Животное ручной работы в электронном виде

      Джоуль не знал, сколько они бежали — может, пять минут, а может, и пол часа. Его всего трясло и мотало в костюме, отчего его укачало и некий ком подкатывал к горлу. Из книг по биологии он знал, что это называется рвотный рефлекс.       — Всё-всё, я останавливаю костюм, — сказал Персональный Помощник.       И правда, он стал замедляться, но не резко останавливался — заботился о благополучии владельца. Когда он почти затормозил, то отворил свой грубый механический клюв, образовав таким образом щель.       — Возвращаю управление.       Джоуль согнулся, изрыгая из себя свой недавно употреблённый завтрак. Ему было очень плохо, он чувствовал себя побитой животинкой. По его мнению, ему сейчас приходилось хуже, чем тому сварту, которого бросил ОВПМ.       Закончив блевать, он подтёр рукавом ли костюма рот и спросил:       — Зачем Вы так стремительно двигались?       — Там были несколько существ, — ответствовал Персональный Помощник. — По загруженным в меня файлам скажу так — они из той редкой породы, что даже у меня вызывают отвращение. А этот в капюшоне — плохой человек, каких поискать. Я думаю, он с радостью предаст половину корпуса Планеров, — из груди вылез экран, показавший фото этого человека и группы спиканцев. Тот, о ком он говорил, был мужчиной в чёрной мантии и жёлтым капюшон с длинными свисающими лентами спереди. Этот капюшон закрывал его глаза. Джоулю он сразу не понравился.       — Поэтому я бежал со всех ног, даже не думал о битве с ним.       — По-моему, они были напуганы не меньше Вашего, — проговорил мальчик. — За исключением того человека… Кстати, а кто он?       — Магистр, по моей информации, он предатель и продаст всех спиканцев Уггам.       Кто это, Джоуль не знал. Но он думал, что этот мистер был загадочным, необычным, но не мог быть настолько плохим человеком.       — По моему, он не похож на предателя, — задумчиво сказал мальчик.       — Внешность часто бывает обманчива, господин… Как Вас зовут?       — Джоуль, зовите меня просто Джоуль, без всякого «господина» и прочих званий, пожалуйста.       — Но тогда я не смогу обращаться к Вам на «Вы», ведь всё это одна программа, и отключить её частично я не смогу…       — И не надо. Я буду рад, если Вы будете звать меня на «ты».       — Хорошо, но тогда и Вы зовите меня «ты», а то мне будет не по себе, — в голосе проскользнули дрожащие нотки. Похоже, этот ОВПМ был не таким уж и бездушным, каким хотел показаться.       — Ладно уж, Вы… ты бы не мог мне помочь с мои желудком, а то меня сейчас ещё раз вырве…       Джоуль резко замолчал, потому что к горлу подкатил очередной ком, и он еле его задержал. Костюм это почувствовал попросил:       — Открой, пожалуйста, ротик. Я сейчас тебе дам одно лекарство, пожалуйста, проглоти его. Да, я знаю, оно противное, но нужно перетерпеть.       Джоуль послушно открыл рот. К его уголкам подъехали трубки и прыснули туда какое-то лекарство, как будто некая вода с мельчайшими песчинками, вяжущими язык. С непривычки он хотел это выплюнуть, но спустя всего мгновение распробовал этот дивный вкус. Теперь сей напиток доставлял удовольствие, и, когда спустя пару секунд трубки ушли, он загрустил.       — Не время грустить, у нас есть беда.       — Какая? — удивился мальчик?       — Батареи почти не осталось.