку он позвонил психологу по видеосвязи, как они и договаривались. Часовая терапия была просто необходима и как бы трудно ни было ее вынести, омега рад, что решился на это. Было слишком много мыслей, чувств, которых он не понимал, и предоставленная помощь была именно тем, чего он и искал. Отправив деньги за сеанс Накахара, направился обратно в кофейню и пока он шел у него было время собраться с мыслями. Когда пришел блондин, Чуя собирал себя по крупицам, чтобы начать работать. – Чуя, все хорошо? – обеспокоился модельер, глядя на друга, который выглядел очень странно. – Да, давай работать. Я просто давно не был у психолога и теперь не могу собраться с мыслями. – Хорошо, может тогда позавтракаем, чтобы тебе стало легче? – Давай, а то я сегодня только стянул пару печенек из кухни и кофе выпил, – на лице рыжего появилась улыбка, так что Гоголь решил не переживать. Они поели и уже спокойно сели за проект. Николай показал свою работу, которую делал всю ночь, не говоря об этом другу, которой бы точно стал переживать. Эта модель идеально подходила под их задумку, так что сегодня их задача была сделать презентацию. Текст уже был, блондин умел делать их красивыми, все-таки беспорядочные курсы, которые он проходил раньше, дали свои плоды. Что-то еще додумывалось, что-то было написано еще ночью в порыве эмоций. В скором времени их работа была готова, был уже вечер, и они разошлись на том, что завтра все сдадут. Завтра пятница — это еще один повод сдать все и спокойно уйти на выходной.

***

Вчера Осаму после работы решил немного посидеть в баре с друзьями, ведь свои чувства, которые он никогда никому не раскрывает, давили на него сильнее Куникиды. – Осаму, у тебя что-то случилось? – Ода как никто другой знал шатена. Именно в этом баре они и познакомились, за несколько лет дружбы, не замечать грусть и растерянность в поведении друга для него было бы непростительно. Столько страданий было вылито в моменты слишком сильного опьянения, которое случалось редко, что теперь Сакуноске боялся вообще оставлять альфу одного. Единственное, что помогало ему быть уверенным, в том, что Дазай ничего с собой не сделает, это то, что он был слишком сильно привязан к Ацуши. Ацуши – мальчик, который смог разогреть вечно холодное сердце. Парни еще мальчиками прошли испытания, которые никто бы не пожелал своим детям.Именно этот человек когда-то показал Осаму, что не все люди лицемерны. Так что только под предлогом, что он и Накаджима будут часто видятся, Ода успокоился. Этот договор был сохранен. Когда Дазай стал сначала модельером, а потом и кутюрье, то он купил квартиру себе и своим друзьям, которые этого захотели. Но все-таки осталась одна семья, которая хотела сама заработать себе на квартиру, работая на Осаму. Тем самым, сейчас Акутагавы работают на него. С Гин Чуя познакомился почти сразу. Она его красила на его первые съемки от лица этого дома, она кого-то ему напоминала, но Накахара решил пока не зацикливаться на этом. Рюноскэ же работает личной охраной Осаму, помогая сохранить спокойствие. – Да, у меня все нормально, – немного приглушенно из-за бокала виски произнес Осаму, разглядывая льдинки в нем. – Ты не похож на нормального Дазая. Но не хочешь, не рассказывай, просто не ври. – Хорошо, Одасаку. Когда Анго придет? – Он сказал, что сегодня задержится, так что попросил преступать без него. – Как у тебя дела? – шатен любил переходить с темы на тему, так ему удавалось избежать тишины в ненужные моменты или неприятные темы. – У меня все нормально. Сегодня дети устроили мне, но я сегодня оставил жену с ними, у меня же была смена здесь. – А сейчас? – Сейчас детей уложили, они перестали канючить, и я пошел сюда, а жена давно хотела почитать книгу, но все никак не могла сесть из-за детей. – Рад за нее. Может когда-нибудь сходим в ресторан с ней? – уже с улыбкой стал предлагать Осаму. – Можно, но с кем детей оставить? – С Анго! – с легким весельем высказался Дазай. – Э, а меня зачем сюда было вмешивать? – тише своего друга сказал только вошедший Сакагучи. – Ты такой малохольный и ответственный, что тебя можно с кем угодно оставить, все заснут. – Не обижай нашего работника. – Да, не надо, я в отличии от вас работаю нормальный восьмичасовой рабочий день. – Не обижайся, но я зарабатываю больше на своем безделии, – с каждой шуткой над бетой, Осаму становился все веселее и веселее. Ода разрешал такие шутки, только из-за состояния альфы хоть и мог прекратить их в любой момент. – Не дави на больное, – проговорил Сакуноске с наигранным разочарованием, если не знать, что это игра, всем бы сразу стало его жалко. Говоря об алкоголе и наркотиках. Все это доступно, если у тебя есть много денег, желание и выдержка. В какой-то момент у него все это был, и он попробовал. Хорошо, что не героин, хоть и хотелось. От этого его тогда отговорил Ода. Отговорил, потому что понимал, что ребенок, которому все запрещали и ничего не давали делать, все еще сидит внутри и его нужно куда-то выпускать. Так что старший альфа помог в выборе и помощи в нахождении продавца. Для того еще модельера все было незнакомо так что он слепо доверился старшему. Ему лишь хотелось попробовать что-то новое, хотелось забыться, хотелось испытать новые ощущения. В будущем Дазай осознает вклад друга в его здоровье и работу. Сейчас уже сидя за своим столом, после полной перезагрузки с друзьями он может начинать думать. Еще пару бокалов виски и его мысли уже были далеки от реальности, но не далеки от идеала. Видеть и представлять Чую вызывало разные эмоции, ты представляешь его как превосходного омегу, а получаешь озлобленный взгляд на все, что хоть немного сковывает или не дает двигаться и счастливый взгляд на свободу. Первые наброски уже лежали на бумаге, осталось их перенести в программу, взять несколько тканей из своего запаса и начать кроить костюм под Верлена. Его преследовало это чувство эйфории, когда ты сидишь всю ночь над моделью, над выбором ткани, иногда закидывая в себя глоток-другой виски, и только под конец ночи на заре получая достойное начало работы. Сегодня он не хочет идти в офис, так что пишет Куникиде, что он не придет и что сделает все завтра в нерабочее время. А пока, выйдя за кофе и за завтраком, он сидит в телефоне, проверяя сообщения за ночь и находит одно, которое его очень заинтересовало.

«Мистер Дазай, не могли бы вы завтра принять наш с Гоголем проект?»

«Здравствуй, да, конечно, давай в шесть часов вечера, надеюсь вас это не затруднит» «Если не ошибаюсь, у вас сегодня ничего нет, так что можете сегодня прийти на работу только ко времени нашей встречи»

«Спасибо, до свидания»

Чуя удивлен тому, что Дазай поставил их проект так поздно, но сразу же написал об этом Коле и они решили встретиться чуть раньше. А пока он лег спать. Однако рано он радовался сегодняшнему выходному. – Чуя, ты ещё не встал? Ты не опоздаешь на работу? – Мичизо… я могу ещё поспать, мне сегодня на работу только к вечеру. Не трогай меня. – Может тогда сегодня проведем вечер вместе? – аккуратно спросил Тачихара. Чуя уже хотел отказать, но он вспомнил слова психолога. – Посмотрим, у меня встреча вечером. Я приду часов в восемь, так что потом можем куда-то сходить или просто что-нибудь посмотреть. А теперь дай мне поспать. Мичизо немного грустный выходит из комнаты. Он что-то чувствует, но не знает что. Это происходило, когда Чуя его поцеловал, когда лег на его плечо. Сейчас он расстроен. Только он вновь не знает из-за чего. Днем Чуя решил полностью расслабиться, он даже решил сходить на стрижку, так как кончили уже начали сечься и с этим нужно было что-то делать. Он наконец мог спокойно провести день. Не под камерами, не для каких-то локальных выступлений, куда его стали звать, а просто для себя. Когда он вовсю расслаблялся, он посмотрел на время и был приятно удивлен. У него осталось время на те штаны карго, которые привлекали его внимание последние месяцы. Сразу же после покупки он пошел на встречу с Колей. Они разобрали все аспекты, повторили презентацию и были готовы выходить. Самое страшное оказалось позади. Осталось выступить и зная как Дазай реагирует на него, Чуя не переживал. Он просто рассказывал, доказывал и подкреплял разными источниками. Однако последний вопрос, а точнее просьба немного удивили Чую. – Спасибо вам за проделанную работу. Николай, можете идти, а к вам Чуя у меня остались вопросы. Как только Гоголь вышел, Чуя выгнул бровь незаметно для себя, и Осаму продолжил. – Чуя, мне интересна ваша идея и я хотел бы использовать ее для создания нового образа, – пожалуй, он не станет говорить, что все уже почти готово остались только штаны, которые он хотел оставить в традиционном стиле. – Хорошо. Мы останемся здесь? – Нет, сейчас мой помощник начнет ругаться, так что предлагаю пройти в кафе неподалеку. – Вы мне предлагаете свидание? – проницательности Накахары Осаму был поражен. Хотя скорее прямолинейностью. Но доля правды была в его словах. – А вы хотите? Можете не отвечать на этот вопрос. Пока я хочу провести с вами встречу. – Деловую? – альфа не перестает поражаться пристрастием допроса. Но он и не против, все же хочется все прояснить. – Скорее нет, чем да. – Тогда можете обращаться на «ты». Мне так удобнее. – Конечно, ты тоже так можешь, Чуя, – имя стало еще слаще. Короткое, яркое и невероятно тягучее, такое же, как и его обладатель. Осаму не может перестать смотреть на омегу, но силой воли заставляет себя отвести взгляд и пропускает его вперед. – Можно взять тебя под руку?

…

– Чуя, ты когда-то испытывал эти эмоции? – Да. – Что ты чувствовал тогда и сейчас? – Я хочу вдыхать его запах, хочу узнать о нем все, хочу помочь ему, чем смогу. Хочу существовать рядом с ним и делать его счастливым. Или, если не получится, сделать этого человека счастливее. – Как ты думаешь, что это за чувство? – Любовь, именно так ее описывают в фильмах и книгах. – То есть, сейчас ты мне назвал определение любви по твоему мнению, но этих же порывов ты не чувствуешь? – Да – Тогда что же ты чувствуешь? – Чувства различаются от предыдущих. Тогда я хотел, чтобы человек заметил меня, хотел, чтобы я не был просто омегой или человеком, которого можно не замечать. Сейчас я просто хочу быть рядом с ним всегда. Мне нравится его запах. – Сейчас тебе не нужно, потому что тебе ценят и без твоего вмешательства, сейчас ты выступаешь на многомиллионную аудиторию в отличие от того, что было раньше? – Наверное. Сейчас я не думаю об этом. Мне все равно на то, замечает ли он меня или нет. – Что случилось в прошлый раз и как пропали чувства к прошлому человеку? – Я понял, что я ему не нужен. ... – Я боюсь проявлять инициативу. Он делает это, но… Я слышал много историй от моделей, когда это все был секс на одну ночь. Я боюсь, что мои ожидания слишком завышены и он меня не любит. – Попробуй. Я знаю, что это звучит странно, но что ты можешь потерять. Даже если это секс на один раз, значит, что он не хочет отношений. Что произойдет от того, что ты будешь ждать человека, который не хочет.

...

– Да. Чуя дополнительно улыбнулся в знак согласия. Осаму с такой же улыбкой подхватил модель под руку. Кафе, в котором они хотели посидеть и обсудить детали, было тем же в котором Тачихара ждал его после кастинга. В последние время все, напоминающее о Мичизо вызывает раздражение. Но через секунду он успокоился и с такой же приятной, но штатной улыбкой вошёл вместе со своим боссом. Заказав кофе, в этот раз Чуя, пьющий американо, решил взять латте с мятным сиропом. Большую часть времени, проведенного с Осаму, Накахара понимал, что делал. Но были некоторые моменты, когда он как девушка из фильмов или книг, начинал запинаться, заикаться и говорить совершенно неподходящие слова. – Верлен, вы рассказывали про само кимоно, юкаты, затронули немного истории, но меня интересует отдельная часть. Штаны хакама. Не могли бы вы мне сказать из какой они ткани делаются. – Выкройку можно найти в интернете, там же можно узнать и про ткань, но советую взять плащевку грета. Думаю, что я могу показать тебе как это примерно должно быть, – Накахара открыл телефон, нашел первое попавшееся фото и просто добавил к этому свои комментарии. – Я правильно понимаю, что это должно выглядеть так, – Во время небольшого рассказа Дазай дополнял штаны, которые он успел срисовать со своего эскиза, чтобы не раскрывать все карты. Этот эскиз штанов был одобрен рыжим, и он уже хотел спросить, может ли он идти. Однако не успел он и рта раскрыть, как Дазай решил продолжить беседу. – По работе мы закончили, но мне бы хотелось продолжить с тобой беседу, если ты не против. – Нет не против, – конечно, когда в следующий раз появится возможность поговорить с шатеном в неофициальной форме и об обыденных вещах. – Ты любишь больше чай или кофе? Такого обыденного вопроса Накахара не ожидал, но был рад ответить. – Вообще я равнодушен к кофеину. Он меня в сон вводит, только если я не пью эспрессо. Так что я пью по настроению. А ты? – Скорее зависим, чем нет. Я, когда шел по карьерной лестнице, пил много кофе по ночам, так что сейчас предпочитаю пить горячую воду или чай, а уже ночью, если остаётся работа пью кофе. А что по фильмам? – Я мало смотрю фильмы, но предпочитаю экшн или фантастику. – А детективы любишь? – Мне нравится их читать, так что смотреть, я думаю, мне тоже понравится. – Не хочешь завтра вечером сходить со мной на фильм детектив, – до этого Накахара сделал глоток кофе, но, чтобы дать себе время подумать, он сделал ещё один. Задумчивое выражение лица немного беспокоило альфу, но он понимал, что в его положении он должен быть удивлен даже тому, что эта благородная омега согласилась, чтобы ее отвели под руку. Может у него есть шанс? – Хорошо, я не против, – Чуя солнечно улыбнулся. – Я рад, – на лице Дазая уже была не та дежурная улыбка, которая обычно, а та, которая, появляется непроизвольно. Для Чуи удивительно, что он замечает эти изменения, – могу я тебе задать один странный вопрос? – Смотря с чем он связан. – С тобой, а точнее с твоей фамилией. – Что-то с ней не так? – омега понимал, что рано или поздно о нем узнают. Все же работать моделью, даже которую знает только Япония, это быть на слуху. – Твоя фамилия не Верлен? – с этого момента Чуя включил диктофон на всякий случай, вдруг все, что делал Дазай это было только задабривание. – Нет. – Ты Накахара. – это было утверждение, на которое Накахара сказал тихое «да» но как только он более-менее собрался с мыслями он спросил. – Это важно? – Только если для наших отношений, в основном я никому ничего не скажу. А почему ты решил сменить? – Трудное детство, и проблемы с родителями. Как бы Дазай не пытался себя переубедить, он все равно думал, что трудное детство для Накахары это не подаренная машина на день рождение. – Ты не знаешь, что такое трудное детство. Накахара на это ничего не сказал, но видя в каком состоянии визави он решил всё-таки взять его за руку. Видимо воспоминание из детства ударили слишком сильно. Их пальцы переплелись и Дазай улыбнулся.