Вечность не предел

      Прошло три дня после смерти отца. Все эти дни я не выходила из комнаты и, соответственно, никого не пускала к себе. Никто в замке не знал, что происходило за стенами этой комнаты. Во время вынужденного перерыва я полностью проанализировала свой характер, поведение, поступки и воспоминания. Только сейчас я поняла, что в человеческой жизни, кроме единственных любящих меня женщин — мамы и Элис — у меня больше не было ни одного близкого человека. Адриан, так называемый лучший друг, спустя два месяца после моей вынужденной отправки в Форкс перестал мне звонить, а вскоре и писать первым. Как я понимаю, ему от меня требовались только деньги и авторитет моего отца, позволяющие нарушать многие правила. С этим человеком у меня связано много приятных воспоминаний: вот мы вместе учимся кататься на велосипедах, попеременно падая и заливисто смеясь друг над другом. Вот поступление в первый класс. Я с волосами, убранными в высокий хвост и с пушистым белым бантом, в чёрной юбке и такого же цвета пиджаке держу в руках огромный букет лилий, а рядом со мной стоит он: в классических серых брюках, белой футболке, края которой которой уже выбились из штанов с набок съехавшим галстуком — весь его вид показывает, что ещё с детства он бунтарь. Вот мы катаемся на лошадях. Вот спускаемся вниз по быстрой горной реке с большими порогами на маленьких лодках. Их кидает из стороны в сторону, нас обдает ледяными брызгами, ветер задувает волосы в лицо. Все эти моменты навсегда останутся запечатлены в моем сердце, но теперь, к сожалению, этого человека больше не существует в моей жизни. Мама. Она была самой прекрасной женщиной и матерью на свете: ласковый взгляд, теплые нежные руки, утонченная речь. Я никогда не забуду объятия, в которые она заключала меня, когда мне посреди ночи приснится кошмар или когда прогремит сердитый раскат грома. В комнате родителей я всегда могла найти поддержку. Нам с мамой приходилось уходить на кухню, чтобы не разбудить отца. Мы устраивали с ней уютные посиделки, пили чай с корицей. Этот запах я не забуду никогда. Гадали на суженного да и просто секретничали. Мама всегда знала о чём я мечтаю, и всегда мои мечты становились реальностью. Но в один день её не стало, и я лишилась крепкого плота, который перевозил меня через все жизненные невзгоды. Казалось, что с каждый днём я все глубже и глубже погружалась на дно реки отчаяния и скорби, пока однажды я не проснулась с осознанием того, что надо двигаться дальше. Мне приснилась мама. Всё такая же добрая и «уютная», в своем розовом платье, за которое я любила прятаться в детстве, когда у меня случались неприятности. Она сказала, что очень скучает по мне, но ей больно наблюдать за тем, как жизнь её единственного ребенка день за днем становится всё хуже и хуже. Она попросила отпустить её — и я это сделала. На душе стало так легко, захотелось петь, танцевать, да просто обнять первого встречного. Отец. Раньше я не любила, а в некоторые моменты даже боялась этого человека. Вечно занятой, вечно на заседаниях. Вечером он закрывался в своем кабинете и засиживался в нем чуть ли не до утра. Иногда оттуда раздавался шелест переворачиваемых страниц и редкие покашливания. Он никогда не играл со мной, предпочитая рассказывать маленькому ребенку истории из своей профессиональной деятельности. Но в один момент все изменилось. На меня было совершено покушение, и отец стал совершенно другим человеком. Он стал проводить всё свободное время за разговорами со мной, воспоминаниями, прогулками по любимым маминым местам. Иной раз мы могли смотреть с ним фильм, обсуждать его и пить обжигающе горячий какао. А теперь этот человек просто растворился в небытие. Как будто никогда не звучал его смех, его ладони не касались моих плеч, успокаивая.       Я — сильная девушка. Я член самого уважаемого среди вампиров клана. Когда-нибудь он все равно бы умер, и я ничего бы не смогла с этим сделать. Все воспоминания всегда будут при мне. Человек жив, пока жива память о нем. А сейчас пора все же показаться в замке. Интересно, за время моего отсутствия произошло что-нибудь важное? Вернулся ли с карательной акции Кай Вольтури? Так хочется посмотреть, как выглядит этот садист и психопат. Джейн-то мне его внешность не описала, сказала: «встретишь и сразу же поймешь, что это он» — такие мысли проносились в моей голове, пока я приводила себя в порядок. Волосы я убрала в небрежную косичку, некоторые пряди из неё уже выбились и падали прямо мне на лицо. Макияж я нанесла неброский: только лишь бежевые тени да обводка глаз. Из одежды на мне была красная майка на тонких бретельках и черные брюки в обтяжку, на ногах черные кроссовки на очень высокой кроваво-красной подошве.

***

— Так, соберись. Всё будет нормально, — мысленно подбодрила я себя, занося руку для стука в дверь кабинета Аро Вольтури. Его самого в кабинете не оказалось, но зато там был второй правитель Маркус. — Здравствуй, Адель. Как ты? Смогла пережить свою трагедию? — Вежливо спросил он, сканируя все эмоции, промелькнувшие на моем лице. — Здравствуйте, да. Всё хорошо. Я решила, что не стоит зацикливаться на этом, жизнь же продолжается. Но все равно он всегда будет со мной рядом, — я приложила руку к своему уже давно не бьющемуся сердцу. — Да-а, ты слишком глубоко запрятала свои эмоции. Превращаешься в ледяную статую. Надеюсь, найдется человек, который сможет растопить этот лед, — драматично произнес Маркус, но я ничего не успела ответить, так как в кабинет зашел Аро. — Адель? Ты снова в строю. Как я рад, — улыбнулся мужчина, подходя ко мне. Даже в его глазах, обычно ничего не выражающих, сейчас мелькнуло облегчение вперемешку с радостью. — Аро, я бы хотела приступить к занятиям. Я нахожусь здесь уже более месяца, но все еще не принесла никакой пользы клану, — серьезно произнесла я, неосознанно делая небольшой шаг вперед. — Хорошо. Похвально, что ты так тянешься к новым знаниям. Сначала подтянем твои знания по ближнему и дальнему рукопашному бою, а дальше непосредственно под моим руководством приступим к изучению дара.

***

— Аде-ель, — казалось, радостный визг Джейн услышал каждый обитатель этого замка. — Как же я рада тебя видеть. Я так скучала, — вампирша повисла на моей шее, совершенно не обращая внимания на ошарашенные взгляды, которыми наградили её Деметрий и Алек. — Я тоже скучала, — улыбнулась я, обнимая её в ответ. — Так, проверим, на что ты вообще способна, — говорил Деметрий, обходя меня по кругу. — Если сможешь победить меня, то перейдешь к Феликсу, а если даже он сдастся под твоим напором, сможешь перейти к финальному боссу — Каю Вольтури. Я думаю, он будет рад сразиться с тобой, когда вернется назад. — Договорив последние слова, вампир резко прыгнул, намереваясь повалить меня на землю. Резко упав на пол, я откатилась в противоположную от него сторону и через десять секунд уже снова была на ногах. Уже минут пять мы кружили по залу, нанося друг другу короткие, ничего не решающие удары. — Адель, ну же, нападай. Чего ты ушла в глухую оборону? На настоящем поле боя этот маневр не сработает. Пока ты будешь так кружить, кто-нибудь подкрадется сзади, и прощай головушка, — драматично вздохнул Деметрий, планируя нанести удар в солнечное сплетение. — Я высматриваю твои слабые стороны, Деметрий. Но если так хочешь, могу и напасть, — задорно улыбнувшись, я высоко подпрыгнула и уже через секунду оказалась у него за спиной. Короткий удар по пяточному сухожилию, и он уже упал на колени. И коронный штрих: захват шеи. — Ну как тебе? Понравилось? — Прошептала я ему на ухо. — Очень. А теперь попробуй победить Феликса. Этот громила, с виду кажущийся таким неповоротливым и медлительным, уже через минуту отправил меня в захватывающий полет навстречу стене. Впечаталась я в неё смачно. С потолка на меня посыпалась штукатурка, по стенам пошли сотни трещин, а статуя оказалась не подлежащей восстановлению. Кто придумал такой красивый зал отдать под тренировки? Скоро же от этих скульптур и лепнины ничего не останется — одна только гипсовая крошка. Отряхнувшись и злобно мотнув головой, я снова бросилась в атаку, а через десять секунд врезалась головой в тяжелую дубовую дверь. Аж разноцветные круги перед глазами закружились. — Ох, всё, сдаюсь, — подняла я руки, опасаясь ещё одного нападения. — Поняла я, учиться мне ещё и учиться.

***

      Немного отряхнувшись и громко хлопнув дверью на прощание, я отправилась в комнату зализывать раны. Я настолько погрузилась в свои мысли, что врезалась в идущего навстречу мне вампира. Адреналин, до сих пор игравший в жидкости, заменявшей кровь, всё ещё был на максималках, поэтому я перешла в нападение, решив не обращать внимания на то, что виновата в этой ситуации я, и грубо спросила: — Куда прешь?! По сторонам не учили смотреть? Здесь, вообще-то, не один ты ходишь, — злобно буркнула я, попытавшись быстро пройти мимо высокой фигуры в черном плаще. — А ну, стоять. — Меня грубо схватили за локоть, призывая остановиться.