У домика на берегу моря

      Лучи высоко поднявшейся луны еле-еле освещали комнату деревянного дома, над чьей крышей они зависли. Драко лежал на кровати, на спине, с широко распахнутыми глазами. Почему-то не спалось. Недавно, перед планируемым сном, он смыл с тела потускневшую роспись, сделанную неделю назад. Видеть на торсе совсем голые шрамы было непривычно и частично неприятно. Собственное тело перестало быть красивым, хотя его прежнее восприятие и не думало возвращаться. Мысли о том, что было с ним раньше, одолевали Малфоя против его воли, не желая оставлять в покое. Воспринимать себя почти что нормально было до жути непривычно. И было невероятным то, что он дошел до этого меньше, чем за месяц.       Нельзя сказать, что то, что тяготило его раньше, исчезло совсем. Отнюдь нет. Просто мрачные мысли с отголоском вины теперь не скрывались, как он раньше думал, в темных рубцах, разбросанных по торсу. Их удалось переместить в более доступное место. С одной стороны, это было хорошо, а с другой — не очень. И сейчас Драко занимал себя тем, что, разглядывая потолок, по которому медленно ползли серебристые тонкие лучики, взвешивал все эти плюсы и минусы. Как по привычке, он не мог просто принять то хорошее, что произошло. Быть может, из-за короткого срока, быть может, из-за чего еще…       За стеной вдруг раздались глухие шаги. Малфой перевел взгляд на дверь, у которой они остановились. Тишина показалась странно-долгой. Он сел, и кровать под ним скрипнула. Вслед за этим дверь спальни приоткрылась, а затем на пороге показался растрепанный Поттер. Как и Драко, пока не изменяющий своему обычаю спать в подобии пижамы, он был одет.       — Тоже не спится?.. — тихо спросил Гарри, обративший внимание на бодрость Малфоя и нерасстеленную постель. Тот кивнул. Поттер помедлил, поджав губы и едва уловимо двигая дверь из стороны в сторону, вцепившись в неё.       — Давай прогуляемся? — несмело предложил он. — Давно этого не делали в такое время.       — О… — Драко сперва растерялся, но потом свесил ноги с кровати, приготовившись встать. — Хорошо. Только погоди пару минут — я переоденусь…       Поттер вышел из спальни, с негромким щелчком закрывшейся, и оставил Малфоя в одиночестве. Тот подошел к шкафу, достал из него повседневную одежду, а после захватил с собой сумку, которую обычно таскал на пляже.       Гарри ждал его в прихожей, стоя, прислонившись к стене, у душевой. Только Драко минул порог своей комнаты, как Поттер взялся за ручку входной двери. Та щелкнула, опустившись, и парни вышли на улицу.       На лице тут же отдалось дуновение ветерка. Босым ногам, уже успевшим забыть о том, что такое песок ночью, стало холодно. Гарри оперся о балку, подпирающую крышу террасы, и вглядывался в море, лениво плескавшееся невдалеке. Малфой неслышно подошел к нему со спины.       — Так ты смыл те рисунки с тела? — донесся до него ударивший в лоб спокойный вопрос.       — Откуда ты знаешь? — Драко встал рядом с Поттером, искоса поглядев на него. Гриффиндорец вынул руку, что до этого держал в кармане. На широкой ладони показалась бутылочка с прозрачным очищающим гелем.       — Ты забыл в ванной.       — А… Ну да, смыл, — Малфой взял протянутое ему средство и спрятал в висящую на плече сумку. — Пришлось. Краска неплохо так повредилась за прошедшую неделю.       — Ты поэтому не спал? Некомфортно без неё? — Гарри отошел от террасы, начиная сходить к правой стороне берега и махнув Драко, чтоб тот следовал за ним.       — Отчасти. Да и красивой была… очень, — добавил Малфой, несильно пиная попавшуюся на пути ракушку.       — Твоё тело и без того красиво, помнишь? — Драко на это лишь угукнул. Гарри, обернувшись, подал ему руку. Блондин взялся за неё, тут же согревшись от идущего от неё тепла.       — Ты холодный. Замерз? — осведомился Поттер, потянув его за собой. Малфой, пройдя мимо пары шезлонгов, сбросил около них сумку. Огромный зонт, с первого дня вечно стоящий на пляже, недавно был повален врезавшимся в него на метле Роном — коллеги опять играли в импровизированный квиддич с чернокрылыми ракушками. Они нашли положение зонта не намного худшим, чем до этого, а потому так и оставили его лежать, закрывая шезлонги от дома, напротив террасы которого те располагались.       — Нет, — Драко сделал пару широких шагов, чтобы нагнать Гарри. Тот, дойдя до моря, остановился у мелкоты, опустив глаза на пенящиеся волны, раз в несколько секунд норовящие накрыть его ступни и порой пригоняющие к берегу мелкие ракушки. Малфой посмотрел на него сверху вниз.       — Что ты думаешь о том, что мы скоро уезжаем отсюда? — поинтересовался Поттер еще через пару мгновений молчаливого созерцания просвечивающейся месяцем соленой воды. Драко отвернулся к морю с мерцающей на ней лунной дорожкой, задумавшись.       — Не знаю. Тебя это беспокоит?       — Пожалуй, да, — признался Гарри. — По правде, я немного волнуюсь за то, как мы будем совмещать наши отношения с работой. Не будем ли периодически уставать от отношений и так далее…       Малфой окинул его оценивающим взглядом.       — Будем решать проблемы по мере их поступления. Я думаю, главное — разговаривать друг с другом, если кому-то покажется, что что-то идет не так. Тогда есть хороший шанс решить это вместе.       — А ты определенно чему-то научился, — Поттер прищурился. Драко смущенно усмехнулся.       — С тобой этого сложно не сделать, — пробормотал он. — В любом случае, мы отдохнули. Так что вряд ли аврорат сразу задавит нас бременем многочисленных миссий.       — По правде, не думаю, что то, что было здесь — исключительно отдых, — подумав, вдруг заметил Гарри. Малфой оторвал взор от бликов лунной дорожки, непонимающе глядя на него. Поттер вдохнул, прежде чем пояснить.       — Я ведь могу частично считать работой также и то, как мы избавлялись от твоей проблемы с восприятием себя?       — О… Возможно, — пожал плечами Драко. — Пускай это и что-то совершенно иного плана, но ты прав. Хоть всё это пока и не решилось полностью.       — Да. Я знаю, — Гарри повернулся к Малфою, шагнув на мелководье и став под стоящим в зените месяцем. — Поэтому ты и можешь всегда обратиться ко мне, если тебе будет плохо, — Поттер сделал шаг в воду, протянув Драко вторую ладонь, за которую тот и взялся, заходя в море вслед за гриффиндорцем. Прямо как в тот день, когда они впервые вышли ночью на берег, а Гарри впервые попытался помочь ему. Или как в день, когда сам Драко утащил его туда, поддавшись порыву, требующему наконец освободиться от того бремени, что лежало на груди, мешая жить и вынуждая вечно прятать тело под одеждой.       — Тут холодно, — Малфой поёжился, оказавшись в воде по пояс. Поттер выпустил одну из его рук, придвинувшись ближе. Волна от его движения толкнула Драко в живот.       — Я знаю. Мы ненадолго, ладно?       — Ладно… — едва слышно отозвался Малфой. Стоять так было хоть и прохладно, но по-странному приятно. Наверное, из-за того, что рядом, почти вплотную был Гарри.       Драко, не удержавшись, склонился к нему, чтобы поцеловать. Поттер издал смешок, тут же приглушившийся при контакте губ. От него холод будто бы ушел — а, может, тело просто привыкло к температуре моря. Соль его водорослей смешалась в легких с запахом карамели, исходящим от черных, топорщащихся сильнее обычного волос.       Гарри, прикрыв глаза, наугад потянулся к Малфою, чтобы огладить его щеку. Та была теплой и сейчас наверняка окрасилась в красноватый цвет, всегда приливавший к лицу Драко при каком-то смущающем его или непривычном контакте. Поттер отстранился, распахнув веки.       На него из-под подрагивающих светлых ресниц смотрел Драко, чья серая радужка подернулась дымкой с прикрытыми ею счастливыми искрами. Лунный свет, падающий на светлые волосы, удивительно шел слизеринцу.       — Что? — тот растерялся, видя, как Гарри разглядывает его, словно желая запомнить каждую деталь любимого лица. Поттер повел подбородком из стороны в сторону.       — Ничего, — невинно ответил он, спустившись пальцами с румяной щеки на шею, которую сзади, как и всегда, прикрывали отросшие молочно-белые пряди. Малфой чуть склонил голову набок, с прищуром рассматривая его. Гарри при этом подавил улыбку.       — Ты что-то задумал, — он снова покачал головой.       — Нет, — говоря это прежним тоном, Поттер сдвинул с оттененных серебристым освещением ключиц ворот рубашки, на которую Драко недавно сменил пижамную футболку. — Ты стал их не до конца застегивать.       — А что? — Малфой принял обычный вид.       — Тебе идет, — пояснил Гарри и, прежде, чем Драко успел что-либо сказать, наклонился, прижавшись губами к кончику шрама, заходящего на плечо. Малфой вздрогнул, выпрямившись.       — С ума сошел? — выдавил он, когда Поттер отстранился. Щекам стало гораздо жарче, чем до этого.       — Почему ты так думаешь? — Гарри заглянул в серые глаза, которые Драко отвел в сторону берега, рассеянно прикрыв место, куда пришелся неожиданный поцелуй. Он промолчал. Поттер, глянув вниз, на море, чьи волны стали неспокойнее, стал лицом к берегу и притянул Драко к себе.       — Пойдем…       — Знаешь, я подумал над тем, что ты недавно спросил, — начал Малфой, когда они уже вышли на песок, а Гарри мановением волшебной палочки высушил свою и чужую одежду.       — Над возвращением к работе? — уточнил Поттер, пряча палочку обратно в карман шорт и поворачиваясь к отставшему от него Драко. Сейчас они поднимались наверх, к шезлонгам с поваленным около них зонтом и валяющейся неподалеку сумкой Малфоя.       — Вроде того. У меня не будет проблем с тем, чтобы в неё погрузиться, но… — Драко ненадолго замолчал. Гарри, сев на край одного из сдвинутых вместе лежаков, приглашающе похлопал по соседнему. Малфой приземлился на него, подняв голову вверх и изучая прикрытые ночными облаками звезды. Он поджал губы и скрестил ноги бабочкой.       — Мне не хочется обратно переселяться в то общежитие, — вздохнул он. Поттер, также закинув ноги на шезлонг, придвинулся к нему ближе.       — То, что недалеко от Лютного переулка? Я думал, ты переедешь.       — Было бы куда, — Драко посерьезнел. — Мэнор всё еще не готов к тому, чтобы принимать постояльцев. Да и я к нему тоже, — спустя секунды молчания добавил он.       — Тебя всё еще тяготят воспоминания? — Гарри смягчился, и это заставило Малфоя всё же посмотреть на него.       — Да, — глухо подтвердил он. — Я думаю, что если вернусь, то всё, от чего я частично освободился, может вернуться. Хотя, конечно, это дом моей семьи… Но ведь даже моя мать предпочла переехать в другое, не основное поместье. Я, по правде, просто боюсь…       — Это нормально, — Поттер погладил Драко по согнувшейся спине. — Там наверняка всё запущено, и, конечно, это больно — видеть свой дом таким. Особенно после того, что в нем творилось в последние года, когда там жили, — Малфой сухо кивнул, явно не желая дальше развивать эту тему, а Гарри, не отпуская его талии, внезапно выдал: — Если всё будет хорошо, ну… с нами и нашими отношениями, ты, если захочешь, можешь просто переехать ко мне.       — Что? — брови Малфоя поползли вверх, а сам он растерялся. — Но… Это твой дом, дом твоего крестного… Я не думаю, что это настолько нейтральная территория, чтобы ты мог меня туда впустить прямо… вот так, — Поттер пожал плечами.       — Почему нет? Это, ну… Не родовое поместье, — он усмехнулся. — По крайней мере, не для меня, — он обратил взор к сияющему всё ярче морю, где сейчас смутно отражалась звездная карта. — По правде, там очень уж просторно, из-за чего частично пустынно и одиноко, даже учитывая то, какую работу я проделал, чтобы привести это место в приемлемый вид… Я бы предпочел жить там с кем-то, чем один. Хотя, конечно, спешить нам некуда. Но, если что, я буду только «за» пожить с тобой.       — Правда? — Драко всё еще был удивлен, что вызвало у Гарри новую усмешку.       — Ну да. Тем более, что теперь я знаю, что ты — не такой и плохой сожитель. Так что съехаться будет легче, чем при других обстоятельствах.       — Я всё же… не уверен, — выдавил Малфой. — Я больше привык к относительному одиночеству. Так что если то, о чем ты говоришь, и будет, то точно не сразу.       — Хорошо, я не давлю, — вскинул руки вверх гриффиндорец. — Просто говорю, что, если ты захочешь побыть вместе, — временно или длительно — мой дом всегда открыт.       — Спасибо, — после недолгой тишины, нарушающейся только плеском волн, пролепетал Драко, отрываясь от поправления лежащей слева на песке сумки.       — Пока не за что, — Поттер привычным движением провел по его волосам снизу вверх, заставив Малфоя сощуриться.       — Много за что, — едва слышно заметил тот, отворачиваясь. Однако, ему не дали этого сделать — Гарри ухватил за подбородок и притянул на себя.       — Что-что ты там бормочешь? — в его тоне послышалось веселье.       — Ничего, — повысил голос Драко, и Поттер ощутил на себе его дыхание.       — От тебя пахнет мятой, — он выпустил чужой подбородок. Малфой тихо фыркнул.       — Это зубная паста, — он закатил глаза. — А от тебя, между прочим, еще и карамелью несет, — вздернув нос, заявил он. Гарри сдержал смешок.       — Можно подумать, тебе это не нравится, — Драко на это ничего не сказал, лишь громко вдохнул, отклонившись назад и облокотившись о шезлонг за спиной. Он запрокинул голову, от нечего делать вылавливая образы в созвездиях.       — Твоих жирафов съели тучи, — указал он на Медведиц, наполовину скрытых грязными тонкими облаками. Поттер впал в недолгий ступор, после также посмотрев на небо, а затем неловко и коротко засмеявшись.       — Мерлин, ты всё еще помнишь этот пьяный бред… — он явно смутился, на что Драко и рассчитывал.       — О, а я-то думал, это было одно из проявлений твоего творческого виденья…       — Ой, иди ты, — Гарри кашлянул, прерывая его. — Из-за твоих подколов аж горло пересохло.       — Вода есть в сумке.       — Да ты что? А та, случаем, не расшита бисером? — Поттер потянулся к краю соседнего лежака, вынужденно перевалившись через Драко, отклонившегося, чтобы не столкнуться с Гарри телами.       — Это к чему?       Поттер всё же дотянулся до нужного предмета, перекинув ногу через слизеринца и едва не забравшись на него сверху. Малфой нейтрально глянул снизу вверх на то, как Гарри расстегивает сумку и выпивает воды из вынутой оттуда бутылки.       — У Гермионы несколько лет назад была такая, — напившись и утерев губы, отозвался Поттер, отбросив сумку на соседний шезлонг. — На ней было Заклятие незримого расширения, за счет которого она хранила там всё — от лекарств до палатки, в которой мы ночевали, будучи «в бегах».       — Вообще, это, вроде как, незаконно, — заметил Драко, пока Гарри устраивался на его ногах.       — Ну да, — беспечно подтвердил тот. — Но кому какое было дело, когда вокруг война?       — Что ж, верно, — Малфой обвел взглядом фигуру Поттера. — Удобно? — нейтрально осведомился он. Поттер ухмыльнулся.       — Очень даже, — в его тоне послышался намек на наглость. Драко шумно выдохнул и откинулся на приподнятую спинку шезлонга. Он предпочел стерпеть, да и тяжесть, давящая на ноги, приятно согревала. Малфой еще не оторвал взора от неба, когда Гарри, устраиваясь поудобнее, придвинулся ближе к его паху, умостившись на нем. Драко косо глянул на него.       — Что ты хочешь?       — Ничего, — слизеринец ему не поверил, рывком сев и приблизившись к лицу сидящего на нем Поттера едва ли не вплотную.       — Врешь, — почти прошипел Малфой, сжимая пальцы на краях шезлонга позади. Гарри было склонился к нему, но Драко, предусмотрев это, вильнул в сторону, уклонившись от поцелуя. Поттер недоуменно поднял брови.       — У тебя ужасно сухие губы, знаешь, — Малфой сдерживался от того, чтобы не засмеяться при виде недовольства, которое сейчас выразил Гарри, услышав это.       — А у тебя порой ужасно длинный язык, — отрезал он, хватая Драко за ворот рубашки и приближая к себе. При этом Поттер довольно резко двинулся, еще сильнее надавив на живот Малфоя под собой, отчего изо рта того вырвался сдавленный стон, который Гарри, впрочем, тут же заглушил поцелуем, от которого Драко теперь не смог увернуться. Поттер закинул руки за его шею, только после этого решившись разорвать поцелуй. Он с прищуром глянул на Малфоя, чьи щеки резко потемнели — в лунном синеватом свете цвет румянца почти не был виден.       — Не мог бы ты… в следующий раз понежнее? — Драко стало жарко, хоть пока и не критично. Гарри лукаво склонил голову набок.       — А мне показалось, что тебе понравилось, — Малфой не сдержал нервного фырканья, расслышав его интонацию.       — Ты слишком резко это сделал, — попытался оправдаться он, предпринимая неуверенную попытку сдвинуть находящиеся сверху бедра со своих.       — А ты вел себя слишком нагло, — Драко, отчасти судорожно, вздохнул, а его ладони на ткани шорт Поттера замерли на месте.       — У тебя на каждое действие найдется противодействие? — Гарри лишь улыбнулся. Признаться, Малфоя немного раздражало, что при виде этой улыбки он не может всерьез язвить или делать вид, что недоволен действиями её обладателя.       Выражение лица Драко смягчилось, а Поттер при виде этого решился переместить руки на его талию, опускаясь над бледной шеей и осторожно целуя её у кадыка. Малфой неслышно вздохнул, приобняв его и решив молча наслаждаться теплом, что дарило его тело. Он рассеянно проследил за клонящейся к морю луной, чье мерцание в последние минуты было скрыто серыми тучами.       — Ты иногда словно хочешь защититься от моих ласк, — раздался снизу голос Гарри, а его дыхание тронуло ключицы, когда он уперся лбом в плечо Драко. Тот, посерьезнев, задумался.       — Нет, не хочу, — спустя время ответил он. — Я, скорее, боюсь своей возможной чувствительности, — Поттер исподлобья посмотрел на него, нахмурившись. Малфою пришлось пояснить, пока мягкие пальцы рисовали неясные узоры внизу живота, разглаживая складки голубой гавайской рубашки и обводя некоторые из её рисунков.       — Подумай, как давно я так ни с кем не контактировал.       Гарри скользнул щекой по его плечу, засмотревшись на светлые волосы на затылке.       — Да, ты прав… Наверное, это нормально. Но помни, что я не против яркой реакции, ладно? Она предпочтительнее, чем твоя язвительность, — он усмехнулся, — хоть она и забавная…       — Хорошо, — смиренно сказал Драко, норовя зарыться носом в пушистые растрепанные волосы, так манящие своим запахом. Он почти неуловимо поцеловал Поттера в макушку, из-за чего улыбка того стала шире, а цвета лесной листвы радужка блеснула в синеватой тьме. Гарри прикрыл веки, забираясь ладонями под одежду Малфоя и твердо проходясь ими по шрамам и животу, низ которого у Драко вдруг отдался тянущей вверх теплотой. Он слегка напрягся, прерывисто вдохнув. Гриффиндорец, заглянув в его мутноватую радужку, шепнул:       — Всё в порядке. Расслабься, — он придвинулся к Малфою еще ближе. Они одновременно потянулись друг к другу, а потому новый, более нежный и медленный, нежели прежде, поцелуй стал даже приятнее. Драко рискнул прикрыть веки, полностью отдавшись теплым рукам и наслаждаясь вкусом суховатых, немного покусанных губ, которые в процессе поцелуя стали горячее и влажнее, отчего их шероховатость сгладилась, а контакт стал более мягким, вязким и вызывающим легкий трепет внутри, поднимающийся к груди и всё так же странно-тягучий, и жаркий.       Малфой обнял Гарри крепче, отстранившись всего на секунду перед тем, как пройтись дорожкой коротких поцелуев по поттерской щеке, завершив её невесомым касанием к ямочке над верхней губой своими, после распахнув веки. Лицо Поттера, выражавшее сейчас неясную в темноте эмоцию, также слегка зарумянилось от непривычного контакта. От его вида вихрь, плавно поднимающийся от низа живота, усилился, а промежность сидящего на нем Гарри и ткань собственных шорт показались паху слишком уж сдавливающими.       Желание еще раз поцеловать его также удвоило силу, но ладони Поттера на спине Малфоя замерли.       — Погоди, — глухо пробормотал он, напрягшись. К щекам Драко резко прилила краска, когда он уловил на своей коже неровную дрожь его пальцев, а под чужой ширинкой нащупался бугорок, такой же, какой, наверное, сейчас ощущал и Гарри.       — Ты, вроде как, говорил, чтобы я расслабился, — изо рта Малфоя вырвался нервный смешок. Поттер, поначалу не найдя, что на это ответить, неслышно вдохнул, чтобы унять отдающееся в горле биение сердца.       — Я… не думал, что до этого дойдет, — сделал откровение он, и Драко почувствовал его напряжение.       — Извини?.. — полушепотом отозвался он, неведомо почему испытывая притупленную вину. Покрасневший Гарри нашел в себе силы сделать обращенный на него взор саркастичным на пару мгновений, прежде чем сменить его на прежнее относительное спокойствие.       — Перестань. Всё в порядке, если тебе всё еще… — он запнулся, выдыхая и неосознанно соскользнув с паха Малфоя ниже, вызвав у того новую волну покалывающего, но пока не такого сильного возбуждения.       — Да, мне всё еще чертовски приятно, если ты не заметил, — прошипел Драко, прикрывая веки и упираясь руками в бедра Поттера, чтобы тот не смог их сдвинуть. Гарри вгляделся в его лицо, отвлекшись от своих ощущений, и ослабил хватку на теле Малфоя, настолько, что пальцы теперь едва касались его талии, и их мельчайшее движение было заметно. Слизеринец чуть выгнулся.       — Что?.. — выдавил он, поймав на себе чужой взгляд.       — Ты когда-нибудь занимался этим с парнем? — Поттер думал, что этот вопрос заставит Драко напрячься, но тело того вдруг обмякло, перестав уклоняться от бережных прикосновений. Малфою явно стало легче, когда он понял, что Гарри перед ним открыт — а, значит, ему самому уклоняться от своих чувств незачем.       — Чем? — на его губах дрогнула еле заметная, чуть нервозная усмешка, а радужка секундно блеснула. — Сексом — да, любовью — нет. Что насчет тебя? — Поттер отогнал легкое удивление, ненадолго замешкавшись.       — У меня такого не было, — тихо признался он. Драко некоторое время молчал. Затем, придя внутри к какому-то соглашению, огладил его ногу, забравшись под ткань шорт и, видимо, таким способом успокаивая.       — Хорошо. Если ты хочешь, мы можем попробовать, — ладонь Гарри под рубашкой он накрыл своей.       — Ты уверен, что всё будет нормально? — еще раз уточнил тот. — Я имею в виду, если ты покажешь себя таким. Потому что мне хотелось бы видеть тебя и твоё тело, понимаешь?       Малфой поджал губы. Сладостно ноющее ощущение в паху не давало покоя, но он попытался отойти от него, руководствуясь умом. Ночной полумрак сейчас сыграл свою роль в принятии решения.       — Да, — наконец, выговорил Драко. — Я люблю тебя и доверяю тебе. Всё будет в порядке, — сердце Поттера ёкнуло при этих словах. Никто из них раньше не говорил «Я люблю тебя», и пускай Малфой сейчас сделал это совершенно нейтрально, это всё равно заставило его расчувствоваться.       Гарри, не сдержавшись, прильнул к губам не ожидающего этого Драко, вынув руки из-под его одежды и вместо этого скользнув горячими касаниями по его шее во время поцелуя.       — Я тебя тоже, — шепнул он прямо в чужие повлажневшие губы, после еще раз ненадолго накрыв их своими. Малфой невесомо и нежно прошелся по внутренней стороне бедра Поттера.       — Погоди, — через силу выдал он, возвращаясь в реальность, когда Гарри прижался к нему. — Давай еще обговорим это и подготовимся, ладно? — Поттер, пошатнувшись, стал на колени, отползая с ног Драко.       — Да, конечно, — он понимал, что им придется сделать это сейчас как из-за его неопытности, так, возможно, и из-за непривычки Драко к подобным контактам. Малфой, сев к нему боком, заторможено слушающимися пальцами принялся расстегивать рубашку, кивком дав Гарри понять, чтоб он сделал то же. Поттер свесил ноги с шезлонга, опустив их на казавшийся мокрым песок и поворачиваясь к Драко больше спиной — предполагал, что так тому будет легче раздеться.       Шорох одежды затих первым со стороны Малфоя. Он глянул в сторону монотонно плещущегося моря, прежде чем, оглянувшись, заговорить с Гарри.       — Подай сумку, — попросил он. — Там смазка, — забрав предмет, он столкнулся с вопросительным взглядом. — Не то чтобы я планировал её использовать. Просто неплохо всегда иметь, м-м… определенный набор разных вещей, в том числе и подобных.       Поттер с сомнением хмыкнул, пока Драко принимал прежнее положение. Гарри возвел глаза на его тело, чьи контуры красиво подсвечивались сверху прохладным светом месяца, сглаживая их и делая более размытыми. Из-за такого — как ему казалось, интимного — освещения к Малфою тянуло еще больше. Раздавшийся голос того привел его в чувство.       — Учитывая, что для тебя это впервые, будет проще, если сверху, — он показал жестом кавычки, — буду я. Или тебе будет удобнее по-другому?       — Нет, — едва не запнулся Поттер, закидывая подрагивающие от холода и, может, частично от возбуждения ноги обратно на лежак. Драко развернулся к нему, жестом велев Гарри снова забраться на него.       — Иди сюда, — он обвил талию нависшего над ним гриффиндорца. — Я не буду спешить. Ты всегда можешь сказать, если что-то не так, — он дождался кивка Поттера, затем притянув его к себе для еще одного долгожданного поцелуя. Он был тверже и настойчивее, чем предыдущие, но при этом точные движения губ не потеряли своей плавности. Гарри, закрыв глаза, обнял Драко за шею, одну ладонь запустив в его волосы.       На пляже было прохладно, и оттого прижаться к находящемуся рядом жаркому телу хотелось еще сильнее. Когда поцелуй перешел через одну из граней, и в ход пошел язык, Поттер, не сдержавшись, всё же прильнул к Драко, выгнув спину и скользнув по его вставшему члену своим. От этого Малфой дернулся, но Гарри не дал ему отстраниться, с оттенком удовлетворения замечая, как легкая вибрация прошлась по его губам, когда Драко томно что-то простонал в них.       Поттер двинулся к нему, желая вновь прижаться к твердой возбужденной плоти, когда Малфой, всё же отодвинувшись, снял руки с его пояса, одну оставив у лобка, а другой потянувшись в сторону. Гарри услышал негромкий щелчок, и через несколько секунд влажные пальцы коснулись его ануса. Он еще сильнее выгнулся от этого необычного ощущения и от того, что смазка была менее теплой, чем он ожидал. Драко, как и говорил, не торопился, пока просто неспеша водя вокруг и давая привыкнуть к ласкам.       Он попутно провел по животу Поттера, склоняясь над его грудной клеткой и покрывая выступившие от напряжения плеч ключицы влажными прикосновениями губ, всё еще сохранявших жар после недавнего затяжного поцелуя. Малфой сам ненадолго поднялся, потершись пахом о член Гарри и рывком выдохнув от невыпускаемого наружу желания.       — Постарайся не сжиматься, — попросил он, продолжая оглаживать складки ануса. Поттер, опустившись над ним чуть ниже, постарался выполнить просьбу, что стало проще после того, как Драко набрал еще смазки, и его короткие проникновения стали более гладкими. Палец Малфоя полностью скользнул внутрь, и Гарри охнул от странного тепла внутри. Почему-то при этом почувствовалась незаполненность, какой раньше не было, и появилось приглушенное желание большего, вызванное отчасти тем, что его член всё еще периодически случайно терся о тело слизеринца.       Он глянул на лицо Драко, и, при виде эмоции на нем, страсть с желанием ненадолго вырвались наружу, заставив насадиться на пальцы. Поттер охнул от неожиданности, когда Малфой двинулся внутри, задев определенную часть, контакт с которой отдался волной нового возбуждения, растекшейся, как мед, по всему телу и сделав его еще горячее. Прохлада морского ветерка совсем перестала быть заметной, а взор и сознание помутились.       — Еще…       Драко не стал возражать, сам сейчас едва сдерживаясь. Он остановил палец в одном положении, чувствуя, как сверху вниз с него на костяшки и тыльную сторону ладони стекает горячая смазка, вырвавшаяся наружу, когда Гарри снова сжался. Это позволило нащупать небольшой бугорок, на который Малфой и направил следующее движение. Изо рта Поттера при этом вырвался хриплый стон, а сам он вскинул вверх голову, тяжело вздыхая и глотнув воздух, которого стало не хватать, когда странное наслаждение, подобно фейерверку, поднялось внутри.       Драко больше так резко простаты не касался, постепенно впуская в задний проход Гарри два пальца и понемногу начиная его растягивать. Порой его движения всё еще ненароком приходились на то самое место, слабо надавливали, скользили вдоль или просто трогали рядом. При этом Поттер был готов едва ли не взвыть от досады и желания большего, но всё еще смутно понимал, что если всё произойдет так быстро, он не успеет испытать весь спектр эмоций от нового опыта.       Малфой видел это и то и дело отвлекал его, целуя, лаская другие эрогенные зоны тела или просто шепча что-то нежное, и успокаивающее прямо в ухо, горящее от соприкосновения с его губами и дыханием. От звука подрагивающего низкого шепота, такого близкого и четкого, что можно было различить любое, самое мелкое содрогание в нем, сердце билось еще чаще, чем могло бы до этого, а от затылка по спине пробегали приятно покалывающие мурашки, иногда заставляющие поёжиться.       Когда Драко, вставляя третий палец, взял в свободную руку ладонь Поттера, в груди того будто распустились цветы — волшебные, чувственные, наверняка светящиеся каким-нибудь теплым цветом и вечно тянущиеся к прикосновениям Малфоя. Тонкие пальцы, чьи костяшки можно было легко прочувствовать, переплелись с его собственными, и Гарри понял, что окончательно теряет рассудок, столкнувшись с таким количеством непривычных ощущений, которые усиливали эффект каждого нежного касания, сжатия или простого слова.       — Драко… — Поттер в очередной раз двинул бедрами, столкнувшись с нижней возбужденной половиной тела Малфоя, отчего тот не смог выговорить ничего, кроме глухого вопросительного «Мх-х?», граничащего со стоном.       — Я люблю тебя…       Гарри, говоря это, как и в прошлый раз, поцеловал его — мучительно-медленно, влажно, сладко и вязко. Поцелуй, когда губы двигались, не желая размыкать контакт с другими ни на мгновение, когда жадность прорывалась наружу, и их настойчивые движения были похожи на желание испытывавшего жажду человека напиться. Так, что даже не успеваешь особо вдохнуть — только бы не разрывать поцелуй, сжимать мягкие губы в своих снова и снова, ощущать жар чужого языка и ловить устами каждый звук, вырывавшийся в моменты наиболее сильного наслаждения…       Несмотря на это, он также был и долгим. Драко, заметив, что Гарри полностью расслабился, вынул пальцы и, нанеся остатки смазки с них на головку, приставил её ко входу, направив Поттера навстречу и немного войдя в него.       Тот разорвал поцелуй, стараясь отдышаться и плавно опускаясь на член Малфоя, но всё же стараясь не слишком поддаваться кричащему желанию. Он почти до боли сжал руку Драко, впившись в тыльную сторону его ладони.       — Ш-ш-ш, — тот умиротворяюще сжал её в ответ, двинувшись вперед и осыпав его лицо несколькими нежными поцелуями. Он слишком хорошо понимал его, сейчас так же удерживаясь от того, чтобы не вогнать до конца окруженный скользкой влагой и жаркой теснотой член.       Поттер, оправившись, стал насаживаться сам, желая поскорее, но при этом безболезненно заполниться изнутри — необычность такого способа доставления удовольствия была слишком для него возбуждающа. Прежде, чем исполнить это, он осторожно повел бедрами из стороны в сторону и вверх-вниз, что заставило Малфоя громче, чем до этого, ахнуть и запрокинуть назад голову. Его протяжный томный стон возбудил еще больше, и когда Гарри посмотрел в его искаженное страстью лицо, у него опять сорвало крышу, и он одним плавным, но в то же время и быстрым движением насадился на член до его основания.       — Да… — вырвалось у него, когда долгожданная заполненность настигла его, а член твердо прошелся по простате, заставив выгнуться всем телом. Драко, не сдержавшись, рывком вскинул вверх бедра, вогнав его еще глубже и при этом сдавленно простонав, когда Поттер сжал его внутри себя, мелко дрожа от испытуемых ощущений. Гарри обнял его сверху, вцепившись в волосы Малфоя на затылке и придвинув его к себе для еще одного поцелуя. От таких действий тот еще раз двинулся, задев простату и заставив Поттера что-то приглушенно промычать в губы Драко.       Тот обхватил его талию, берясь управлять чужими движениями. Темп от самого медленного перешел к среднему, и Гарри уже не помнил, когда начал сам двигаться навстречу, прижиматься к Малфою так тесно, что его член скользил по чужому плоскому животу, разбавляя новые приступы наслаждения, ярче проявляющие себя тогда, когда он садился на Драко почти до конца, а сжатый им внутри орган проходился по простате.       — Глубже… — иногда начинал просить Поттер, когда Малфой замедлялся, сдерживаясь, чтобы не закончить всё слишком быстро и дать Гарри больше. — Пожалуйста…       Гарри не знал, какие чувства вызывает у Драко при этой мольбе — мог только догадываться по тому, как рука на его ягодице порой напрягалась, почти до дрожи, и прижималась к его телу, с новой силой направляя бедра Поттера к себе, постепенно ускоряя темп, двигаясь внутри него и вызывая новые стенания, часто заглушающиеся поцелуями. На другие ласки Малфоя уже почти не хватало — большая часть сил уходила на то, чтобы удержать под контролем своё возбуждение и как можно дольше видеть искаженное страстью лицо Гарри, цепляющегося за него, и, так же, как он, всего раскрасневшегося.       Под конец, когда Драко в очередной раз, по просьбе Поттера, вогнал член до конца и почувствовал, как Гарри неосознанно сжимает его шею сзади, он понял, что больше не может. Отчасти это было облегчением. Он торопливо снял с себя Поттера, придерживая его и не давая упасть на себя. При последнем приливе сильнейшего наслаждения всё его тело пробрало дрожью, а уши словно заложило биением собственного сердца. Дыхание окончательно сбилось, и он, не успев вдохнуть, кончил. Из его рта едва слышно вырвалось:       — Гарри…       И тот, посмотрев на него, прильнул к Малфою всем телом, сильнее потершись членом о его живот. Когда оргазм, отображенный на лице Драко, возник у него перед глазами, Поттер также ощутил, что он на пределе. Потершись о Драко еще пару раз, он, согнувшись и сжав плечо Малфоя, излился на его грудь. В ушах что-то отдаленно загудело, а ощущения пробрали настолько, что осознать что-либо он смог только, как ему показалось, спустя вечность.       Драко, спустя время опомнившись первым, взял лежащую в складках одежды волшебную палочку и, взмахнув ей, пробормотал очищающее. Поттер благодарно кивнул, всё еще тяжело дыша и склонившись над ним, почти что упав. Малфой дрогнул от жара его дыхания — в последние минуты он стал чувствовать прохладный ветерок, идущий к морю. Он медленно провел снизу вверх по талии Гарри, обнимая его.       — Ты в порядке? — тот выждал паузу, чтобы прийти в себя.       — Да, — Поттер, протяжно судорожно вздохнув, отстранился, опершись о плечи глядящего на него снизу вверх Драко. — Это было потрясающе, — искренне сказал он и поцеловал слизеринца в нос, заметив при этом его несмелую улыбку.       — Больно не было? — снова спросил тот, поглаживая низ спины Гарри и проходясь пальцами по позвоночнику. Тот отрицательно помотал головой. Малфой удивился.       — Правда?       — Если и было, на фоне другого я не заметил, — отозвался Поттер, уползая от Драко в сторону и доставая лежащую сзади него одежду. Натянув трусы с шортами, он, сидя на краю шезлонга, перебирал складки футболки, не обращая внимания на также одевающегося Малфоя.       — Ты… был таким бережным, — вдруг выговорил гриффиндорец. Шорох ткани притих, а Драко обернулся к нему.       — Это?..       — Нет, вовсе не плохо, — Гарри уставился на смутные контуры трех пальм, скрывающих поворот; шум волн казался ему сейчас ужасно громким и перебивающим. — Просто… обычно у меня всё было гораздо более быстро и рвано.       Малфой проследил за его взглядом, только потом подав голос, в котором Поттер уловил низкие вибрирующие нотки — почему-то именно они привлекали его в таком тоне больше всего.       — Ну, это было немного заметно, если подумать. Но мне всё же хотелось, чтобы мы действовали более плавно — раз уж такое у тебя впервые…       — Да… — неопределенно протянул Гарри. — Думаю, это было лучшим решением. Даже если приходилось сдерживаться, — издал смешок он, поворачиваясь к Драко, который застегивал сумку, куда недавно вложил обратно тюбик со смазкой. — Это правда было волшебно. Спасибо, — он потянулся к Малфою, нависнув над ним и мягко поцеловав. Блондин рассеянно ответил на поцелуй — едва ли не сотый за эту ночь, но не менее приятный.       — Это не что-то настолько невероятное, чтобы за это благодарить, — фыркнул он, когда Поттер завершил поцелуй. Тот смерил его ироничным взглядом.       — Неужели? — пропел он, проведя по ключицам Драко. — Ты забыл, каким дерганым был совсем недавно, когда я видел тебя без одежды? Как по мне, соединиться с тобой и увидеть тебя таким дорогого стоит.       Малфой смущенно повел плечами.       — Возможно. Но мне кажется, что гораздо более ценно то, что ты помог мне таким стать, — он проследил за тем, как Гарри отдаляется, разглядывая рубцы на его торсе.       — Прекрати, — с напускной усталостью бросил он, затем коснувшись губами одного из верхних шрамов. Драко слегка напрягся.       — Почему ты целуешь меня там? Это странно…       Поттер сел, заглянув в его лицо.       — Потому что мне нравится твоё тело, глупый. И мне без разницы, есть ли на нем эти следы — они ведь тоже могут быть по-своему красивы. А люди обычно…       — Целуют что-то красивое, — продолжил, бормоча, Малфой. Гарри поднял руку и, обведя ей контур его лица, после положил её на светлые волосы.       — У тебя отличная память, — заметил Поттер. Драко всмотрелся в его подернутую золотыми бликами радужку, сам лукаво прищурившись.       — А еще что?       — Всё, — уголки губ Гарри вновь приподнялись. Лицо Малфоя приняло неясное выражение, и он притянул к себе Поттера, крепко обняв его и положив подбородок на его плечо.       — Я люблю тебя, — его голос был необычайно тихим и тонким. — Ты не представляешь, как…       — Ты так думаешь?.. — послышался согревающий смешок у его уха, и Гарри поцеловал Драко в висок.       — Не знаю, — честно прошептал Малфой. Поттер искоса глянул на его пушистые ресницы, только что устало опустившиеся.       — Давай сегодня поспим вместе? — так же понизив тон, предложил он. Драко пошевелился, а его брови приподнялись.       — А тебе будет удобно?       — Почему нет? — Малфой после этого ненадолго замолчал.       — Я давно не спал с кем-то. Обычно я просто обнимаю подушку…       — Правда? — Гарри ни капли не насмехался. Просто картина, появившаяся сейчас у него в голове, действительно казалась на первых парах странной. Драко потупился, проведя носом по его шее и спрятав под падающими на лоб светлыми волосами лицо.       — Да. Так что в моей кровати вряд ли найдется место аж для троих.       Гарри негромко рассмеялся. Малфой задержал взор на его прищуренных искрящихся счастьем глазах.       — Тогда мы можем пойти ко мне, — Драко ненадолго задумался.       — А Рон точно не будет влетать в твою комнату по старой дружеской привычке? — Поттер отрицательно покачал головой.       — Я запрусь, — после этой фразы Малфой на несколько, как показалось, долгих секунд коснулся губами губ Гарри, никак не углубляя поцелуй и просто наслаждаясь мягким теплом.       — Хорошо, — согласился он, совсем немного отстраняясь и всё еще почти соприкасаясь губами с Поттером. — Только пообещай, что не станешь будить слишком рано, — Драко положил свою ладонь на лежащую рядом руку. Гарри улыбнулся, любуясь его светлой радужкой.       — Обещаю, — он взял руку Малфоя в замок, чувствуя, как в груди разливается медом передающееся от того тепло.