Вечность не предел

      Высокая темноволосая девушка с голубыми глазами едет на роскошном автомобиле. Она одета в розовый спортивный топ и укороченные черные джинсы. Её волосы развевает теплый летний ветерок, дующий из приоткрытого окна. Салон машины был молочного оттенка, что контрастировало с её цветом. Внутри всё было легко и просто: кожаное кресло было мягким и «нежным» — казалось, будто сидишь на облачке и летишь в небе, а не едешь на машине по дороге. Догорали последние лучи заката, так красиво сочетающиеся с цветом спорткара. Огненно-красный «Ferrari» легко набирает скорость и скрывается за следующим поворотом полупустой трассы. Эта спортивная машина по истине уникальна. Легкие изгибы, значок гарцующего жеребца на капоте, обтекаемая форма — все это позволяет ее владельцу набирать огромную скорость за считанные секунды. Сейчас эта машина дорого ценится, и ездить на ней истинное удовольствие.

***

      Громко играет музыка. По стенам помещения мелькают разноцветные огни. В воздухе плавает белая дымка. Это загородный французский клуб для ценителей музыки. Здесь не услышишь отстойной попсы, только самая       зажигательная и качающая музыка. Раз в месяц руководство клуба нанимает музыкантов, исполняющих классические произведения. Именно в такой день брюнетка сидела за столиком и медленно попивала безалкогольный мохито. Одета она была в легкое вечернее платье до колена. Черное платье позволяло девушке слиться с темнотой. Сегодня она не планировала быть в центре внимания. «Времена Года» Вивальди отлично подходили под ее настроение. Меланхолия. Апатия. С этим часто сталкиваются люди, не имеющие определенной цели в жизни.

***

— Адель, закрой глаза! Сейчас будет сюрприз, — женщина с блондинистыми волосами подошла к ней со спины и мягко обняла ее.       Девочка крепко зажмурилась и застыла в ожидании обещанного подарка. Тут её руки коснулось что-то влажное и холодное. — Ой! — Пискнула девочка, приоткрывая глаза. Какой милый. Как же давно я мечтала о щенке.        Адель взяла этот пушистый комок на руки. Это был лабрадор, которому было месяца два от роду. Красивая золотистая шерсть переливалась на солнце, в золотистых глазах блестело любопытство и безграничная преданность будущей хозяйке. — Я назову тебя Ричард, — лабрадор заливисто загавкал. Вывернувшись из объятий хозяйки, он переваливаясь с одной лапы на другую, отправился изучать территорию. Залез в гардероб, уронив несколько коробок, стянул с кровати одеяло, и вскоре заснул с тапком в пасти.

***

      Париж — это город любви и света, столица моды и литературный рай, город тысячи обличий, который влюбляет в себя с первого взгляда.       Девушка легко взбегает по металлическим ступенькам, поднимаясь на самую вершину Эйфелевой башни. Ветер тут же подхватывает её волосы, начиная играть с ними. Ночь уже опустилась на город. Но люди не спят. Не только туристы, но и местные жители приходят по вечерам к Эйфелевой башне. Зажигаются её огни, озаряя ярким светом окрестности. Тёмные воды Сены неспешно переливаются под луной. Они так и манят своим загадочным блеском. Проплывают запоздалые корабли, стремясь поскорее вернуться в родной порт.

***

— Адриан, куда ты меня на этот раз привел? — Девочка нетерпеливо крутится на месте, пытаясь убрать с глаз руки стоящего сзади лучшего друга. Это черноволосый юноша 16-ти лет с зелеными глазами. Одет он в обычную толстовку и джинсы, на голове кепка, повернутая набок. Адриан убрал свои руки с глаз девочки и хитро прищурился, ожидая ее реакцию. — Серьезно? Ты привез меня в конюшню? Адриан, я тебя люблю, — девочка крепко обняла лучшего друга и снова перевела свой восторженный взгляд на ходящих по двору лошадей.       Адель подошла к белоснежному коню с пышной черной гривой стоящему вдалеке от своих собратьев. Она стала перебирать пряди в его гриве, спокойно поглаживая его то по голове, то по бокам. — Невероятно! Норман такой строптивый конь, с ним иной раз даже наши сотрудники не справляются. А тут он спокойно подпускает к себе незнакомого человека, — переговаривались взволнованным шепотом между собой коноводы. — Почему его зовут Норман? — с долей любопытства спросила девочка. — Он назван в честь норда — своенравного северного ветра, свободно гуляющего по всему миру.       Хэнсон ловко запрыгнула на коня, беря в руки удила. И отправилась в лес. Он встретил её приятными ароматами диких растений, тихим шелестом листвы над головой и заливистыми трелями соловьев. Конь чинно шел по протоптанной его собратьями тропинке, даже не думая вырываться.

***

— Хэнсон, если тебе неинтересно, можешь выйти из класса. Однако я не потерплю такого неуважения к моему предмету и к моей собственной личности. Есть на уроке пиццу — предел наглости! Я терпела все твои дурацкие выходки: «смешные» шутки надо мной, невыученные уроки, хамское поведение. Но всему есть предел. Быстро к директору!       Постучавшись и не дождавшись ответа, девочка уверенно зашла в кабинет к директору. Это была небольшая комната, выполненная с некоторой долей пафоса. Мраморный пол, массивный письменный стол из темного ореха, на котором вперемешку лежат различные бумаги, шкафы доверху забиты папками с личными делами учеников. За письменным столом на кожаном кресле сидит полный мужчина лет шестидесяти. Его рыжие волосы уложены на один бок с помощью не одного слоя лака. Одет он в обычный костюм-тройку, выполненный не из броской, но явно недешевой материи. По комнате плавает запах дорогого парфюма. — Адель, милая моя, почему ты не можешь проявить хоть чуточку уважения к своей учительнице истории? Ты поменяла уже три школы — это четвертая, разве твой отец обрадуется такому раскладу дел? Мистер Хэнсон талантливый адвокат, представляющий интересы многих высокопоставленных лиц Франции, разве ты не хочешь пойти по его стопам, продолжить его дело? — Немного нахмурившись спросил директор у девочки, вальяжно расположившейся на кресле. — Извините, мистер Грей, но все ваши причитания не убедят меня. Если хотите исключить, то исключайте. Это не проблема. Отец с легкостью найдет другую школу. Но все же за такие огромные деньги ваши сотрудники могли бы проявлять чуть больше уважения к ученикам и прислушиваться к их пожеланиям. Миссис Мэдж — отвратительный учитель, материал она рассказывает скучно, не пытается заинтересовать своих учеников, вот я и не вытерпела.

***

      Маленькая девочка прогуливается по морскому побережью. Сегодня Средиземное море неспокойно. По нему перекатываются огромные волны, которые в несколько раз выше среднестатистического роста человека. Сильный ветер развевает волосы, кидает песчинки в глаза, ослепляя, стараясь остановить. Но девочка не боится. Ещё с детства её притягивает водная стихия. Вода манит, зовет ее. Отец отвлекся на телефонный разговор, совершенно не обращая внимания на дочь, слишком близко подошедшую к морю. Уже ничто не могло удержать её на суше. Огромная волна упала на берег, разлетаясь тысячами холодных, отрезвляющих брызг. Она сносит всё на своем пути. Вот уже волна возвышается над брюнеткой: девочка не противилась своей судьбе, позволяя волнам затягивать её все глубже и глубже, на самое дно. На дне так спокойно: мягкий песок, мерно раскачивающиеся зеленые водоросли, круги на водной поверхности от дождевых капель. Казалось бы, воздух должен когда-нибудь закончиться. Но нет. Вокруг девочки закрытое пространство, пузырьки воздуха кружатся вокруг ее носа, позволяя вздохнуть. Но тут сильные мужские руки с силой потянули её на поверхность. Закончилась идиллия. Дождь нещадно хлещет по щекам. Ледяной ветер пронзает до костей.

***

      Резкий писк будильника прервал череду ночных воспоминаний. — Бр-р, и приснится такое же. Последнее воспоминание постоянно не дает мне покоя. Я провела на морском дне минимум пять минут, но у меня был кислород. Я дышала. Как такое возможно? Признаюсь, некоторые события было приятно вспомнить, некоторые вызывали лишь негативные эмоции. На часах уже шесть часов утра. Сквозь унылые серые тучи не пробивается ни один солнечный луч. Похоже, мне придется смириться с данной особенностью местного климата. Дожди и только дожди ждут меня впереди. — Ладно, пора собираться в школу.