Weight Of Our Chapters

Если бы был кто-нибудь, кто мог бы убедить ее подругу бросить свои бесконечные попытки проникнуть в личную жизнь Сахарозы, она была бы рада встретиться с этим человеком. На самом деле, она была бы достаточно готова поцеловать подошвы его ног в знак благодарности. Она не шутит, какой бы очаровательной ни была Мона, она готова задыхаться от скуки. Что чаще всего происходит всякий раз, когда они проводят свое свободное время друг с другом. Сахароза настаивала на том, чтобы воспользоваться вакантными графиками, занимаясь учебой. Это была бы либо Сахароза, уткнувшаяся носом в толстую книгу, либо решительно настроенная закончить свою работу за несколько недель вперед. Излишне говорить, что для такого экстраверта, как Мона, это не было ее общей идеей «тусоваться», но в конце концов смирилась после того, как подружился с робкой девушкой. Она была невыносимой, но единственной, кто остался с ней, несмотря на ее замкнутый характер. Не то чтобы ей не нравилось находиться рядом с Моной, она просто думала обо всех людях, с которыми предпочла бы общаться в больших группах, предположение, которое ее подруга отмела с усмешкой и закатила глаза. — Ты приятная собеседница, независимо от того, насколько закрыта — рассуждала она, Сахароза всегда принимала это с теплой улыбкой и неожиданным всплеском объятий. Они были лучшими друзьями почти пять лет, с тех пор как стали одноклассниками в 12-м классе. И все же, несмотря на временные рамки, Мона совсем не изменилась. Включая ее утомительную склонность откладывать на потом те задачи, которые вскоре заставили бы ее торопиться неделями. — Эй, давай сделаем перерыв — пыхтела Мона, вытягивая руки вперед с натянутым рычанием. Сахароза вздохнула и покачала головой. — Но 10 минут назад мы сделали только одно задание. — Она опустила учебник, ее брови нахмурились в замешательстве. Она пожала плечами. — Ага, значит, еще 10 на перерыв! — Но ты не закончишь свою работу с такой скоростью! — Хм, какая нудная. — Сахароза улыбнулась, зная, что в словах ее подруги не было ни капли ехидства. — В любом случае, ты видела…—Она застонала. — Нет, и, пожалуйста, воздержитесь от дальнейших расспросов! Ты же знаешь, что мне это не интересно, — Сахароза нахмурилась, желая, чтобы ее подруга просто оставила эту раздражающую тему. — О, подожди! Ты очаровательна! Я уверена, что у кого-то там должен быть какой-то интерес — настаивала Мона, делая короткий глоток своего 3-го кофе со льдом за последние 5 часов. Не то чтобы она могла винить ее, она сама виновата в этой ошеломляющей зависимости. — И, кроме того, это был не мой вопрос. Ты видел новую библиотеку в нескольких шагах отсюда? Сахароза моргнула и покачала головой, призывая ее продолжать. — По-видимому, она открылась только вчера. Тебе повезло, так как это всего в нескольких шагах от нашего рабочего места. Подумала, что тебе может быть интересно! — Она ответила на ее улыбку и кивнула. Странно, но рядом с их кампусом и общежитиями не было ни одной библиотеки. Ближайший из них находился в городе, до которого можно было добраться примерно за час, а у нее не было на это достаточно времени вместе с учебой и работой на полставки. Ресурсы их собственной школы сгорели во время пожара несколько месяцев назад, и в настоящее время она все еще находится в стадии строительства. Она наслаждалась спокойствием, полным отсутствием шума, за исключением легкого перелистывания пожелтевших страниц и случайной болтовни между библиотекарями и сотрудниками библиотеки. Она взяла это на заметку, оставляя на потом. Мона вытащила свой мобильный телефон из сумочки, ее губы скривились от отвращения, а после повторного набора номера последовал стон, несмотря на то, что она сразу же нажала на красную кнопку. — Что случилось? — спросила Сахароза, озабоченно нахмурив брови. Мона, казалось, заметила ее опасения, когда подняла голову и мило улыбнулась, чтобы развеять ее опасения. Несмотря на свой дерзкий характер, она всегда была внимательна к своей подруге. — Не на чем зацикливаться, не переживай… — Эй! Черт возьми, женщина, прекрати игнорировать мои звонки! — Сахароза вздрогнула и сжала плечи в попытке казаться меньше, переводя взгляд поочередно со своей подруги на парня, неподвижно стоящего позади нее. Узнаваемый черты лица и властный голос подтвердили личность юноши, описанного Моной. Она часто видела, как он либо спорил, либо флиртовал с ее подругой, что обычно было скрыто из-за забывчивости Моны. То, как ей удавалось не подозревать о его довольно очевидной влюбленности, было за пределами столь же забывчивого понимания романтики со стороны Сахарозы. Едва заметный блеск в глазах Моны не остался незамеченным, предупреждая Сахарозу держать рот на замке, если она хочет выйти из затруднительного положения невредимой. — Не мог бы ты заткнуть свою глотку? Ты меня смущаешь. Как будто твоего присутствия было недостаточно. — Я думаю, ты переоцениваешь мою заботу о том, чтобы устроить сцену — Если бы она не слушала так внимательно, Сахароза пропустила бы слабое рычание, исходящее от их неожиданной компании. Мона закатила глаза, закрывая ноутбук и крепко сжимая чашку. Неужели она… — Нихрена себе, шерлок, ты мог бы танцевать тверк перед президентом, мне все равно. Твои звонки, тем не менее, останутся проигнорированными. Сахароз ожидал вспышки гнева или, возможно, истерики, мысленно представляя, как его лицо может просто покраснеть от гнева, а уши будут готовы конкурировать с паром, исходящим от кипящего чайника. Так было всегда, их подшучивание граничило между убийственным и кокетливым, что даже Сахарозе удавалось подхватить. Они просто не могли оторвать друг от друга рук; по определению (в их случае) они едва могли удержаться от того, чтобы не рвать волосы на голове в ожидании надвигающегося облысения. К их крайнему удивлению, Скарамучча уступил. Он вздохнул, как будто выплескивая все свое разочарование в этом одном вздохе, и сел рядом с ними. Он мельком взглянул на Сахарозу, как бы извиняясь и что, казалось, было слишком неуместно по сравнению с его обычным высокомерным и дерзким поведением. Она нервно взглянула на свою подругу, обнаружив, что ее лицо еще не оправилось от шока, губы слегка приоткрыты, а брови так высоки, что почти достигалм линии волос. Молчание казалось более долгим, чем должно было быть, всего на 5 секунд, прежде чем он снял напряжение. — Я просто… может быть… Черт, мы можем поговорить об этом? — «Пожалуйста». Это осталось невысказанным, но, конечно, не осталось незамеченным, по крайней мере, не для Моны, учитывая, как ее лицо расслабилось и сменилось побежденным замешательством. Сахароза сглотнула, чувствуя себя так, словно ее там быть не должно. Ее опасения были озвучены и подтверждены после того, как Скарамучча бросил на нее косой взгляд. — Наедине. — Он закончил с ноткой напряжения в голосе. Она не злится на этих двоих, но она предпочла бы быть где угодно, только не там, и предложения парня было достаточно, чтобы она вздохнула с облегчением. Да! Предлог, чтобы уйти. Мона повернулась к ней лицом, ее рот сжался в тонкую линию, и она кивнула. Ей не нужно было ничего говорить. Сахароза взяла свою сумку и положила свои невероятно дорогие учебники на сгиб локтей (хотя и неуклюже, так как несколько книг чуть не упали на пол). Она проигнорировала гримасу на их лицах, спасая себя от дальнейшего смущения, прежде чем с тревогой улыбнуться паре. Она заикалась, ее голос звучал на тон выше и надтреснуто, чем следовало бы. Возьми себя в руки. — Мне, хм, наверное, пора идти. Спасибо тебе за кофе, Мона. Получайте удовольствие! — Она мысленно закрыла лицо ладонью, разочарованная своим неудачным расставанием. Сахароза поспешила прочь, не оборачиваясь ни разу и не видя, как ее подруга улыбается, заставляя ее тревоги рассеяться и расслабить плечи. Она улыбнулась в ответ, прежде чем покинуть заведение.

----

— Тимей! — Она фыркнула с усмешкой, помахав брюнету бегущему к ней через дорогу. Он остановился перед ней, переводя дыхание. — Эй! Я думал, вы, дамы, собираетесь погулять? Она хихикнула. — Ну, кто-то только что ворвался, так как, очевидно, она не отвечала на его звонки. Я думаю, он будет развлекать ее больше, чем я. — Он в замешательстве склонил голову набок, прежде чем до него дошло, и понимающе кивнул головой. Едва ли был хоть один парень, который мог бы справиться с соревновательным и упрямым характером девушки, почти все знали об их грубой динамике. Не то чтобы эти двое утруждали себя тем, чтобы обсуждать свои ссоры где-то еще, кроме как на глазах у своих друзей. Количество вопросов, которые они получили от других студентов, ставящих под сомнение природу их отношений, было поразительным, напомнив Сахарозе о том, насколько популярной на самом деле была эта пара, как индивидуально, так и как печально известный дуэт. Если честно, даже она не знала точно, кем они были, несмотря на их дружбу. Он фыркнул, весело качая головой. — Да, это звучит мило и все такое, но подумай о бедных свидетелях. Должно быть, у них уши кровоточат от этих воплей. Сахароза улыбнулась. — Нет, я так не думаю. Он был довольно терпелив к ее высказываниям. Он снова покачал головой, высоко подняв брови от шока, отразившегося на его лице. — Послушай, я просмотрел новости этим утром, и конец света еще не наступил. В чем тут подвох? — Тимей оживленно замахал руками, заставив Сахарозу хихикнуть в ответ. — Я тоже не понимаю, но это только начало! — Она кивнула, напевая себе под нос. — В любом случае, я хотела, чтобы меня подвезли, но мой телефон разрядился, а такси нигде не было видно. Если не занят, можешь подвезти? — Конечно! Моя машина припаркована на подъездной дорожке у друзей недалеко отсюда. Тебе куда? — Ты слышал о новой библиотеке? — О! Да, мой сосед по комнате там работает. Просто скажи ему, что мы друзья, и, может быть, он отнесется к тебе по-особому, — Он игриво подмигнул ей. Она недоверчиво хлопнула руками перед грудью. — Нет! Я проживу и без этого. В самом деле, пожалуйста, не беспокойся — Не надо мне этого говорить! Не волнуйся, он не кусается. Может быть. Но он вежлив, и я уверен, что он не стал бы возражать. — Но…— ее перебили. — Ты же знаешь, что я все равно позвоню и расскажу ему о тебе, верно? — Она нахмурилась, обдумывая его предложение, прежде чем вздохнуть и одобрительно кивнуть. Нет смысла отказываться с такой скоростью. — Я… хорошо. Надеюсь, это его не затруднит, — Он ухмыльнулся и кивком головы поманил ее к себе. Они прибыли в дом его друзей, выполнив несколько формальностей и попрощавшись, прежде чем поехать дальше. Она заполнила неловкое молчание музыкой по своему выбору и задумалась об их предназначении. — Иногда ты бываешь слишком хитер для своего же блага, Тимей. Мона ничем не отличается, хотя…— Она рассмеялся, останавливаясь перед остановкой. Сахароза разинула рот от этого зрелища, ее сердце наполнилось теплом и ностальгией после нескольких месяцев, проведенных без уютной обстановки. — Да, я знаю, что тебе всегда рады.— Она улыбнулась, прежде чем потянуться к своему кошельку, но была остановлена, когда он схватил ее за запястья. — Ничего не поделаешь, мисс! Моя машина, мои правила. — Сахароза вздохнула, после чего опустила руки по швам. Он торжествующе усмехнулся. Она оставила попытки отвергнуть добрые ухаживания своих друзей. Каждый день она удивлялась, как ей удалось окружить себя замечательными людьми, которые действительно наслаждались и предвкушали ее общество. Она вышла из машины и ступила на выложенную плиткой площадку прямо перед дверями, ведущими в ее убежище с книгами. — Я не могу поблагодарить тебя. Спасибо, что подвез! — Не парься! Передай Скарамучче мои наилучшие пожелания, если увидишь его поблизости. Бедные ребята были в ссоре уже 2 недели.— Она кивнула, приберегая эту информацию на потом, чтобы передать Моне позже. — Увидимся как-нибудь, пока! — Она помахала ему на прощание, добрая улыбка осветила ее нервные черты. Сахароза обернулась, застенчиво глядя на довольно цилиндрическое здание, когда она заглянула за рамы его дверей. Она тяжело вздохнула, раздвигая двери, крепко сжимая ладонями ремешок сумки и сгорбив спину. Она огляделась вокруг, ее глаза были опустошающими, а сердце билось в груди от радости и предчувствия. Запах свежести и мудрости донесся до ее ноздрей, знакомый аромат ванили и легкий привкус кофе радостно заплясали по комнате, когда он коснулся ее кожи в успокаивающих и холодных объятиях. Атмосфера вела ее дальше, направляя ее шаги почти осторожно, но не без восхищения ее интерьером. Это было именно то, чем она наслаждалась в своих библиотеках, каким-то образом — традиционным. На каждой деревянной полке стояли книги родственных жанров, а в каждой щели висела табличка. Она посмотрела вниз на пол, восхищаясь его текстурой даже сквозь кроссовки. Вместо плитки были ковры мягкого красного оттенка, которые не напрягали глаз и определенно были бы достаточно уютными, чтобы она могла сесть и пролистать свои книги в маленьком тихом уголке. Если она когда-нибудь сможет передать свой любимый аспект этого. Одно слово, дерево. С другой стороны, возможно, она могла бы жить здесь. Работать тоже было бы не так уж плохо. Помещения выглядят достаточно стабильно и впечатляюще, и, возможно, библиотекарь составит приятную компанию. — Прошу прощения. — Она вздрогнула. — Чем я могу вам помочь? — Сахароза повернула голову. Найти источник света и чарующего голоса, который заставил ее сердце биться быстрее, чем оно уже было. Она ничем не отличалась от человека, оказавшегося на необитаемом острове и совершенно не помнящего, как завязать разговор, не чувствуя себя неловко. К ее чести, она не издала ни единого неловкого звука или неуклюжего движения, когда застыла, уставившись на парня за прилавком. Его растрепанные светлые волосы были собраны в наполовину конский хвост, а челка обрамляла его светлое нежное лицо. Его глаза были острыми, но мягкий бирюзовый оттенок удерживал свое место на ее лице, что, кстати, не помогло приливу крови к ее щекам. Почти как принц, вытащенный из сказки, или мужчина прямо из тех журналов, наполненных великолепными моделями (те, на которых Мона всегда, казалось, стремилась ухмыляться). Казалось, он не заметил, как она покраснела от неловкости, когда он повторил ее, но теперь с оттенком беспокойства на лице. Его голос. — Мисс? — Она прекратила бесстыдно пялиться, борясь с желанием покраснеть. Тот, который ей частично удался после того, как она заикнулась в ответ. — Привет! Да… э-э… я прошу прощения. Должно быть, я отвлеклась. — Она кашлянула, похвалив себя за то, что не запнулась со своим чувством речи. Он вежливо улыбнулся. О Боже мой. — Не стоит беспокоиться. Если у вас есть какие-либо вопросы, не стесняйтесь обращаться ко мне. Она кивнула с теплой, но нервной улыбкой. Она не доверяла себе, чтобы не заняться еще каким-нибудь делом, которое смутит ее еще больше, чем уже смутило. Сахароза всегда была слабой перед привлекательными людьми, и ее первая встреча с Моной тогда тоже ничем не отличалась. Она бросила последний взгляд на парня, обнаружив, что он все еще смотрит на нее. Ради Бога, прошу, прекрати смотреть на меня! Какое бы высшее существо ни находилось там, оно, должно быть, очень благоволило к ней, поскольку на ее молитвы был дан ответ уклонением его головы в противоположном направлении. Она пришла туда, чтобы использовать свои глаза, чтобы читать, а не глазеть на какого-то красивого парня, который работал в их библиотеке. Сахароза вздохнула и огляделась в поисках раздела художественной литературы, на сегодня с нее было достаточно академических занятий. Небольшой побег от реальности не повредил бы ее роли преданной ученицы. Хотя один симпатичный библиотекарь мог бы.