Чат: "Добро пожаловать в дурдом!"

Ники, Женя, а следом за ними с неохотой следовавший Лёня бежали на третий этаж, чтобы узнать источник шума, который заставил Тачихару так громко ругнуться на весь дом. — Вам не кажется, что пахнет горелым? — сказала Женя, прикрыв нос и прокашлявшись. Ребята поднялись на третий этаж, по коридору которого витал подозрительно розовый дым, а исходил он из игровой комнаты. — И правда, неужто это… — Да чтоб тебя, учёный хренов! Мы с твоими экспериментами все тут подохнем! — Пиздец… — прокомментировал Лёня, когда троица зашла в игровой зал. Над потолком болтался Тачихара, которого за ногу держало что-то зелёно-розовое и непонятное, похожее на щупальца. Рядом стоял Каджи, с восторгом разглядывая существо, видимо, принадлежавшее ему. — Слышь, ты, горшок подстриженный, спусти моего парня вниз, или твоя голова будет висеть трофеем над моей кроватью. — прошипел Танидзаки, угрожающе подходя к учёному. — Эй, эй! Не горячись, это ради науки! — Ах, ради науки… — Не надо, прошу!! Каджи, увидев вошедшую троицу, сразу спрятался за их спины. — Ты серьёзно прячешься за подростков? — приподняла бровь Женя. — Ещё и за двоих девушек, мужлан бесхребетный. — скривилась Ники. — Фу, ну и трус, мужик ещё называется, умри. — фыркнул Лёня. — Так вы будете помогать или нет?! — Нет. — в один голос сказали ребята и отступили в стороны. Танидзаки тут же бросился на Каджи, а тот истошно запищал. — Пощади!! Сниму я твоего парня, сниму, пощади!! — сдался в итоге Мотоджиро, прикрываясь руками. — То-то же. На Гоголе с Тэруко отыгрывайся, Мичидзу тут вообще ни при чём. — отряхнув руки, сказал Танидзаки и за шкирку поднял Каджи с пола. — Вот дети-то пошли… — Чё вякнул? — Ничего! — Вот и убери свою гадость непонятную. — Не гадость это! А прорыв в науке! — Хуюке, снимай. Каджи только проворчал что-то в ответ, погладил существо, и оно отпустило бедного Тачихару, у которого уже голова разболелась от висящего положения вниз головой. — Тачи, ты как? Цел? Ничего не болит? Голова не кружится? — Танидзаки тут же подскочил к своему парню и стал осматривать с ног до головы. — Ты был такой крутой, Джуни, я так тебя люблю. — улыбнулся Тачихара и слегка покачнулся в сторону, но Джуничиро вовремя среагировал. — С головой точно всё в порядке, но всё же стоит тебе прилечь. — Как скажешь, ненаглядный мой. — Боже, русские романтики в нашем доме никого до добра не доведут, не бери пример с Гоголя и Достоевского, пожалуйста. Тачихара только хихикнул и позволил себе опереться на Танидзаки, который напоследок кинул угрожающее: «Чтоб держался от нас на расстоянии пушечного выстрела, учёный-ублюдок» и вышел из комнаты. — Да уж, ну и пироги с котятами. — почесал затылок Каджи. — Ты почему вообще свои эксперименты вынес за пределы комнаты? — спросила Ники. — Куникида запретил ставить опыты на растениях при нём. — Это было растением?! — удивился Лёня. — Ну типо… — И ты решил, раз Куникида запретил, то Тачихара от радости писаться будет? — приподняла бровь Ники. — Они под руку попались. — А потом ты Танидзаки под руку попался. — усмехнулась Женя, Лёня и Ники рядом прыснули от смеха. — Да я уже понял, что вам пиздец смешно, когда надо мной издеваются. — Только дошло? — Да всё, всё! — Нет, если серьёзно, издевайся тогда уж над Гоголем и Тэруко, как и сказал Танидзаки. Не Тачихара же тебя на потолок приклеивал, а пострадал в итоге он. — сказал Лёня и подпрыгнул от неожиданности, когда Каджи схватил его за плечи. — Точно-точно! Леонид, респект. Я им ещё покажу, кто кого. Так, мухоловочка моя, пора поймать пару мушек. Покедова! Каджи и то, что раньше было маленькой мухоловкой, ретировались вниз. — А я думала, что он изначально планировал мстить этим двоим, просто проверял на Тачихаре. — сказала Женя, почесав затылок. — Жень, ты ещё не поняла, что он слишком тупой для этого? Ещё учёный называется. — закатила глаза Ники. — И правда. Пойдём за ними? — Да ещё чего, пошли ко мне. — Не вопрос. Лёнь, тебя скоро заберут? — Папа написал, что подъехал к окраине леса, так что пойду ему навстречу. — Осторожнее тогда, не наткнись на эту чупокабру. — Угу, до встречи, девчонки. Лёня, спускаясь по лестнице, увидел Каджи с его непонятным существом на втором этаже. Видимо, решил поискать Гоголя и Тэруко там. Значит, у Лёни есть прекрасный шанс по-тихому уйти. Он аккуратно проходит мимо учёного и, оказавшись на первом этаже, старается быстро ретироваться из дома. — Лёнь, ты уже уходишь? А как же завтрак? — парня заметила Коё, выглянув из кухни. — Э… Да, извините, папа уже приехал, не хочу заставлять его ждать. — Может и он присоединится? — Нет-нет, что вы, спасибо огромное, но мы поедем. — Ну хорошо, как скажешь. Удачной вам дороги, напиши Николь, как приедешь. — Хорошо, до свидания, сестрица. — Лёня махнул рукой и выскользнул за дверь. — Акико, Акико! — Что случилось? — Йосано отвлеклась от раскладывания тарелок. — Ты слышала? Лёня назвал меня «сестрица». Ну что за чудесный ребёнок! Йосано хихикнула и, проходя мимо Коё, поцеловала её в щёку.

***

— Так, ну и где этот сумасшедший русский живёт-то… — Каджи бродил по второму этажу и пытался найти комнату достогоголей, но понятия не имел, как вообще определить её местонахождение. Поняв, что ему следовало бы ускориться, если он хочет произвести эффект неожиданности, он решил прислушиваться к голосам. Из одной комнаты был слышен смех Дазая и бурчание Чуи, из другой чтение романа По вслух, из третьей причитание Дзёно, а вот из четвёртой… — Да ладно, Дост-кун, ну смешно же!! — Первые три раза было и правда смешно. — Хорошего анекдота должно было много! «Нашёл! Ну всё, не жить тебе, клоун» — пронеслось в мыслях радостного Каджи. Он что-то сказал непонятному существу и забежал за угол, наблюдать. Бывшее растение постучалось щупальцем по двери. — Да-да! Иду. — послышался задорный голос Гоголя. — Кто это такой воспита… Реплика прервалась истошным визгом Гоголя, которого за ногу подбросило вверх. — Душа моя, что?.. Следом выскочил Достоевский и застыл на месте. — Ха-ха-ха! Ну и что теперь, клоун? Смешно под потолком болтаться?! А вот прочувствуй, какого мне было. Сейчас ещё твою розовласую подружку найдём! — Дост-кун!!! Существо, верхом на которое взобрался Каджи, умчало вниз вместе с Николаем на прицепе. — Что тут происходит, Фёдор? — Из комнаты вышел Дазай, из соседних тоже повыглядывали зеваки, услышавшие шум. — Этот учёный мафии… Забрал моего жениха… Голову с плеч… — Эу, не кипятись. — сказал Чуя, вышедший следом за Дазаем. — Я, конечно, согласен, но он нам ещё нужен. — Ну так и приструните свою псинку, пока это не сделал я. — прошипел Достоевский и побежал вниз по лестнице. — Фига он разошёлся… — присвистнул Чуя. — Это одна из вещей в списке «Что может разозлить Достоевского». — сказал Дазай, отправляясь вслед за Фёдором. — У тебя и такое есть? — выгнул бровь Чуя. — Врага нужно знать вдоль и поперёк. — Я бы на твоём месте уже не удивлялся, мини-мафия. — сказал Рампо, который тоже не остался равнодушным к произошедшему. Чуя на слова Эдогавы фыркнул. — Дазай, а этот детектив вам точно нужен? — Больше, чем вам нужен Каджи. — Вот жалость. Рампо только хихикнул и предвкушал новое приключение в этом доме.

***

— Попалась, мелочь пузатая! — А ну пусти, психованный горшок! Тэруко так и не сдвинулась с места, на котором спала после вчерашнего застолья, что сыграло на руку Каджи, и теперь девушка вместе с Гоголем болталась под потолком. — Каджи Мотоджиро, что происходит?! — возмутилась Коё, только собиравшаяся звать всех на завтрак. — Правосудие происходит! Они меня два раза к потолку приклеивали, время мести! — За дело вообще-то! — возмутилась Тэруко. — За то, что во сне пинался?! — А чё ты пинался?! — А я контролирую что ли?! — За первый раз, между прочим, заслужено! Мы спасли тебя от великого позора! Или ты хочешь вспомнить, как бегал без трусов по всей гостиной? — прокричал Гоголь, болтая в воздухе ногами. — Ничерта вы не спасли, раз ты решил напомнить об этом при всех! — А потому что иди ты нахуй, надо было тебя с голой задницей на улицу вышвырнуть, показать всей России японского убухавшегося портового пса! Все присутствующие откровенно катались по полу от смеха, и выкрутас Каджи уже никто не воспринимал всерьёз. Ну, почти. — Дазай, проси потом, что хочешь, но сними Колю от туда, я не взял с собой столько валерьянки, чтобы хватило на подобные казусы, и не дай бог он упадёт с такой высоты. — Воу, как ты заговорил. Достану я его, он мой друг вообще-то. — сказал Дазай и незаметно дотронулся до непонятного существа рукой, но оно не исчезло. — Какого… Это не часть способности, хотя я и предполагал это. — Разве его способность – это не только эти тупые бомбы-лимоны? — спросил Чуя, наблюдая за болтыханием Гоголя и Тэруко. — Ну, формально, всё, что он создает – это часть его способности. Конечно, основная идея в том, что он не страдает от своих изобретений, но это не исключает первого. Поэтому я попытался, но всё же его способность довольно неоднозначная и не поддаётся даже мне. — И вообще, если бы у тебя получилось, Гоголь и ищейка полетели бы вниз с нескольких метров высоты. — Ты бы поймал. — Ха? А меня ты предупредить не хотел? А если бы не среагировал? — Среагировал бы. Уж мне-то не знать. — Ну ты и засранец. Дазай только хмыкнул и стал думать, как помочь встрявшей в беду парочке приколистов. — А нечего ржать! Видали, как я умею?! Вот и бойтесь меня! — прокричал Каджи и махнул рукой существу. Оно подбросило щупальца к потолку, и Гоголя с Тэруко прижало к поверхности. — Ах ты ублюдок! Я наслажусь твоей смертью, потихоньку высасывая твои жизненные силы. — прохрипела Тэруко из-за того, что было трудно дышать. — Я тебя напополам разрублю, понял?! Недооцениваешь члена «Смерти Небожителей», значит подписываешь себе смертный приговор, вантуз очкастый! — Гоголь плюнул вниз и попал точно по лицу Мотоджиро. — Да вы мрази, я вас угандошу!!! Надо было ещё бомб притащить и устроить взрывное шоу!! — Каджи притопнул ногой, и существо потрясло щупальцами, из-за чего у парочки закружилась голова. — Как назло оставила свою бензопилу дома… — фыркнула Йосано. — А моя катана наверху, но он загородил нам путь. — нахмурилась Коё, зыркнув в сторону лестничного пролёта. Существо разраслось и перекрыло путь к отступлению везде, где можно было. К тому же следило за любым движением, а испытать на себе участь болтавшихся под потолком ребят никто не хотел. — Значит, остаётся только один вариант… — вздохнул Дазай. — Какой? — напрягся Чуя. Он уже привык ожидать от Осаму всё, что угодно. Дазай нахмурился и полез в карман домашних штанов. — Звонить Мори-сану. Чуя в недоумении хлопал глазами, пока Дазай реально доставал телефон из кармана и набирал номер. — Ало? Да, это я. Понимаете, тут дело такое… Каджи взбесился, создал какую-то каракатицу и терроризирует Гоголя и Тэруко… Да, мы сами удивились… Поможете? Супер! Рассчитываю на вас! Дазай подошёл ближе к Каджи и протянул ему свой мобильник. — Каджи, тебя к телефону. — Меня? — недоверчиво сощурился Мотоджиро, но телефон взял. Оттуда сразу же по громкой связи раздались крики. — Каджи Мотоджиро! Немедленно прекрати маяться хренью и поставь людей на землю! Я, конечно, всё понимаю, но у нас что-то типо перемирия, и с твоей стороны было бы очень любезно не нарушать шаткое положение мира между нашими организациями, так что хоть раз в своей грёбаной жизни не создавай мне проблем, иначе я запру тебя в подвале вместе с Кью. — проговорил громким голосом Мори, в конце стуча кулаком по столу. Все остальные едва сдерживали смех, Каджи затрясся, как осиновый листок. — Не-е-ет! Мори-сан, я больше не буду! Только не это! Только не с этим маленьким монстром!! — Обидно вообще-то. — буркнул Кью, которого Элис, Кенджи и Кёка погладили по голове в знак утешения. — Ну вот если не хочешь питаться крысами и молиться каждый день о том, чтобы Кью не задушил тебя во сне, заканчивай со своими экспериментами и сиди на попе ровно, Мотоджиро! — Есть, босс! — Всё, до связи. — Мори сбросил трубку, и Дазай выхватил из рук переводящего дух Каджи свой телефон. — Знал, что Мори-сан не подведёт. — сказал довольный собой Дазай. — Надо было сразу так сделать. — прокомментировал Чуя, складывая руки на груди. — И правда. — Ну так ты нас отпустишь или нет? Ты это, не забывай, что бухло я детям подгонял последние два года, они у меня в долгу, я сам на тебя Кью натравлю! — прокричал Гоголь, ещё активнее дрыгаясь в лапах существа. — Да всё, хватит уже угрожать! Спускаю, спускаю. — Каджи погладил чудище, и оно медленно поставило на пол ребят. Достоевский тут же понёсся к Николаю, прижимая его к себе. — Душа моя, Коленька, милый, ты как? Всё хорошо? Голова не кружится? Не тошнит? Может, тебе таблетку дать? Иди приляг, душенька, тебе нужно отдохнуть. — ласково говорил Фёдор, поглаживая Гоголя по щекам. — Я в полном порядке, пташка. Не стоит так волноваться, тебе вредно, давление подскочит. Пойдём в комнату. — улыбнулся Николай, чмокнув парня в нос. — Конечно, идём. Проходя мимо Каджи, Достоевский кинул на него такой уничтожающий взгляд, что Мотоджиро понял, что наказания от Мори не избежать, потому что он, кажется, развязал войну. — Ай-ай, моя голова… Меня так никто не утешит… — проворчала Тэруко, потирая виски. — Тэруко, ты как? — к девушке подбежала Наоми, помогая подняться ей на ноги. — Тебе помочь дойти до комнаты? — Наоми-и-и! Только ты меня и любишь! — ищейка повисла на девушке, заставив ту хихикать. — Капитан, вы слишком стойкая, чтобы мы переживали за вас по таким пустякам. — сказал Тэттё. — Я вот не пойму, мне воспринимать это, как комплимент, или намёк на то, что вам по барабану, что со мной. — нахмурилась Тэруко. — Как хотите. — Нет, ну ты смотри на него, гад! Хоть бы сделал вид, что беспокоишься!! — Не вижу смысла в притворстве. — Да я тебя на шампуры пущу! — прокричала девушка и тут же в приступе острой боли схватилась за голову. — Не переутруждайтесь, капитан. — прозвучал голос Дзёно, явно не наполненный искренними переживаниями. Тэруко наградила парней средним пальцем и вместе с Наоми отправилась наверх. — Хы-ы-ы, никто меня не любит, все только измываются. — прохныкал Каджи, плюхаясь на диван лицом вниз. — Даже жалко его, они-то первые начали. — почесал затылок По. — Вам напомнить, что он по пьяне чудил? — выгнул бровь Чуя. — Справедливости ради, до такого состояния его довёл как раз Гоголь. — сказал Дазай, слыша топот с третьего этажа. — И не поспоришь… Теперь и правда жалко. — Да что у вас тут вообще происходит?! — топот принадлежал Куникиде, который ойкнул, увидев огромное существо, сжавшееся в комок около учёного. — О, явился, иди, он сейчас только тебя и не прогонит от себя, наверное. — кивнул головой на парня Дазай. Куникида цыкнул и направился к дивану. — Эй, Каджи, ты чего тут натворил? Мотоджиро, как в жопу ужаленный, подорвался и вцепился в Доппо. — Куники-и-ида, они меня все обижают! Куникида оторопел, а после устало вздохнул. — А я тебе говорил, что это плохая идея. Всё, не реви. Легко ещё отделался. — Повезло им, что Тэруко с Наоми ушли, иначе бы уже во всю строчили свои фанфики. — сказала Йосано, на что все согласно закивали. — С чего ты вообще решил им мстить? Ты же вроде просто собирался эксперимент ставить. — продолжал расспрос Куникида. — Да мне Лёня сказал! — Лёня? Все присутствующие пристально уставились на Каджи. — Да что? Правду говорю. Я тогда Тачихару случайно словил, пришло это трио русских детей, и Лёня сказал, что логичнее издеваться над теми, кто мне сам поднасрал. Ну и вот. — Ну и дела… — хлопал глазами Чуя. — То есть, здесь есть косвенная вина Лёни? — спросила Йосано. — Да не косвенная, а прямая. Он, вообще-то, подстрекатель. — сказал Дазай, а потом задумчиво потёр подбородок. — А я и думаю, Каджи не настолько умный, чтобы догадаться до такой продуманной мести самостоятельно. — Эй! — А Лёня-то где? — спросил Рампо. — А Лёня домой ушёл… — сказала Коё, вспомнив, что мальчик пробегал мимо неё. Каджи вдруг вскочил с дивана, напугав Куникиду, и помчался к двери. — Мы вернулись с магазина! Что у вас тут за… — Каджи чуть не сбил с ног вернувшихся Арису и Оду. — Чего случилось? — ЛЕОНИД МАТЬ ТВОЮ ВИСОЦКИТЕ, А НУ СТОЙ, МЕЛЮЗГА. Я ТЕБЕ НЕ ДАМ ТАК ПРОСТО СВИНТИТЬ БЕЗНАКАЗАННЫМ! Все непонимающе хлопали глазами, особенно только что пришедшие. — Вы что опять натворили? — спросил Одасаку. Тэттё и Дзёно не выдержали и начали громко хохотать, Коё и Йосано пытались держать себя в руках, но всё равно тихо хихикали. — Брат, что происходит? — обратилась Ариса к Дазаю, совершенно ничего не понимаю. — Садись, сестра, это долгий рассказ. В это время в комнате Ники девушки закончили смотреть сериал и вынули наушники из ушей. — Что-то как-то тихо. Они не умерли там? — спросила Женя, разминая шею после долгого лежания на плече Ники. — Не-а, а вот Лёня может иметь такой риск. — Ники разминала затёкшее плечо. — Чего-чего? — Потом увидим.